Дракон моего сердца

      Тяжело дыша и с трудом перебирая ногами, Ивар пробирался сквозь лес и высокие сугробы на пути к спасению. Простреленная нога сильно болела и плохо слушалась, а любое неосторожное движение то и дело приводило к падению мужчины в снег. Он даже терял сознание пару раз, но снова и снова, претерпевая боль и усталость, он вставал и продолжал свой путь. Потому что просто не имел права на слабость, не смел сдаваться. Ради Авесты и их счастливого будущего. Он должен был жить.       Мужчина шёл и оглядывался, крепко сжимая рукоять пистолета окоченевшими пальцами, но никаких признаков погони или засады не было. Лишь раз он слышал шум вертолёта где-то вдали. Или, быть может, ему просто, казалось, что слышал? Не столь важно. Искали его или нет, но Ивар больше боялся волков, нежели людей. Вторые не могли найти его по запаху крови, в отличие от первых. Солнце уже начало подниматься из-за горизонта, освещая верхушки высоких деревьев, когда он наконец добрался. Небольшой домик посреди леса. На самом деле — один из перевалочных пунктов лесного хозяйства, где такие же как он, егеря, могли отдохнуть, согреться, а ещё заняться работой поспокойнее, вроде заполнения журналов или написания отчётов. «Интересно, кто-нибудь дома?» проскочила мысль в голове Ивара, когда он из последних сил заковылял к дверям и постучался.       Никого. Что ж, так даже лучше. Мужчина пошарил рукой в маленькой выемке над проёмом и найденным ключом, открыл дверь. Работа в лесном хозяйстве всегда была сопряжена с риском получения травм по неосторожности или нападения диких животных. Это относилось как к сотрудникам, так и к туристам, так что набор медицинских инструментов тут был рассчитан на все случаи жизни и позволял стабилизировать человека практически в любом, даже в самом критическом состоянии. Ивар направился в самую дальнюю комнату, где и располагалась мини операционная.       Быстрый обыск полок и прилегающего к ним шкафчика позволил раздобыть ему всё, что ему только могло понадобиться, в первую очередь, обезболивающих, обеззараживающих и инструментов, которые он разложил на операционном столе, а сам сел напротив, взгромоздившись на высокий стул без спинки. Быстрая стерилизация и Ивар аккуратно разрезал специальными ножницами прилипшую к ране на руке ткань. Что ж, он мог с уверенность заявить, что ему ещё чертовски повезло. Пуля прошла насквозь, можно даже сказать глубоко оцарапала, и не задела кость. Оставалось только стянуть края и перебинтовать. Он тщательно промыл и продезинфицировал рану, принял обезболивающее и, затолкав кляп в рот, поднёс к краям раны медицинский степлер. От боли мужчина глухо застонал и запрокинул голову, но быстро собрался с силами и довёл операцию до конца. Затем, он щедро полил заштопанную рану антисептиком и наложил тугую повязку. Вышло весьма недурно, как ему показалось, но дальше — больше. Рана на ноге беспокоила Ивара куда сильнее.       Ивар глухо простонал, а его лоб прошиб холодный пот, как только он попытался её ощупать, а срезав ткань окончательно убедился — всё было очень плохо, если не сказать больше. Нога вокруг пулевого отверстия опухла и сильно кровоточила. Кость, если и не была сломана, то как минимум треснула, а пуля застряла в мясе. Мужчина понял, что пройди пуля хотя бы на пять сантиметров ниже — и он мог навсегда распрощаться с мениском, но если то, что наблюдал и было лучше, то ненамного.       Болело всё это ужасно даже когда он сидел неподвижно. Ивар даже удивился как он вообще смог в таком состоянии самостоятельно добраться сюда. Даже сейчас он едва не терял сознание от боли, а сильнейшая усталость делала всё только хуже, навалившись на его плечи непомерным грузом , стоило ему лишь пересечь порог дома. Но требовалось действовать. И действовать быстро, если, конечно, он не хотел истечь кровью пока будет валяться в отключке. Собравшись с мыслями и помолившись всем богам, которых только знал, Ивар достал из разгрузки последний оставшийся инъектор со стимулятором и загнал его содержимое в вену, сдобрив это дело большой порцией обезболивающих из аптечки.

***

      Первое что почувствовала Авеста, когда начала приходить в сознание — была сильная боль во всём теле. Рёбра и живот гудели от боли, а грудь не без труда вздымалась в такт её сбитому дыханию. На голову как будто уронили что-то металлическое и тяжёлое, а крылья затекли и страшно ныли. Она вспомнила, как уже испытывала нечто подобное раньше, когда Ивар…       Память о страшном сне быстрой рекой затопила её сознание и она, обуреваемая бьющейся в груди паникой, попыталась разорвать объятия сновидения и пошевелиться чтобы осознать… Этот кошмар… Это был вовсе не кошмар! Это была реальность! Холодящий душу и отравляющий разум ужас кислотой разился по её венам, заставляя снова и снова рваться из оков страха, но единственное, чего она добилась —был лязг настоящий цепей, удерживающих её тело.       Тогда, в своей последней, отчаянной, попытке, она открыла глаза, щурясь от белого, слепящего света. Когда её глаза хоть немного привыкли к нему, первое, что увидела драконица, были серые бетонные стены и потолок, под которым свисали яркие лампы дневного света. Авеста попыталась покрутить головой по сторонам и оглядеть себя, но ничего не вышло. Её голова, как и всё тело, были распластаны и надёжно зафиксированы животом кверху и разведёнными в сторону лапами на большом операционном столе, возле которого стояла небольшая, замеченная боковым зрением, подставка под инструменты. В полном отчаянии и стеснении от увиденного, она попыталась закричать, но вместо крика до её ушей донёсся лишь приглушённый, слабый вой. Во рту чувствовался привкус металла. Железная клетка была плотно пристёгнута к голове, служа для Авесты намордником и кляпом одновременно.       Она больше не надеялась проснуться. Сейчас она мечтала не просыпаться вовсе. Единственное, на что она ещё надеялась, был Ивар. Ей правда хотелось верить, что хотя бы с ним всё в порядке и…       Её мысли были прерваны скрипом открывшейся двери и двух пар шаркающих за её спиной шагов. Авеста притихла и, кажется, забыла как дышать, с ужасом ожидая что будет дальше. До её ушей донёсся сухой щелчок, за которым раздался едва слышный гул, и Авеста почувствовала, как потоки прохладного воздуха приятно защекотали её живот и бёдра по направлению к шее и голове, от чего Авеста почувствовала себя ещё куда более неловко и быстро зажмурилась от смущения.       Обладатели шагов пришли в движение. Авеста испуганно открыла глаза и встретилась взглядом с высоким лысым мужчиной, с серыми, водянистыми глазами, какие бывают только у дохлой рыбы. Носил он неопределённую серую камуфляжную форму с кобурой на груди, был высок и широк в плечах.       — Вы только посмотрите кто проснулся, — заговорил мужчина негромко, без тени эмоций в голосе. — Заставила же ты меня с собой повозиться. Как глупо. Какой смысл был сопротивляться, если результат всё равно оказался один? Он опустился на одно колено и посмотрел ей прямо в глаза, из-за чего по позвоночнику Авесты прокатилась новая волна паники и она попыталась вжаться спиной в стол, а головой в плечи. Человек гаденько усмехнулся, схватив её за намордник.       — Боишься меня? Правильно делаешь, дракон. Чем послушнее ты будешь, тем более безболезненно пройдёт наше с тобой знакомство до того момента как тебя заберёт покупатель. Даже не пытайся, тебе не сбежать. Ведь если мне удалось выследить тебя через пол мира, то в железной клетке у тебя тем более нет никаких шансов. Моргни если всё поняла.       Авеста сделала как он сказал, с радостью воспользовавшись возможностью разорвать взгляд с этим страшным человеком.       — Вот и чудно. А пока Андрей Викторович позаботится о твоем здоровье. Мы же не хотим, чтобы ты окончательно потеряла товарный вид, да? Вот и чудно, — Она встал, повернувшись к доктору. — Что скажете о её состоянии? Насколько сильно ей навредили при захвате?       Андрей Викторович пожал плечами. Это был пожилой, сильно за пятьдесят низкорослый мужчина, с выпадающими седеющими волосами и неухоженной щёткой рыжеватых волос под носом. В отличие от неназванного военного, рост доктора был сильно ниже среднего, а на его носу были надеты очки в толстой роговой оправе. Завершал его образ старый и застиранный, когда-то белоснежно-белый, а теперь сероватый халат, надетый поверх ношенных джинсов и старой футболки.       — Видали и хуже. Пару трещин в рёбрах, перелом костей правого крыла, небольшие внутренние кровотечения… Ничего угрожающего жизни для молодой и здоровой представительницы её вида. За месяц-два полностью будет в норме. А теперь, прошу меня простить, мне нужно работать.       — Да-да, работайте, Андрей Викторович, не буду мешать. — он поднял ладони перед собой и бросил прощальный взгляд на Авесту. — Вернусь позже.       Авеста проводила его всё таким же напуганным взглядом и дёрнулась от отвращения, когда руки врача в перчатках коснулись её незащищённого живота чтобы провести осмотр. Авеста плотно зажмурила глаза. Не в силах стерпеть всего навалившегося ужаса и отвращения, она тихо заплакала. Слёзы стекали по её скулам, задерживались на прутьях «намордника» и тихо капали на кафельный пол, но для драконицы они как будто били в набат. В надежде хоть немного успокоиться, Авеста, попыталась глубоко вздохнуть и подумать о чём-нибудь хорошем, перенести свой разум подальше от этого ужасного места, но добилась лишь новой порции боли в повреждённых рёбрах. Она должна была быть сильной, она обязана была держаться. Ради Ивара. Только вера в его обещание и предавала ей хоть какие-то силы!

***

      Ивар резко открыл глаза и встрепенулся. Его рука, до этого покоящаяся на животе, в одно мгновенье метнулась к кобуре на груди и сжала рукоять пистолета. Вдох-выдох. Он осмотрелся. Солнце только-только взошло и спал он не более пары часов, прежде чем был разбужен звуком шагов на улице. Мужчина тихо, насколько это было возможно в его состоянии уселся на койке поудобнее и снял оружие с предохранителя в ожидании гостя. Всего одного, если он правильно судил по шагам. Долго ждать не пришлось. Уже через минуту послышался лёгкий скрип открываемой двери. Короткая пауза и до ушей Ивара донёсся едва слышный щелчок оружия, снимаемого с предохранителя, за которым последовали медленные крадущиеся шаги его обладателя. Ивар прицелился в проём и, кажется, забыл как дышать, пока шаги гостя медленно приближались к нему.       — Замри и не двигайся, — рявкнул Ивар, когда незнакомец в толстой зимней куртке и такой же тёмно-синей лыжной маске показался в проёме. — А теперь, ты слышишь меня? Теперь медленно положи оружие на землю и толкни в мою сторону. Незнакомец вздрогнул от страха и замер, как было велено, а после очень медленно и осторожно опустился на колени и, посмотрев перед собой, слегка толкнул оружие в сторону Ивара и развёл поднятые руки в стороны. Его глаза широко раскрылись и он, испуганно сглотнув, заговорил:       — Послушайте, я всего лишь... И-Ивар?! Т-ты что ли? О, Господи! П-пожалуйста, не стреляй, это же я, Магнус! Мы работаем вместе, то есть, работаем в одном лесном хозяйстве, но в разных сменах, помнишь?!       Вопреки осторожности гость резким движением сорвал с себя маску. Это был молодой, чуть младше Ивара, зеленоглазый шатен со слегка неухоженными длинными, чуть взмокшими волосами. Ивар внимательно посмотрел ему в глаза. Магнус, а это был и правда он, был очень сильно напуган. Его расширившиеся от страха зрачки не мигая смотрели в центр дула, а сам он часто дышал и периодически сглатывал. Его лоб покрылся испариной.       — А зачем тогда оружие с предохранителя снял?       — Я-я н-ну… Дверь была приоткрыта, вот я и, — он сглотнул и быстро перевёл дыхание. — подумал, а в-вдруг это дикий зверь проник, в-волк, например? Ивар посмотрел на него ещё пару секунд, прежде чем убрать оружие в кобуру.       — Прости меня, пожалуйста, Магнус, не признал. Я думал ты из тех ушлёпков, которые пытались убить, ранили и успешно разнесли мой дом в щепки. Тяжёлая ночка, словом.       Магнус медленно кивнул и чуть не упал на пол, когда поднимался. Только что пережитый стресс давал о себе знать.       — Постой, хочешь сказать, что этот ужасающий взрыв был у тебя дома?! — спросил молодой человек с трудно передаваемыми эмоциями в голосе. Ивар кивнул.       — Да. Весь первый этаж в щепки и контузило неплохо. А что, настолько далеко было слышно? Ты же вроде в самом городе живёшь.       — Нет, лично я не слышал, — ответил он, усаживаясь на стул подальше от Ивара и расстёгивая куртку. — Где-то часа в два ночи меня разбудил гул вертолётов и пожарных сирен. Я включил телевизор и где-то через пол часа вышел экстренный выпуск новостей. Сказали, что бензовоз на трассе взорвался и много жертв. Д-даже пару кадру с места событий продемонстрировали, только не понятно нихрена, огонь был виден да и только. Власти перекрыли движение и заверили что ситуация под контролем.       — Ага, как же, под контролем у них, с-сука, — Ивар зашипел от боли и схватился за бедро. — Только не бензовоз, а херова куча взрывчатки и гора трупов вооружённых наёмников вокруг…       Ивар зарычал и встретился глазами с ещё более шокированным взглядом коллеги.       — Ивар, ты сильно ранен?! О, боже! Давай я помогу… поедем в больницу, вызовем полицию! Они помогут!       Раненый натянуто улыбнулся и покачал головой.       — Ну уж нет, хватит с меня полиции. Собственно, не ударяясь в детали, это, ух, всё случившееся — их заслуга. В больницу мне тоже нельзя. В лучшем случае меня сразу поместят под стражу, а потом — под следствие. В худшем — завершат начатое. Нет, аргх, нет вариант!       — Но… но как мне помочь тебе в таком случае? — спросил Магнус после минутной тишины.       Ивар сел на столе поудобнее и принял ещё несколько таблеток с обезболивающим.       — Можешь отвезти меня в Данию? Там, в Копенгагене, живёт врач, которому я могу довериться. Просто довези до границы, а дальше я как-нибудь сам. Магнус задумался и переплёл пальцы.       — Ох, хорошо, хорошо, я довезу тебя куда скажешь. Только это, ты не мог бы убрать своё оружие что ли? У нас могут возникнуть проблемы на границе из-за него.       — Не пойдёт. Могу разве что под одеждой запрятать.       — Ох, ну, нет, я не могу, ты же должен понимать, что из-за этого…       — Магнус, пожалуйста!       Мужчина помялся ещё некоторое время, прежде чем ответить с тяжёлым вздохом.       — Ладно, ладно! Твоя взяла, можешь его оставить, но если какие проблемы будут — скажу что ты держал меня в заложниках!       Ивар широко улыбнулся.       — Спасибо, Магнус! Обещаю, за мной, чёрт, за мной не заржавеет! А теперь… прости мне мою наглость, но… ты не поможешь доковылять до машины? Как видишь, сейчас я немного не в форме…       — Ага, не хватало ещё чтобы ты забыл, как мне обязан, — он подошёл к нему и протянул руку. — Ладно уже, давай свою руку.

***

      Самолёт пошёл на посадку и, к спокойствию пассажиров, максимально мягко, с лёгкой встряской, коснулся своими шасси полотна посадочной площадки и направился к терминалу. В салоне заиграла лёгкая приятная музыка и капитан борта на трёх языках объявил об успешном окончании рейса, за которым последовала метеосводка. «Добро пожаловать в Копенгаген! Надеюсь, вы остались довольны качеством полёта и гостеприимством нашего персонала. Местное время — девять пятнадцать утра, температура — минус десять по цельсию, погода — ясная. Пожалуйста, оставайтесь пристёгнутыми на своих местах до момента остановки. Спасибо, что воспользовались услугами компании «Air France» и надеюсь, что вы выберете нас снова. Хорошего дня! Но Анри совершенно не обратил внимания на это сообщение и всё также продолжал смотреть с полным безразличия взглядом в иллюминатор, за которым лениво пролетали мелкие снежинки, мягко приземляясь на посадочную полосу. Он был сосредоточен на собственных мыслях куда больше, чем на чём-либо ещё. Например, что такого срочного было у Ивара, что он так настоятельно просил его о помощи? Ясно было одно — дело было действительно дрянь если он решил просить помощи у кого-то из своих старых боевых товарищей.       Прохождение таможни после выхода из самолёта прошло также легко и непринуждённо, как и само путешествие в целом. Пограничник быстро пробежался взглядом по его паспорту, взглянул ему в лицо и без вопросов пропустил дальше, в общий зал аэропорта.       Анри прошёл через большие стеклянные двери и осмотрелся. Долго вглядываться в толпу не пришлось. Мужчину с табличкой, на которой было написано его имя, он узнал практически сразу, словно и не прошло нескольких лет со дня их разлуки. Ивар тоже быстро заметил своего старого товарища и пошёл к нему навстречу. Мужчины сдержанно улыбнулись друг другу и, сблизившись, пожали руки.       — Анри, рад тебя видеть! Спасибо что приехал! Как прошло путешествие?       Француз кивнул головой.       — Взаимно Ивар. Как обычно, знаешь. Рад нашей встрече, давно не виделись. — он пристально посмотрел на ногу скандинава. — Как нога? Наш общий знакомый уже сообщил что ты влип в дерьмо по уши.       — Болит, но док обещал, что буду даже бегать. Когда-нибудь. По праздникам. Прости что начал без тебя, сам понимаешь, время поджимало, но не переживай, дальше и для тебя место найдётся. Поехали, лучше, обсудим всё по дороге, без лишних ушей. Француз снова кивнул и мужчины вышли наружу, быстро нашли машину Ивара и выехали за территорию аэропорта. Первые несколько минут оба хранили молчание, прежде чем тишина была нарушена Анри.       — Ну что же, Ивар, рассказывай по порядку давай, что за херня вообще происходит. Я помню ты что-то по телефону говорил о какой-то девчонке в опасности и именем таким странным, на «А» вроде начинается.       — Авеста.       — Да, точно. Она самая. И, судя по состоянию твоей ноги, а также что мы встречаемся в Дании, а не как планировали раньше, у тебя дома, я немного так не успел и худшее уже случилось, верно?       Ивар хмуро угукнул.       — Приятно видеть профессионала, который за столько лет не растерял навыков. Настоящий Шерлок! — скандинав вписался в поворот и вырулил на трассу, ведущую за город. — Вооружённые ублюдки вломились в дом посреди ночи чуть меньше двух недель назад. Дом в щепки, меня зацепило и контузило неплохо, а Авесту увезли в неизвестном направлении на вертолёте.       Француз молча приоткрыл окно, достал сигарету из гладкого металлического портсигара и, щёлкнув бензиновой зажигалкой, закурил.       — Что это вообще за Авеста такая?       Ивар молча полез в карман куртки, достал из него коричневый кожаный бумажник и протянул Анри.       — Достань фотографию. Среднее отделение, не пропустишь. Курильщик молча взял, быстро просмотрел содержимое и достал искомое, на котором был изображён Ивар в обнимку с Авестой. Мужчина и драконица, которая его обнимала крыльями, хвостом и держала за руку, выглядели счастливыми и широко улыбались, смотря в камеру, сидя на диване. Анри внимательно присмотрелся к фотографии, а в его глазах впервые за всё последнее время заиграли эмоции, отличные от безразличия ко всему окружающему: удивление, недоверие, и даже тень заинтересованности. Он вращал, переворачивал, небольшую, чуть меньше ладони размером, фотографию, в надежде разглядеть в ней какой-то подвох. При этом он делал частые и глубокие затяжки от тлеющей у него в зубах сигареты, стремительно уменьшая её размеры.       — Так, то есть ты хочешь сказать, что твоя Авеста — это какое-то причудливое домашнее животное?! Ну и дела, мы что, на браконьеров теперь охотимся?       Ивар одарил его злым, тяжёлым взглядом, от внезапности которого француз едва заметно дёрнулся, но, тем ни менее, сохранил уверенность на лице и переложил сигарету в зубах.       — Нет, Анри, Авеста не какое-то там безмозглое домашнее животное, — он сделал паузу, обогнал два автомобиля и направил свой на съезд. — Чёрт, да интеллектуально и нравственно она лучше и чище большинства людей! А я на своём веку повидал не только наших с тобой жадных до денег коллег и босоногих африканских детей с ржавыми автоматами Калашникова на службе у очередного выродка, мнящего себя новым Мессией Чёрного континента! Уж можешь мне в этом поверить. А если уж ты считаешь, как ты выразился, «охоту на браконьеров» слишком мелким делом, то ты всегда в праве отказаться.       Анри докурил сигарету и, выбросив бычок в окно, взялся за следующую.       — Ладно-ладно, не кипятись, я понял. Допустим…, — он прикурил и сделал глубокую затяжку, поглядывая на фотографию. — допустим я тебе верю. С трудом сам понимаешь, но верю, — Анри спрятал фотографию обратно в бумажник и положил на торпеду. — Продолжай. Заказчика знаешь?       — Николай Поддубный, слышал о таком?       — Это олигарх который? — Анри присвистнул и крепко затянулся. — Ну и ну. Да после такого у меня язык не повернётся назвать такое дело мелким. Растёшь на глазах, друг мой. Как тогда в Либерии, помнишь? Когда ты плоскогубцами сломал пальцы одному бедняге, а он оказался сыном полевого командира? Масштабы несколько поменьше, но тем ни менее, было громко! Во всех смыслах.       Ивар пожал плечами.       — Да, забудешь тут. Справедливости ради тот мелкий выродок оказался целым кладезем полезной информации, так что игра однозначно стоила свеч. Да и папаша его не то чтобы надолго задержался в мире живых. Хватило одной пули. Так я могу рассчитывать на твою помощь?       — Пф, спрашиваешь! Ели бы я не собирался помогать, то не прилетел бы сюда через пол Европы, даже если бы ты меня попросил помочь отмыть нагар на кухне. Вот только вдвоём мы мало что навоюем, да и действовать вслепую удовольствие сомнительное, сам понимаешь. Ты ведь не знаешь куда конкретно твоего, эм, дракона, увезли, верно?       Ивар отрицательно покачал головой.       — Не думаю что прямым рейсом в Хитроу, а так… не имею ни малейшего представления. Но нерешаемых проблем не бывает. И эту мы обязательно решим. А вот насчёт ребят… вот тут как-то совсем грустно, — он выдержал небольшую паузу. — Слушай, Анри, а что с Томми приключилось? Как-то он вообще не выходит на связь, хотя, ещё года-два назад, мы даже созванивались.       — А, так ты разве не знаешь?! Наш бравый командир уже год как отдал Богу душу.       — Вот это да! Нет, не знал. А как так? Работа?       Анри несколько раз взмахнул рукой с зажатой между пальцами сигаретой.       — Да если бы! Несчастный случай, не поверишь. Они со своей сожительницей на какую-то вечеринку поехали. Подробностей я, конечно, не знаю, но судя по рассказам, он там с кем-то очень крепко повздорил. Сам понимаешь: много алкоголя, штат, где у всех с собой пушки. Драка, переросшая в стрельбу. Да что там, в целую перестрелку. Говорят кровищи там было ух, как на бойне!       — Ну и ну! Хреново, что тут сказать. Искренне жаль такого спеца, ещё и глупо так… Его помощь могла сильно упростить нам жизнь. А ты как, с кем-нибудь из наших, «старой гвардии», ещё общаешься?       — Да, время от времени зависаю на проводе с парочкой ребят. Я их наберу. Посмотрим кто из них откликнется.       — Супер. Спасибо, Анри. Я тоже кое-кого наберу, док подсобил немного, но я ещё никого не прозванивал, не было времени. — Ивар плавно затормозил и остановился напротив небольшого одноэтажного дома в сельской местности. — Ладно, мы на месте. Отдохнём здесь пару дней и двинем в Швецию. Есть человечек, который поможет нам узнать куда Авесту увезли.       — Наш информатор?       Ивар хищно улыбнулся, открывая дверь автомобиля и вылезая наружу.       — Ага, только он не в курсе.