It's Not Too Late

Ты никогда ещё не видела Санса в таком состоянии. Даже его худшие дни, когда он не мог сдвинуться с кровати или часами безучастно смотрел в стену, не могли с этим сравниться. Лихорадка охватила его с раннего утра, и он даже спать не мог от боли. Он сдерживал стоны, как только мог, но одеяла не скрывали его потной дрожи, и в конце концов ты больше не могла смотреть, как он пытается уснуть на мокрой простыне. Ты попросила Ториэль приподнять его, пока сама меняла постельное бельё, и она сделала это без возражений. Санс, свернувшись в трясущийся клубок, был похож на ребёнка в её руках. Папайрус крутился поблизости и очень хотел помочь, но его рука всё ещё была крайне уязвима, и Ториэль была непреклонна, запретив ему поднимать даже малейшие тяжести. Тем не менее, ты всё же позволила ему помочь тебе загрузить бельё в стирку, поскольку бедолага выглядел так, словно может взорваться, оставшись не у дел. Ты отнесла потные простыни и запихнула их в стиралку, поручив Папсу отмерить необходимое количество моющего средства. — Как ты, держишься? — тебе едва ли выдалась возможность перекинуться с ним хоть словом из-за сосредоточенности на заботе о своём больном парне. — Со мной всё хорошо, — произнёс он усталым голосом, который явно говорил об обратном. — Санс довольно сильно… ворочался прошлой ночью. Обычно Великому Папайрусу нужно совсем немного сна, чтобы функционировать! Но, должен признать, вчерашние события довольно сильно утомили меня, и сон не дал нужного отдыха. Ты тоже не выглядишь так, словно выспалась. — Ну, обычно мне требуется чуточку больше часа или двух, — жалостливо пробормотала ты. Слишком много мыслей крутилось в твоей голове, не давая покоя, поэтому каждый болезненный звук и всхлип моментально вырывали тебя из дрёмы. Ты лишь молилась, чтобы и тебя не свалило какой болезнью. На это не было времени. Закончив с загрузкой белья, ты перевела взгляд на Папса. Ему было слишком больно носить перчатку, так что та закрывала только одну его руку. Это выглядело бы забавно, если не знать причину. — А как твоя рука? — Гораздо лучше! — с энтузиазмом заверил он. — Леди Ториэль – прекрасный целитель! Почти такой же, как я! Ты устало улыбнулась его восторгу. — Ну, мы предоставили ей немало возможностей попрактиковаться, согласен? — Практика ведёт к совершенству! — он секунду изучал твоё лицо, прежде чем хлопнуть тебя по плечу здоровой рукой. — Я вижу, ты всё ещё расстроена. Но не стоит! Это уже в прошлом. Мы должны продолжать смотреть вперёд. Ни слова не сказав в ответ, ты благодарно обняла его и направилась обратно в спальню. Нелегко отпустить свой гнев и горечь от случившегося. Всё это просто несправедливо. Ты погладила руку спящего Санса, борясь с собственной усталостью. Наконец, взяв свой ноутбук и осторожно забравшись на кровать рядом со скелетом, который едва ли пошевелился, пока ты умащивалась, ты подключила наушники. Зайдя на сайт риелтора, ты с облегчением увидела, что недокрашенный дом с террасой на крыше всё ещё доступен, так что ты назначила встречу для осмотра дома, прежде чем пролистать список отложенных фильмов. Позади было уже две трети Дрянных девчонок, когда звук внезапно пошёл через динамик ноутбука. Санс прижался поближе к тебе, вытаскивая наушники из твоих ушей. — Хей, — мягко позвала ты. — Хочешь, могу отмотать к началу? Он молча покачал головой, смотря в монитор. Когда фильм закончился, ты оторвалась от него ровно на столько, чтобы нагреть банку супа, игнорируя его стонущие протесты и настаивая, чтобы он что-нибудь съел. С момента его последней трапезы прошло слишком много времени, а от одного лишь просмотра комедий ему лучше не станет. Ему удалось проглотить всего три ложки, прежде чем его снова стошнило. Умыв его и убрав суп на потом, ты просто снова забралась на кровать рядом с ним и включила следующий фильм. Остаток дня он то и дело проваливался в дрёму, не говоря практически ни слова, за исключением извинений за рвоту. Наступило время ужина, и ты всерьёз беспокоилась, наблюдая, как он сгорбился над тазиком. Он напрягся, и ничего не вышло. В него не лезла никакая еда и, казалось, даже обычная вода раздражала его организм. В дверном проёме показалась голова Папайруса с прищуренными от беспокойства глазницами. — Мне позвонить Андайн? — тихо спросил он. — Всё-таки, она мастерски готовит. Уверен, она сумеет приготовить что-нибудь, что Санс сможет переварить. Это странно, что даже стряпня леди Ториэль не помогает. Ты покачала головой, поглаживая Санса по спине. — Как бы я не любила Андайн, думаю, её уровень вовлечённости не поможет ситуации, — не говоря уже о том, что, судя по словам Альфис, Андайн, чуть ли не так же, как и Санс, разгневана пребыванием Гастера в твоей Душе. А учитывая её склонность впадать в ярость, все согласились, что лучше, наверное, пока держать её на расстоянии. — Кроме того, не думаю, что качество еды само по себе является причиной. Папайрус подавленно кивнул. — Я не видел Санса таким больным уже… уже очень давно. Думаю, это было, когда мы впервые оказались в Сноудине. При этих словах Санс вздрогнул под твоей рукой. — Полагаю… это случилось сразу после инцидента, — продолжил Папайрус, его взгляд чуть затуманился, словно он погрузился в воспоминание, но не мог припомнить всех деталей. Мгновение спустя он снова вернулся в реальный мир. — К слову об этом! У папы всё в порядке? Знаю, ты очень сердита на него. — Он в норме, — отрывисто ответила ты. Старый добрый доктор, спавший большую часть дня, слегка дёрнулся в твоей голове, но продолжил молчать. — Это хорошо, — слишком уж весело отозвался Папс. — В таком случае я пойду к себе в комнату! Только крикни, если понадоблюсь! — он нырнул за дверь, и ты вернулась к Сансу. Его ещё несколько раз скрутило, по черепу стекал пот. — прости, — наконец жалко пробормотал он. Ты провела рукой по небольшим выступам позвоночника, выпирающим сквозь его мешковатую футболку. — Хотела бы я, чтобы ты смог хоть что-то съесть. Тебе нужно нарастить немного мяса на костях. Он даже не ответил на шутку, и твоё сердце сжалось. — Ториэль может привести Гриллби, — продолжила ты. — Раз даже её усилия уже ни к чему не приводят. К слову, рука Папайруса выглядит уже получше. Ты почувствовала, что его немного трясёт. — Санс? Ты как? — ты с беспокойством проверила, стоит ли рядом с его местом тазик на случай, если его опять стошнит. — Тебя снова мутит? Он покачал головой, и ты убрала тазик, осторожно поставив его на комод у двери. Это и вправду выглядело не настолько плохо, как человеческая рвота, но у тебя всё равно крутило желудок. Санс подтянул к себе колени, уткнувшись в них головой. — Что-то не так? Ничего. — Хочешь посмотреть другой фильм? Отвлечься немного? — ты снова села на кровать, однако оставила ему достаточно пространства, поскольку, даже если бы он не был болен, ты бы узнала эти признаки. Он корил себя в чем-то, и ты догадывалась, в чём дело. — Хмм, может, настал хороший момент, чтобы устроить марафон по Властелину колец?.. — ненавижу это. Ты замолчала. — ненавижу это, ненавижу, ненавижу, — его фаланги впились в ткань пижамных штанов. — я не должен быть таким, почему я такой? — Санс, ты просто болеешь. Это нормально. — нет, не нормально, — его рука безвольно упала на кровать. Мгновение спустя он снова лёг, повернувшись к тебе спиной. — что бы я не пытался сделать, чтобы исправить ситуацию, всё становится только хуже. я пытаюсь, и те, кто мне дорог, страдают. я делаю только хуже. я лишь обуза. — Санс, ты не обуза, — твёрдо сказала ты, дотронувшись до его плеча. — Ничего страшного, если другие заботятся о тебе. Ты ведь сам мне так говорил, помнишь? Его плечи дёрнулись от беззвучного всхлипа. — этого не должно было с ним случиться. я с самого начала должен был сунуть туда свою чёртову руку. Как будто вашего вчерашнего разговора и не было. — Санс, ты сам признал, что это не сработает, не забыл? — правда? — он издал резкий смешок. — время – тупое понятие. все воспоминания перепутались. когда это вообще случилось? как давно мой отец вырезал дыру в руке моего брата? Чёрт. Он начал говорить так, словно… — Это было прошлой ночью, — медленно ответила ты, чувствуя, как по позвоночнику карабкается страх. Судя по всему, он сейчас не в себе. — папс ещё жив, верно? — голос Санса сбивчивый от страха. — где папс? где… где он? — Тише, он в порядке, — ты успокаивающе притронулась к его руке. — Он только что был здесь. Спрашивал, не стоит ли прийти Андайн. — но от андайн тоже остался лишь прах, — он свернулся калачиком, сотрясаясь от дрожи. — все стали пылью. тебя тоже застрелили. все, кто мне важен, умирают. снова и снова… — Санс! — резко одёрнула его ты, заглушив его постепенно повышающийся голос. — Никто не умер. Мы все здесь. Скелет повернулся, встретившись с тобой взглядом. Его левая глазница слабо мерцала. Он протянул ладонь и провел ею по твоему лицу. — и он тоже здесь. он вернулся. он… голова болит. Ты взяла его за руку и аккуратно заставила перевернуться на спину. — Ты говоришь, словно немного спятил. Думаю, лихорадка плохо сказывается на твоей черепушке. — наверное. Его констатирующий факт тон заставил тебя фыркнуть. Ты подоткнула одеяло ему под плечи. — По крайней мере, ты способен это признать. Попробуй снова заснуть. Думаю, это единственное, что сейчас поможет. Он кивнул, зажмурив глазницы. — нужно вздремнуть, пока могу. папс ругается, если я сплю слишком много. — Ну, в этот раз он не станет на тебя кричать, — ты вытерла его вспотевший череп, прежде чем быстро поцеловать. — Просто спи. — не хочу, —пробормотал он с уже закрытыми глазницами. — не хочу просыпаться там. — Ты останешься здесь, — прошептала ты. — Как и я. Мы здесь навсегда, и весь этот кошмар почти позади. — звучит хорошо. я собираюсь навалять… своему старику… за… — его голос стих, и он провалился в сон. Ты вздохнула, с шипением пропустив воздух сквозь зубы. Это было страшно. Скорее всего, это не являлось полноценной галлюцинацией, однако Санс явно в этот момент был не совсем здесь. Тебе и самой становилось плохо, когда ты видела его таким. Но что ты могла сделать? Исцеляющая магия не работает, он не может удержать в себе никакую еду, а его собственная магия продолжает исторгаться, как только тело хоть немного её восстановит. Ты не знала, что делать. Но, может, Гастер знает. Ты на миг задержалась, чтобы убедиться, что Санс крепко спит, после чего соскользнула с кровати. Направившись в ванную, ты захватила использованный тазик для рвоты. На его отмывание не ушло много времени. Отставив его в сторону, ты слегка наклонилась над раковиной. Технически суток ещё не прошло, однако… — Гастер? Он не ответил. — Я знаю, ты не спишь, — проворчала ты, всматриваясь в своё отражение в зеркале. —Кончай уже дуться. То-есть, ты позволяешь мне нарушить молчание? Его голос угрюм. Как любезно с твоей стороны. — Мне этого ой как не хотелось, — фыркнула ты. — Ты видел, насколько болен Санс. Прошлой ночью ему не было так плохо. Здоровье монстра отражает состояние его души. Санс, к сожалению, имеет привычку позволять всему идти своим чередом, пока в один момент его душа попросту не выдерживает напряжения. Его собственные мысли о случившемся с братом не позволяют ему восстановиться. Гастер вздохнул. Он всегда был уязвимым, и на это повлияли мои собственные неудачи в его взращивании. Именно мои ошибки привели к тому, в каком состоянии его ОЗ. — Что ты имеешь в виду? Его уровень ОЗ всегда был низким. Однако, когда он только был создан, показатель не был равен единице. Он равнялся девяти. Я был этим обеспокоен, но он, всё же, мог выдержать некоторый урон, не… Он мысленно покачал головой. Сейчас ему просто необходима помощь. Ты ведь за этим обратилась ко мне? Ты нахмурилась. — Хватит об этом напоминать. Ты уже видел его в таком состоянии. Верно? Да. — Так, и как же нам вылечить его? Мы ведь явно можем сделать больше, чем просто позволять ему спать. Что ж. Ты можешь создать смесь Решительности и… — Нет, — чуть ли не взвизгнула ты. Одно можно сказать наверняка, ты не позволишь Гастеру вести Сансу что-то настолько сильно влияющее на монстров, пока он так слаб. Его тело адаптировано к этому. Потребуется лишь… — Я сказала нет. У тебя что, нет никакого секретного семейного рецепта супа или чего ещё в этом роде? Ему нужно поесть. Он раздражённо выдохнул. Хорошо. Кое-что я для него делал. Пойдём на кухню, поглядим, есть ли у Королевы всё, что мне нужно. Как оказалось, не было. А это значило, что нужно отправляться в магазин. Ты снова заглянула к Сансу, который не сдвинулся ни на дюйм, и решила, что у тебя есть немного времени, пока он не проснулся. Оставив записку, ты тихонько выскользнула из дома; Папайрус настоял бы на том, чтобы сопроводить тебя, а ты просто не могла сейчас смотреть на его руку. Запрыгнув на сиденье, ты вырулила с подъездной дорожки. Дальше по дороге располагался магазин, в котором было полно товаров для монстров. Гм, тут та… — Не сейчас, Гастер. Я всё ещё злюсь на тебя, — прорычала ты, включая музыку. Но тебе действительно… Ты выкрутила громкость до упора, и Гастер умолк. Практически мгновенно ты пожалела об этом, поскольку из динамиков раздались оглушительные басы. Ах, да, ты и забыла, что Альфис поставила тебе один из своих дисков К-pop. Конкретно это… Big Bang, если ты правильно помнила. Ты начала слегка покачиваться в такт музыке, как вдруг краем глаза заметила движение. На заднем сиденье ты увидела Фриск, чьи ладошки зажимали уши, а на лице расползлась широкая улыбка. Вскрикнув, ты едва справилась с управлением. — Фриск! — вырубив музыку, ты остановила машину. — Что ты здесь делаешь?! — Когда ты писала записку, — робко показал малыш, — мне показалось, что ты собираешься в магазин. — И тебе захотелось присоединиться? — твоё сердце по-прежнему испуганно колотилось. Я пытался тебя предупредить, самодовольно подметил Гастер. — Ага, ну… предупреждай побыстрее в другой раз, окей? Когда ты подъехала к светофору, Фриск, уже перебравшись на переднее сиденье, быстро пристёгивали ремень безопасности. — Ты сердишься? Вздохнув, ты взъерошила ребёнку волосы почти так же, как это проделывал Санс. — Нет, я просто испугалась. Решила, что кто-то проник в машину. Хотя, погоди-ка, думаю, так и есть. У Фриск ушла секунда на осмысление, но затем малыш хихикнул, а его взгляд метнулся в пространство позади твоего сиденья. Он всегда утверждал, что не видит Гастера, однако ты действительно начинала в этом сомневаться. Заметив твой взгляд, ребёнок подвинулся и начал смотреть в переднее стекло. С Сансом всё будет в порядке? — Тонкие плечики чуть ссутулились, и из глаз пропал озорной блеск. — Мама очень переживает. И я тоже волнуюсь. — С ним всё будет хорошо, — прошептала ты, возможно, пытаясь и себя в этом убедить. — У Гастера в арсенале есть суперский куриный супец, который моментально поставит Санса на ноги. Вот поэтому я и поехала в магазин. К слову о твоей маме, она знает, что ты сейчас со мной? Лёгкая усмешка послужила достаточным ответом. Ты пригрозила выключить музыку, если Фриск сейчас же не напишет Ториэль. Вскоре вы въехали на стоянку возле магазина и вышли из машины. Вручив Фриск список необходимых продуктов, ты направилась в отдел с лекарствами, всматриваясь в расставленные по полкам лекарства для людей и монстров. Следуя инструкциям Гастера, ты нашла бутылёк со смесью из базилика, лимона и имбиря. Это оказалось довольно легко, вот только потом он начал перечислять крайне странный набор препаратов, вроде арроурута и семян тмина. Наконец, он сказал тебе захватить упаковку овсянки. Если замочить её в воде, это поможет удержать всё в его организме, объяснил он, проглядывая полки. Наконец, ты заметила нужную коробку, и, естественно, на самой верхней полке. Бросив взгляд по сторонам и убедившись, что в этих рядах ты одна, ты приготовилась карабкаться наверх. У меня есть летающие руки, сухо заметил Гастер. Как раз, чтобы дотягиваться до вещей вне зоны досягаемости. — Спасибо, справлюсь как-нибудь, — проворчала ты, протягивая руку к коробке. Твои пальцы скользнули по ней, и… — дингс, я не хочу это есть, — объекту каким-то образом удаётся сморщить область над носовым отверстием. Он с отвращением смотрит на миску с явно разваренной овсянкой. — Если ты не будешь есть, тебя и дальше будет рвать. А у тебя и так не особо много выносливости. К сожалению, исцеление, как навык, мне более недоступно, так что нам придётся делать всё по старинке, — он настойчиво протягивает миску ре… объекту. — Ешь. Или я заставлю тебя. С1 морщится, но, наконец, принимает предложенную еду. Ещё мгновение колеблется и начинает есть. Учёный явно не ожидал, что лицо, состоящее из кости, вообще может перекосить от омерзения. Он торопливо отворачивается, но не может скрыть рвущийся наружу смех. Повернувшись обратно, он замечает на себе взгляд С1, замершего со странным выражением на лице. Прочистив горло, учёный повторяет: — Ешь, — вот только, чёрт возьми, снова давится смехом, когда С1 проглатывает ещё одну ложку и вновь брезгливо кривится. Однако теперь в глазницах объекта появился озорной блеск, с каждой ложкой гримаса становится всё выразительнее, пока он наконец не выдерживает и… — Ой! — ты потеряла равновесие, завалилась назад и была уверена, что сейчас грохнешься на пол, но тут призванные руки Гастера подхватили тебя, не давая упасть. Ты дёрнулась чуть в сторону, едва уклонившись от упавшей следом за тобой коробки с овсянкой. Та приземлилась на пол и, к счастью, не лопнула. Прижав ладонь к голове, ты заморгала от приступа головокружения. — Ч-что, чёрт возьми… Это такое? продолжил за тебя Гастер, и голос его в кои-то веки звучал совершенно потрясённо. Судя по его эмоциям, он имел в виду явно не то, что ты сейчас видела, так что ты подняла взгляд. Над тобой, прямо в том месте, где твоя рука тянулась к овсянке, виднелась тонкая чёрная черта. Нет, черта – не то слово. Это было… словно разрыв в воздухе. Узкий, толщиной едва ли с карандаш, да и длиной примерно такой же. Но твоё сердце замерло при виде чистой тьмы внутри него. Эта тьма, казалось, притягивала к себе, грозя поглотить. Всполох пурпурного огня. Пылающая ярость, пожирающая всё на своём пути. И оно смотрит на тебя. Закрывай, закрывай! Крик Гастера вырвал тебя из леденящего ужаса. — Я ч-что? — промямлила ты, через силу делая шаг назад. — Что это за штука? Я не… — ты упёрлась в полки, не в силах оторвать взгляд от этого создания. Ты уже видела его прежде. Видела этого зверя с фиолетовыми глазами!.. Твою Душу резко дёрнуло, и внезапно руки Гастера охватило такое же пурпурное пламя. Ладони метнулись к тёмному разрыву и схлопнулись вместе, удерживая прореху между собой. Ты втянула воздух, ощущая пульсацию Души и чувствуя, как тебя пронизывает жгучая сила, тянущаяся к тому месту, которого здесь быть не должно. Она поглощала тебя, заставляя колени подкашиваться. Гастер напрягся, борясь с чем-то, давящим с невыносимой мощью. Ну же, ну же, ну же! отчаянно бормотал он, вливая в руки ещё больше энергии. Ты вскрикнула от прокатившейся внутри волны боли и, наконец, упала на пол, когда разрыв начал затягиваться. Реальность вынужденно восстанавливалась под руками Гастера. Прореха медленно исчезала, пока громкий хлопок не возвестил о том, что она полностью пропала, словно её никогда и не было. Ты опустила взгляд, пытаясь отдышаться. Окей. Что. Сейчас. Произошло? Ты почувствовала, как что-то коснулось твоего плеча, и пискнула, отшатываясь в сторону… ох. Тебя встретил взгляд широко раскрытых, испуганных глаз Фриск. — Ты в порядке? Ты кричала и… с воздухом что-то было не так, — ребёнок посмотрел в то место, где только что было разорвано пространство. Так значит, это видела не только ты. Ты попыталась встать, что было трудновато из-за трясущихся конечностей. — Гастер? Есть идеи, что за хрень только что произошла? Учёного… трясло. Это чувствовалось по его Душе. То, чего раньше ты от него не ощущала, вырвалось наружу, вероятно, усиленное твоим собственным страхом и замешательством. Он был напуган. Это… Думается мне, медленно произнёс он. Была Пустота.