Зимняя сказка

На редкость яркое морозное утро. Всё вокруг ослепляет серебром. Голые ветви деревьев выделяются словно трещины на ярко голубом небе. Солнце находит отражение в больших окнах Принстон Плейнсборо, заставляя врачей, подтягивающихся в свои кабинеты, опускать жалюзи. Джессика Холт сладко потянулась и уселась в кресло в своём кабинете.  — Новый год начинается просто прекрасно, — промурлыкала она, роясь в ящике стола в поисках нужных бумаг. — Я занята, — недовольно сказала она, услышав открывающуюся в кабинет дверь. В ответ кто — то слегка кашлянул.  — Я занята, — повторила она, поднимая глаза на посетителя, — я же сказала, — добавила она уже намного тише. — Доктор Кадди! Холт не смогла сдержать изумления при виде главврача. Она ничуть не изменилась: была как всегда безупречно одета, её волосы были безупречно уложены, лёгкий макияж был безукоризненен… лишь одно было не как обычно — Лиза Кадди сидела в инвалидной коляске.  — Доброе утро, доктор Холт.  — Доброе утро. Как вы себя чувствуете? Вы к нам в гости? — растягивая губы в улыбке, спросила Джессика, обескураженно оседая обратно в кресло.  — Я чувствую себя довольно сносно, спасибо. — Кадди улыбнулась, слегка вскинув голову. — Нет, я не в гости, доктор Холт. Я возвращаюсь к работе. Холт изменилась в лице.  — Это… это прекрасная новость, доктор Кадди, — старательно изображая радость, проговорила Джессика. Она сама уже давно свыклась со своей должностью, которая единственная давала возможность покомандовать самым главным проблемным гением больницы.  — Я тоже так думаю. — согласилась Лиза и вопросительно посмотрела на Холт. Та так же вопросительно посмотрела в ответ. — Может, вы уступите мне моё место? — Без намёков спросила Кадди.  — Да — да, конечно. Новость разнеслась по больнице со скоростью света. Кадди даже не ожидала, что это будет так быстро, её слабые надежды на постепенность угасли в один миг. Теперь ей приходилось сталкиваться с десятками глаз, глядящих на неё с самыми разными эмоциями. Кто-то смотрел радостно, кто — то ободряюще, кто — то откровенно сочувствующе, а кто-то с жалостью. Глядя в глаза последним Кадди убирала все эмоции прочь, проезжая мимо с каменным лицом. Она справится и без чьей-либо жалости. А сегодня она, пожалуй, совершит путь до кабинета Уилсона. Он будет рад увидеть, что она не теряется, будучи в таком убогом положении и не запирается у себя в кабинете, не желая никого видеть. Кадди ещё никогда не замечала, чтобы Хаус так спокойно и так… без сарказма разговаривал с кем-то из врачей. Рядом с кабинетом аллерголога Брауна стояли друг напротив друга, облокотившись плечом к стене, Хаус и Холт. Холт успела уже в который раз с сожалением упомянуть, что ей очень непривычно опять возвращаться непосредственно к работе с больными. -.и вообще, честно говоря, я сомневаюсь, что, будучи прикованной к коляске, она сможет нормально продолжать работу… Впрочем не стоит о ней, — недовольно протянула Холт и тут же вернулась к своему обычному настроению. Кадди резко остановила коляску, встретившись взглядом с Грегом. Она молча смотрела ему в глаза, чуть -чуть склонив голову набок. Неизвестно, что она пыталась в них разглядеть, но в один момент она повернула коляску обратно.  — Ну? Как тебе мой подарок на новый год? Может, повторим? — игриво улыбнулась Джессика. Хаус неожиданно ощутил на себе взгляд. За спиной Холт сидела в инвалидной коляске Кадди. Её каменное лицо не выражало абсолютно ничего: ни радости, ни злости, ни печали. Ни единой эмоции.  — На самом деле это был дурацкий подарок на новый год. Это вообще был не подарок. — с раздражением сказал Хаус. Он смотрел на увечность Кадди. То, что Холт назвала секс с ним «подарком» обидело и разозлило Хауса. Как она себе это представляла? Как благотворительность? Или как обычное подаяние? «Подарок калеке.» Какая же всё это на самом деле чушь. Всё чушь. И все эти высосанные из пальца отношения тоже чушь. Бред чистой воды. Какого чёрта он на это вообще решился? Напряжённую спину Кадди скрыл поворот. Больше не видно ни её ничего не выражающего лица, ни её глубокого взгляда, на дне которого Хаус при желании мог много чего прочесть, ни её недвижимых, покоящихся на подставках, ног. Хаус вернулся в реальность и столкнулся с непонимающим и возмущённым взглядом Холт.  — Что это значит?  — Всё кончено, Джесс. — сказал Хаус, задержался взглядом на вмиг погрустневшем лице Джессики и прошёл мимо неё в ту сторону, куда направилась Кадди. Лиза собрала все силы в кулак, чтобы никак не отреагировать на встречу. Почему он не поздоровался? Разве она этого не заслужила? Почему он так говорил с Холт? И правда ли ей не показалось, что его молчаливый взгляд говорил намного больше, чем сам Хаус знал слов? А может, стоило ей поздороваться первой? Бурный поток вопросов остановился только тогда, когда Кадди подъехала к кабинету Уилсона.  — К вам можно? — поинтересовалась она, приоткрыв дверь. Джеймс отвлёкся от изучения новой статьи. При виде Кадди его лицо просияло.  — Конечно можно! — он встал и закрыл за ней дверь.  — Спасибо.  — Лиза, зачем ты напрягалась? Позвонила бы, и я спустился бы к тебе в кабинет.  — Всё в порядке. Я же не калека, чтобы находиться на одном месте, — с достоинством сказала Кадди. Уилсон отвёл глаза в сторону.  — Нет, не думай, что я оказываю сама себе фальшивую поддержку. — поторопилась предупредить Лиза. — Ты будешь первый, кто узнает. И никому не говори. У меня есть одна новость… — она не окончила фразу и счастливо засмеялась.  — Неужели?.. Кадди кивнула. Не так давно она отпраздновала своеобразную победу. Лиза почти кинулась Догерти на шею, когда на очередных процедурах она поняла, что к её ногам возвращается чувствительность. Она ни кому не говорила об этом, желая удостовериться, что дело действительно идёт на поправку. Вот уже несколько дней она изнуряла себя длительными упражнениями, иногда доводя неразработанные мышцы до тупой боли, и только тогда она заканчивала занятия. Лиза не жалела себя, горя одной целью — поскорее вернуться в норму. Она невероятно радовалась тому, что уже способна чувствовать боль. Кадди была счастлива как ребёнок, когда ей удалось сделать, опираясь на костыли, первый шаг. Она понимала, что кризис остался позади и теперь нужно только ждать и работать над собой.  — Боже, Лиза, я не знаю, как тебя поздравить, — сбивчиво заговорил Уилсон. — Да что там поздравить… это же невероятно! Ты скоро будешь ходить! Кадди еле сдерживала слёзы, ей было так приятно разделить с кем — то свою радость. Лиза дрожащей рукой провела по голени левой ноги. Она чувствует прикосновение. Ей действительно это не снится. Она скоро будет ходить… ходить!