Вальс на ракушках

Я медленно прихожу в себя и слышу плач, крики и стоны со всех сторон. Полная дезориентация, я не понимаю, что происходит, пытаюсь открыть глаза, но резкая боль в висках заставляет на время отказаться от этой затеи. - Шеннон, - пытаюсь позвать мужа, но из горла вырываются лишь жалкие хрипы. Кашляю и снова зову его. Никто не отвечает, и я, превозмогая жуткую боль в предплечье, перевожу руку на рядом стоящее сидение, которое оказывается пустым. Ничто так не приводит в чувства и не вырывает из бездны, как отсутствие родного человека рядом. Резко распахиваю глаза и оглядываюсь вокруг – везде обломки, кровь и крики людей. Мне становится страшно, ведь только сейчас я полностью осознаю, что произошло. Обломки самолета были разбросаны по огромной лесной территории. Передняя часть повисла на кронах деревьев, и выжившие люди очень громко кричали, молили о помощи, но никто не мог им помочь. Каждый был убит своим горем – кто-то оплакивал умерших близких, безуспешно пытаясь привести их в сознание, кто-то растерянно бродил вокруг останков огромной воздушной машины, пытаясь понять, что же произошло, а кто-то пытался найти свою семью или друзей. Я относилась к категории последних. Медленно поднявшись, я, слегка пошатываясь от сильного головокружения, начала судорожно оглядываться по сторонам в поисках Шеннона, но его нигде не было видно. Я прошла мимо девочки лет двенадцати, пытавшейся растолкать зажатую между сидениями мать, которая, судя по неестественному выражению ее лица и чересчур выпяченным глазам, уже никогда не очнется. Это страшно – видеть смерть своими глазами. Страшно осознавать, что я могла оказаться среди тех людей, которые больше никогда не увидят этот мир. Ужасно. Бродя вокруг разломанных посадочных мест, я боялась наткнуться на мертвого мужа и, отгоняя эти ужасные мысли прочь, направилась в сторону группы людей, которая оглядывалась по сторонам и что-то бурно обсуждала. - Простите, - тихо произнесла я, протиснувшись в плотное кольцо перепуганных не на шутку пассажиров, – Простите, вы не видели… Вы не находили мужчину? Все обернулись. - Какого мужчину? – спросила пожилая женщина со спутанными волосами и рассеченной бровью. – Деточка, ты знаешь, сколько здесь мужчин? - Он… Он невысокого роста, - слезы появились в глазах, стоило мне начать описывать Шеннона. Я начала понимать, что, возможно, видела его в последний раз в своей жизни. Нет, не смей так думать, Сьюзан! Шеннон жив. Жив! – У него темные короткие волосы и татуировки: точечки на шее в несколько рядов и большая татуировка на плече… Он был одет в красную клетчатую рубашку, черную куртку и джинсы. Скажите, вы видели его? Я была полна отчаяния, слезы катились из моих глаз. Медленно переводя взгляд от одного человека к другому и видя их отрицательные кивки, я осела на землю, а из груди вырвались хриплые рыдания. Та седовласая женщина с рассеченной бровью опустилась передо мной на колени и, обняв, сказала перестать плакать и предложила помощь в поисках Шеннона. От этого слезы еще больше полились из глаз. - Спасательная служба скоро приедет, - успокаивающим голосом произнесла женщина. – Если не найдем мы, то найдут они, не беспокойся, дорогая. Мы поднялись с земли и, отряхнув от грязи одежду, направились к наибольшей куче обломков, туда, где находились наши посадочные места. Не дойдя до них, я вновь остановилась около плачущей девочки, по-прежнему пытающейся привести в сознание умершую мать. - Девочка, - утирая слезы, окликнула ее я. Она подняла на меня огромные голубые глаза, из которых стремительно катились слезы. В ее взгляде читалось столько боли, что я, подойдя ближе, крепко обняла ее, позволив ей разрыдаться в голос, уткнувшись носом мне в живот. - Как тебя зовут? - спросила я, когда ее рыдания прекратились, и она, утирая слезы, оторвалась от меня, снова заглянув прямо в душу глазами цвета неба. - Эллен, - тихо произнесла она, вновь повернувшись к матери. - Пойдем со мной, Эллен, - я протянула ей руку. – Скоро приедут спасатели, и они обязательно помогут твоей маме, верь мне. Девочка вложила свою небольшую ладонь мне в руку, и мы отправились вслед за женщиной, которая ушла далеко вперед. Я понимала, что зря обнадежила Эллен, ведь никто больше не в состоянии оказать помощь ее матери, но в этот момент всем нам нужна была доля этой утешающей лжи, которая на время окутывала спокойствием, заставляя верить, что все будет хорошо. Поднявшийся ветер пронизывал до костей, а моросящий дождь словно гарантировал нам воспаление легких. Кроны деревьев шумно качались из стороны в сторону под сильным натиском леденящего ветра. Время близилось к вечеру, так как тучи становились все темнее и темнее, а воздух еще холоднее. Люди громко выкрикивали имена потерявшихся родственников, в надежде, что те откликнутся. Всех нас объединяло одно - всепоглащающее отчаяние. - А как твое имя? Ты тоже потеряла кого-то? – не отрывая взгляда от земли, на которой были разбросаны железные обломки, спросила Эллен. - Меня зовут Сьюзан, - я попыталась улыбнуться, но получилось, мягко говоря, не очень. – Я… Я ищу своего мужа, но его нигде нет. Я снова всхлипнула. Самые страшные догадки заполонили мою голову, вытесняя надежду на то, что я найду Шеннона живым. - Все будет хорошо, Сьюзан, - произнесла девочка, вновь прижавшись ко мне. – Верь мне.