Тень прошлого

ЦЕРБЕРУС VI Звёздная дата 2261.5.20 — Я просто не могу в это поверить, — пробормотал подошедший к Джиму Кевин. Трое взаимно переглянулись не в силах выговорить ни слова, осознавая, что несмотря на прошедшие годы, они узнали друг друга с первого взгляда. — Том… что ты здесь делаешь? — в конце концов спросил Джим, совладав с эмоциями. Несмотря на то, что Флот всеми способами препятствовал контактам между ними, ему удавалось получать кое-какие новости о «своих ребятах». Он знал, что Том стал важным предпринимателем в области связи. Его спутники были практически на всех орбитах планет Федерации, что, как следствие, сделало его очень богатым. — Заключаю торговые соглашения, капитан Кирк, — улыбнулся Том. — Но это просто невероятно… капитан космического корабля… невозможно поверить, — продолжил он, всё ещё посмеиваясь. — Кев… и ты в униформе? Это что, эпидемия? У вас двоих не было никаких проблем с властью? — Тут не до шуток, Том… здесь явно что-то не так, — пробормотал в ответ Кевин. — Ты не рад меня видеть? — снова засмеялся Том. — Невозможно, чтобы после стольких лет, когда нашим файлам присвоили максимальный уровень секретности, после того, как Флот запретил нам связываться друг с другом какими-либо способами, мы сейчас случайно встретились здесь втроём… — Похоже, вчетвером, — сказал Джим, показывая на большую афишу в зале. На голограмме была изображена поющая девушка: изящная миниатюрная блондинка с идеальной фигурой. «Большое шоу в честь инаугурации президента Розли. Клэр Клэйфилд споёт национальный гимн и выступит с концертом для населения», — провозглашала переливающаяся золотым надпись. — Увидимся через пару часов в баре в холле гостиницы. Постарайтесь её тоже привести, если, конечно, вы сможете удержать её неподвижной хотя бы в течение пяти минут, — с лёгкой улыбкой сказал Джим, возвращаясь к своему экипажу. Он должен был как-то отвлечь внимание его людей, что было сложной задачей. Боунс уже дыру в нём протёр, наблюдая за ним с другой стороны зала. — Для меня настоящее удовольствие быть здесь. И это большая честь — выступить с концертом для жителей Церберуса. Клэр кокетливо улыбалась небольшой группке фанатов и окруживших её журналистов. Она бросила нетерпеливый взгляд в сторону своего агента, который уговорил её приехать в это богом забытое место. Но немного рекламы к выходу нового голодиска и вправду бы не повредило. К тому же ей стало известно, что с инаугурационной речью должен будет выступить некий Джим Кирк, и она не могла дождаться момента, чтобы увидеть его снова. — Мисс Клэйфилд думает, что будет иметь на Церберусе тот же успех, что и на Земле? — спросил один из журналистов. — Я очень на это надеюсь, Церберус мне кажется замеча… эй, — внезапно Клэр почувствовала, как её схватила пара сильных рук. — Извините, господа, но у мисс Клэйфилд репетиция завтрашнего выступления, — сказал знакомый голос, и Клэр потянули в глубину зала. — Томми, — пробормотала она, узнав человека, который тащил её за собой. — Привет, Клэр, приятно тебя видеть, — улыбнулся мужчина. — Кевин, и ты тоже … но что вы здесь делаете? — Клэр почувствовала себя ещё более сбитой с толку, узнавая рыжеволосого молодого человека. — Привет, Клэр. Это именно то, что мы бы хотели узнать. — И Джей Ти тоже здесь? Я знаю, что он здесь. Где он? Оба улыбнулись, увидев, как взгляд зелёных глаз Клэр заметался по залу в поисках капитана. — Он встретит нас в ближайшее время, пошли, — сказал Кевин, выводя Клэр из большого зала. Освободиться от Боунса было настоящим подвигом. Джим был вынужден притвориться, что он распрощался с президентом, подняться с остальными на Энтерпрайз и уединиться в своей каюте, объявив себя усталым. Выйдя из каюты, он довольно долго смотрел по сторонам, ожидая, что с минуты на минуту из-за какой-нибудь переборки вылезет Боунс. После чего он как вор добрался до телетраспортаторной и под угрозой военного суда приказал молодому йомену никому не сообщать о том, что он снова спускается на Церберус. Когда он добрался до бара в президентском дворце, остальные уже сидели за расположенным отдельно от других столиком. К счастью праздничный ужин уже давно как закончился, и в такой час вокруг практически никого не было. — Джей Ти… только посмотри на себя… тебе ооочень идёт униформа, — практически закричала Клэр, подскакивая на стуле, и немногие присутствующие в помещении обернулись на неё. — Ты не хотела бы ненадолго побыть хорошей девочкой? — раздражённо потребовал Том. Джим улыбнулся, вспоминая её маленькой, какой она была при их знакомстве на Тарсусе. Она стала прекрасной девушкой. И не было никаких сомнений, что она извлекала максимальную пользу от своего красивого голоса, которым её наделила природа. — Клэр… совсем не меняешься, да? — усмехнулся он, целуя её в щёку. Она была самой непоседливой из всей их группы, ни секунды в покое, и особенно, никогда не смолкающая. — Ребята… я просто не могу в это поверить… но это здорово увидеться с вами, — объявила Клэр, одним глотком выпивая содержимое стоявшего перед ней бокала. — Ещё по одной? — усмехнулась она, будучи уже явно навеселе. Том кивнул официанту, который не заставил себя ждать. Принеся четыре рюмки и расставив их перед каждым из посетителей, он выставил на стол бутылку с прозрачной жидкостью. — За нас! — наполнив всем рюмки и поднимая свою, сказал Том. Джим почувствовал, как напиток жжётся в горле. Он уже потерял привычку к крепкому алкоголю: став капитаном Энтерпрайз он свёл к минимуму подобные возлияния, к большому облегчению Боунса. Все четверо, включая Клэр, неловко замолчали. Их разделили сразу же, как только Констеллейшн прибыла на Землю, и кроме Кевина, которого Джим снова встретил в Академии Флота, он больше никогда не видел никого из них вживую. Но Джим был уверен, что никто из «его ребят» не забыл остальных. — Вам известно что-нибудь о судьбе других? — и в самом деле спросил Том. — ТʼПор посещал Академию на Вулкане. Он спасся во время уничтожения планеты и, думаю, что сейчас он на Новом Вулкане… Джим использовал все возможности, даже взлом базы данных Флота, чтобы найти новости о ребятах, но ему удалось отследить лишь немногих из их группы. — Марк мёртв, — вполголоса сказал Том. Во внезапно повисшей тишине все с потрясением посмотрели на него. — В прошлом году. Автомобильная авария. Я поддерживал с ним контакт, хотя он и поменял фамилию… — Джулии тоже больше нет с нами, — вмешалась Клэр, и по её щеке скатилась слеза. — Самоубийство… через два года после того, как мы вернулись на Землю, — продолжила она, не объясняя, как она об этом узнала. У Джима образовался комок в горле. Он сражался как лев, чтобы сохранить его ребят живыми на Тарсусе и мысль, что милая Джулия покончила жизнь самоубийством в её немногие 15 лет, заставляла чувствовать себя бессильным… и приводила в бешенство. — За Марка и Джулию, — сказал Кевин, снова поднимая рюмку. Джим уже начал чувствовать влияние алкоголя. Он определённо отвык много пить. — Какие-то новости о Ленни и Тимми? — спросил Джим. Все отрицательно покачали головами. — Я искал по базе данных, но пусто. Они были самыми маленькими, возможно, их усыновили, сменив имена, — сказал Том. — Ребята, вы и в самом деле верите, что мы здесь оказались случайно? Вчетвером, на планете в жопе галактики, только по случайному стечению обстоятельств? — в конце концов спросил Кевин. — Конечно же нет… мне это кажется очевидным, но кто мог организовать всё это, чтобы собрать нас в одном месте? И почему именно здесь и сейчас? — рассуждал Джим. — Я знаю, о чём ты думаешь, Джей Ти, но я в это не верю. ОН МЁРТВ, мёртв и похоронен, — судя по голосу, Том сам пытался убедить себя в сказанном. — Ты видел его труп? Я нет, всё что видел я — это лишь кучка обгоревших костей, так что… — вмешался Кевин. — Ребята, прекратите, вы меня пугаете, — от нервов Клэр вся побледнела. — Что бы ни происходило на самом деле, этой ночью мы ничего не узнаем. Пойдём, Кевин, мы должны вернуться на корабль. И мне надо протрезветь, если я не хочу позорно шататься на сцене завтра утром. Опрокинув стакан, Джим сделал последний глоток и поднялся. Кевин последовал за ним. — Будьте начеку, ребята, я вас умоляю, — обратился он к двум оставшимся. ТАРСУС IV Звёздная дата 2247.10.10 Прошло уже восемь месяцев с тех пор, как Джей Ти прибыл на Тарсус. Закончились и каникулы. К огромной радости Джей Ти это был последний день, когда он должен был составлять компанию губернатору во время завтрака. По крайней мере Джей Ти на это надеялся. Он слушался всех приказов Кодоса, от лекций с Артуром, до чтения текстов, которые ему навязывал губернатор; с одной стороны на это его толкали всё более очевидные угрозы со стороны мужчины, с другой же он действовал в надежде, что рано или поздно он ему надоест. Он даже попробовал казаться менее сообразительным, чем он был на самом деле, и ошибаться в сложных математических задачах, которые каждый день после завтрака ему выдавал Кодос. Но мужчина был очень умён и как только замечал блеф мальчика, начинал себя вести в ещё более угрожающей манере. Единственным его утешением была дружба с Томом. Джей Ти, Том и Кевин стали неразделимым трио, и в те редкие свободные моменты, которые им выпадали, они выбирались из города и носились по лесу, и теперь знали там все пещеры и скрытые ущелья. — Ты прочитал книгу, которую я тебе давал? — спросил губернатор этим утром сразу же, как увидел входящего Джей Ти. — Да, сэр. Джей Ти книгу прочитал, но, на самом деле, уже слышал о ней раньше. Разглагольствования самого безумного и кровожадного диктатора, который когда-либо имелся на Земле. — И что ты о ней думашь? — спросил Кодос, пристально его рассматривая. Джей Ти молчал. — Ну же, Джеймс, стесняться не в твоём характере, — на его лице появилась поистине мефистофельская улыбка. Рациональная часть Джей Ти настаивала на том, чтобы скрыть то, что он думал об этой книге и её авторе на самом деле, но отвращение, испытываемое им во время чтения к абсолютно каждой странице, было слишком сильным. — Я думаю, что Адольф Гитлер был психом, и что если дьявольская сущность и в самом деле не миф, она воплотилась в нём. Слова вырвались сами по себе и абсолютно неосознанно. Он замер, ожидая гневной реакции, но напрасно. Губернатор ограничился лишь саркастичной улыбкой. — Видишь, Джеймс, это не редкость когда настоящих гениев путают с психопатами. Или со странными людьми. На Земле и с тобой происходило подобное, не правда ли? — спокойно сказал Кодос, чётко выговаривая слова. Джей Ти вспомнил, скольким издевательством он был подвергнут своими одноклассниками и даже учителями, которые никогда не понимали, насколько наводящей скуку для него была школа, но ему не удалось увидеть ничего похожего с тем, о чём говорил губернатор. — Твоё мнение об Адольфе Гитлере меня не удивляет, твой юный ум был сформирован на фоне воображаемой благодетельности без каких-либо научных оснований. Но не волнуйся, у нас есть время всё исправить. Джей Ти похолодел. Стало абсолютно очевидно, что у Кодоса не было никакого намерения оставлять его в покое. — А теперь иди в тренажёрный зал. Твоя лекция перенесена на это утро. Джей Ти покинул комнату на трясущихся ногах. Во время лекции он был погружён в свои мысли и позволил Тому повалить его на коврик, по крайней мере, пять раз. — Джей Ти, ты в порядке? — спросил его друг, когда они направлялись в сторону душевых. — Да, я в порядке, — соврал мальчик, но в его памяти как огнём было выжжено воспоминание о разговоре с Кодосом. Джей Ти шёл в кабинет губернатора, чтобы сказать ему до свидания — правило, которое он всегда должен был соблюдать перед уходом. Приблизившись к двери, он услышал в комнате голоса, что-то возбуждённо обсуждающие. — Туда нельзя, жди здесь, — невежливо сказал ему охранник у двери, и Джей Ти сел на одну из лавок. Было практически не слышно, о чём говорят за стенкой, удавалось уловить лишь какие-то отрывки слов. — Роберт, ты не можешь …у него … семья. Джей Ти узнал голос Хоши Сато, но не мог понять, с кем она говорит. Роберт? — … иногда их видеть… для его блага. Губернатор… Сато говорила с Кодосом. — Но… Роберт… эти… соглашения. — Ты пересекла все границы, Сато. Кодос взбешённо закричал, и Джей Ти почувствовал ужас, расползающийся внутри; он догадался, о ком и о чем они разговаривали. Нет, Кодос не мог отобрать у него семью, только не сейчас, когда он нашёл по-настоящему близких ему людей. Он не хотел покидать тёту Сару, дядю Алекса и его маленьких брата и сестру, друзей, соседей, которые радостно приветствовали его и дарили ему сладости. Он испытал острое желание сбежать и где-нибудь спрятаться, может быть в одной из многих пещер, которые они обнаружили с Кевином и Томом. Но тогда что бы стало с его семьёй? Кодос был способен на всё, на что ему и открыл глаза Том. Нет. Надо было всё организовать. Он в обязательном порядке должен был переговорить с дядей и тётей. Он почти подпрыгнул, когда Хоши вышла из большой двери, ведущей в кабинет Кодоса, и приблизилась к нему. — Джеймс, как ты? — мягко спросила она. — Хорошо, профессор, — постарался скрыть свои эмоции Джей Ти. Сато нерешительно посмотрела на него, и на какой-то момент у Джей Ти возникло впечатление, что она читает его мысли. — Джеймс, что бы ни случилось… я сделаю всё, чтобы с тобой не произошло ничего плохого. Ни с тобой, ни с твоей семьей. Ты понял? Джеймс ограничился кивком. Он бежал как никогда в своей жизни. С облегчением выдохнув, когда охранник сказал ему, что он мог идти, не прощаясь с Кодосом, он побежал домой. Дядя с тётей обещали ему найти решение, если ситуация примет дурной оборот, а это именно то, что происходило прямо сейчас. Он точно побил рекорд по скорости, пока добирался до дома, но его это не волновало. Ворвавшись ураганом в прихожую, он обхватил руками удивлённую тётю. — Джей Ти… что происходит? — спросила Сара, видя его настолько откровенно расстроенным. Джей Ти открыл рот, чтобы начать говорить, но вдруг передумал. Он не мог сказать об этом тёте Саре вот так, у неё бы сразу случился приступ. — Где дядя Алекс? — спросил он, запыхавшись. — В поле… но что происходит? — ещё раз спросила тётя. — Ничего, — ответил Джей Ти, снова убегая. Джей Ти много раз бывал в поле с дядей Алексом. Ему нравилось ощущение мира, которое дарила работа на ферме. Сеять, поливать саженцы, видеть, как они растут, и потом любоваться золотым простором полей спелой пшеницы. А ещё сбор урожая, которым все колонисты занимались вместе, и праздник окончания сезона, в котором он участвовал первый раз в жизни… Джей Ти рос на ферме, любил природу и восхищался дядей Алексом. Он был сильным и решительным, но в то же время очень мягок в общении с ним, всегда внимательный к тому, чтобы не прикасаться к нему без разрешения. Благодаря дяде Алексу Джей Ти преодолел страх перед взрослыми мужчинами, который вселил в него Фрэнк. Дядя Алекс был сильным и решительным, но когда Джей Ти добрался до него, он обнаружил его стоящим на коленях в центре самого большого поля. Его плечи сотрясались от рыданий… дядя Алекс плакал. Джей Ти никогда не видел дядю плачущим, и это шокировало его. Он сразу понял, что причина не в тех планах, которые были на него у Кодоса, прошло слишком мало времени, чтобы он мог узнать эту новость. Он подошёл ближе и положил руку на дядино плечо. — Джей Ти… что ты здесь делаешь? — спросил мужчина, вытирая лицо рукавом рубашки. — Ничего, — пробормотал мальчик, но всё его внимание было сосредоточено на растениях в поле. Все они были покрыты беловатой плесенью. Джей Ти уже видел подобное: она убивала все растения, к которым прикасалась. И теперь ей была заражена и пшеница, единственная сельскохозяйственная культура, которая была на Тарсусе. Джей Ти знал, что это будет значить, если плесень распространится. Голод.