Парадокс песочных часов

      Гарри переехал к Луи в начале мая, так что теперь квартира стала их общей. Всё происходящее было не менее странно и парадоксально. А именно: привыкать к жизни с Луи, к жизни, которой Луи жил уже не первый год. Просыпаться рядом изо дня в день в одной постели с человеком, который засыпал в ней с будущим тобой. Иметь на столе два календаря, которые прокручиваются в разные стороны. Следить за этими перевёрнутыми датами. Получать записки от будущего Луи из вчера, ни в коем случае не показывать их сегодняшнему Луи.       — Хочешь сходить завтра со мной на свидание?       Ну и получать приглашение на свидание от человека, который, судя по этой довольной улыбочке, на нём уже был.       — И что мне следует сделать, чтобы пойти на него?       — Ну, хм… например, согласиться завтра, — неразборчиво ответил Луи. — И быть готовым к пяти часам, — и закатил глаза, стоило Гарри возразить.       — Но у меня же завтра консультация до шести.       — Ничего страшного, — поддразнил. — Прогуляешь.       — Вообще-то, это важный экзамен!       — Ты говоришь так каждый раз. Уверен, что ты снова сдашь его без проблем.       Уверен… ну, разумеется. Всего-навсего уверен.       Это всё безумно, парадоксально, странно. И мило. Особенно просыпаться на следующее утро от нежного сонного шёпота в ухо.       — Может быть, сходим куда-нибудь сегодня?       По утрам Луи сонный. Его дыхание всё ещё глубокое. Тело ленивое.       — На свидание? — спросил Гарри, приоткрывая глаза, позволяя крепче себя обнять. Вздрагивая от прикосновений, что оставили пальцы Луи на его пояснице, мимолётно скользнув.       — Можно… — улыбка на тонких губах. Гарри потянулся, чтобы поцеловать их. — Я могу заехать за тобой после пяти, куда ты скажешь…       Голос Луи был таким покорным и нежным, что Гарри просто не нашёл в себе сил отказать и испортить момент.       — Хорошо. Уже есть идеи, куда мы могли бы пойти?       Он пропустил свою консультацию перед экзаменом. Возможно, профессор Вуд даже не заметил его отсутствия. Жадные долгие поцелуи в машине, скрытые от мира за тонированными стёклами — идеальное начало для любого свидания. К тому моменту, как они добрались до забегаловки с зарезервированным столиком, губы Гарри были уже чуть припухшими. Ему удалось бегло оценить их состояние в зеркале заднего вида.       Их столик оказался в углу с удобными диванчиками. На фоне играла приятная живая музыка — на небольшой, почти импровизированной сцене выступало музыкальное трио. Большая тарелка картошки фри и баночки с разными соусами на двоих. Стакан с апельсиновым соком для Луи, лёгкий слабоалкогольный коктейль для Гарри — и это тоже показалось Гарри безумно милым, потому что обычно бывало наоборот.       — У меня есть вопрос! — объявил Гарри, скармливая Луи две соломки картофеля. Внутренне мурлыча от прикосновения губ к подушечкам пальцев. Луи внимательно посмотрел на него. — Ты никогда не говорил мне… Ну, ты и не должен был, просто… Мы в будущем будем замужем?       Вопрос оставил сладковатый привкус на кончике языка. Луи прикрыл глаза, уголки его губ потянулись в улыбку, он опустил голову, сделав глубокий вдох. Словно решая, стоит ли раскрывать перед Гарри их будущее или нет. Преждевременно.       В желудке кто-то щедро разлил тягучий мёд, что-то отчаянно затрепетало, когда Гарри понял, что Луи собирается ему ответить.       — На самом деле… ты отказал мне.       Гарри попробовал сглотнуть, но у него не вышло. Вопрос комом встал в горле.       — Что?       Луи легко засмеялся, что на секунду Гарри даже показалось: возможно, его ответ был лишь шуткой, искусной уловкой, но Луи повторил:       — Я сделал тебе предложение, и ты отказал мне.       — Я не мог отказать тебе! — выдохнул Гарри. Это ведь абсурд!       — Хочешь сказать, что сейчас бы ты согласился? — Луи улыбался, и Гарри никак не мог понять, как улыбка давалась ему с такой лёгкостью. Как он смог принять отказ?       — Конечно, — растерянно ответил Гарри.       — В таком случае, вероятно, мне следовало дождаться более незрелой версии тебя, чтобы сделать предложение!       Неприятный груз упал Гарри на плечи, сковал их. Стянул, словно тугой грубой верёвкой. Непонимание разливалось по венам отравленным варевом. Гарри неожиданно ощутил себя загнанным в ловушку. Своим же будущим воплощением. Как он мог смириться с подобным решением? С подобным ответом.       — Я не откажу тебе, — решительный шёпот. В голубых глазах промелькнула нежность. Луи мягко накрыл руку Гарри, что лежала поверх стола, своей ладонью. Слегка сжимая кончики пальцев. — Честно, я… Я не откажу тебе в этот раз!       Музыкальное трио выдержало лёгкую паузу, следом полилась сладкая медленная мелодия. Гарри узнал её, но не сразу.       — Ох, эта песня… — губы тронула мягкая улыбка.       — Эта песня? — Луи удивлённо приподнял брови, прислушиваясь то ли к музыкантам, то ли к мурлыканью Гарри.       — Она играла на моём выпускном вечере.       Гарри вспомнил, насколько счастлив он был в тот день. Воистину незабываемо. Он как сейчас помнил тепло ладони Луи на своей спине, и как тот плавно вёл его в танце. Он помнил блеск голубых глаз, растворяющийся в мерцании разноцветных огней. Он помнил, как ещё совсем юное, несмелое чувство зашевелилось в нём и впервые попросилось на волю. Проклюнулось, подобно бутону, чтобы однажды расцвести во всей красе.       Тягучий взгляд Луи заметил эту перемену. Вне сомнений.       — Это особенная песня для нас? — его пальцы нежно погладили ладонь Гарри. Тот бросил взгляд в сторону двух танцующих парочек. — Хочешь, потанцуем?       — А мы… можем? — осторожно спросил он, осматриваясь по сторонам на другие столики.       — Да, не волнуйся об этом… в моём времени мы уже больше чем можем, — улыбнулся Луи, поднимаясь из-за стола, всё ещё удерживая руку Гарри.       Гарри неуклюже последовал за ним, не разжимая ладони. Луи вывел его чуть в сторону, лёгким движением руки обхватывая за талию. Это движение было естественным, гармоничным. Ладони легли Луи на плечи. Гарри не торопился поднимать глаза, потому что не был уверен, что сможет весь танец продержаться под нежным взглядом Луи и не потеряться, не утонуть в нём.       — Я бы никогда не отказал тебе… — почему-то шепнул он, не поднимая глаз. Почувствовал, что должен.       — Полагаю, на то у тебя были причины.       Кончик языка будто кольнуло. Тонкой иголкой. Гарри не понравилось это ощущение. Растерянности и возмущения. На самого себя. Глупого будущего себя.       — Ты… был расстроен? — ещё тише спросил Гарри, хотя куда уж тише его предыдущего шёпота. Но Луи услышал.       — Был, — ладонь огладила поясницу до мурашек. — Но… я понял тебя.       Неважно, сколько временных петель ещё будет длиться их история. Кто сказал, что Гарри не может хоть что-то изменить? Один ответ. Одно слово. Это ведь не сломает ход времени, не нарушит их историю, их любовь? Гарри сделает её лишь прекрасней.       Гарри будет ждать, чтобы ответить: «Да».

      ~~~

      Лето пролетело слишком быстро. Гарри даже не успел оглянуться, насладиться свободным временем, теплотой, солнцем. Две недели он пробыл дома с семьёй и старыми друзьями. Ещё одну они вместе с Луи провели в Донкастере. И на десять дней в начале августа отправились путешествовать по Италии. Из всех этих поездок Гарри вынес один важный урок: временные петли — то ещё парадоксальное дерьмо.       Первое, что выбило его из колеи: преодолевать расстояния пришлось в одиночку. Он чуть не умер от паники, когда его самолёт первый раз пошёл на взлёт, а Луи не было рядом. Второе: день его приезда являлся последним для Луи, которого он был вынужден отпускать на ночной рейс обратно, а в свой последний день Гарри снова приходилось уезжать одному. Всё это было столь диким и неестественным, что Гарри чувствовал себя потерянным. Однако Луи уверял, что на всё это просто нужно время. Время привыкнуть.       Тем не менее, несмотря на все эти новшества, Гарри был безумно счастлив тому, как складывалась его жизнь рядом с Луи. Вместе с Луи. Теперь многое в их жизни воспринималось им совсем по-другому. Сама суть отношений, ощущение личного пространства, взаимопонимание, добровольные обязанности друг перед другом. Но особенно иначе теперь воспринимался секс.       Либо раньше у Гарри была слишком доведённая до края паранойя, либо Луи изрядно его развратил. А скорее всего, и первое, и второе. Прямо сейчас его прошлые страхи, иллюзии, представления казались лишь сгустком абсурда, особенно в столь умопомрачительные моменты, когда его ноги были широко расставлены в стороны, а Луи нагибал его прямо над кухонным столом в половине одиннадцатого утра их совпавшего выходного. Всё, что оставалось Гарри, — цепляться за края, пытаясь удержаться от падения в преддверии подступающего оргазма. Потому что Луи запрещал ему трогать себя, а сам ласкал его столь небрежно и непринуждённо, словно хотел поиздеваться.       — Пожалуйста, сильнее… пожалуйста…       Остальными словами пришлось захлебнуться. Давясь глубоким стоном. Потому что Луи так глубоко наполнял его своими умеренно-резкими движениями, что хотелось лишь рухнуть и забыться.       Гарри смутно осознавал, как именно в этот раз всё началось. Он пролил на себя горячий чай, когда хотел поставить чашки на стол. И Луи стянул с него футболку, чтобы приложить к животу смоченное холодной водой полотенце. Следом за футболкой на полу оказались его пижамные штаны, а ещё через пару минут любимые пальцы нетерпеливо подготавливали вход, наклонив его податливое тело на шатающийся стол.       Ощущение реальности стёрлось, оставив только жар, разливающийся в крови. Соприкосновение с горячей кожей чужого тела. Влажные жадные поцелуи. Громкие вскрики и яркие блики перед глазами.       — Я держу тебя… Я держу тебя… — нежно прошептал Луи, утыкаясь носом Гарри в затылок. Его крепкая рука уверенно перехватывала поперёк живота.       Колени дрожали. Расслабленное тело подчинилось чужому давлению, когда Луи придержал Гарри за пояс, повернув к себе. Гарри подался вперёд инстинктивно. Прижимаясь. Пребывая в космической нирване. Кончик носа прижимался к взмокшей разгорячённой шее Луи. Приятный естественный запах тела будоражил и без того растревоженные нервные окончания.       Палец мягко очертил контур шрама напротив. Грудь Луи чуть вздрогнула, и тот довольно фыркнул Гарри в ухо.       — Щекотно, знаешь…       — Это всегда будет так? — тихий вопрос.       — Как — так?       Цокнув кончиком языка, Гарри закатил глаза.       — Ты прекрасно понял, о чём я!       Луи засмеялся, лаская ладонями поясницу, прижимая Гарри спиной к краю стола.       — Ну, не знаю… Думаю, что в первый раз я сильно облажался! — театрально вздохнул он. — Во все первые разы нового опыта. Так что… не вздумай в будущем жаловаться, теперь ты был предупреждён.       Гарри чуть качнулся назад, чтобы обвести лицо Луи подушечками пальцев, смахивая со лба пушистую чёлку.       — Я уверен, что всё будет идеально…       Долгий взгляд голубых глаз переменился. Стал ещё более осязаемым. Проникающим. Прямо под тонкий слой кожи. Не избежать, не защититься. Всё равно влезет. Всё равно пропитает. Доберётся до самого нутра.       — Ты самое идеальное, что было в моей жизни… — серьёзно произнёс Луи.       Принимать комплименты всегда немного неловко. Смущает. Дезориентирует. Особенно когда совсем не ждёшь подобных откровений, этой серьёзности в голосе, этого взгляда. Гарри показалось, что его тело с силой сжали, как жёсткую непослушную пружину.       — Я серьёзно, — подтвердил Луи ещё раз. — Ты самая лучшая её часть. Я даже не уверен, что у меня была жизнь до тебя.       — Это звучит суперответственно, теперь я…       Губы Луи прикоснулись к горячему лбу Гарри, лёгкое дуновение скользнуло по коже.       — Не напрягайся, ты был настолько очаровательным, что было очень сложно не влюбиться в тебя… — нежные ласки спутали кудри ещё сильнее, стоило Луи пропустить мягкие прядки через пальцы, чуть оттягивая голову Гарри назад, чтобы наклониться и поцеловать шею. — Я вцепился в тебя намертво, как только это понял, но вот… что намного интереснее, как такое прекрасное создание, как ты, влюбилось в меня?       Брови от удивления поползли вверх, теперь настала очередь Гарри удивляться.       — Серьёзно? — спросил он, но Луи в ответ лишь угукнул. — Ну, ты… Ты никогда не давишь на меня, и ты… позволяешь мне быть собой, никогда не используешь мои слабости против меня, если можно так сказать… Ты всегда даёшь мне время.       — О, замечательно, теперь мне известен путь к успеху! — довольно проурчал Луи, смыкая зубы на мягкой коже. Гарри попытался увернуться, наклонившись в сторону, но Луи удержал его на месте, чтобы оставить на шее у правого уха лёгкий розоватый след.       — Ты снова меня разбалтываешь, да? — засмеялся Гарри.       — Ну, знаешь ли… тебе бы пора научиться самому не разбалтывать мне ничего лишнего о моём будущем, но… спасибо за подсказки, солнышко, — ещё один поцелуй в лоб. — Ты не замёрз? Может быть, прекратишь соблазнять меня… своим голым телом? — за такие заявления Гарри с игривым недовольством стукнул того по бедру. Тёплые ладони Луи обхватили лицо, голубые глаза снова стали серьёзными на долю секунды. — Я дам тебе столько времени, сколько нужно. Обещаю.

~~~

      Весёлая музыка звучала из динамиков ноутбука, который Гарри оставил включённым на столе, пока сам прибирался в гостиной: сначала пылесосил ковёр, затем протирал мебель от пыли. В один момент музыку перебил громкий звонок в скайп.       Бросив влажную тряпку в ведро, Гарри быстро подхватил ноутбук и плюхнулся с ним на диван. Он рассчитывал увидеть на экране звонок от мамы, сестры или кого-нибудь из старых друзей, но… ему звонила Фиби.       — Привет, Гарри! — она задорно помахала в камеру рукой, но улыбка на её лице показалась излишне натянутой. Взгляд быстро оценил обстановку у Фиби за спиной. Кремовые обои в комнате, несколько постеров на стене, деревянная спинка кровати, приглушённый свет, освещающий картинку на экране откуда-то слева. Судя по всему, Фиби звонила из своей комнаты.       — Привет, — он думал удивиться тому, что она знает его никнэйм в скайпе, но вовремя осознал, что это бессмысленно. Само собой, могло ли быть иначе? — Всё в порядке? Луи сейчас на работе, если ты хотела с ним поговорить…       Ну, разумеется, если бы Фиби хотела позвонить Луи, она бы позвонила именно ему, а не Гарри. Следующая очевидная вещь, которая припоздала на секунду.       — На самом деле я хотела поговорить с тобой, — прокашлявшись, ответила она, заправляя волосы за ухо и ёрзая на кровати. — Если я не отвлекаю тебя.       Странное чувство заворочалось внутри. Перекатилось с одного бока на другой прямо у Гарри в животе. И лениво потянулось. Разговоры и встречи с Фиби всегда были какими-то по-своему особенными. Осмысленными. Связывающими два времени отдельными узами. Закрепляя пространства.       — Ничуть, я просто убирался. Так о чём ты хотела поговорить?       Он встретил её грустный, растерянный взгляд, прежде чем она понурила голову и пробубнила, поджав губы:       — У меня проблемы с девочками из моей школы.       Гарри невольно нахмурился, пытаясь прикинуть, сколько лет сейчас может быть самой Фиби.       — Только не говори Луи, ладно? Он всегда так резко реагирует… — Фиби потёрла костяшкой пальца кончик носа.       — Они тебя обидели? — насторожено спросил Гарри, не зная, имеет ли он право прощупывать почву или он здесь всего лишь на правах верного понимающего слушателя. — Расскажи, что именно произошло.       — В общем, девочки из класса меня постоянно дразнят. Из-за разных вещей…       — Можешь говорить всё, что хочется, — подбодрил Гарри, подтягивая ноги и складывая их по-турецки. — Как именно они тебя дразнят?       — Ну… они любят додумывать обо мне разные вещи из-за моих увлечений… Наверное, для тебя это звучит ужасно глупо. Но… в наших классах уже все девочки пользуются косметикой, даже Дейзи, и они постоянно это обсуждают…       Гарри непонимающе потряс головой:       — И?       — Они любят… дразнить меня из-за этого. У меня лезут прыщи по всему лбу, и я до сих пор не умею пользоваться тоналкой. Вчера я взяла у Дейзи тени и, видимо, со стороны мой макияж выглядел ужасно. Потому что… меня облили водой.       — Ты не рассказала никому из учителей?       — Нет, конечно. Я даже Дейзи не сказала! Ты, наверное, не знаешь: мы с ней учимся в разных классах. Её успеваемость намного лучше моей, я что-то вроде отстающего звена. Из-за этого тоже иногда бывают подколы… Но это ещё не самое обидное. Мама так взбесилась из-за моего последнего теста, что теперь я должна сидеть дома и заниматься всё свободное время. Она отняла у меня даже телефон!       — Но ты звонишь мне по скайпу… — удивился Гарри, на что Фиби довольно хмыкнула.       — Дейзи припрятала для меня свой ноут под матрасом, но… я не должна спалиться, иначе мама будет очень недовольна.       — Слабо представляю себе недовольную Джей, — он недоверчиво поморщил нос.       — А вот зря! Кстати… у тебя когда-нибудь были проблемы в школе?       Настала очередь Гарри неловко усмехаться. Он сам на несколько секунд отвёл взгляд от экрана.       — Обещай, что тоже не будешь говорить об этом Луи…       — Идёт, общие секреты.       — На самом деле, люди постоянно что-то говорят обо мне. Меня донимали в универе в прошлом году. Я был новеньким, у меня ещё не было друзей, и моя сексуальная ориентация не прошла по критериям. Меня обижали в начале года, затем мне помог один хороший человек, но… Даже в школе я всегда чувствовал себя немного другим.       — Но ты так и не сказал Луи?       — Не-а, к тому же вряд ли он мог бы что-то сделать из-за нашего хода времени, так что… я решил не беспокоить его этим, — вздохнул Гарри, снова поднимая взгляд в камеру. — Я думаю, тебе стоит поговорить обо этом с Дейзи, она же твоя сестра. Необязательно рассказывать всё, но очень важно иметь кого-нибудь на своей стороне.       — Я даже не знаю… мы с ней очень разные. У нас разные интересы, нам нравятся разные вещи…       Всё это звучало очень знакомо. Раскрыться перед другими — задача не из лёгких. Выбрать для этого правильного человека ещё сложнее. Гарри сам так и не смог до конца открыться для своей семьи. Ему хотелось быть хорошим сыном, светиться счастьем для мамы, да и Джемма была его старше, чтобы настолько сближаться. Но… так странно было говорить о таком с Фиби.       — Уверен, что она поддержит тебя, Фи. Оу… извини, Фиби.       Уголки её губ чуть дрогнули в лёгкой улыбке. Гарри и сам не ожидал, что краткое прозвище выскользнет изо рта.       — Фи… — задумчиво повторила Фиби, но в следующую секунду напряглась, прислушиваясь к каким-то звукам, видимо, доносившимся из коридора. Гарри расслышал голоса. — Ладно, мне пора всё прятать… — продолжила она уже шёпотом. — Спасибо, что поговорил со мной. И…ты можешь называть меня Фи. И помни: Луи ни слова!       — Луи ни слова!

      ~~~

      Смятение настигло Гарри спустя полгода. Когда он не нашёл в кухонной аптечке обезболивающее и впервые залез на полку Луи в шкафчике ванной комнаты. Разумеется, он давно замечал, что Луи время от времени принимает разные капсулы. Возможно, витамины. Гарри сам всю прошлую весну пил минеральные добавки, чтобы не сойти с ума от перенапряжения. Но упаковка была не очень похожа на те, что он видел прежде. Не то чтобы Гарри разбирался в названиях, но такого точно прежде не встречал. Да и имя Луи, указанное прямо на баночке, а также номер больницы, дозировка лекарства, контактные телефоны не давали ему покоя. Лекарство явно было выписано для Луи по рецепту в специализированном медицинском учреждении.       Первое, что сделал Гарри, — пробил неизвестное ему название в интернете. Прописанный Луи препарат принадлежал к группе иммуносупрессоров. Так что Гарри перешёл по ссылке дальше, чтобы ознакомиться с надобностью принятия подобных лекарств.       Холодок поскрёб низ живота.       «…иммуносупрессивная терапия в трансплантологии…»       Лекарство было выписано Луи вследствие операции на сердце? Но в чём был смысл принимать его столько лет? Разве что только… в тело Луи была пересажена чужеродная ткань. У него была пересадка сердца?       — Мы можем поговорить об этом? — спросил он Луи вечером, вернувшись с учёбы. Баночка с лекарством была поставлена на поверхность кухонного стола. Луи лишь удивлённо изогнул бровь.       — Вот же блин, а я их искал. Зачем ты их взял?       — Я нашёл их утром в ванной. Можешь объяснить мне, зачем ты их принимаешь? — Гарри сам не понял, почему его голос начал чуть дрожать.       Зато понял Луи. Он сделал несколько шагов вперёд, опустив руки на плечи Гарри в успокаивающем жесте. И чуть погладил от плеч до локтей. И обратно.       — Я понял, ты не знаешь, — большие пальцы мягко надавили на ключицы, погладили выпирающие косточки. — Эй!.. Для начала, я в полном порядке. Тебе не стоит накручивать себя.       — Зачем тогда лекарство?       — Это профилактика. Слушай, я могу показать тебе свежую кардиограмму и заключение врача. Просто каждый год я должен наблюдаться и повторять курсы нужных мне лекарств.       Тёплые ладони Луи никак не успокаивали. Потому что у Гарри всё ещё не было нужных ему ответов.       — У тебя была пересадка сердца? — озвучил он.       — Была, — подтвердил Луи. — Но это было давно, сейчас моей жизни ничего не угрожает.       Осознание не желало устаканиваться. Хоть и голос Луи звучал достаточно убедительно, впитать в себя чужое спокойствие у Гарри не получалось.       — Послушай, тебе не о чем волноваться. Процент выживаемости после операции уже давно стабилен, если ты не знал… И при правильном образе жизни люди могут прожить достаточно, так что… даже не думай ни о чём плохом, — ладони Луи обхватили лицо, нежно погладили щёки, голубые глаза смотрели прямо в Гарри. — Серьёзно. Я чувствую себя абсолютно обычным и полностью стабильным.       — Я верю, но… не могу унять это беспокойство прямо сейчас.       Тревожная паника никак не желала выпустить лёгкие из цепкой ледяной хватки и разрешить сделать пару глубоких вдохов.       — Я в полном порядке, даже не думай накручивать себя, я знаю, как ты это умеешь, — рука Луи метнулась выше, нежно погладила кудряшки на затылке. — Я заканчивал школу, когда это произошло.       — А мы?..       — А мы встретились уже после, — кивнул Луи. — Спустя промежуток времени, когда я был в физическом состоянии вернуться к новой, нормальной жизни.       Гарри руками обхватил лицо Луи в ответ. Вкладывая в это прикосновение всю нежность, заботу и сожаление. Выходит, что его не было рядом? Когда он был так нужен?       — Мне бы хотелось помочь тебе пройти через это…       — Ты сделаешь более, чем достаточно… — Луи улыбнулся, наклонив и повернув голову набок, целуя ладонь Гарри с тыльной стороны. — С твоим появлением моя жизнь обрела смысл… Я даже и не думал, что однажды буду так счастлив с кем-то, как с тобой.       Слова ворвались прямо в душу. Наполнили её согревающим теплом. Гарри ощутил румянец на щеках. Жгучий, шипучий. Каждое озвученное признание Луи было по-своему особенным. Заставляло по-особенному трепетать внутри. Гарри хотелось бы сохранить это чувство до самого конца. Спустя годы. Он хотел бы сохранить этот трепет так, как удалось сохранить его Луи.       — Я в полном порядке, — повторил Луи ещё раз. — Не волнуйся об этом.       — Просто не был готов к… такой информации, — прошептал Гарри.       — Тебе и не нужно быть к ней готовым, — Луи приблизился, оставляя ненавязчивый поцелуй на кончике носа Гарри.       — Но ты ведь расскажешь мне? О том… что тебе нужно? Об этом, например… — Гарри взял в руки баночку с лекарством. — И о других вещах, чтобы я мог… что-то сделать, если вдруг будет нужно.       Чтобы Гарри мог быть рядом, чтобы Гарри знал, как помочь, как позаботиться о своём любимом человеке. Чтобы Гарри знал всё о его нуждах. Чтобы Гарри мог их предвидеть. Разрешить проблемы. Учесть все нюансы. Чтобы с Луи всё было хорошо. Чтобы Луи не приходилось делать это самому. Потому что теперь это обязанность — Гарри заботиться о нём.       Губы Луи дрогнули. Самые кончики. Вскрыв волнение. Голубые глаза горели. Пылали обожанием. Восхищением. Благодарностью.       — Да, мы поговорим обо всём, но… сейчас я безумно голоден, — простонал Луи, закатывая глаза. — И я умру, если ты не накормишь меня своей вкусной едой.

~~~

      Второй курс университета проходил гладко. И теперь, когда Гарри было уже двадцать, он не мог представить себе ту, иную жизнь в которой бы не было Луи. В которой бы не было их парадокса. В которой бы не было всего, что они имели. Его прошлая реальность, неведающая подобной мистики, была такой далёкой, что Гарри с трудом мог представить, как и чем он умудрялся жить в то время.       После зимних каникул его взяли на стажировку в редакцию небольшого интернет-журнала. И пусть его должность носила негласное название «подай-принеси-где мой кофе», было важно получить хоть какой-то первоначальный опыт.       Это был обычный звонок от Луи, который должен был заехать за ним после своей работы. Гарри как раз досматривал последний на сегодня вордовский файл.       — Сразу спрошу тебя: надеюсь, у тебя нет никаких планов на… — последовала пауза, видимо, Луи сопоставлял даты. — На пятнадцатое марта?       — Я постараюсь всё освободить, — ответил Гарри, вытаскивая из рюкзака органайзер и подчёркивая маркером нужную дату. — А что такое?       — У Фиби будет осенняя игра, сам понимаешь: твоё присутствие необходимо и обязательно.       — А Дейзи? — между делом поинтересовался Гарри, убирая органайзер на место. — Они ведь в одной команде?       На том конце снова последовала пауза.       — В смысле? — растерянно ответил Луи.       — Ну, они ведь играют в одной команде, — пояснил Гарри, не понимая подвоха, быстро досматривая последнее предложение на экране и закрывая файл. — Она будет играть?       Луи непонятно хихикнул:       — Гарри, Дейзи не играет в футбол.       Следом за словами Луи заиграла заставка закрывающегося Windows, Гарри быстро заморгал, немного сбитый с толку подобным поворотом событий.       — Но… когда мы с ней… хм… — неуверенно проговорил Гарри, Луи прервал его не менее удивлённой реакцией.       — Да ладно?! Серьёзно? Вот это новость! Интересно, с чего бы это вдруг… она тоже начнёт играть? Это лучше любого спойлера к сериалу!       Похоже, сболтнутый эпизод из будущего приятно удивил Луи. Гарри же он заставил на секундочку остановиться. Замереть и задуматься.       «… мы с ней очень разные…»       Осознание правильной цепочки событий в который раз накрыло Гарри откуда-то сверху. И сразу целиком. Повлекло за собой удивление и восторг. Значит, когда они разговаривали с Фиби по скайпу несколько последних раз, Дейзи ещё не играла в футбол. Как не играет и сейчас. Выходит, она решила попробовать себя только после разговора с сестрой. Желая поддержать? Развить общий интерес? Точная причина была не так важна. Потому что получалось, что даже при всей парадоксальности времени советы Гарри работали. Имели прямое значение, результат на лицо, неоспоримую пользу.       Радостное чувство затрепетало в груди. Гарри улыбнулся, негромко посмеиваясь над реакцией Луи.       — Ладно, на самом деле у меня для тебя тоже есть… новость дня! Возможно, она не будет супероткрытием, но немало удивит.       — Ну давай, удиви меня, — хмыкнул Гарри.       — Спускайся вниз. Жду тебя.       Заинтригованный, Гарри собрал свои вещи и, попрощавшись с некоторыми из коллег, покинул скромный офис редакции. Луи ждал его внизу на огороженной зоне для парковки, прислонившись спиной к пассажирской двери, изучая что-то на экране своего смартфона. Заметив приближение Гарри, он быстро убрал гаджет в карман пальто и немного нахально улыбнулся, вздёрнув подбородок.       — Я тут! — Гарри развёл руки в стороны, приближаясь. — Удивляй меня!       Луи большим пальцем указал себе за плечо.       — Я купил новую машину. Осуществил свою мечту! Как тебе цвет? Я влюбился в него…       Гарри неловко поперхнулся. Захотел ответить что-нибудь, но в голове не было ни одной мысли, что именно. Просто словесная пустота. Будто слова Луи не захотели так просто умещаться у него в голове. И предпочли остаться непрокомментированными.       — Я так долго ждал этого момента! Прости, если внезапно для тебя… но мы с другим тобой немного обсуждали выбор новой машины, — произнёс Луи, заметив его замешательство.       — Оу… конечно, это понятно… Видимо, для меня эти обсуждения ещё только впереди, — с расстановкой ответил Гарри. — Просто это… в самом деле внезапно. Если честно, я тоже люблю эту машину.       Фиолетовая Mazda уже была такой родной. Гарри даже понятия не имел, какая же машина у Луи могла быть прежде. Пока он всматривался яркую окраску, и странный озноб прокрался по позвоночнику.       — Ну что? Покатаемся? — усмехнулся Луи. Все его слова, движения сочились энтузиазмом. В то время как Гарри, скорее, ощутил неестественную дрожь под коленями, сам не понимая, отчего же именно. Какое-то забытое воспоминание попыталось встрепенуться? Но не смогло вырваться из завесы подсознания.       Беспокойство задёргало нервные окончания. Растревожило сознание. Гарри не совсем понимал, чем оно обосновано. Попытался затолкать его глубже. В себя. Вышло с трудом. Липкое волнение всё равно трепыхалось в животе.       Он чуть помедлил, прежде чем сесть на пассажирское сиденье. Что-то удержало его на долю секунды. Неизвестный страх. Впорхнувший в его тело лишь на мгновение. И столь же стремительно его покинувший.       — Такое странное ощущение… — произнёс Гарри, захлопывая за собой дверь и сразу же пристёгивая ремень безопасности. Луи не скрывал своей радостной улыбки. Выворачивая с парковки на основной проезд. Возможно, Гарри и правда стоило бы перестать лишний раз накручивать себя, но он не мог. У него в голове не было ни одного плохого воспоминания об этой уже такой знакомой ему машине, чтобы иметь повод усомниться в ней. Но он всё же… решил озвучить своё волнение вслух. Хотя бы раз. — Только… води аккуратнее, хорошо?