It's Not Too Late

Забираем продукты и уходим отсюда, резко выпалил Гастер. Твоё тело тронулось с места прежде, чем ты полностью осознала, что происходит. Оно двигалось по твоей воле? Честно говоря, ты не могла сказать с уверенностью. И это не на шутку пугало. Ты оплатила покупки, чувствуя, как Фриск встревоженно жмётся к твоей ноге. Ты выругалась себе под нос, когда деньги выпали из трясущихся рук на прилавок. Как только всё было сделано, вы поспешили обратно в дом Ториэль. В безопасности своей машины ты, наконец, спросила: — Что ты имел в виду под Пустотой? — Ты видела это прежде? — потребовал Гастер вместо ответа. — Пока ты бодрствовала, во сне, неважно. Ты кивнула. — Всего один раз. Это случилось прошлой ночью, когда мы… после того, как появился Санс, и я потеряла сознание, — ты рассказала ему об увиденном во всех подробностях, слишком потрясённая, чтобы заботится о том, что Фриск тоже слушает. К концу рассказа вы как раз подъезжали к дому. — Воздух просто… разорвался. Оно было больше, чем то, что мы сейчас видели. Я заметила что-то внутри. Оно было… — тебя пробрала дрожь. — Оно было таким злым. — Почему ты ничего не сказала? — Гастер сейчас казался не менее злым. — Это должно было быть первым, о чём тебе следовало подумать, проснувшись! — Ну, извините. Я была чуточку занята, — огрызнулась ты на его руки. — Думаю, из-за кровоточащей руки Папса и блевотной магии Санса я просто забыла сказать тебе о странном сне. — Идиотка, это был не сон! — его кисти жестикулировали настолько дико, что Фриск пришлось пригнуться. — А должен был быть именно он! — рявкнула ты в ответ. — Я рассказала о нём Сансу. Он не вспомнил, что происходило. Значит, это и правда должен быть сон, верно? Его вздох был больше похож на стон. То, что он ничего не помнит, не означает, что ничего не произошло. По рукам у тебя поползли мурашки. — Но… тогда, это значит, что я… Ты понятия не имеешь, что случилось, не так ли? — А ты? Он замолчал, и ты подавила раздражённый крик. — Ладно, давай просто… поставим Санса на ноги его особой овсянкой. А с этим разберёмся позже, — ты вышла из машины, едва не забыв пакет с покупками. Понятное дело, что ты нервничала и была на взводе. Ты никогда не проваливалась в воспоминания Гастера таким образом. Это могло случаться во время дремоты или сна, но сейчас ты была полностью в сознании, даже ходила сама! А ещё хуже оказалась сама эта дрянь, разорвавшая воздух. От одного лишь воспоминания о ней по позвоночнику пробежал холодок. Той чёрной пустоты попросту не должно было существовать. Твой инстинкт самосохранения по-прежнему вынуждал сердце бешено колотиться. Ты разложила еду на столе. — Гастер? И что мне с этим делать? Он вздрогнул, погружённый в собственные мысли. Не говоря ни слова, он призвал руки и начал смешивать ингредиенты. Тебе он поручил приготовить саму овсянку, с чем тебе решили помочь Фриск. Время от времени ты оглядывалась, чтобы посмотреть, что он делает, особенно в тот момент, когда кухню заполнил резкий пряный запах. Однако он не объяснял своих действий, и не было смысла выпытывать из него эту информацию. Можно было не опасаться, что он снова подсыплет Сансу неизвестное лекарство; какой в этом смысл? Так что ты оставила его в покое, пока он не принёс смесь и не вылил её в разбавленную овсянку. Та сменила цвет на тошнотворный оттенок тёмно-зелёного. — Ты уверен, что ему это поможет? — спросила ты, сморщив нос. Кто здесь доктор? Гастер поднял полупрозрачные кисти над блюдом. Ты почувствовала, как он слегка напрягся, а затем выдохнул. Подними руки. Произошла краткая борьба между твоим раздражением и отчаянной потребностью отвлечься. Ты вздохнула и сделала, как он просил, разместив руки чуть ниже его собственных. — Мне нужно прочитать заклинание или ещё что-то в этом роде? — с сарказмом поинтересовалась ты. Что-то в этом роде. Ты ведь хочешь, чтобы Санс поправился? — Разумеется. Вложи это желание в свою Душу. Пусть оно станет приоритетным. Итак, забыть о бескрайней тьме, рвущейся в этот мир, и о звере, таящемся в ней, и точно не являющемся плодом твоих снов? Ах, да, конечно. Звучит проще некуда. Закатив глаза, ты всё же попыталась последовать его словам. Ты представила Санса таким, каким хотела его видеть; с лёгкой улыбкой, поддразнивающим тебя, травящим свои обычные дурацкие шутки. Смущающимся, стоит лишь тебе посмотреть на него. Сильным. Здоровым. Каким ему и полагается быть. Он не должен быть настолько измученным. Тебе нужно было, чтобы ему стало лучше, ведь… черт возьми, как же тебе было страшно. Ты боялась разрыва и стоящей за ним силы, боялась, что никогда не вернёшь свою прежнюю жизнь. Тебе нужен он, чтобы оставаться сильной. Тебе… Тебе казалось, что это глупо. Чего именно нужно этим добиться? Сосредоточься. Указание строгое, но произнесено было мягко. Представь, что твои чувства обладают силой исправить его. Исправить? Санса не нужно исправлять. Его нужно вылечить. Его нужно любить. И ничто не могло сравниться по силе с любовью, которую ты к нему испытывала. Ты позволила этому чувству охватить себя и почувствовала, как что-то внутри откликнулось. Что-то тёплое и ласковое, затерявшееся в тумане твоих мыслей. Похоже, твоё же собственное любопытство пробудило его. Ощущение было совершенно новым, и в то же время таким знакомым. Что это? Гастер легко накрыл твои руки своими, и твоя Душа внезапно слегка вспыхнула. Это клубящееся тепло потянулось вперёд, направляемое чужой волей. Ощущение покалывания расползлось от твоей груди к кончикам пальцем. Твой рот наполнился резким вкусом апельсина и сладостью ванильного мороженого, и в этот же момент ты почувствовала искорки магии, осветившие твои пальцы. От твоей кожи исходило тусклое зеленоватое свечение, накрывшее кашу. От удивления ты забыла, как дышать, чувствуя на себе взгляд широко распахнутых глаз Фриск. Как я и думал. В его голосе сквозило лёгкое самодовольство. Свечение покинуло твои руки, словно вода, перетекая в овсянку. Та слегка изменила цвет, став менее похожей на болотную жижу. У тебя перехватило дыхание, и ты отдёрнула руки. — Что это было? Вот так, человек, ощущается магия. Твоя собственная магия. Не заимствованная у Санса. Не та, что я направляю через тебя. Твоя и только твоя. Твоё сердце странно дёрнулось. Твоя магия? Интересно узнать, что ощущают человеческие органы чувств, задумчиво произнёс Гастер. До странного похоже, но в то же время фундаментально разнится. Учёный прикоснулся к твоей руке; его призрачная конечность казалась всё такой же странной на ощупь. Словно холодный мрамор. Он слегка повернул твою руку, осматривая её со всех сторон. Похоже, моя теория верна. Твоя исцеляющая магия крайне слаба. Её силы едва ли хватило бы, чтобы заживить порез на монстре. Однако этого достаточно, чтобы придать пище целебные свойства. Возможно, со временем и тренировками эффект усилится. Твоя радость от увиденного чуда тут же омрачилась лёгкой горечью. Ох. Теперь ты поняла. Сделав шаг назад, ты скептически приподняла бровь, глядя на парящие руки, всё ещё держащие твои пальцы. — И как долго ты ждал возможности проверить это? Со времени инцидента с Принцем. Ты тряхнула головой, вырвав руку из его хватки. — Я не понимаю. Я думала, только связь с Сансом и позволяет мне использовать магию. Да и то, только ту, что воздействует на гравитацию. Откуда эта… моя магия взялась? Люди, несмотря на все свои недостатки, бесспорно, способны на экстраординарные вещи. Вам по силам великие свершения. Я полагаю, магия Санса – это только верхушка того, что ты можешь сделать. Возможно, присутствие его магии, равно как и моей, лишь раскрыло твой собственный потенциал. Тон его голоса стал немного мрачнее. Ещё до появления барьера человеческие маги, хоть и были редкостью, считались весомой силой в вашем обществе. А сделала их такими могущественными их восприимчивость ко множеству типов магии. Большинство монстров могут использовать только один или два, да вдобавок посредственный навык исцеления. Я видел… Он осёкся, и ты увидела краткую вспышку, не полное погружение, как прежде, а промелькнувшее воспоминание, наполненное гневом, страхом и смертью. Пыль, крики, ребёнок с оружием в руках и катящимися по лицу слезами. Стоило Гастеру собраться, как всё исчезло. При должных условиях люди могут использовать неисчислимое количество способностей. Независимо от того, сколько доступно тебе, логично предположить, что, поскольку в теории ты можешь использовать любое количество магии, исцеление будет для тебя простым в освоении. Практически всё изумление от того, что ты только что сделала, оказалось полностью омрачено тем фактом, что Гастер просто, чтоб его, экспериментировал над тобой! То указание, что ты ощутила, и которое тогда показалось таким странным, никак не навредило тебе. Однако теперь твоя Душа тряслась от понимания того, насколько на самом деле это воздействие было навязанным. — Спасибо за помощь. Я дам это Сансу, — обратилась ты к Фриск. Ребёнок смерил тебя долгим встревоженным взглядом, после чего быстро обнял и исчез в своей комнате. Ты налила немного овсяной мешанины в тарелку и вернулась в собственную комнату, очень стараясь унять раздражение. — Окей, теперь я понимаю. Почему Санс всегда на взводе, если речь заходит о тебе. Помимо очевидных причин, разумеется. О чём ты? — Это всегда смущало меня. Гастер, ставивший опыты на Сансе, учёный, создавший жизнь, чтобы превратить её в послушного партнёра и оружие – это совсем не тот образ, который я вижу из общения с тобой. Причём Санс рассказывал мне, что ты изменился. Пытался быть лучше. По крайней мере, какое-то время. И всё же, не сильно-то ты и изменился, верно? Я в это не верю. Почему ты злишься? Он звучал искренне сбитым с толку. Я помог тебе. Направлял твою магию. Обычно за такое благодарят. — Благодарят? — ты остановилась на пороге, понизив голос до шипения. — Ты хочешь, чтобы я поблагодарила тебя за то, что ты совал нос в мою магию? Его раздражение усилилось наравне с твоим. Тебе было столь же интересно, и нет смысла отрицать это. Как ни крути, это была правда. С того самого момента, как ты освободилась из камеры во время своего заключения, тебе не терпелось узнать, на что же ещё ты способна. И, почувствовав пробуждение своей собственной магии, ты испытала лишь любопытство и чувство того, что это правильно. — Смысл в том, что ты не спрашивал, — проворчала ты. — Ты никак не намекнул, что собираешься делать. Ты просто сделал это. К слову, проигнорировав разумную просьбу Санса подождать, пока мы не вытащим тебя из моей Души. Ты серьёзно не понимаешь, что неправильно в твоём поступке? И если уж на то пошло, что ты сделал с Папайрусом? Что ты раз за разом делал с Сансом? — он молчал, так что ты продолжила. — Гастер, я чувствовала твоё замешательство, сожаление и боль. Санс рассказывал, что до того, как Ядро начало влиять на тебя, ты действительно пытался стать лучше. Но твоя проблема в том, что стоит какой-то идее возникнуть у тебя в голове, и ты доводишь её до конца, даже не задумываясь о том, как это повлияет на окружающих. Призрачные руки разлетелись в широком жесте. Определённые вещи должны быть сделаны. Это холодная, жестокая правда. Думаешь, я хотел вот так причинить боль Папайрусу? Выбора просто не было. — Но ты ни на миг не остановился и не подумал, как это повлияет на Санса. На меня. Кнопку нажал ты, но использовал для этого мои руки. Ты не осознаешь, насколько это неправильно? Ты была… — Сколько раз ты ставил опыты на Сансе, не говоря ему ни слова о том, что ты делаешь? Сколько раз Санс знал, но ты продолжал, несмотря на его чувства? Сколько раз ты давил на совесть Папайруса, заставляя его делать что-то против его воли? Сколько раз ты слышал, как Душа говорит тебе «это неправильно», но всё равно шёл вперёд? — ты вздохнула, крепче сжав тарелку. — То, что ты сотворил с Папсом, было неправильно. Но, думаю, главная причина, по которой ты скрыл это от Санса и накачал его снотворным, заключается в том, что ты хотел избавить его от необходимости сделать это собственными руками. Я права? Он не ответил. — Значит, ты понимаешь, что тут не так. А это только усугубляет ситуацию. — Ты положила пальцы на дверную ручку. — Знаешь, иногда бывает достаточно просто поговорить. Не нужно вести себя так, словно ты один здесь самый умный. Можно достичь соглашения. Компромисса. Иногда компромиссы недостижимы. — Тогда, по крайней мере, стоит извиниться. Ты открыла дверь. Санс по-прежнему лежал, свернувшись калачиком, в той же позе, в которой ты его оставила. Ты опустилась на колени рядом с кроватью, аккуратно положив ладонь ему на лоб. Тот был таким же тёплым. Его глазницы дёрнулись, слегка приоткрывшись. Огоньки его глаз ещё оставались тусклыми, но уже не такими размытыми, как прежде. — чем это пахнет? Пренеприятнейший запах, который никак не устранила твоя магия в смеси, был довольно силён. — Это особый су… овсянка. Типа. Он посмотрел на тарелку и тихо проворчал: — о. я знаю, что это такое. — В таком случае ты знаешь, что это тебе поможет. Присядь-ка. Он спрятал голову под одеялом, издав протестующий звук. — Санс, ну что ты как маленький. Ответом послужил громкий храп. Взяв себя в руки, ты приготовила ложку. — В магазине сейчас произошло кое-что очень плохое. Его голова появилась снова с почти комичной скоростью. — что случилось? Ты подняла ложку. — Сначала еда. А потом расскажу. Его глазницы чуть прищурились, прежде чем он кивнул. — ладно, — он принял у тебя ложку, и края его носового отверстия морщились, когда он сделал осторожный глоток. Отвращение на его лице сменилось замешательством. — вкус другой. что… оу, — он перевёл на тебя удивлённый взгляд. — это твоя магия? — Ты это почувствовал? — ну да. она очень… твоя, — Он почти блаженно улыбнулся, приподнявшись в кровати. Взяв тарелку из твоих рук, он принялся за остальное. — я только не понимаю, как ты это сделала. Ты присоединилась к нему на кровати, уже почти ожидая, что Гастер призовёт руки, чтобы всё объяснить. Однако тот оставался на удивление тихим. — Кажется, Гастер думает, что потенциал к использованию собственной магии был у меня всегда. Сейчас он просто разблокировался. Хотя, по-видимому, его едва ли достаточно, чтобы исцелить хотя бы порез. Санс нахмурился, глядя в тарелку. — хоть я и говорил ему отложить всё это до тех пор, пока не завершится вся мура с конструированием его нового тела. — Я уже донесла до него эту мысль. — ответила ты, пожав плечами. — От моей магии оно стало хоть немного вкуснее? — нет. по-прежнему дерьмово. но словно бы… — казалось, он силится подобрать правильные слова. — оно просто ощущается лучше. мне уже лучше. Испытанное облегчение заставило тебя улыбнуться, и ты чмокнула его в скулу. — Рада это слышать. — ну а теперь, — он показательно сглотнул. — я ем. так что рассказывай. что случилось? ты в порядке? Страх и беспокойство от произошедшего нахлынули вновь. Тебе трудно было подобрать верные слова, ведь ты очень не хотела, чтобы и Санс встревожился. Излишнее напряжение – вовсе не то, что ему сейчас было необходимо. — Помнишь наш разговор в машине? О том моём сне? Он кивнул. — Это было нечто большее. Его надбровная дуга приподнялась. — Когда я была там, разговаривая с маленьким тобой, ты внезапно исчез. А после всё начало трястись и глючить. Словно я оказалась внутри телика с плохим сигналом или что-то в этом роде. А затем воздух как будто просто разорвался, — ты провела рукой, словно разрезая пространство перед собой. — это было похоже на какой-то портал. И внутри была просто непроглядная тьма. Однако это было больше, чем просто тьма, это было… было… — голос застрял у тебя в горле, так что ты остановилась, чтобы перевести дух. — Думаю, это была Пустота. И в ней что-то присутствовало. Я не видела, что именно. Но чувствовала, что оно было в ярости. Оно следовало за мной, и ничто не могло помешать ему поглотить меня. А потом ты меня вытащил, и я решила, что это был просто сон. Однако затем, в магазине, я увидела другое воспоминание, похожее на сон, но такое яркое и чёткое, словно я сама была там, а после воздух вновь треснул, и та штука снова была там, и я просто… просто не могла пошевелиться! А затем Гастер использовал какую-то магию, чтобы закрыть разрыв, и я понятия не имею, что он сделал, почему это происходит и что это за штука!.. Санс накрыл твою руку своей. — дыши, — мягко произнёс он. — ты теперь в безопасности. Ты дёргано кивнула. Он отставил почти пустую тарелку в сторону и перевёл взгляд на твою Душу. Его глазницы потемнели. Ты проследила за его взглядом, но, как обычно, ничего не увидела, пока твоя Душа оставалась внутри. — Всё плохо? — она… она заметно изменилась, пробормотал он. — но совсем немного. думаю, это не удивительно после того, что случилось прошлой ночью. — Санс, что происходит? — с отчаянием спросила ты. — Я думала, это просто кошмар. Если бы Фриск тоже этого не увидели, я решила бы, что просто схожу с ума, — ты невесело рассмеялась. — А может, это было бы и к лучшему. — не говори так, — Санс откинулся к спинке, задумчиво наморщив лоб. — должно быть, это связь дингса с пустотой. он упоминал это прошлой ночью. когда ты не просыпалась. он сказал, что ты оказалась где-то ещё. между таймлайнами, или как-то так. Ты уставилась на него широко раскрытыми глазами. Так он считал, что ты и правда путешествовала во времени? — Но я ведь на самом деле никуда не делась, — медленно произнесла ты. — Моё тело по-прежнему было прямо здесь. — но тебя здесь не было, — напомнил он. — это как тогда, в больнице. твоя материальная оболочка оставалась там, но не твоя суть. тела монстров состоят из магии и энергии души. вероятно, нечто подобное произошло и с тобой. твой разум сам воссоздал тебе тело. наподобие твоей личной оболочки, как у монстра. Это было довольно трудно осознать и принять. Но, опять же, тот простой факт, что в мире существуют монстры и магия, определённо делал возможным произошедшее. — Значит, ты, которого я видела, на самом деле был тобой, — ты не могла не улыбнуться. Тебя закинуло не просто в воспоминание. Его рот чуть скривился. — полагаю, что так. хотелось бы мне вспомнить. — Может, так даже лучше. А то ещё ход истории поменялся бы. — пространственно-временной континуум – штука сложная, — согласился он. — Представь только, какой могла бы быть наша первая встреча? — ты засмеялась, однако он уставился в стену, явно о чём-то задумавшись. — Санс? Ты в порядке? Он перевёл на тебя взгляд мягко мерцающих огоньков. — прости. просто задумался. но нам сейчас не об этом нужно волноваться. Верно. Разрыв. Зверь с фиолетовыми глазами внутри него. Ты задрожала, и он прижал тебя к себе. — Есть идеи, что это могло быть? — есть несколько, но… — он вздохнул, явно готовя себя к чему-то. — дингс? уверен, у тебя завалялась парочка теорий на этот счёт. Неторопливо, руки Гастера вновь материализовались, зависнув перед вами. Ты покосилась на Санса, чьё лицо было лишено каких-либо эмоций. Вокруг его Души была воздвигнута стена, и видеть это было больно. Гастер замешкался, прежде чем начать жестикулировать. — Я считаю, твоя версия верна, Санс. Моя Душа всё ещё связана с Пустотой. Похоже, связь крепнет, что и позволило _____ просочиться в таймлайны. Но если это может сделать она, то это также означает, что и то, что находится на той стороне, может выйти наружу. Словно проход в две стороны. — Что именно может оттуда выйти? — с тревогой спросила ты. — Я думала, ты был там один. — В Пустоте много призраков, — ответил он, и было ясно, что он имел в виду не монстров-привидений, типа кузена Меттатона. — Но я никогда не видел там ничего подобного. Вероятно, это какая-то совершенно новая сущность; в конце концов Пустота бесконечна. Даже я не видел всех уголков. — но? — сухо подсказал Санс. Гастер вздохнул у тебя в голове. — Но я не верю, что это какая-то случайная сила. Я узнал её. Эту ярость и магическую энергию. Это был… я. Санс рядом с тобой напрягся, когда ты подалась вперёд. — Ты? Но ты же здесь. — Не весь я, — мрачно проронил он и мысленно, и жестами. — Та часть моей Души, что привязана к тебе, – всего лишь осколок. Когда я пал, мои Душа и тело оказались размётаны по Пустоте. Потребовались бесчисленные года, чтобы собрать себя в достаточной мере для обретения связного мышления. Ещё больше времени ушло на создание оболочки из того, что осталось от моего тела. Остальное оставалось разбросанным по бескрайнему пространству. Но теперь, то, что я нахожусь здесь, привязанный к определённому моменту времени, вероятно, указывает остаткам моей Души направление, собирая их вместе. Теперь, каким-то образом, остатки объединились, вероятно, заняв ту оболочку, что я оставил там. Во всяком случае, это моя теория. Довольно сильная теория! В самом деле, тот факт, что он сопоставил всё это, лишь бегло взглянув на общую картину, впечатлял. — Итак, оставшиеся кусочки твоей Души собрались в злобную беснующуюся хреновину. И что, просто начали беспорядочно делать дырки в реальности? Гастер с минуту молчал, раздумывая. — Ты не способна понять, каково это – быть запертым там. Отчаяние. Одиночество. Безумие, гложущее тебя каждый миг твоего существования. До того, как я уцепился за твою Душу, я не мог прикоснуться к реальности. Я мог видеть её, временами блуждать в ней. Но я был всего лишь наблюдателем. Этот шанс сбежать оттуда был моей единственной надеждой. Но теперь, если связь между нами и Пустотой сильнее, чем я предполагал, возможно, появились слабые трещины в броне таймлайна. Если бы это существо было мной, а я думаю, это так и есть, я бы бросил все свои силы, чтобы увеличить трещину. Побег – единственное, что имело для меня значение в том месте. — ну да, звучит так, словно ты очень хорошо представляешь происходящее, — левая глазница Санса начала слабо мерцать от нарастающих эмоций. — забавно, что это начало происходить сразу после того, как ты просверлил дыру в руке моего брата. это ведь отлично отвлекает от происходящего вокруг, не так ли? — Санс, я знаю, ты зол на меня, но обвинять меня в том, будто бы я знал, что это произойдёт… — я ни в чём тебя не обвиняю, док. просто констатирую факт. — Это звучит просто глупо. — неа, глупо – преследовать душу любви всей моей жизни. ох, ну конечно, сперва убив нескольких монстров и людей. как я мог такое забыть. Руки Гастера начали подрагивать от раздражения. — Нам не стоит вновь всё это обсуждать. Есть куда более важные вещи. — верно. как насчёт поговорить о том, что ты сделал с папсом, — Санс не сдвинулся ни на дюйм, но всё его тело, казалось, увеличилось от испытываемой злости. — или о том, как ты накачал меня снотворным, чтобы я не остановил тебя. — Ты не мыслил здраво. Я дал тебе возможность увидеть другой вариант. Ох, не это должно было сейчас происходить. Ты чувствовала, как его кости подрагивают, а от тела исходит тепло. — Санс, прошу, не сейчас, — сказала ты, как могла, аккуратно. — Тебе не следует волноваться. Что, если тебя снова вырвет? Он резко втянул воздух, словно забыл, что ты была рядом, и, съёжившись, отвел взгляд. — снова блевать не собираюсь, — угрюмо буркнул он. Но даже он, кажется, понимал, что увлёкся, так что он коротко сжал твою руку. — лады. если та штука, что вы, ребята, видели, – это другая версия тебя, не мог бы ты сделать что-то, чтобы остановить её? проделывание дыр в реальности – штука нехорошая. Гастер развёл руками. — Я даже не знал о том, что это происходит, пока самолично не увидел. Попытка дотянуться до неё и установить более прочную связь, вероятно, не только приведёт к неудаче, но и ухудшит наше состояние. Я считаю, что на данный момент лучше работать как можно быстрее. Как только я обоснуюсь в своём собственном теле, я смогу найти способ разорвать эту связь. Поскольку, да, разрывы в реальности – штука крайне нехорошая. — Стоит ли нам сильнее переживать об этом? — с тревогой спросила ты. — Ну, знаешь, панические крики, беготня, всё такое? Ты ощутила, как он мысленно покачал головой. — Нет. Это тревожит, но на самом деле разрыв был очень слабым. Учитывая, что он был намного меньше, чем виденный тобой прежде, могу предположить, что для этого требуется большое количество энергии. У нас должно быть время до следующего, однако нам нужно прибавить скорость. Даже если Санс не восстановится к завтрашнему дню, нам необходимо хотя бы проверить состояние образца кости. — Альфис позаботится об этом. Я больше не пойду в эту лабораторию без Санса, — упрямо высказалась ты. Если, конечно, Гастер снова насильно не возьмёт верх. Ты не произнесла этого вслух, но твоя мысль до него дошла. — Хорошо, — руки Гастера исчезли, но в твоей голове он добавил: Санс, вероятно, будет на ногах завтра к вечеру, если съест больше этой еды. Следи, чтобы он продолжал питаться. Ты коротко кивнула, вздохнув, когда у тебя в голове вновь воздвиглась стена. С громким ворчанием ты прижалась к Сансу. — Дорогая вселенная, какого хрена? — пробормотала ты, и Санс хихикнул. — Ну просто охрени… чёрт! — что такое? — Я забыла спросить его, как он закрыл разрыв. То-есть, я видела это. Он просто, как бы… — ты схлопнула ладони и потёрла их, словно давя что-то между ними, — слепёшил воздух обратно. Это было странно. Он фыркнул. — слепёшил? — Ой, тихо ты, — ты смерила его внимательным взглядом, и он слабо улыбнулся. — Если честно, как ты себя чувствуешь? Он пожал плечами, закрыв глазницы. — меня не тошнит. так что это шаг вперёд. — И то верно, — ты тоже боролась с желанием закрыть глаза. У тебя начинала болеть голова и неприятно крутило живот. Было бы так здорово просто заснуть сейчас здесь с Сансом. Но ему удалось удержать в себе овсянку, и всего одна тарелка уже помогла горячечному голубому румянцу на его черепе немного побледнеть. Ему стоило съесть ещё немного, прежде чем лечь спать дальше. По крайней мере, запас уже был; вы с Гастером приготовили достаточно. С ворчанием ты начала скатываться с кровати. — нет, — проскулил Санс, дёргая тебя за руку. — останься, поваляйся со мной. с тобой мне становится лучше. — Это мило, но мне нужно в уборную, — ответила ты, быстро поцеловав его. — А тебе нужно съесть ещё немного этой вкуснятины. — нееееет. Его протяжный протест преследовал тебя по пути в ванную. Что за дурацкий день. Ты всё ещё боялась увиденного существа, но оставалось надеяться, что Гастер был прав, и оно не появится снова, пока он не покажется из твоей Души. Однако тебя преследовало ужасное чувство, что это будет не так. Когда ты занялась своими делами, твой желудок снова скрутило, и поначалу ты обеспокоилась, что тоже заболела, однако потом… Ох. Отлично. У вселенной просто прекрасное чувство времени.