Подгорный Король

Утро встретило меня теплыми лучами апрельского солнца и улыбкой Торина. Он сидел рядом с моей кроватью в уютном кресле. Когда я открыла глаза он пересел на кровать и облегченно вздохнул когда понял, что со мной всё в порядке. — Ты совсем не спал? — спросила я, глядя на залегшие тени под глазами гнома. — Задремал под утро. — признался он с усталой улыбкой. Я осуждающе посмотрела на него. — А почему к себе не пошел? — А вдруг... я боялся, что тебе снова станет плохо. — замялся он. Я ласково потрепала его по плечу. Вдруг от его прежней усталости не осталось и следа и в глазах заплясали озорные огоньки. — Ты ведь помнишь, что сегодня ярмарка в Дейле? Та, на которую мы идём. — подмигнул он мне. — Ты тоже идёшь? — непонимающе спросила я, улыбаясь гному. — Конечно! Тебе понравится, я уверен. Эта ярмарка будет особенной. — с жаром выдохнул принц. — У тебя опять идея какая-то? — вскочила я на кровати, скидывая одеяло. Он расплылся в довольной и хитрой улыбке. В дверь постучали. Мы переглянулись и уставились на дверь. Вошла Дис, явно не ожидавшая увидеть здесь своего неугомонного братца. Она застыла на пороге, переваривая увиденное. В одной ночной рубашке я сидела на кровати с раскрасневшимися щеками, рядом со мной полулежал Торин со сверкающими от счастья глазами. — Торин? — наконец обратилась к брату гномка. — Родвен ночью приснился кошмар. Снова. — спокойно пояснил он, слегка краснея. При этом взгляд его был чистым и невинным, как у провинившегося ребенка. Я молча кивнула и перевела взгляд на принца. Дис улыбнулась. Мы стали невероятно близкими. Дис заменила мне сестру, а Торин брата. Гномка уступала ему в изобретательности всяких выдумок и забав. Но всё же он был довольно серьезным, когда ему в голову не приходила очередная безумная идея, которой он тут же бежал делиться со мной. Ярмарки мы посещали каждый год. Это стало нашей своеобразной традицией. Но действительно необычной оказалась не та ярмарка, а седьмая. Не сама ярмарка была памятной, но именно тот день. В год моего совершеннолетия... ...Как-то он рассказал мне о цветке, который цветёт лишь раз в три года в лучах восходящей полной луны. По словам гнома это как раз было в этом году. Я совершенно не представляла, что этот самый раз наступит той самой ночью. Об этом я догадалась, когда он потащил меня в лес искать полуночное растение. — Далеко ещё, Торин? — спросила я, минуя очередной куст шиповника. — Эта поляна должна быть где-то здесь. — услышала я полный решимости голос принца. — Ты уверен, что мы правильно идём? — не унималась я. Не то что бы я боялась темноты, но прогулки по ночному лесу не были самым моим любимым занятием. В этих краях хоть и не было ни орков, ни варгов, но осторожность ещё никого не портила. Торин повернулся ко мне и недовольно посмотрел мне в глаза. Я состроила невинную физиономию. Он хмыкнул и слегка улыбнулся. Гном взял меня за руку и повел дальше. Шли мы недолго. — Вот же она! — воскликнул он и прибавил шагу, увлекая меня за собой. — Смотри. Я опустила глаза и у самой земли заметила средних размеров бутон. — Скоро взойдет луна. — сказал он, усаживаясь на земле у поваленной сосны. — Садись. И он жестом пригласил меня сесть рядом с ним. Только сейчас я заметила, что довольно сильно продрогла. Торин накинул мне на плечи свой отороченный мехом плащ. В нём было значительно теплее, чем в моей легкой накидке. Мы сидели и ждали в тишине, глядя на бутон. Иногда мы обменивались взглядами и улыбались друг другу. И вот наконец взошла луна. Лепестки один за другим начали медленно раскрываться. Казалось, они будто ожили в серебряном свете и тянулись к лучам восходящей луны. Огромная, она выплыла из-за горы и осветила всю поляну. Я с восторгом наблюдала за всем происходящим. Когда цветок полностью раскрылся воздух наполнился сладким пьянящим ароматом. Его лепестки нежно переливались светло-бирюзовым и излучали слабое сияние. Я перевела взгляд на Торина, сидящего бесшумно рядом. Он смотрел на меня и ласково улыбался. Что-то изменилось в его взгляде, но я не могла понять что. Это был тот Торин, который удивлял меня своими выдумками, порой безрассудный, но вообще довольно сдержанный. Но в глазах, помимо света луны и мерцания чудо-цветка, появился едва заметный огонёк. Он лишь тлел, но чувствовалось, что однажды эта тлеющая искорка разразится настоящим пожаром. От одной этой мысли у меня похолодело внутри. Я относилась к нему, как к брату. Торин был мне другом. Той живой душой, с которой я делилась самыми сокровенными тайнами и переживаниями. Но сейчас он был другим. Луна играла на его темных ресницах, переливалась серебром на вороных кудрях и дарила сапфировым глазам бездонную глубину. — Нам не пора домой... Дис вообще знает где мы? — хриплым от волнения голосом поинтересовалась я. На лице Торина заиграла легкая улыбка, не предвещающая ничего хорошего по приходу домой. — Ты ей не сказал? — изумилась я, неосознанно улыбаясь в ответ. Волнение накатило резко и ударило в голову, опьяняя рассудок. Мне вдруг стало так легко и радостно, что хотелось сорваться с места и пуститься в пляс. Торин накрыл своей ладонью мою и провёл кончиками пальцев по моему запястью. Он взял мою руку и вложил мне в ладонь что-то металлическое. Я опустила глаза и посмотрела на подарок гномьего принца. Это был искусной работы серебряный кулон с сапфиром на тонкой цепочке. От серебра исходил легкий свет или мне так только казалось. По форме он был точной копией того самого цветка. — Торин... Он великолепен. Спасибо. — прошептала я, проводя пальцами по сапфировым лепесткам. Гном осторожно приподнял моё лицо за подбородок и мы встретились глазами. — Я рад, что он тебе нравится... Родвен. С обратной стороны я сделал надпись. Она проявляется в свете луны лишь раз в три года. Именно в этот день. Вот. — он перевернул кулон на моей ладони. На обратной стороне цветка светилась надпись "Varrag". — "Помни"? — перевела я с кхуздула. За время, проведенное в Эреборе я успела его выучить. Язык гномов дался мне довольно легко. Торин кивнул, не сводя с меня глаз. — Спасибо, Торин. — я поцеловала гнома в щеку. Его подарок тронул меня до глубины души и слёзы выступили на глазах. Он ласково обнял меня и прижал к груди. Когда мы вернулись, то нас уже поджидала разгневанная Дис. Торину достались все лавры, как идейному вдохновителю и главному зачинщику ночного похода. Я пыталась заступиться за друга, но гномка не желала ничего слышать и продолжала чихвостить брата. Но даже эта трёпка не стёрла довольную улыбку с его лица. Мы шли по галерее. Спать не хотелось, хоть мы и порядком устали. Я остановилась и опустила глаза. — Прости меня. — проговорила я, стараясь не смотреть на него. — За что? — не понял он. — Тебе из-за меня досталось... — Родвен. — он подошёл ко мне вплотную и обнял за плечи. — Это была моя идея, и... я рад, что так получилось. Я посмотрела на Торина и слегка улыбнулась. Он ласково провел пятерней по моим темным волосам и прижал к себе. — Всегда помни. Куда бы ты не пошла, где бы не оказалась... Тебя всегда будут здесь ждать. Помни это. — прошептал он мне и мягко поцеловал в макушку. — Я всегда буду помнить. — ответила я, обвивая руками его шею. Он был так близко, я чувствовала его горячее дыхание на своей коже, его тепло плавными волнами растекалось по моему телу. Сердце замерло на миг и я вспомнила тот его взгляд на поляне в лесу. Опустив руки, я посмотрела ему в глаза. Разомкнуть объятия принц не торопился. — Я... спать пойду, наверное. Уже поздно. — голос перешел на шепот. Торин смотрел на меня тем же пылающим взглядом, что и в лесу. Чтобы он... Нет, этого не может быть. С чего вдруг... Нет, нет. Только не он. А с другой стороны... Ты переутомилась, день выдался тяжелым и насыщенным. Из плена размышлений меня вырвал внезапный поцелуй. Сердце камнем ухнуло вниз, по телу пробежала легкая дрожь. В глазах резко потемнело и я провалилась во тьму. — Оставь её, тварь! — кричала вечно молодая эльфийка. — Она тебе не принадлежит. Ни тебе, ни твоей воле. Вокруг неё вился тёмный туман. Он как будто источал мрак. Чёрная вуаль мглы окружила светлый лик эльфийки. — Она никогда не вспомнит тебя. Её сердце следует за светом. Ты не сможешь заполучить её. — прошипела она во мрак. Тьма проскрежетала что-то в ответ, светловолосая эльфийка вскрикнула и рухнула на землю. — Нет! Мама! Нет! — истошный вопль девушки прорезал воздух. Её голос слишком был похож на мой.