Вампир: Кровные Узы

POV Послушник Юджин Флинн Кофейня «Groundwork Coffee Co.», 1501 Север-Кауенга-бульвар, Голливуд 26 января 2005 года, 11:44       Я вернулся в Голливуд не кандидатом, но Послушником. К сожалению, обыск бывшей комнаты Кёрсти ничего не дал. Вообще. Или она решила уничтожить следы своего пребывания здесь, или за неё всё сделали работники Капеллы, после изгнания Хокинс из Клана. Впрочем, мне больше хотелось спать, вот я и проспал где-то до восьми утра, ничто меня не могло разбудить. Даже многочисленные пропущенные звонки от Абрамса. Но окончательно проснулся я только после письма Князя, пришедшего мне по e-mail.       В нём он вкратце расписал проблему: нужно убедить известного ресторанного критика Томаса Флейтона раскритиковать одно заведение, называемое «Cavoletti Cafe». Естественно, поработаю я не бесплатно. Князь обещал прислать мне на почтовый ящик кругленькую сумму, которая поможет возместить некоторые расходы. К электронному письму прилагалась фотография критика.       Сам Флейтон — темноволосый мужичок среднего телосложения, 35-40 лет, с янтарными глазами и тоненькими усиками, одетый в чёрные брюки, такие же туфли с плоским носом и бордовую рубашку с длинными рукавами — ел что-то за одним из столиков у входа в кафешку. Я вспомнил фотку Томаса и мысленно хихикнул:       — Вот и критик.       На столе Флейтона располагались четыре тарелки с едой, наполненный чем-то бокал, две тарелки с остатками еды, глубокая тарелка с каким-то супом и пустая тарелка, куда пищу вообще не клали. Ресторанный критик увидел меня и, свистнув, щёлкнул вдобавок пальцами и махнул рукой, мол, сюда. Я подошёл к мужчине, и хотел было поздороваться с ним, но он не дал мне даже пёрнуть, затараторив:       — Побольше пресного хлеба и оливкового масла. Ещё, заберите вот это шардоне, — он указал на бокал, — и принесите кьянти. Дайте ему подышать двадцать минут, затем вынесите и подайте вместе с зити, хорошо?       — Вообще-то, я хотел… — начал я говорить с Томасом, как он нахмурился, поставил бокал, скрестил руки на груди и процедил:       — Что вы хотели? Оторвать меня от работы? Вы хоть понимаете, что это важное открытие?! Я — именно я, — мужчина стукнул себя по груди, — могу или прославить кафешку, или погубить её!       Таааак, мало того, что спутал меня с официантом, так ещё и бравирует. Пойдём другим путём. Я скрестил руки за спиной и завалил охреневшего Тома вопросами:       — А кто вы, собственно, такой, раз у вас такая власть? Президент США? Председатель КНР? Генеральный секретарь ООН? Руководитель миротворческой миссии ООН в Белуджистане?       — Я — Томас Флейтон, юноша, — соизволил, наконец, представиться критик. Понял, видать, что я не работаю в «Cavoletti Cafe». Долго ты соображал, Томми. — Главный эксперт по еде в Городе Ангелов, невзирая на возраст. Ресторанный критик для крупнейшей газеты на Западном побережье. Радиозвезда передачи станции KXTA «Жуй-поживай». Ты бы знал меня, пиши я почаще о ресторанах быстрого питания вроде Макдака, KFC, Бургер Кинг.       — Отлично, — улыбнулся я, придумывая, как бы помочь Тому раскритиковать кафешку. — Как раз с вами я и хотел поболтать.       — О чём? — осведомился критик. — Ты только учти, я по женщинам, — с этими словами он показал мне средний палец правой руки с обручальным кольцом. Я сдавленно хихикнул. Опять не в том направлении разговор пошёл. Я напомнил Флейтону:       — Вы, кажется, хотели разгромить эту кафешку? Как ни крути, вам надо заботиться о репутации.       — Неужели? — с нескрываемым сарказмом спросил Том, кладя вилку с ножом на стол. — И каким-таким образом?       Я поднял указательный палец, наклонился и стал нюхать еду. Вроде ничего особенного… Вино тоже, ароматы мне не знакомы, но вряд ли можно заподозрить поваров в херово сделанной еде. Тогда я сделал вид, что вспомнил нечто ценное:       — Вспомнил! Я видел тут одного повара, он мало того, что не моет руки, так ещё и харкает в супы.       Услышав про харканье в супы, Томми подавился, вытаращил глаза и побежал куда-то вглубь кафешки. Я постоял пару минут, после чего увидел возвращающегося Флейтона. Лицо у него зеленоватое, как будто… хотя почему «как будто»? Он и так щас проблевался.       — Господь милосердный… — прохрипел Том, садясь обратно за стол и шумно выдыхая. — Ты открыл мне глаза, юнец… Я разгромлю это заведение! Или я — не Томас Флейтон.       — Задайте им жару, мистер Флейтон, — похлопал я критика по плечу и побежал к Север-Кауенга-бульвар, как ни крути, Айзек ждёт меня. Он узнает правду о Горгулье и, если честно, вряд ли обрадуется. Вряд ли обрадуется потому, что он ожидал союзницу, а в итоге получит в качестве сувенира два клыка.       На моё счастье, Майлз пропустил меня к папе, задав парочку контрольных вопросов, хотя у него — Абрамса-старшего — уже была гостья. А именно, мисс Ларсен. Оба над чем-то ржали. Над чем, хрен его знает.       — Ладно, мисс Ларсен, потом поговорим. А то, сами видите, — Айзек-«Кифер» указал ладонью на меня, — ко мне пришли.       — Не возражаю, — улыбнулась Аристократка, вставая, поправляя брюки и подмигивая мне. Я не придумал ничего лучше, чем подмигнуть в ответ. В общем, Абрамс-младший проводил Элю, а я уселся на её место. Вождь не стал тянуть кота за хвост и, как только ребята вышли, прямо спросил:       — Как успехи с Горгульей?       — Вот так, мистер Абрамс, — я небрежно бросил клыки каменной твари, Айзек их поймал и всмотрелся в них. Процедив что-то нечленораздельное, Вождь положил клыки в один из ящичков и, разочарованно вздохнув, признал:       — Что ж, не то, что я ожидал, но лучше, чем просто отпустить Горгулью в свободное плавание.       — Дань выплачена? — напомнил я Вождю. Мужчина кивнул, высморкался и подтвердил мои слова:       — Выплачена, выплачена. Что касается Носферату… — Абрамс, видать, простыл, а заметил я только сейчас, спалив не только тучу салфеток, но и капли в нос. — Видишь ли, когда впервые появился тот порнофильм, который мы с тобой смотрели, Носферату постепенно стали пропадать. А вчера я пытался в очередной раз заручиться их помощью, и впервые за все эти десятилетия меня ошарашило их отсутствие.       — А как вы их ищете? — спросил я Абрамса-старшего. Тот, капнув в левую и правую ноздри, шмыгнул носопыркой:       — Пускаю слух, что ищу их и, рано или поздно, они появляются. Ладно хоть догадываются про маскировку под нормальных людей.       — С чего мне начать поиски Туннельных Крыс? — озадачился я. Громко чихнув, Айзек ответил:       — С того дома, где снимали «Пойманную муху». Ты вспомнишь, когда подъедешь. Если память не изменила мне, дом находится по адресу «8051 Малхолланд-драйв». Почти там же, где когда-то располагался особняк Алистера Граута.       — А он не мог пострадать от пожара?       Вождь отмахнулся и пояснил, что пожарные оперативно среагировали, успели потушить не только то, что осталось от особняка Граута, но и пострадавшие соседние дома.       — Для начала, подготовься. Не езжай в тот дом с пистолетиком, — качнул Айзек указательным пальцем левой руки. — Вообще, жаль, что Ля Круассан хочет найти их. Хозяин поместья вряд ли нарисует карту канализации, так что придётся тебе, юный Колдун, ехать на Малхолланд-драйв. И позволь дать бесплатный совет, — мужчина поднял тот же палец, — не доверяй Ля Круассану. И не ввязывайся в политику Камарильи, как это делают некоторые Колдуны. Вы всегда шли и идёте своей дорогой, а Камарилья, мы, Шабаш и Орден Баала — своими дорогами.       — И кому тогда прикажете доверять? — с недовольным тоном в голосе вопросил я, скрещивая руки на груди. — Вам? Умнейшему и мудрейшему вампу на Земле?       — Неееет! — Айзек заржал, как ненормальный. — Не обижайся, но ты переборщил со званием умнейшего и мудрейшего вампа на Земле. Я лишь влиятельный продюсер и Вождь местной Коммуны, не больше и не меньше.       — Как знаете, мистер Абрамс, — пожал я плечами и, бросив напоследок «До свидания», вышел из кабинета Вождя. Итак, адрес дома, где снимали тот порнофильм, мне известен. Надо бы затариться оружием. Не дробовиком или ППшкой, а автоматом. Или хотя бы карабином. Я знал одного одноклассника, переехавшего из Сакраменто в Эл-Эй. Надеюсь, он всё ещё там работает.       Выйдя из кафешки, я набрал номер такси и вызвал его. Ждать пришлось где-то с четыре-пять минут. Ко мне, стоящему у тротуара, подъехал не кто иной, как мистер Кейн. Сев на заднее сиденье, я назвал мужчине адрес:       — 1309 Север-Ла-Брея-авеню.       — Скоро будем там, — заверил меня таксист, и, свернув на Сансет-бульвар, поехал. — Всё равно мне надо заправиться.       — Тем лучше, — согласился я с мистером Кейном, надел ремень и, повернув голову вправо, стал смотреть на улицы Эл-Эй. Впрочем, мне во время езды неоднократно казалось, что за мной следит Хищник. Или Туннельный Крыс, подражающий этим инопланетянам… АЗС «Red Spot», 1309 Север-Ла-Брея-авеню, Голливуд Тот же день, 12:29       Мистер Кейн привёз меня на своём такси всего лишь за семь минут. Во время поездки к «Red Spot» я случайно проболтался ему — Кейну — о повышении в иерархии клана. Он никак не выразил радость или любую другую эмоцию. Лишь пожелал мне пробиться по карьерной лестнице клана и не повторять путь Кёрсти Хокинс.       В общем, пока мистер Кейн оплачивал топливо и наполнял топливный бак, я искал Арнольда Слэйтера, одноклассника своего. Вот охереет паренёк, увидев меня… В последний раз мы с ним виделись в далёком уже 1995-м году. В первые месяцы после прибытия в Эл-Эй я слышал периодически о рок-группе «Ebola Cereal», выступавшей в задрипанных барах, байкерских тусовках. Но я как был Обращён, так и забил на них. Пора наверстать упущенное.       Арни — патлатый голубоглазый шатен моих лет, одетый в тёмно-синюю рубашку с надписью «RED SPOT» на левой стороне груди, светло-голубые джинсы, кроссовки и кепку с белым кругом и красной точкой посередине — разливал по большим стаканам то «Pepsi», то «Mirinda». Ребята, стоявшие перед прилавком, положили деньги и со словами «Сдачи не надо» вышли на улицу.       — Арни «Плохиш», — вместо приветствия произнёс я, скрещивая руки за спиной. Бывший одноклассник, вернувшийся было к работе, медленно поднял голову и повернул её в мою сторону. На его лице отразилась улыбка, приправленная фразой:       — Юджин «Скотч».       Я криво улыбнулся, и крепко обнял Арни. Сам Арни в долгу не остался. Как обнимал меня крепко, как 9-10 лет назад, так и щас обнимает. Арни назвали «Плохишем» из-за характера, а меня — «Скотчем» из-за предков-шотландцев. Парень радостно воскликнул:       — Юджин, ёпта, я уж решил, что ты сгинул в армейке!       — Да хуй там, — махнул я ладонью, не желая вспоминать ни боевые, ни злополучный Эрбиль. Не хватало ещё и бывшему однокласснику вывалить подробности того инцидента. Зато меня интересовало «особое предложение», о котором как-то упоминала Шерри. Иначе откуда я бы о нём — «особом предложении» — узнал?       — Кстати, раз уж ты здесь… — Арнольд осмотрелся по сторонам, словно собирается перейти дорогу, а потом наклонился вперёд и поманил ладонью. Я наклонился вперёд, и Слэйтер прошептал: — ты просто ОБЯЗАН, — для пущего эффекта он тыкнул пальцем мне в грудь, — спросить меня об особом предложении.       — Что ещё за особое предложение? — осведомился я у Арни, делая вид, что я не знаю, что такого он мне предложит. Рокер-продавец самодовольно улыбнулся:       — Тааааак, судя по тому, дорогой «Скотч», как ты выглядишь, ты заслуживаешь доверия. Особое предложение заключается вот в чём, — собеседник чуть тише продолжил: — Покупаешь особенно дорогое буррито или фруктовый сок — получаешь оружие на выбор. Бесплатно, между прочим. Ну что, в деле или разбегаемся?       — В деле, в деле, — похлопал я Арни по плечу. — Буррито мне не помешает.       В подтверждение моих слов желудок заурчал. М-да, давненько я что-то не ел. Да и кровушки не пил. Заказав буррито и большой стакан «Pepsi», я уселся за столик у окна. Мистер Кейн закончил заправлять свой Шеви, как вдруг вспомнил что-то и зашёл в «Red Spot». Он лишь заказал у Арни сигареты Camel и кнопочную зажигалку, после чего вышел на улицу и уселся в машину. Видимо, сейчас или чуть позже Кейн примет ещё один вызов.       Слопав буррито и вылакав «Pepsi», я заплатил за них Арни. Тот окликнул некую Дэйзи, сказал ей заменить его на время, а сам проводил меня в подсобку. На вполне логичный вопрос «А знает ли твоя подопечная об «особом предложении»?» рокер-продавец ответил:       — Конечно, знает. Но Дэйзи умеет держать рот на замке, иначе тут было бы дохуя народу.       — Логично, — поддакнул я Слэйтеру. Мы зашли с ним в одну из комнат подсобки. Набрав какой-то код, Арни сделал шаг назад. Стеллажи выдвинулись вперёд и крутанулись по часовой стрелке, после чего вернулись на место. Теперь, вместо коробок с едой на стеллажах лежали стволы: карабины, автоматы, ППшки, дробовики, пистолеты, револьверы. Арсенал скромнее, чем в Капелле, но я знатно так прихренел. Я озадачился: — А копы не палят?       — Пока нет, — паренёк пожал плечами. — Выбирай.       Вот я и стал смотреть, выбирать подходящий мне ствол. Пистолет мне не нужен, разве что пара магазинов к моему Mk.23 mod 0. Дробовик? Не знаю, не знаю. Я больше по автоматическому оружию. Я положил руку на длинноствольный «Калаш». Вернее, похожий на него автомат, оснащённый сошкой и крупнокалиберным магазином.       — Хороший выбор, — встрял Арни, беря автомат и мастерски, на моём уровне, разбирая его. — Это ручной пулемёт Zastava M77, его производят в Югославии, в «Застава Оружие».       Я мысленно плюнул. Твою-то мать, а ведь в Ираке я видел у некоторых бойцов ВС Ирака то РПК, то РПК-74, то похожее на них оружие. И как я мог позабыть… Выбрав «Заставу», я сложил её в заранее подготовленную Арни сумку. Ещё я заприметил UMP9, но бывший одноклассник шлёпнул по ладони и объяснил:       — Ты можешь выбрать только одну пушку. А если две, то за вторую придётся платить, — после чего сделал характерное движение пальцами. Я подумал и решил всё же выбрать ППшку, заверив друга:       — Я заплачу.       — Уверен? — недоверчивым тоном спросил Арнольд, скрещивая руки на груди и упираясь плечом о косяк. — 750 баксов за UMP9 — это тебе не бутылка «Jack Daniel’s».       Я протянул Слэйтеру 900 баксов. На них, по его словам, я только что за эти деньги приобрёл не только ещё 3 магазина к «Заставе» в дополнение к четырём основным, но и UMP9 с четырьмя магазинами. Холодное оружие мне нафиг не было нужно. Мало того, что не умею ни мечом махать, ни катаной владеть, так ещё и напрасно проебу тучу денег. Поэтому обойдусь огнестрелом, ибо огнестрел — это хорошо. А если патроны закончились, то оружием можно переебать хребет.       Вышел я из магазина с сумкой. Мистера Кейна на месте не оказалось. Походу принял вызов, и теперь едет забирать кого-то и отвозить невесть куда. Я уже хотел было набрать номер такси, чтоб меня отвезли на Малхолланд-драйв, как к заправке подъехала машина Каспера. А именно, серебристый Mercedes-Benz W163. Парень пошёл платить за заправку машины, а я поставил сумку рядом с боковой дверцей машины.       Каспер, вышедший из «Red Spot» с пакетом, полным еды, удивлённо посмотрел на меня, стоящего у его внедорожника. Но он не растерялся, разблокировал двери и положил на задние сиденья пакет, после чего жестом указал туда же. Я пожал плечами и плюхнулся внутрь «Мерса», не забыв при этом о своей сумке.       — Не ожидал тебя увидеть здесь, — хмыкнул Каспер, заводя тачку. — У тебя ж нет машины.       — Знаю, что нету, — отмахнулся я. — Просто мне надо на 8051 Малхолланд-драйв.       Услышав адрес, Рокни перестал ухмыляться или улыбаться. Он посмотрел на зеркало заднего вида над торпедой и озадачился:       — И на кой тебе ехать к Архиепископу Пучкову?       — Кому-кому? — не понял я. Каспер закатил глаза и вкратце рассказал, что этого Архиепископа зовут Андреем Яковлевичем Пучковым. А по описанию, данному Каспером… я сразу вспомнил фильм «В тылу врага» четырёхлетней давности, где сыграл российский актёр Владимир Машков. Интересно, Пучков этот точь-в-точь выглядит, как серб Саша? Или отличия всё же есть? Я спросил соклановца, но он пространно так ответил:       — Увидишь — поймёшь.       — А чётко сказать нельзя?! — не выдержал я и вспылил. — Религия запрещает? Или лично Праотец Тремер пришёл к тебе и велел не рассказывать подробно об этом русском Архиепископе?       — Да шучу я, шучу! — рассмеялся Каспер. — Короче, представь Владимира Машкова из фильма «В тылу врага», но с зализанными назад волосами, ухоженным и одетым в чёрно-белый костюм-двойку.       Я по совету Каспера закрыл глаза, представил серба Сашу Архиепископом по имени Андрей Пучков… Вроде получилось. Но окончательное впечатление у меня сформируется, лишь когда я увижу этого Пучкова самолично.       — Представил? — осведомился соклановец. Мой молчаливый кивок был красноречивее всяких слов. — Вот и хорошо. Поедем-ка в Капеллу, переоденешься.       Я мысленно согласился с собутыль… вернее, с коллегой по клану. Не помешает одеться в боевую форму, с броником, наколенниками, налокотниками, разгрузкой и другими аксессуарами. Размышления мои прервал вопрос Каспера:       — Ну и зачем тебе к Пучкову? Скажешь?       — Чтоб он сообщил, где могут прятаться Туннельные Крысы, — честно признался я Колдуну. — ЛаКруа сказал, что их барон — Гэри Голден — узнал о саркофаге и мог продать инфу кому угодно, не только Инферналистам.       — Туннельные Крысы, они такие, — процедил Каспер. Походу он тоже не любит Носферату. И я был солидарен как с ним, так и с Князем. Если ныне покойный Танг оказался двуличной падалью, то боюсь представить, каким перевёртышем окажется этот Голден. Тереза как-то говорила, что у Туннельных Крыс своеобразное чувство юмора. Обращённым ими людям было ух как смешно! Особенно когда они лишались волос, носа… В общем, превращались в таких же уродцев, как и их Сиры. Повезло мне, что я был Обращён Колдуньей, а не бабой-Носфом или Психичкой… POV Воин касты Окровавленных Чоппер Здание бывшей больницы «Linda Vista», 610 Юг-Сент-Луис-стрит, Бойл-Хайтс, Лос-Анджелес Тот же день, 07:23       Я обосновался в некоей заброшенной больнице уманов после того, как отсюда «съехала» белоглазая женщина-Акшар из клана Некромантов. Прибывшие вместе с саркофагом Кельт и Принц в данный момент искали его — саркофаг с Мерзостью — после того, как он был украден из-под носа уманов и Акшаров-кукловодов. А вот Шрам… он, прибывший за день до них, устроил мне натуральную головомойку за то, что я строил из себя народного мстителя, хотя я лишь набирался опыта. Туземцы не менее, а то и более опасны, чем Жёсткое мясо. Ну, лично я так считаю.       Вчера вечером по местному времени я избавился от последних оживших мертвецов, они мне были не нужны. Плюс, я всеми силами старался не выдавать себя. Желания марать руки о любопытных, как говорят туземцы на одной девятой части суши, Варвар, не было никакого. Мне удалось напугать до усрачки одного репортёра, мастерски прятавшегося в помещениях бывшей больницы, и он в спешке уехал на своём фургоне, начисто забыв про убитых Некроманткой товарищей. Почему ей? А потому, что тела их были найдены мной в местном морге. Раздетые и обглоданные. Но и их я сжёг.       А после избавления от следов проживания Акшара-Некромантки я настроил радио, которое она умудрилась забыть. По нему я услышал о заключительной стадии клинических испытаний некоей «Амброзии» — вакцины против вируса ярости, бушевавшего в Городе Ангелов незадолго до моего прилёта сюда. Понятия не имею, стал бы я таким же заражённым или мне повезло бы. Как говорил наш наставник, история не терпит сослагательного наклонения. Подобные размышления сродни гаданию на кофейной гуще.       Утренний обход логова был прерван визгом шин. Остановившись, я посмотрел на улицу: перед входом остановились два фургона без опознавательных знаков. Это точно не полицейские и, тем более, не SWAT. На ФБРовцев, которых Сверкающий перебил 8 местных лет назад, эти уманы не походили ни разу. Ни мощных фонарей, ни распылителей азота, ни светоотражающих костюмов, только огнестрел и мечи. Дёшево и сердито. Плюс, они одеты то в чёрные майки с мешковатыми штанами, то в тренчкоты коричневого цвета. Приходилось изучать культуру уманов и их языки, чтоб понять, кто что носит, кто на каких языках общается.       Включив невидимость, я притаился в одной из бывших палат. Следовало по одному замочить уманов. Тем временем, радар моего биошлема зафиксировал несколько точек. Те самые уманы. Терпеливо дождавшись, пока один из них не отстанет от своих и не отвлечётся на палату, где я и спрятался, я прислушался к его бормотаниям. Это была молитва, закончившаяся словом «Аминь». Его я и записал. Пущай остальные веруны обосрутся, услышав искажённое «Аминь».       — Покажись, шлюха Сатаны… — буркнул уман с дробовиком, заходя в палату. Стоп, что? Он убеждён, что Акшар-Некромантка всё ещё здесь? Или командир отряда уманов получил устаревшую информацию?       Я подкрался к уману, положил руку ему на плечо и выдвинул лезвия, пронзая бедняге шею. Уман обронил ствол, ухватился за горло и стал медленно оседать, захлёбываясь в крови. Наконец, он помер, плюхнувшись на живот. Я снял с шеи убитого крестик и положил в один из подсумков. Какой-никакой трофей лучше, чем отсутствие оного.       Послышались шаги. Выходит, ещё уманы приближаются. На звук упавшего дробаша. Для запутывания следов я решил пострелять из трофейного оружия. Жаль, что Кельт там, в Турции, не внял моим рекомендациям использовать активно вражеское оружие, дабы враг сломал голову, пока искал бы настоящего убийцу. Да, за мной был грешок в виде активного применения исключительно своего оружия. Но, по крайней мере, делаю выводы.       Передёрнув цевьё дробаша, я прицелился от живота. Как я и думал, подоспел один из дружков убитого: лысый крепыш в майке и штанах, державший в руках… арбалет? Впрочем, неважно было, чем был вооружён уман. Он лишь посмотрел на меня и поднял оружие, прежде чем я кокнул его из дробовика. Я снова передёрнул затвор оружия, и из ствольной коробки вылетела гильза. Одним патроном меньше.       Очередной боец попался на мою удочку, когда поднимался по лестнице на четвёртый этаж. Он, одетый в тренчкот, замахнулся мечом на силуэт. То есть, на меня. Я вовремя выставил перед собой дробовик. Ударив умана по челюсти прикладом, я перехватил оружие за цевьё и с помощью наручных лезвий перерезал ему горло. Вытерев лезвия о полы тренчкота, я решил оставить хотя бы одного из этих бойцов в живых. Не из-за милосердия, но ради информации. Узнаю, кто отправил их сюда, предупрежу сородичей и сменю убежище. Оставаться тут опасно хотя бы потому, что сюда могут нагрянуть Кудесники или другие аборигены, не такие слабые, как уманы. Зверолюды, в принципе, тоже опасны. Но только старые, с которыми одиночке вроде меня не справиться.       Ещё одного умана, находившегося на том же, четвёртом, этаже я припугнул, воспроизведя запись слова «Аминь». Он стал лихорадочно целиться во все стороны из своего карабина, но пока не стрелял. Его я оглушил, вложив половину своих сил. Судя по сохранившейся температуре тела, я не убил перепуганного парнишу.       — Артур! — окликнул оглушённого другой уман… вернее, тот же самый! Мне стало не по себе: я же только что перерезал этому уману горло! Порезы исчезли, регенерировали! Выругавшись про себя, я повалил умана на пол, перевернул его на живот и для надёжности вырвал позвоночник с черепом. Посмотрим, сможет ли его организм регенерировать кости или нет. М-да, подвела меня самоуверенность. Повезло, что жив остался. С другой стороны, его череп станет хорошим трофеем. Может быть.       На третьем этаже меня ждала засада: сразу четверо уманов налетели на меня. Одного я отправил к праотцам, снеся половину головы дробовиком. Второй выбил оружие из рук и попытался проткнуть мне грудь, защищённую лёгким, но ОЧЕНЬ прочным сплавом. Третий прыгнул мне на спину и тыкал то ли ножом, то ли кинжалом мне в грудную пластину, а четвёртый всё целился в меня и целился из карабина, явно боясь задеть друзей.       Добил я уманов так: прыгнувшего мне на спину я сбросил на пол и вырвал позвоночник с черепом, парню в тренчкоте и с мечом я свернул шею, а карабинщик лишился оружия, выбитого ловким ударом наручных лезвий. Для пущей надёжности я повредил ствольную коробку, дабы у него не было соблазна схватить ствол и попытаться прострелить хотя бы мой биошлем.       Последний боец, прятавшийся в самой дальней палате этажа, выбежал из неё и коридора, вопя про невидимого убийцу. Про него, несмотря на радар, я забыл, будучи сосредоточенным на засаде. Подобрав дробовик, я спутился на второй этаж. Там уже больше вооружённых уманов, чем на трёх остальных. На этом этаже у меня и закончились патроны к дробашу. Отбросив ставшее бесполезным оружие, я подобрал ещё один, с барабанным магазином. Времени на внимательный осмотр трофея у меня тупо не было.       Спустя время второй этаж бывшей больницы был полон трупов уманов. Но и я не прошёл его без ранений: левое бедро было задето чьим-то то ли мечом, то ли мачете. И я не говорю про царапины на нагрудной пластине. Я потрёпан, но жив.       На первом этаже я услышал визг шин. Снова. Это отъезжали те самые фургоны. До дальнего я бы не добежал при всём желании, а вот ближайший ко мне только-только начинал разворачиваться. Я не должен был упустить хотя бы его, иначе хрен я что узнаю об этих ребятах и их цели приезда в бывшую больницу.       Выбежав на улицу, я прыгнул на боковую выдвижную дверь фургона. Водитель, видимо, заметил это, а потому попытался проехать боком по стене. Хвала Цетану, я вовремя оказался в салоне машины. Недоумевающий связист схватился было за пистолет, но я выхватил оружие и сломал его, а самого связиста оглушил. Далее, я выбил кулаком бронированное стекло. Со второй попытки, но всё же выбил.       Охреневший водитель тормознул, выскочил из салона и попытался прострелить мне голову, судя по тому, куда он прицелился из своего дробаша. В ответ, он лишился головы, отстреленной из наплечной плазменной пушки. Связист, ошарашено пялившийся на убийство друга, теперь пялился на его труп. Сейчас узнаю хоть что-нибудь от него, связиста.       Шокированный уман не сопротивлялся, когда я схватил его за воротник футболки. Я попробовал на их языке задать логичный вопрос:       — Кто вы?       Услышав его, паренёк уставился на мой едва заметный, колеблющийся в воздухе силуэт, и зашевелил губами. Я прислушался: он произносил молитву. Но меня не устраивала молитва. Я повторил вопрос чуть громче:       — Кто вы?       — С-с-сыны… — заикаясь, пробормотал уман, находящийся на грани обморока. — С-с-с-сыны Б-б-б-божьи.       Сыны Божьи? Я хотел было спросить его, что за «Сыны Божьи», но неженка не выдержал нервного напряжения и потерял сознание. Твою-то мать, не хватало, чтоб уман помер, прежде чем я узнаю побольше! Ударив пару раз по щекам, я смог привести его в чувство. Теперь парнише было откровенно пофигу, что я с ним сделаю. Это видно и по его морде лица, и по общему состоянию.       — И что вы за «Сыны Божьи»? — спросил я умана. — Секта какая-то?       — Общество святого Леопольда, — бесцветным тоном ответил сынок Божий. Общество святого Леопольда… Впервые слышу об этой организации. Спрашиваю ещё:       — Чем вы занимаетесь?       — Очищаем Землю пред Страшным Судом, — отозвался связист. Ооооо, ещё один верун в мифический конец света! Никогда не любил таких типов. Что туземцев, что наших сородичей, убеждённых, что война со скаарджами — пролог к концу нынешней цивилизации яутжа. Да, скаарджи оказались не кисейными барышнями, погибли многие мои сородичи. Но и мы не пали под натиском их империи, переживающей гражданскую войну. А паникёры и фаталисты мешают восстановлению нашей родины.       — Страшного Суда нет и быть не может, — процедил я парнише из «Общества Леопольда», сорвавшись таким образом на нём. Ей Цетану, не хватало ещё одного паникёра! — Это ваши байки, уман.       — Страшный Суд близок, — буркнул «крестоносец», будучи абсолютно уверенным в своих словах. Я хотел спросить его ещё об этом «Обществе святого Леопольда», но мне помешал треск рации и голос, сурово вопрошающий:       — Што там у фас, Фторой? Доклатыфайте!       Нет, на том конце линии не сурово вопрошали, а чуть ли не гавкали. Связист, услышавший голос-лай, заметно оживился и потянулся к рации, но я не дал ему сообщить обо мне. Вместо этого я оглушил умана, а сам нажал на какую-то кнопку на рации и угрожающим тоном предупредил «крестоносца»:       — Гости с далёких звёзд придут по твою душонку, туземец.       После я раздавил рацию, чтоб связист не вызвал подмогу, и вышел из фургона, попутно отпихнув обезглавленный труп водителя. Итак, мне удалость хоть что-то узнать об этих ребятах. Не ФБРовцы, что уже хорошо. Да, распылитель азота не заморозил Сверкающего, а светоотражающие костюмы и мощные фонари не помогли уманам тогда, 8 лет назад. Но мало ли, чем ещё способны удивить уманы. Именно уманы, а не Акшары, Зверолюды, Кудесники…       Вернувшись в бывшую больницу, я зашёл в свои импровизированные покои и принялся собирать барахло своё. Одновременно с этим я пытался дозвониться до Шрама, Кельта или хотя бы Принца. Все трое, как один, заняты! Тем не менее, я не оставлял попыток связаться с ними. Даже если они чудовищно заняты, они должны знать, что наше укрытие раскрыто.       — Да, Чоппер, что случилось? — недовольно спросил Кельт, до которого мне удалось дозвониться не без помощи биошлема. — Опять строишь из себя народного мстителя? Хочешь стать Дурной Кровью?       — Нет, — отрезал я, приступая к складыванию вещей Принца. Сначала Шрам, теперь вот Кельт интересуется, хочу ли я стать Дурной Кровью. Хватило и срача со Шрамом. — Уманы из так называемого «Общества святого Леопольда» решили, что здесь некая Акшар-Некромантка. Конечно, я разобрался с ними, но…       — Но что? — озадачился наш шеф, опасаясь самого худшего. Но я «обнадёжил» его:       — Но я сворачиваю наш лагерь. Свои вещи я сложил, щас складываю твоё барахло.       — Молодец, Чоппер, — похвалил меня сородич. Я, подобно Шраму и Принцу, знал: уж если Кельт хвалит тебя, то искренне, от всей души. Этим он и славился ещё на BG-386, когда Шрам уничтожил тамошнюю Мерзость. Её убийство было заключительной стадией нашего посвящения в касту Окровавленных.       — Спасибо, — поблагодарил я Кельта за похвалу. — Поищу другое место и дам вам троим знать.       — Хорошо, — одобрил он мой план. — В первую очередь, мне сообщишь, понял?       Убедив сородича в том, что он первый узнает о новом адресе нашего логова, я закончил сеанс связи и вернулся к складыванию барахла как Кельта, так и Принца со Шрамом. Разумеется, они найдут временные укрытия в разных местах Города Ангелов, но для начала им нужно забрать свои вещи. Не могу же я постоянно таскать с собой четыре сумки!       Сложив окончательно всё в сумки, я прислал каждому сородичу текстовое сообщение:       «Возвращайся в наше бывшее укрытие за вещами. Чоппер».       Ждать, пока появится подмога, я не собирался. А Кельт, Шрам и Принц неглупые. Догадаются самостоятельно забрать свои сумки. Забрав свою сумку, я услышал визг шин. Видать, связист всё же пришёл в себя и уехал. Я усмехнулся: мало кто поверит тому, что он расскажет. Особенно когда он расскажет про невидимого яутжу. То есть, про меня. Увы, поблизости уманского транспорта не было видно. Да и водить я не умел. Полагался на автопилот, чем местные автомобили, примитивные донельзя, похвастаться не могут.       Стоило мне переступить порог парадного входа-выхода, как мне на плечо обрушилась рука. Я не растерялся и обнажил наручные лезвия, готовясь перерезать горло противнику. Но оказалось, что это был Принц! Не Кельт, не Шрам. А именно Принц!       — Принц! — ахнул я, после чего закатил под биошлемом глаза. — Ну ты… мастер пугать. От отца, что ли, набрался?       В отличие от братьев, я не просто слышал об Охотнике на Змей, но и виделся с ним пару раз. Один из мастер-классов Охотника на Змей помог мне освежевать череп Змея-Преторианца без последствий для своего снаряжения.       — От него, от него, — с усмешкой подтвердил мои слова сородич. Я, опасаясь долгосрочных последствий шутки «золотого мальчика», пригрозил ему пальцем:       — Слышь, Принц, ты в следующий раз не подкрадывайся. Не то я ТОЧНО стану Дурной Кровью. Но не сознательно, а из-за твоего долбоебизма. Это во-первых, — я огляделся и зашёл внутрь больнички. Не хватало, чтоб безоружные аборигены спалили нас двоих. — А во-вторых, как дела с поисками саркофага? Хреново?       — Хреновее некуда, — махнул ладонью Принц, подтверждая мою догадку. Туземцы умело так запутали следы, раз «золотой мальчик» раздосадован темпом поисков артефакта. — В городе саркофага нет.       — Как это нет, если его умыкнули у Акшаров-Кукловодов в местечке под названием «Лонг-Бич»?! — возмутился я, но потом успокоился. Может, Кудесники постарались?       — А вот так, — хлопнул в ладони Принц. Потом он, видать, что-то вспомнил, и добавил: — Кельт, к слову, ещё на корабле уманов поставил на саркофаг маячок. Но после кражи сигнал нигде не фиксируется.       — Спалили, значится, его маячок, — покачал я головой. М-да, оборвалась ниточка. — А кроме этого, есть ещё успехи?       — Пару минут назад Кельт и Шрам поймали парочку Акшаров-Дьяволопоклонников, щас допрашивают их, — обнадёжил меня молодой сородич. Что ж, уже хорошо. Какой-никакой успех лучше, чем его полное отсутствие. — Надеюсь, они расколются.       — Поддерживаю, — поддакнул я сыну Охотника на Змей. Затем я предложил ему забрать свою сумку и указал на пятый этаж, где мы и проживали до поры, до времени. Принц согласился и забрал барахло своё. Перед тем, как выйти, мы врубили генераторы невидимости и разбрелись в разные стороны. Принц пошёл к Кельту и Шраму неизвестно куда, а я пошёл искать новое убежище для нас.       По пути к новому укрытию, прыгая по крышам местных зданий, забираясь на здания повыше, я представлял разные картины того, что вообще могли сделать с саркофагом. Открыть? Совершенно точно нет, Кельт и Принц не нашли ключ от него, как бы они ни старались. Получается, его украли. Тогда саркофаг могли взорвать? Утопить? Открыть тем, что уманы называют магией земли? Прыгнув на очередную крышу очередного здания, я тряхнул башкой. Нехуй гадать, надо сначала найти новое убежище.       Краем глаза я обнаружил один яркий силуэт. Приблизив изображение, я немало удивился: это был Акшар-Кукловод, с вьющимися короткими волосами. Вообще, у Акшаров температура тела выше, чем у уманов, где-то на 5-6 градусов. То есть, средняя температура тела Акшара — 41,6 или 42,6 градусов. Паренёк садился в автомобиль к такому же «тёпленькому» Акшару. Я неоднократно наблюдал за ним и всё сильнее убеждался в том, что его череп послужил бы неплохим трофеем… Если бы не заварушка с этим долбанным саркофагом.       Ладно, Акшар-Кукловод… Приберегу тебя на потом. Сначала саркофаг с Мерзостью, а уж потом и ты подтянешься.