Будь со мной

ЭПИЛОГ. — Шерлок, — закудахтала миссис Хадсон, и Шерлок в очередной раз поразился ее способности так невероятно пронзительно произносить его имя. — Почему ты прячешься на кухне, когда у тебя гости? — Я не прячусь, — отрезал он. — Там слишком много чертовых людей, — он одернул пиджак. — Вы же знаете, в прошлом году их не было, так что этих я считаю уже толпой. — В этом году у тебя больше друзей, чем в прошлом, — почти с упреком сказала миссис Хадсон. — И большинство людей бы на твоем месте радовалось. Их всего лишь чуть больше пяти. Шерлок вздохнул. Снова друзья. Черт побери... — А теперь возьми этот поднос с сэндвичами, отнеси и поставь на журнальный столик, хорошо? И убедись... Но он пропустил остальное мимо ушей, потому что схватил поднос и унес его с кухни, приклеив к лицу приветливую, как он надеялся, улыбку. В гостиной было до скверности много народу. Лестрейд сидел в кресле Шерлока и разговаривал с Джоном и Куинсом. Другой американец разговаривал с Молли, а третий стоял с Иарлой у окна. Молли и ее морской пехотинец (Мик? Крис? Еще кто-то с таким же односложным именем? Нет, Мик гей, напомнил себе Шерлок, значит, Крис) стояли рядом с журнальным столиком, и пока Шерлок дошел до него, пока освобождал поверхность столика, чтобы поставить поднос, он невольно подслушал их разговор. Было более чем ясно, что Молли уже втрескалась по уши, но Крис, скорее всего, вычислил Шерлок, женат или, по крайней мере, помолвлен. Тем не менее, Крис был любезен и искренне заинтересовался Молли, и ей это ужасно нравилось. У нее в руках был какой-то дурацкий напиток с трубочкой. — О, я работаю с трупами, — сказала она со свойственным ей тактом. — Какое совпадение, — рассмеявшись, бесстрастно сказал Крис. — А мы с друзьями последние несколько лет убиваем. Молли покраснела, будто он сказал ей, что ему нравятся ее волосы. — Это... здорово. Должно быть, это здорово. Шерлок приложил все усилия, чтобы не возвести глаза к небу. Он быстро ретировался. *** — Так откуда же вы знаете Шерлока и Джона? — спросил Мик, а Иарла невольно смотрел на его губы. Прекрати, одернул он сам себя. Он же чертов морпех, господи... — Я познакомился с Шерлоком в Амстердаме, — ответил Иарла. — Он тогда работал... кое над чем. Мик кивнул, и Иарла мог поклясться, что он тоже исподтишка наблюдает за ним. На Мике была голубая флисовая майка и джинсы, на груди виднелась цепочка солдатских жетонов. Он выглядел как турист, чей-то старший брат или молодой отец тройни. Не гей, Бреннан, повторял Иарла про себя. Не гей. Мик снова заговорил. — Над чем-то, связанным с... тем, что они делали, да? Тем, над чем он работал с Джоном? Иарла кивнул. — Да, а я ввязался во все это случайно, — он отхлебнул из своего стакана, чувствуя, как проклятый алкоголь устремился прямо к бледным ирландским щекам. — А, понятно, — откашлялся Мик. — Так чем же вы занимаетесь? Иарла застыл. Мик был первым человеком, который спросил его об этом, значит, он первый раз произнесет это вслух. — Я служу в британской разведке, — сказал он, и ему страшно захотелось рассмеяться, когда он увидел впечатленное лицо Мика. — Правда? Вау. Наверное, это.... Его прервало появление Шерлока с подносом маленьких причудливых кексов, каждый из которых был украшен листиками плюща. — Да, вы оба геи, — бросил он и пошел к Джону, Лейстреду и остальным. Мик и Иарла смотрели ему в след, потом повернулись друг к другу. — Да уж, — сказал Мик и взял свой стакан. Иарла уже смеялся. – Кажется, вот и разгадка. *** Шерлок бухнул поднос на столик и одернул пиджак. — Счет, пожалуйста, официант, — сказал Лестрейд, и Шерлок ответил ему таким взглядом с прищуром, что Майк Стэмфорд едва не поперхнулся чаем. — Шерлок, — подал голос Джон из своего привычного кресла. — Надеюсь, ты хорошо себя ведешь. — Я всегда себя хорошо веду, — отрезал Шерлок, развернулся и снова ушел на кухню. Куинс посмотрел на него, потом на Джона. — Чувак, твой бойфренд всегда такой мудак? — Без комментариев, черт возьми, — сказал Лестрейд, сделал большой глоток виски и разжевал лед. Джон рассмеялся. — В компании посторонних? По большей части, да. *** — Шерлок, а теперь сыграй для меня что-нибудь, — попросила миссис Хадсон, когда вечеринка подходила к концу. У них уже появилась традиция — мелодия была для миссис Хадсон лучшим подарком, а в этом году у Шерлока, конечно же, не было времени подготовиться. Тем не менее, он достал скрипку из футляра, миссис Хадсон зашикала на гостей, и Шерлок вдруг понял, что оказался в центре всеобщего внимания. По радио тоже передавали рождественские гимны, и Молли пошла выключить его. Во внезапной тишине Шерлок прислушался и поднял руку. – Не надо, Молли, — сказал он, наклонив голову. – Оставь. Валторна заиграла «Старое доброе время» соло. Он вслушался в такт, потом поднял скрипку, закрыл глаза и начал импровизировать. Сначала он подыгрывал мелодии, а потом, точно в нужный момент, перешел на другую. «Дай нам мир», одна из первых простых мелодий, которую он выучился играть, лилась из-под смычка, мелодия плавно перетекала одна в другую. Гимн по радио только начался, так что у Шерлока было предостаточно времени, чтобы импровизировать. Когда он случайно взглянул на миссис Хадсон, она захлопала в ладоши с улыбкой чистой радости на лице. Когда валторна смолкла, он опустил смычок. Гостиная взорвалась аплодисментами. — Браво, — крикнул Джон, улыбаясь ему. — Твое здоровье! – сказал Мик, поднимая свой (третий по счету) бокал. — Шерлок, это было так мило, — сказала миссис Хадсон, смеясь от радости. – Так мило. Большое спасибо тебе, дорогой. Он наклонился и нежно поцеловал ее в щеку. *** На следующее утро – 23 декабря – Шерлок попросил Лестрейда отвезти Джона на его первый прием к физиотерапевту, сказав, что у него «срочные дела». — Ладно, — сказал немного озадаченный Джон. – Все хорошо? — Да, да, — поспешно сказал Шерлок, выпивая свой утренний чай и хватая со стола второй тост. – Скорее всего, вернусь сразу после тебя. Потом он надел пальто, завязал шарф элегантной петлей и отправился ловить такси. Сев в машину, он достал телефон. «Ты сегодня дома?» Долгое молчание. «Да, что-нибудь случилось?» -- ответил брат. «Нет, ничего», он помялся, потом глубоко вздохнул и набрал: «Хотел заехать на минутку». На этот раз молчание было непередаваемо долгим. Потом пришел ответ: «Я поставлю чайник». Такси выехало из города. Шерлоку надо было сказать таксисту, на какую из дорог без указателей поворачивать. Наконец они остановились перед фасадом огромного особняка. Широкая подъездная аллея была все еще покрыта легкой коркой снега. Дом казался пустым, но по окнам было видно, что в нем живут. — Вы можете подождать? – спросил Шерлок. – Я дам сверху двадцать фунтов. Таксист засмеялся: – Без вопросов. Шерлок вышел и подошел к знакомой двери. Он хотел постучать, но дверь распахнулась, как только он поднял руку. Шерлок смотрел на брата, который стоял в своих узких темных брюках, рубашке и вязаном жилете. Майкрофт хмурился. — Шерлок. Зайдешь? В холле они долго стояли лицом к лицу. Шерлок заложил руки за спину. — Могу я… взять твое пальто? – спросил Майкрофт, и Шерлок неохотно подчинился, снял пальто и шарф. Майкрофт взял их и указал в сторону большой гостиной. Шерлок проследовал туда, и они сели за маленький столик, на котором стоял сервиз их матушки. — С Джоном все в порядке? – спросил Майкрофт, разливая чай. Шерлок откашлялся и положил сахар в тонкую чашку. – Да, он поправляется. Сегодня утром поехал на физиотерапию с Лестрейдом на случай каких-либо неприятностей с журналистами. — Понятно, — ответил Майкрофт, беря свою чашку. В камине потрескивал огонь. Они оба отпили по глотку чая. — Шерлок, прости меня, но… что случилось? – спросил Майкрофт. — Случилось? – переспросил Шерлок. Майкрофт тяжело, но терпеливо вздохнул. – Ты не был в моем доме больше десяти лет. — Да, кажется, так оно и есть, — сказал Шерлок, оглядываясь по сторонам. – Странно, но здесь ничего не изменилось. Майкрофт скупо улыбнулся. Шерлок видел, что он по-прежнему ждет ответа. — Ничего не случилось, Майкрофт, — тихо сказал он. – Я просто подумал… Рождество… надо сходить друг к другу в гости. Майкрофт смотрел на него так, будто у него внезапно выросла вторая голова. – В гости, — тихо повторил он. – На Рождество. Шерлок раздраженно хмыкнул. – Ну да. В гости на Рождество. Так ведь поступают все люди, да? Майкрофт поставил чашку и блюдце и сокрушенно пожал плечами. – Так мне говорили. Шерлок откинулся на подушки кресла. – Так что да, я пришел к тебе в гости. Майкрофт опустил глаза и положил руки на колени. — Хорошо, — сказал он после долгого молчания. Казалось, он все тщательно обдумывал. – Может, показать тебе мой сад? Хотя, естественно, в это время года он выглядит не лучшим образом. Шерлок кивнул, наклонился вперед и поставил на стол свою чашку. – Да. Твой сад. Пойдем… посмотрим. **** — Какого черта вы повезли нас через город в обед? – набросился Лестрейд на таксиста через маленькое окошко в стекле. — Простите, сэр, — сказал водитель, указывая на радиоприемник. – Везде пробки. Я думал, что так мы быстрее доедем. Лестрейд фыркнул и откинулся на сиденье. – Блин, да мы поседеем в этой пробке. Джон смотрел в окно. Как раз в это время офисные работники выходили на деловой обед или чтобы перекусить по-быстрому. Он ненавидел это время в центре города. А вообще-то, он не появлялся здесь с тех пор как… — О боже, — сказал Джон, выпрямляясь. — Что? – подхватил мгновенно взвившийся Лестрейд. Но Джон ему не ответил. Потому что прямо перед такси запруженную улицу переходил возвращавшийся в свой банк Себастьян Уилкс. О. Он… — Я сейчас вернусь, — сказал Джон, открыл дверь и медленно выбрался из такси. — Джон, какого хрена… — но дверь захлопнулась, оборвав вопли Лестрейда. Джон шел медленно, но Уилкс, казалось, особенно и не торопился. Он разговаривал по телефону. — Себастьян! – крикнул Джон, идя за ним. – Себастьян Уилкс! Уилкс остановился и обернулся. Он увидел приближающегося к нему Джона и улыбнулся ему странной, насмешливой улыбкой. — Глазам своим не верю, — сказал Уилкс, когда Джон подошел. – Вы не Джон… простите, не помню вашу фамилию. «Коллега» Шерлока Холмса, да? Джон, наконец, встал с ним лицом к лицу. – Уотсон. И я не коллега. Бойфренд. Уилкс заржал в высшей степени снисходительно и насмешливо. – А, ну да. Тогда вас можно поздравить, я полагаю? Чем еще я могу вам помочь? Джону пришлось вложить в удар всю силу, но этого оказалось достаточно. Прежде чем Уилкс понял, что его ударили, он шлепнулся на задницу, держась за челюсть. Глаз мгновенно заплыл. — Какого черта вы делаете? – почти завизжал он. Джон тяжело дышал, боль разрывала грудь. – Теперь мы оба знаем, за что вам это, да? Уилкс уставился на него, потеряв дар речи. Джон ткнул пальцем прямо ему в лицо. – Больше никогда. Никогда. Не смейте к нему подходить. Ясно? Если вы не послушаетесь, я расскажу всем, всем, какой вы жалкий ублюдок. Уилкс по-прежнему смотрел на него, потирая лицо. — Счастливого Рождества, мудило, — сказал Джон, развернулся и побрел обратно в такси. Пораженный Лестрейд почти прижался лицом к оконному стеклу. Оказавшись в кабине, Джон почти скорчился от боли, но отдышался и сумел откинуться на сиденье. Лестрейд схватил его за плечо. — Господи, приятель, какого хрена все это значит? Джон несколько секунд молчал, пытаясь отдышаться. – Наверное, тебе нужно арестовать меня за нападение на человека. Лестрейд подумал. – А причина была веская? Джон кивнул. – Более чем. Лестрейд пожал плечами, и такси, наконец, поехало. – Тогда ничего страшного. *** Сочельник прошел тихо и мирно. Шерлок и Джон проснулись, приняли душ, оделись. Шерлок облачился в свою домашнюю повседневную одежду – черные брюки, белую рубашку и синий халат. Из-за больной руки Джон не смог влезть в один из своих ужасающих рождественских свитеров (и слава богу, подумал Шерлок), поэтому он надел рубашку, которую расстегнул на верхнюю пуговичку, и джинсы. Укрыв колени пледом, он с пачкой газет устроился в своем любимом кресле. Где-то в обед к ним поднялась миссис Хадсон и постучала в дверь. Шерлок крикнул «войдите». — Кое-кто пришел повидаться с тобой, дорогой, — сказалa она с обеспокоенным лицом. — Журналист? — спросил Шерлок из своего кресла, сложив газету и нахмурившись. — Кажется, клиент. Она сказала, что услышала по телевизору, что ты жив и вернулся в Лондон, и она подумала… Она очень расстроена. Шерлок и Джон переглянулись, Джон пожал плечами. — Почему нет? — сказал Джон, и улыбка тронула его губы. Они долго слушали клиентку, ее рассказ перемежался слезами. Миссис Хадсон очень жалела даму — Сару Якобсон — и то и дело снабжала бумажными салфетками. Ее муж исчез. Она была убеждена, что это связано с кучей бухгалтерских документов по зарубежным счетам, с которыми он имел дело на работе. Шерлок сидел и слушал, сложив пальцы перед лицом. — Вы уверены, что он просто не сбежал с другой женщиной? — резко бросил Шерлок, пока в его голове вертелись изящные винтики. — Он ведь уже поступал так раньше, да? Пораженная Якобсон уставилась на него. — Откуда вы…? — Неважно, — перебил ее Джон. — Были какие-то признаки того, что он может… ну… — Нет, нет, — сказала она, овладев собой. — Это было так давно. У нас… все наладилось. Шерлок прищурился. Она говорила правду. — Я полагаю, вы принесли с собой те документы, — сказал он. Она кивнула и стала возиться со своей огромной сумочкой. – Да, вот они, — и вытащила толстенную пачку. — Оставьте их, я посмотрю, — сказал Шерлок и подался вперед, чтобы взять документы. Он тут же начал листать их. — В данный момент я не беру заказов — мой помощник болен, — он кивнул на Джона, который, казалось, удивился. — Но я посмотрю документы и извещу вас, если что-нибудь узнаю. Потом он с головой ушел в данные, мгновенно позабыв о ее присутствии. — Мы вам позвоним, — услышал он тихий голос Джона. Миссис Хадсон суетливо проводила ее до выхода. Якобсен поблагодарила ее и высморкалась. О, подумал Шерлок. О… — Миссис Якобсон, — окликнул он, поднимая глаза. Она была почти у двери, но обернулась и посмотрела на него, прижимая к лицу салфетку. — Да? Он встал и подошел к ней. Она смотрела на него огромными мокрыми глазами. — Я сожалею о вашем несчастье, особенно в это время года, — тихо сказал он. — Но я могу заверить вас, что сделаю все, что смогу. Все будет хорошо. Она опустила руку, шагнула к Шерлоку и обняла его за шею. Он удивился и смог только неуклюже похлопать ее по спине. — Спасибо, мистер Холмс, — пробормотала она, отпустила его и сказала изумленной миссис Хадсон, что провожать ее не нужно. Шерлок откашлялся и одернул халат. Потом он вернулся к своему креслу, взял документы и положил их на колени. Каменно-неподвижный Джон наблюдал за ним с ласковой едва заметной улыбкой. — Что? — спросил Шерлок своим самым раздраженным тоном. Джон пожал здоровым плечом. — Ничего. Просто… Ничего, — он улыбнулся еще шире и взял книгу. — Она была расстроена, — тихо сказал Шерлок. — Я подумал, что это будет… — он примолк, разочарованно вздохнул и с головой ушел в цифры. Потом стоящая рядом миссис Хадсон обхватила ладонями его лицо, наклонилась и долгим ласковым поцелуем прижалась к щеке. Это было так обезоруживающе, что он не протестовал. С тех пор, как умерла его мать, никто не целовал его так любяще и по-матерински. — Я так скучала по тебе, Шерлок, — прошептала она. — С возвращением домой. Потом она отпустила его. Он посмотрел на нее снизу вверх, покраснел и отвел глаза. Джон старательно изображал, что читает, но все еще улыбался. — Спасибо, — сказал Шерлок, откашлявшись, будто что-то внезапно попало в горло. — Налейте мне чаю, если не трудно. Она улыбнулась и слегка стукнула его по руке. — Только один раз. Ты же знаешь, я не ваша экономка, — сказала она и пошла на кухню ставить чайник.