Будь со мной

Глава 20. Амстердам. День 6-й из 10-ти. – Тише… тише… Шерлок наклонился над унитазом, его рвало, мышцы живота скрутило в тугой узел. Иарла придерживал его, не давая упасть, и перед самым приступом рвоты Шерлок почувствовал на лбу его прохладную ладонь. – Скоро всё пройдет, – попытался утешить его Иарла, стоявший у него за спиной, но Шерлок расслышал в голосе тревогу. Было начало четвертого утра, рвота началась через час после того, как сразу после полуночи ушли агенты ЦРУ. – Все нормально… – прохрипел Шерлок. – Ни хрена не нормально, – отрезал Иарла. – Если бы не появились гребаные люди в черном, тебя бы уже труповозка забрала. И выглядишь ты еще так, будто вот-вот заберет. – Он осторожно прислонил Шерлока спиной к стене. Как хорошо прислониться. Стена прохладная. Шерлок слабо улыбнулся. – Когда ты злишься… твой акцент… становится более заметным… – Верно подмечено, мать твою, – сказал Иарла, теперь сидевший перед Шерлоком на корточках. Он вытер ему лицо влажным полотенцем. – Я тебе говорю, если так продолжится и дальше, я тебя выгоню. Шерлок почувствовал, что Иарла смягчился – ведь ему было не все равно. Так вот где Шерлок теперь оказался? В какой-то новой стране, где единственным языком общения были эмоции? – Как ты все это выносишь? – прошептал он, вглядываясь в опухшее от удара под глазом и челюстью лицо Иарлы. – Это всегда будет так больно? На мгновение на лице Иарлы промелькнуло смятение, но потом его выражение снова стало вполне обыденным, и Шерлок отвернулся, раздосадованный. Для него это было важно, хотя он и не хотел говорить об этом вслух. – Послушай, – сказал Иарла, положив теперь руку на плечо Шерлока. – Мне все равно, что это у тебя там... за игра с этими формулами. Ты больше не будешь этого делать. Ты больше не пойдешь в клуб и не уколешься. Шерлок снова мягко улыбнулся: – Если я не добуду формулу, моя жизнь все равно ничего не стоит. Иарла тяжело раздраженно вздохнул: – Я не позволю тебе это сделать. Шерлок покачал головой: – У тебя ничего не выйдет. Иарла серьезно посмотрел на него: – А у Джона бы вышло? Имя повисло в воздухе. Взгляд Шерлока стал осмысленнее, он залился краской. – Ты не Джон. Иарла тоже покраснел. – Я это знаю, – сказал он, но что-то крылось в его словах. Гнев Шерлока нарастал, слова вырывались сами собой: – Ты просто напуганный никчемный человечишка. Семья от тебя отвернулась, когда ты признался, что ты гей. Держу пари, твой отец отказался с тобой разговаривать. Ты преподаешь в университете, потому что для тебя это уморительно легко, и потому что ты хотел стать актером или писателем, но слишком боялся, – Шерлок тяжело задышал и отвернулся. Повисла гнетущая тишина. Иарла моргал, сжав челюсти. Наконец, он сказал: – Тебя это забавляет? Вот так препарировать человека? – Я ничего с этого не имею, – пророкотал Шерлок. – Я просто наблюдаю и говорю правду. Иарла кивнул. – Я понимаю. Тогда вот тебе еще одна правда: ты вот так дал мне обухом по голове, потому что я упомянул твоего любовника. Ты постарался сделать мне больно – и тебе это удалось, кстати – потому, что напоминание о Джоне причиняет боль тебе. Так что я могу сказать, кто действительно испуган, Шерлок. Судя по тому, как ты выставляешь людей на посмешище тем, что в них увидел, самый напуганный человек в этой гребаной комнате – это ты. Шерлок сглотнул, глядя на Иарлу широко раскрытыми глазами. Слова тонули, тонули, тонули в нем, словно камни. – Один – один, – хрипло пробормотал он. Если Иарла и был доволен победой, он этого не показал. Он просто вздохнул и провел ладонью по своим темным волосам. – Как мне найти Джона? – спросил он. – И привести его сюда? Шерлок состроил мучительную гримасу и отвел глаза. – Ты не сможешь этого сделать. Лицо Иарлы тоже вытянулось. – Он умер? Это слово кольнуло Шерлока. – Я... я не знаю. Иарла притих, потом сказал: – Черт возьми, он делает то же самое, только в другом месте. Шерлок снова посмотрел на Иарлу и со страдальческим выражением кивнул: – Да... в Афганистане. Пухлые губы Иарлы поджались, глаза вдруг засияли. Он сглотнул, крепче сжав плечо Шерлока. – Ты не пойдешь больше к Люонгу, – повторил он. – Во-первых, он хочет тебя убить. Может, изначально такова и была задумка, – он помолчал, опустил глаза, потом снова посмотрел на Шерлока. – И, кроме того... тебе ведь уже хочется уколоться, да? – Нет, – поспешно ответил Шерлок. Слишком поспешно. – Шерлок, – покачав головой, сказал Иарла с серьезным и каким-то грустным выражением лица. – Я там был. Пробовал ту же гадость. Я знаю. Господи, да я вижу это по тебе. – Нет, – повторил Шерлок, но он видел руки Иарлы, когда тот закатал рукава свитера, чтобы смочить водой полотенце и вытереть ему лицо. Иарла знал. Знал об этой поднимающейся в нем неодолимой тяге, похожей на теплые, темные воды... – Иарла – прошептал Шерлок, отгоняя от себя это ощущение. Голова у него кружилась. – Пойми. У меня мало времени... и я... больше ни на что не способен. Иарла посмотрел на него, снова сглотнул. Потом кивнул. Шерлок заметил, как он напрягся. – Ну, по крайней мере, у тебя есть день, – сказал он, откашлявшись. – Тебе нужно поспать, пусть желудок придет в себя. Давай помогу тебе прилечь. *** Вопреки словам Шерлока, Иарла Бреннан был решительным человеком. По крайней мере, так он себе сказал, после того как помог Шерлоку улечься и дал ему несколько нудных советов по поводу таблеток от головной боли и перекуса и ушел. Так он себе говорил, когда ловил такси и просил водителя отвезти его к банкомату. Прощай, поездка на Рождество в Дублин, подумал он, засовывая пачку купюр в карман куртки и снова садясь в теплую машину. – В «Небулу» [27], – сказал он, водитель кивнул и поехал к клубу, который в пятницу вечером превратился в пульсирующий сгусток энергии. Иарла уткнулся подбородком в воротник кожаной куртки. Колено подпрыгивало в быстром ритме, в такт нервам. Он заставил себя дышать. Вдох-выдох, вдох-выдох. Таксист посмотрел в зеркальце заднего вида и по-голландски спросил его, все ли в порядке. Он кивнул, вытер лицо. Вроде бы всё логично? Люонг знал его, доверял ему. Его потянуло на торчок (даже сейчас), вот он так внезапно и появился – подозрений это не вызовет. У него была какая-то сопротивляемость наркотику (по крайней мере, раньше). А Шерлок дошел бы до такой кондиции, что не смог бы обрести нужную ясность в голове и работать над образцом. – Ах ты, господи, – прошептал Иарла, закрыв рукой глаза и пытаясь вычислить, в какой именно момент его жизнь превратилась в такое невероятное дерьмо. Или то, что сказал о нем Шерлок, так глубоко его задело, что он готов рискнуть своей жизнью, чтобы доказать тому (а может быть, главным образом, самому себе), что он был не прав? Было ли в этом зерно истины, побудившее его покинуть квартиру? На самом ли деле он так устал тихо и незаметно ждать в стороне, сидеть в баре и наблюдать, или протирать штаны за столом в своем крошечном кабинете в этом городе, в котором он даже не хотел жить, что лучше уж что-то делать – пусть даже это? Это ли им сейчас двигало? Такси свернуло в район красных фонарей. У него еще было время повернуть назад. Он расправил плечи, когда в поле зрения показалась синяя неоновая вывеска планеты , и ответил на свой собственный вопрос. Да. *** От бесконечного тяжелого сна Шерлока разбудил телефонный звонок. Комнату освещали разноцветные огоньки китайских фонариков. Так долго он не слышал этого звука – и мелодия вызова была другой, не такой, как в старом «Блэкберри», который он разбил об стенку – казалось, целую жизнь назад – что он с трудом понял, что звонит его телефон. После того как Иарла ушел, он снял рубашку, но остался в черных брюках – с расстегнутой пуговицей и молнией. В таком виде он поднялся с кровати и, шатаясь, побрел к пальто. Майкрофт. Он нажал «ответить». – Шерлок, – донесся до него голос Майкрофта спустя секунду – спутник ведь перебрасывал сигнал за тысячи миль, – с тобой все в порядке? Шерлок быстро проанализировал голос брата. Плохих новостей нет, определил он, и комок в животе исчез. – Да, – тускло отозвался Шерлок. – И… спасибо тебе за все. Он почти слышал, как брат изумленно опешил. Через секунду Майкрофт откашлялся: – Я звоню, чтобы сказать тебе, что Джон едет назад в Кабул из места, указанного Мориарти. В течение часа они должны прибыть на американскую военную базу. Шерлоку показалось, будто из него выкачали весь воздух. – Подожди, «они»? Что еще за «они»? – Его сопровождал отряд морских пехотинцев, их эвакуировали в разгар перестрелки с охранниками опиумных плантаций с территории, контролируемой Талибаном. – С ним все хорошо? – поспешно спросил Шерлок. – Когда я разговаривал с ним перед самой эвакуацией, он был в полном порядке. Более точную информацию удается получать с трудом. Я послал к ним пакистанский отряд спецназа и, боюсь, был довольно занят тем, чтобы убедить афганскую и американскую армии не сбивать их по пути их следования, – Майкрофт вздохнул. – Прости, что не знаю большего. – Нет, нет, – успокоил его Шерлок. – И это… хорошо. – Предполагаю, – продолжил Майкрофт, – то, что случилось вчера ночью, было частью игры Мориарти. – Без сомнения, – отрезал Шерлок, ему было противно оттого, как вспыхнули щеки от знакомых ноток беспокойного неодобрения в голосе брата. – Я так и думал, – опустошенно ответил Майкрофт. – Ну. Нам повезло. Будем надеяться, что больше нам к помощи Фортуны прибегать не придется. – Что-нибудь слышно об Ирэн Адлер? – спросил Шерлок, меняя тему. – Нет, – ответил Майкрофт уже снова деловым тоном. – Но на теле, найденном вчера в минском отеле, видны отличительные признаки ее работы. Отсюда из Лондона я делаю все, что могу, чтобы разыскать ее, но она не включила свой спутниковый телефон. Боюсь, она может быть где угодно. Облегчение, которое испытал Шерлок после новости о судьбе Джона, угасло. Что это значит? Ей пришлось убить, чтобы сбежать? – Меня ждут другие дела, – тихо сказал Майкрофт. – Пожалуйста, Шерлок. Береги себя и знай, что я… – он помолчал, – …всегда рядом. Насколько могу. – Спасибо, Майкрофт, – искренне ответил Шерлок и положил трубку. Только после этого он притих, прислушался и понял, что Иарлы нет дома. Он посмотрел на часы. 4.17 утра. Где…? Он закрыл глаза. Нет… Он застегнул брюки и подобрал с пола рубашку. Он возился с пуговицами, голова у него была ясной. Внизу открылась дверь, потом долгая тишина, потом она закрылась. Отшвырнув пальто, Шерлок бросился к двери, рывком открыл ее и побежал босиком вниз по лестнице. Иарла стоял на второй ступеньке, привалившись к стене, и выражение его лица Шерлок узнал бы где угодно. – Бери… – прошептал он, глаза у него были огромные, лицо потное и бледное. Он протягивал руку, возясь с рукавом своей кожаной куртки. – Шерлок, бери… – Ну-ка, – мягко сказал Шерлок, просовывая руки под руки Иарлы, чтобы оторвать его от стены. – Пойдем наверх… теперь с тобой все хорошо. Шатаясь, они дошли до квартиры, и Шерлок запер дверь. Он подтолкнул Иарлу к краю кровати, и как можно осторожнее усадил. Голова Иарлы слегка моталась на шее, взгляд пьяно скользил по бликам огоньков. Он облизнул губы, пока Шерлок снимал с него шарф и куртку и проверял пульс на шее. – Ляг, – сказал Шерлок, и Иарла позволил ему уложить себя на кровать и накрыть одеялом, лежащим в изножье. – С тобой все хорошо. Потом что-то – какой-то мощный вихрь из измождения, раздражения и страха – пронзил его. – Ты хоть думал, черт тебя побери, что творишь? – отрывисто бросил он. Иарла закрыл глаза. – То, что нужно было сделать, – тихо ответил он полусонным голосом. Шерлок понял, что он все еще в эйфории с оттенком тоски. Это был первый и самый прекрасный пик. – Это был идиотский и глупый риск, – отрезал Шерлок. – Он мог тебя убить, а ты ведь не имеешь к этому никакого отношения! Казалось, Иарла нашел это забавным и несколько секунд, отвернувшись, слабо хихикал. Потом он повернулся к Шерлоку, и тот увидел в его глазах слезы. – Шерлок, ты такой… Господи, все имеют к этому отношение. Шерлок покачал головой, но доля правды в словах Иарлы была. Если это была игра Джеймса Мориарти, в нее играли все. Иарла сглотнул. – Чего ты ждешь? – тихо спросил он и снова протянул руку. – Бери. Шерлок посмотрел на него, в его печальное лицо. Наконец, кивнул и пошел в кухню за шприцем. *** К восьми часам дождливого утра Шерлок склонился над столом с линейкой, взятой с опрятного стола Иарлы, и черными, красными и синими ручками выводил сложную химическую формулу. Аккуратным почерком он выписывал буквы: С Н N О. Похоже на формулу обычного диацетилморфина, но почему-то этот образец вызывал большую концентрацию метаболита 6-моноацетилморфина в организме. Скорее всего, из-за генетической мутации в растении. Это могло привести к невероятно сильной и быстрой зависимости, но ему нужно было химическое подтверждение этого предположения. Ему было немного интересно, но больше всего он хотел победить. Он закончил вычерчивать химическую структуру, чувствуя себя как школьник, которого наказали, заставив сто раз подряд писать одно и то же предложение. Наверное, этого и хотел Мориарти. Закончив, он взял свой камерофон, подставил поближе настольную лампу, которую водрузил на кухонный стол, чтобы осветить путанные надписи и линии на листе бумаги. Он открыл приложение камеры, сделал фотографию, вошел в меню и выбрал «создать сообщение». В подписи к фото он написал: «Ваша формула. Впрочем, у вас она уже есть». В поле «Кому» он набрал «Джим Мориарти» и нажал «отправить». Когда он услышал звук отчета – сообщение доставлено, -- он обмяк и внезапно почувствовал себя таким измученным, как будто целую вечность болтался на веревке. В ответ на затопившее его ощущение он положил камерофон на стол и закрыл лицо руками. Руки начали дрожать. Иарла на кровати слабо застонал. Шерлок вытер лицо и обернулся, чтобы посмотреть на него. Серый свет падал на бледнее лицо Иарлы. Грудь поднималась и опускалась в ровном ритме, но чересчур быстро. От этого Шерлок резко пришел в себя. Он снова взял телефон и написал Майкрофту: «Формула отправлена. Думаю, все напрасно». Ответ пришел почти сразу же: «Лучше об этом не думать. Самолет будет готов примерно через час». Я возвращаюсь в Лондон, думал Шерлок. Возвращаюсь домой. Ему было трудно это осмыслить. Он небрежно вытер лицо. Собирая вещи, он еще раз посмотрел на Иарлу. Тот лежал к нему лицом, наполовину скрытым в тени, и выглядел совсем молодым. Опухоль на челюсти и вокруг глаза потемнела и стала более заметной. И тогда Шерлок понял, что не может оставить Иарлу, еще не отошедшего от действия наркотика, одного. Рискованно, но хуже… проявить бессердечие. И Люонг, скорее всего, убьет его, если поймет, что он был тем ключом, с помощью которого Шерлок разгадал загадку Мориарти. Он подошел к кровати и осторожно потряс Иарлу. – Пора просыпаться, – тихо сказал он. Иарла издал тихий звук и открыл глаза, всматриваясь в его лицо. – Что…? – Вставай и собирай вещи, – сказал Шерлок. – Здесь оставаться небезопасно. *** В кэбе они оба сидели как вкопанные; Иарла положил руки на колени, будто ему нужно было держаться за что-то, чтобы не упасть. Судя по выражению лица, он едва ли понимал, что они покидают город навсегда. В свою очередь, Шерлоку пришлось бороться с глубокой, странной болью – начиналась ломка. Бедра и спина налились тяжестью и мучительно ныли, снова вернулась тошнота, грозившая неудержимой рвотой. В попытке отвлечься он попытался вспомнить названия улиц, по которым им предстояло проезжать, и тут зажегся экран телефона – пришло сообщение: «Шерлок». Он посмотрел на номер. Ирэн. Он схватил телефон, дрожащие пальцы застучали по клавишам. «Где ты? С тобой все в порядке?» Долгая пауза, только мигающее троеточие показывало, что она набирает ответ. «В Берлине. Не совсем». Он с трудом сглотнул. Во рту пересохло, в голове закрутились новые данные. «Я к тебе приеду. Уже на пути в аэропорт». Снова пауза. Слишком долго она молчала всего для двух слов: «Слишком поздно». Он сжал зубы, дыхание у перехватило. Он пережил игру. Джон тоже. Он найдет способ вытащить ее. Если бы они выжили все, в глубине души он чувствовал – они бы выиграли. И он не забыл, что обещал ей не оставлять ее одну. Он набрал сообщение: «Выезжаю к тебе – вышли адрес. Не спорь. Я уже еду». Он ждал. Она не отвечала. «Ирэн». Он с силой ударил по кнопке «отправить». Спустя мгновение снова замелькало троеточие, и на экране появился адрес. Он отправил ей: «Скоро буду» и положил телефон в карман. *** Стол в кабинете Майкрофта был совершенно чист. Одинаковые стулья с прямыми спинками задвинуты. Майкрофт сидел во главе стола, спиной к витражу, сложив пальцы над губами – этому жесту он научился от отца, а Шерлок от него. Ему и госсекретарю США удалось успокоить истерику афганского и индийского правительств, кажется, напоказ они еще бушевали, но в целом все было хорошо. Он получил сообщение от Джеймса Мориарти с простой фразой: Я человек слова. Цветок от Уотсона, и все закончится. Это то, что мне на самом деле нужно. Майкрофт откинулся на спинку стула, выставив подбородок. Давно он уже не чувствовал такой ярости, давно в нем была заперта эта дверь. «Он у него. Скоро ты его получишь». Игра была окончена, но Майкрофт сомневался, выиграли или проиграли Шерлок и остальные. Два часа назад он написал Шерлоку, чтобы тот сообщил ему, когда самолет приземлится. И, несмотря утреннее ритуальное деликатное расшаркивание «я виноват», от знакомой хриплой натянутости в голосе брата – от наркотиков, - голова у Майкрофта раскалывалась от тупой боли. Он не мог подавить ощущения, что где-то за пределами этого чопорного кабинета вот-вот случится что-то страшное. Поэтому, когда зазвонил телефон, он не удивился. Если бы это был Джон, зазвонил бы спутниковый телефон. Если бы ему хотели сообщить о Джоне, зазвонил бы его собственный. Звонил его собственный телефон. – Майкрофт, – низким серьезным голосом заговорил госсекретарь США, – у меня есть новости из Кабула. Майкрофт закрыл глаза. Голос у него встревоженный, но не трагический, подумал он. – Капитан Уотсон ранен, – сказал он. – Да. Их «Черный ястреб» сбили до того, как подоспели пакистанцы. У нас девять раненых, двое крайне тяжелые, в том числе ваш Уотсон. Ему раздробило грудь. Сейчас он в Кабуле. Потребуются, по крайней мере, сутки, чтобы стабилизировать его состояние, а потом перевезти его в Ландштуль [28] в Германию, – он помолчал. – Там небольшая суматоха, потому с новостями была такая задержка. – Разумеется, – сказал Майкрофт, выдавив из себя улыбку. – Если это вас как-то утешит, – добродушно прибавил голос на том конце провода, – лучшего места, чем Ландштуль, с таким ранением не найти. Если его туда доставят, он попадет в замечательные руки. Майкрофт глубоко вздохнул. Шерлок… Он взял себя в руки. – Да, пожалуй. Пожалуйста, держите меня в курсе. Прилечу в Рамштайн как только смогу. – Непременно, буду докладывать все, что узнаю. И решу все проблемы с разрешением на перелет на базу. Приятного путешествия, всего доброго. Они сердечно попрощались, и Майкрофт положил трубку. Он долго сидел, поглаживая лоб, и страх обволакивал его при мысли о следующем звонке, который ему предстояло сделать.