Тень прошлого

ЭНТЕРПРАЙЗ Звёздная дата 2261.5.20 — Мостик капитану Кирку. Вызов по переговорному устройству в каюте резко разбудил Джима. Слегка ошалевший от седативного, которое предыдущим вечером ему предательски ввёл Боунс, он, спотыкаясь, добрался до кнопки динамика. — Кирк слушает. — Капитан, мы находимся в двух часах полёта от Церберус VI. Вы просили об этом сообщить, — в голосе Ухуры можно было расслышать нотки сожаления за столь ранний вызов. Джим посмотрел на настенные часы. Сделанные в старомодном стиле, они были единственной вещью, которую он взял на корабль с фермы в Айове. Пять утра. — Хорошо, благодарю Вас, лейтенант. Я буду на мостике через двадцать минут. Направляясь в душ он заметил, что чувствует себя намного расслабленней, даже если и в этот раз не обошлось без кошмаров. В конце концов, возможно, что у бурды, которую периодически вводил ему Боунс и в самом деле были свои положительные аспекты. Но он ненавидел медиков и лекарства. Он провёл в больницах слишком много времени, когда был ребёнком: к нему прикасались и перемещали без каких-либо объяснений, и не спрашивая его мнения. Он ненавидел всех врачей. Всех за исключением Боунса, конечно же. Перед тем как отправиться на мостик он ненадолго заскочил в столовую с намерением раздобыть яблоко. Если Боунс не увидит, что он что-то ест, у него снова может начаться паранойя, так что лучше было предотвратить подобное развитие событий. Войдя в большой зал, практически пустовавший в это время, он сразу же обратил внимание на молодого человека, сидевшего за одним из столиков в глубине помещения. — Кевин, — поприветствовал его капитан, садясь напротив высокого рыжеволосого юноши. Кевин Райли был одним из инженеров корабля, возможно, один из лучших из команды Скотти, но Джим познакомился с ним намного раньше. И воспоминания, которые они разделяли, были намного значительней, чем обычная совместная служба во Флоте. — Утро, Джим. Я видел, что ты включил меня в команду высадки для присутствия на церемонии, — сказал молодой человек, фиксируя взглядом пустоту. — Я подумал, что тебе тоже хотелось бы повидать Хоши, — ответил капитан. Кевин вздохнул. — Для тебя она всегда значила намного больше, чем для меня… в конце концов я всегда относился к ней как к обычному учителю. — Она была намного больше, чем просто учитель, и ты хорошо это знаешь. Но если не хочешь спускаться, у меня нет никакого намерения давить на тебя. Только скажи. Кевин снова вздохнул. — Нет, дело не в этом. Это только… Джим, ты хорошо знаешь, что Флот не хочет, чтобы мы встречались друг с другом. Уже тот факт, что мне позволили остаться на Энтерпрайз с тобой, уже невероятен. — Здесь никто не в курсе нашей истории, Кевин, никто не знает, кто ты, даже Боунс. Кевин вздохнул. — Ты всё ещё думаешь об этом? Я — каждый день моей жизни, — закончил фразу Кевин, смотря на свои руки, расположенные на коленях. Джим попытался устоять от искушения открыться другу, признавшись, что да, он тоже вспоминал об этом, и что последние три дня кошмары об их совместном прошлом не давали ему покоя. — Да, конечно, я тоже… но я не позволю Флоту выставлять нам больше условий, чем они уже сделали. Так что если ты хочешь спуститься на Церберус и повидаться с Хоши, ты свободен это сделать. Наконец-то Кевин улыбнулся. — Хорошо, я спущусь… — Она будет рада тебя видеть. — Мистер Райли, прекратите приставать к вашим одноклассницам, — засмеялся Кевин, подражая голосу Хоши. ТАРСУС IV Звёздная дата 2247.2.10 Голубоглазый мальчишка закинул за спину маленький рюкзак со всеми его вещами и приготовился сойти с корабля. Наконец-то добрались. Транспортный корабль старого типа не был снабжен варп-двигателями нового поколения, и из-за этого путь от Земли до Тарсуса IV занял у них более двух месяцев. Когда начали открываться шлюзовые двери, ему в нос ударил жаркий тропический запах планеты, и мальчик облегчённо вздохнул, чувствуя себя как дома. Чувство было странным и необъяснимым: он никогда не был на Тарсусе IV. Он не помнил много ни о тетё Саре, сестре своей матери, ни о дяде Алексе и его кузенах, но несколько раз разговаривал с ними по видео-связи после того, как вышел из больницы. Даже находясь далеко, его тётя с дядей смогли оформить юридическую опёку над мальчиком и организовать его прибытие на Тарсус IV, чтобы он мог жить с ними. Первый раз в своей жизни Джимми чувствовал, что его и в самом деле кто-то ждал. — Джимми! — услышал он зовущий голос из толпы родственников и друзей, пришедших встретить пассажиров корабля. Молодая светловолосая женщина побежала ему навстречу. — Наконец-то… Тётя Сара неистово обняла его. — Здравствуй, тётя, — пробормотал мальчик. — Господи, ты вылитый отец, — приподнимая его лицо, воскликнула женщина со слезами в красивых зелёных глазах. Только сейчас Джимми заметил, что рядом с тётей находился высокий и крепко сложенный мужчина. — Ну что ж, чемпион, добро пожаловать домой, — сказал тот, сжимая его плечо. Эта простая фраза стёрла все оставшиеся у ребёнка страхи. — Здравствуй, дядя Алекс, — поприветствовал того Джим. — Пойдём, твои кузены ждут не дождутся твоего приезда. А тётя без перерыва готовит всю неделю. Мы пригласили несколько соседей, чтобы поприветствовать тебя как следует, — улыбнулся дядя Алекс, выводя их из причального ангара. Несмотря на все опасения, вечер прошёл на удивление хорошо. Кузены Джимми, Макс и Элли восьми и шести лет, сначала смотрели на него со смесью удивления и восхищения, но щенкам всех рас достаточно самой малости, чтобы подружиться, а Джимми был лидером от рождения, так что к концу вечера оба малыша уже следовали за своим двенадцатилетним братом, как маленькие солдаты за их командиром. Соседи его родственников оказались милыми и приветливыми людьми. Почти все фермеры как и его дядя Алекс, за исключением некой Хоши Сато, преподавателя по ксенолингвистике. Пожилая женщина, несмотря ни на что пребывавшая в прекрасной форме, сразу продемонстрировала свой интерес к новичку. —Мне сказали, что ты поступил в Академию. Это значит, что ты будешь моим учеником. Джимми ограничился кивком. Он сдал вступительный тест только потому, что его приём в столь престижное учебное заведение облегчил бы получение опёки его дяде с тётей. — Ты знаешь, что будешь самым молодым учеником? Тебе двенадцать, верно? — Да, мэм. — И тебя не пугает перспектива учиться в одном классе с пятнадцатилетними ребятами? Джимми иронично посмотрел на неё. После того, через что он прошёл в Айове, ничто не могло его испугать. — Нет, мэм, я могу постоять за себя, — ответил тот. — Да, кажется так и есть, — улыбнулась Хоши. Джимми от всей души понадеялся, что ни она, ни кто-либо другой помимо его тёти с дядей не в курсе того, что с ним случилось, того, что с ним сделал Фрэнк. — Увидимся в школе, — попрощалась с ним Хоши. Джимми не понадобилось много времени, чтобы заснуть в его новой комнате, которую он разделял с Максом. Ребёнок почти час мучил его, рассказывая обо всём, что существовало на Земле и что он когда-либо видел, родившись и всю жизнь живя в колонии, но потом его одолел сон, и он отключился в кровати старшего. Сразу же после этого уснул и Джим, который, несмотря ни на что, на следующий день всё равно проснулся ни свет ни заря. Он ещё не потерял свою земную привычку просыпаться на рассвете, когда уйти из дома до того, как проснётся Фрэнк, было необходимостью, если он не хотел быть избитым с самого раннего утра. Стараясь не шуметь, чтобы не разбудить Макса, Джимми встал и открыл шкаф, который ему выделили родственники. Увидев ровный ряд одежды, купленной специально для него, он улыбнулся, испытывая абсолютно новое тёплое чувство того, что он действительно дома. Выбрав рубашку и брюки, он двинулся в сторону ванной. Мальчик не хотел подслушивать, но когда он краем уха уловил имя своей матери, какая-то непреодолимая сила заставила его замереть за стенкой и слушать. — Ты слышала что-то от Вайноны? — спросил Алекс жену, занятую приготовлением завтрака. — Нет… — вздохнула женщина. — Что? Хочешь сказать, что она даже не позвонила, чтобы узнать, что её сын нормально добрался? Что с ним всё хорошо? В голосе дяди слышалось негодование. — Ты же её знаешь, она никогда не была особо общительной. — Общительной? Чёрт подери, она же мать. Она уже оставила его с этим грязным сукиным сыном Фрэнком и отправилась путешествовать в космос, не беспокоясь о том, что происходило с мальчиком. И ей было абсолютно наплевать даже после того, как она узнала о том, что натворил её второй муж, мужчина, которого она сознательно привела в жизнь Джимми и которому его доверила… я поражаюсь этому человеку. — Говори потише, разбудишь детей! В любом случае она рассчитывала на то, что с ними будет Сэм, — попробовала оправдать её Сара. — Ах да, конечно, твой племянник Сэм, тот самый, который оставил братика в руках отчима-психопата, сбежав кто знает куда и не оставив никаких следов. Такой же, как его мать. — Алекс, я прошу, прекрати. Я тоже прекрасно знаю Вайнону и не хочу её оправдывать. Но ты должен понять, что смерть Джорджа потрясала её, и каждый раз, когда она смотрит на Джимми, она видит в нём своего мужа. — Это ничего не значит. Проклятье, он только ребёнок и уже столько всего пережил. Голос Алекса стал грустным. — Сейчас важно то, что он здесь, с нами. Мы его семья, и он быстро забудет то, что сделал Фрэнк. Я только надеюсь, что этого мерзавца не выпустят из тюрьмы ещё много-много лет. Алекс подошёл к жене, обняв её со спины и целуя в плечо. — Ты права. Он замечательный ребёнок. И очень умный. Ты в курсе, что его IQ одно из самых высоких среди учеников Академии? Его ждёт большое будущее. Нервничая, Сара вывернулась из его объятий. — Ты прекрасно знаешь, что я против того, чтобы он посещал Академию. Это место просто ещё один инструмент в руках Кодоса. — Сара, не преувеличивай, учиться там — большая честь для Джимми. Он будет самым молодым учеником в истории Академии и научится вещам, которые не узнает ни в одной нормальной школе, ни здесь, ни на Земле. — Ну да, как же, научится быть прекрасным гражданином, идеальным прототипом для Кодоса. — Нет, я надеюсь, что его примут в Звёздный Флот, как и его отца. Сара улыбнулась и продолжила готовить завтрак. Джимми слушал всё это, практически не дыша. Он знал, что мать его не любила. Что она никогда его не любила. В тех немногочисленных воспоминаниях, которые у него имелись о матери, та никогда на него не смотрела. Слишком похож на своего отца: те же глаза, тот же характер, та же манера двигаться. И он был рождён в тот же самый момент, в который умер его отец, героический капитан, пожертвовавший собственной жизнью, чтобы спасти 800 человек, среди которых были его жена и два его сына. Периодически Фрэнк гнусно напоминал ему, что собственная мать практически оставила его новорожденного умирать от голода, потому что отказывалась кормить его ни грудью, ни молочными смесями. Его мать его не любила. Но сейчас его жизнь была на пороге изменений. Тот Джимми больше не существовал. Сейчас у него была семья, его приняли в престижную школу и однажды он, возможно, вступит в Звёздный Флот. — Можно попросить у вас об одолжении? — спросил мальчик дядю с тётей во время завтрака, когда все были за столом. — Конечно… — озадаченно ответила Сара. — Я больше не хочу, чтобы меня называли Джимми. Это детское имя, а я уже не ребёнок, — торжественно объявил тот. Взрослые удивленно переглянулись между собой, но подобное заявление их слегка развеселило. — И как ты хочешь чтобы тебя называли? Джим или Джеймс? — спросил дядя Алекс. — Джей Ти… Джеймс Тиберий… Джей Ти, — сразу же предложил Макс. Мальчик раздумывал пару секунд, после чего кивая, заключил: — Да, Джей Ти мне нравится. Сара заставила себя не улыбнуться. — Не могу дать тебе слово, что мне сразу это удастся, но я попробую называть тебя Джей Ти, если тебе так будет приятно. — Представляю вам вашего нового одноклассника. Джеймс Ти Кирк. Хоши Сато представила новоприбывшего ученикам, сидевшим за ровно расставленными партами. — Я бы предпочёл, чтобы меня называли Джей Ти, — сразу же сказал ребёнок. — В этой школе не используются уменьшительные имена. Ты можешь сесть здесь, — ответила женщина, показывая ему свободное место во втором ряду рядом с рыжеволосым мальчиком. Джей Ти послушно сел. — Привет, я Кевин Райли, — представился рыжеволосый. Джей Ти огляделся по сторонам. Этим утром при дяде с тётей он храбрился, показывая уверенность в себе, но сейчас ему было немного страшно находится здесь, в классе, где все были старше как минимум на три года и выше него по крайней мере на голову. Пока он доставал свой падд, девочка, сидевшая впереди, развернулась и ярко улыбаясь, посмотрела на него. — Привет, меня зовут Марта, — прошептала она. Джей Ти улыбнулся в ответ, чувствуя, что краснеет. — Проклятье… только пришёл, а тебе уже удалось привлечь внимание Марты, — мрачно сказал Кевин. — Я неделями пытался по крайней мере заставить её посмотреть на меня, но стоило только появиться какому-то сопляку и она умиляется, — продолжил тот ярко выраженным недовольным тоном. — Мне жаль, я… — Да нет, это не твоя вина… но ты видел, какие у неё всё-таки ножки, а? — прошептал тот. — Марта, а, Марта, какой файл мы должны открыть? — Кевин постарался заставить девушку обернуться, но безрезультатно. — Мистер Райли, прекратите приставать к вашим одноклассницам, — строго осадила его преподаватель.