Mine To Own, Ours To Keep

      Драко перехватил том покрепче, чтобы поудобнее засунуть его подмышку, — он был чертовски тяжёлым и намного твёрже и шире, чем грудь Драко. Мальчик свернул в коридор, ведущий в кабинет Гарри, и не потрудился постучать, когда прислонился к двойным дверям, чтобы открыть их, — двери тоже были чертовски тяжёлыми.       Гарри сидел за тем же круглым столом, что и в первый раз, когда Драко пришёл сюда, за исключением того, что сейчас Рон сидел рядом с ним.       Как теперь Драко было известно — Рональд Уизли был бетой, а также самым лучшим и надёжным другом Гарри. Они оба выросли вместе, и Драко уже сейчас смог понять, что связь их дружбы была крепче стали — нерушимой. Драко нравилась эта бета, она всегда была добра к нему.       Сейчас же эти двое мужчин сидели, держа в руках бокалы тёмно-янтарного виски, и переговаривались низким, глубоким голосом. Они подняли взгляд и улыбнулись Драко, когда он вошёл. Рон улыбнулся дружелюбно, улыбка Гарри была осторожной и мягкой, а его глаза потеплели таким знакомым образом, что у Драко ёкнуло сердце. — Господа, — мягко поприветствовал их Драко, и Рон усмехнулся. — Ты опять засиживаешься в библиотеке, малыш? — спросил он, глядя на большую книгу, которую Драко легонько бросил на стол. Гарри перевёл взгляд с огромной книги на Драко с удивлённым выражением на лице. — Ну, видя то, что я собираюсь проявиться в любой день, вполне разумно читать об этом как можно больше, — пожал плечами Драко, обойдя стул Рона, и, встав там, где сидел Гарри, осторожно вытащил стакан из его огромной руки. — Просто готовлюсь, — он глотнул виски, алкоголь обжёг его горло, хотя и не так сильно, как горячий взгляд Гарри жёг его самого; Драко знал, что, вероятно, Гарри сводило с ума то, что он видел, как Драко так небрежно пьёт из его бокала, как если бы это была самая нормальная в мире вещь.       Он уставился на Гарри поверх стекла, когда отпил ещё немного; ему не очень нравился виски, но он скорее наслаждался интимностью питья из фужера Гарри, прислоняя рот туда, куда он, наверное, прислонил свой, глотая крошечный кусочек его слюны, который, возможно, попал в этот стакан с виски.       Драко почти сошёл с ума, желая этого человека, а Гарри, в свою очередь, решительно отказался снова прикасаться к нему, заявив, что он слишком хрупок, и что сам он может легко причинить ему боль.       А Драко был слишком горд, чтобы просить снова, не после того, как он так бесстыдно умолял в прошлый раз — а это было всего неделю назад. И с тех пор он проводил много времени с Гарри, но было невыносимо находиться рядом с ним, не прикасаясь к нему и будучи нетронутым им. Поэтому Драко делал всё, что мог, чтобы заставить Гарри разозлиться из-за неудовлетворённого желания, потому что он знал, что Гарри хочет его так же сильно. Он мог видеть это, он это чувствовал.       И судя по тому, как дрожали руки мужчины от близости Драко, он понимал, что тот был близок к тому, чтобы окончательно сломаться.       Рон громко откашлялся, и Драко моргнул, медленно озираясь. Гарри облизнул губы и отвернулся, глядя в окно на пурпурное с золотом небо и сумерки, проступающие через стекло на сильных чертах его молодого лица, заставляя зелёные глаза сиять ярким золотом на секунду или две. — Ну, вернёмся к этому позже, — Рон осушил бокал и поднялся со своего места. — Нужно пойти организовать встречу с министром, — он взял свои телефоны и стопку документов, которые он, вероятно, принёс Гарри, чтобы тот их подписал. — Ты работаешь каждодневно? — аккуратно спросил Драко и небрежно прислонился к подлокотнику кресла Гарри, оказавшись почти в состоянии почувствовать достигнутое своего пика отчаяние Гарри. — Ну, кто-то же должен, — Рон закатил глаза, вздыхая. — Особенно когда человек, ответственный за это, не может ничего сделать, — Рон многозначительно посмотрел на Гарри, который усмехнулся и откинулся на спинку сиденья, — кто-то способный должен вмешаться, верно? — Видишь ли, Рон любит, чтобы все так думали, — сказал Гарри, от глубокого тембра голоса которого у Драко пробежали по спине мурашки. — Он хочет, чтобы все думали, что я за всё отвечаю, всегда приказывая ему, когда на самом деле, — весело усмехнулся он, — именно он является тем, кто правит балом, и он, чёрт возьми, это знает.       Рон улыбнулся в ответ, сверкнув голубыми глазами. — Да, но никто тебе не поверит, если ты попытаешься им это сказать, — нахально изрёк он, подмигивая и оборачиваясь. — Не опаздывай как в прошлый раз, Гарри, или я привяжу к твоей шее будильник, — проговорил Рон, выходя через двойные двери, закрывая их за собой с глухим стуком.       Драко тихо рассмеялся, даже когда воздух в комнате, казалось, потрескивал чем-то теперь, когда они с Гарри остались наедине. — Ты многое узнаёшь? — тихо спросил Гарри, указывая на книгу, которую Драко принёс из библиотеки. — Всё, что тебе непонятно или…       Пока Гарри говорил, Драко скользнул в узкое пространство между ним и столом, повернувшись к нему лицом, прислонившись поясницей к гладкому дереву и слегка надавив Поттеру на одно бедро. Гарри резко замолчал, его глаза смотрели на Драко, на тонкую синюю рубашку, аккуратно заправленную в довольно плотно облегающие чёрные брюки, на столь незначительное увеличение размера его бёдер, на плавные линии его тела.       Конституция Драко менялась едва заметно, но всё равно быстро. Его бёдра слегка округлились, чтобы, как прочитал Драко, облегчить зачатие и роды. Его острые черты лица сгладились по краям, придавая ему более мягкий вид сочного персика, коим славились омеги. Твёрдые части его тела смягчались, само тело становилось эластичным и более мясистым, задница — более круглой и пухлой, а талия ещё сильнее затянулась.       Огонь во взгляде Гарри, когда он увидел его, почти сразу же сжёг плюшевую одежду на теле Драко; Гарри легко мог видеть каждую новую черту его тела, и Драко прекрасно знал это. Спокойно и сдержанно дыша, блондин сладко улыбнулся. — Пока никаких вопросов нет, — сказал он. — Книги довольно подробные, а я много читаю. — Хорошо, — зрачки Гарри были сильно расширены и потому почти чёрные, и Драко внутренне улыбнулся, чувствуя чрезвычайное злорадство. Их колени легонько соприкоснулись, и руки Гарри, лежащие у него на бёдрах, дёрнулись, как будто он изо всех сил пытался удержаться от того, чтобы немедленно не схватить Драко. — Я много читал о связи между альфой и её омегой, — небрежно произнёс Драко, делая небольшие глотки виски. Взгляд Гарри упал на горло Драко, на его адамово яблоко, и Драко с ухмылкой вернул ему стакан. — Знал ли ты, — медленно начал он, глядя на то, как пальцы Гарри сжались вокруг стекла, — что, когда у омеги начинается течка, её альфа способна поддерживать эрекцию целыми сутками? — рюмка для виски затрещала в руках Гарри, который глядел на Драко с широко раскрытыми глазами. Предупреждение в них было ясным и опасным. Слегка наклонив голову, Драко улыбнулся сладкой улыбкой. — Ты знал об этом, Гарри? И это только для своей омеги — альфа не может видеть свою пару в некомфортном для неё состоянии, понимаешь? Она знает, какую ужасную боль может принести течка, если потребности омеги не будут надлежащим образом… — Драко умолк, невинно глядя на Гарри, который глубоко дышал, во все глаза уставившись на свой напиток, — удовлетворены. И омеги, ну, они могут выдержать всё, что даст им их альфа; они могут выдержать абсолютно всё, — мягко произнёс Драко, рука Гарри дрожала, когда он прикончил свой напиток одним глотком. — Можешь ли ты себе это представить — они просто всё время остаются готовыми принять свою альфу; скользкие и насквозь промокшие от собственного возбуждения…       Стакан треснул в руке Гарри, и Драко задохнулся, когда повсюду разлетелось стекло, но это в буквальном смысле не имело никакого значения, потому что теперь Гарри был на ногах, скалой возвышаясь над Драко. Из его глаз практически лился жидкий огонь, его рот широко раскрывался, когда он громко вздыхал, обдавая Драко своим горячим дыханием. Почти неслышное и проигнорированное хныканье вырвалось из Драко, потому что Гарри прижался к нему, придавив его к столу, и его тепло передалось Драко, заставляя его кожу гореть. — Я знаю, что ты делаешь, Драко, — прорычал он. — И это не сработает. — В самом деле? — спросил Драко, задыхаясь, а затем проявил мужество, на которое он никогда не думал, что способен: он медленно поднял руку, чтобы сложенной ладошкой провести по выпуклости между ног Гарри. — Потому что это, кажется, уже работает.       Хрипло дыша, Гарри отошёл, отодвинув свой стул, пока отступал к стене, схватившись руками за голову. — Не вынуждай меня, пожалуйста, — простонал он. — Мне бы не пришлось, если бы ты просто… — Драко стиснул зубы; он не станет просить, только не снова. — Ты правда думаешь, что это легко для меня? — Гарри уставился на него. — У меня здесь не совсем подходящее время, ладно, да? Ты ещё не проявился, твои чувства всё ещё тусклые — всё ещё человеческие. Ты, по крайней мере, всё ещё способен нормально функционировать, пока меня нет рядом. Для меня же это… — он резко выдохнул после глубокого вдоха. — Каждую секунду каждого дня, даже когда я сплю, вернее, пытаюсь заснуть, я чувствую твой запах. И с каждым днём он становится только сильнее. Ты так близок к тому моменту, твой запах сгущается день ото дня, так, что я почти чувствую его вкус… — он провёл рукой по своим густым чёрным волосам, вздыхая, и присел на корточки. — Ты не можешь понять, насколько сильно, как отчаянно я хочу тебя — это действительно похоже на то, что я схожу с ума, — он выглядел и вправду сумасшедшим, когда взглянул на Драко.       Драко был поражён тем, каким усталым и блеклым выглядел человек перед ним. Будто он был крайне истощён. Он выглядел разбитым и измученным, но Драко физически было больно от того, как сильно он его хотел. — Ты говоришь, что хочешь меня, но даже не прикасаешься ко мне, — произнёс Драко и понял, что довольно коварно поступил, пытаясь смухлевать в игре разума, но он уже был в таком отчаянии, что ему было всё равно. — Как я могу тебе верить? Ты, наверное, просто отталкиваешь меня и…       Гарри издал свирепый рык, и Драко автоматически отступил назад, а слова застряли в горле. — Ты хочешь, чтобы я переломал тебе все кости?! — выплюнул он, и Драко затрепетал от огорчения альфы. — Ты хочешь, чтобы твоя плоть была разорвана на части?! Ты говоришь, что много читал. Так скажи мне, ты читал о том, что произойдёт, если альфа попытается заняться сексом с омегой, которая ещё не проявилась?       Драко промолчал. Он действительно где-то читал об этом. Альфы пугающе, чудовищно сильны, до такой степени, что иногда сами не осознают своей силы. Нахождение альф без пары вблизи непомеченных омег означает почти неконтролируемое сексуальное желание, испытываемое обеими сторонами. Однако, то, что омега ещё не проявилась к этому моменту, также значит то, что её тело по-прежнему является человеческим, которому не хватает прочности, которую окупит в конечном итоге их волчья форма, которая, в свою очередь, будет означать то, что они будут менее уязвимы и выдержат телесные повреждения, наносимые им, когда они будут находиться в руках перевозбуждённой альфы. Их тела настолько нежны, что на самом деле альфа вполне может переломать ей кости или просто потерять контроль и разорвать их плоть зубами или ногтями.       А учитывая естественный подавляющий инстинкт альфы защищать свою омегу, физические травмы, которые она может ей нанести, вызовут явные душевные страдания и у самой альфы. — Я доверяю тебе, — произнёс Драко, не зная, что ещё сказать.       Гарри засмеялся. — Ты доверяешь мне? — он поднял брови. — Почему ты так быстро начал доверять мне? Что ты вообще обо мне знаешь? — Я знаю, что ты никогда не причинишь мне вреда, намеренно или непреднамеренно, — Драко медленно подошёл к Гарри, который, в свою очередь, осторожно посмотрел на него, всё ещё прижимаясь к стене, так и не встав с корточек. Драко ненавидел себя за настойчивость и требовательность, потому что Гарри был прав — он едва знал свою альфу.       Но он уже слишком нуждался в ней. — Ты этого не знаешь, — спокойно ответил Гарри. — Ты не можешь этого знать. Господи, даже я не могу этого знать, — беспомощно добавил он. Драко подошёл, а затем, затаив дыхание, прижался к нему, его собственное тело почти отключилось и осело на пол от ощущения твёрдого, сильного тела альфы и от потока чистой радости внутри.       Гарри крепко держал руки по швам, с низким стоном прислонив голову к стене, и Драко навалился сильнее, начав потихоньку задыхаться, когда эрекция Гарри прижалась к его животу.       Драко не станет умолять, он не станет.       Обхватив голову Гарри обеими руками, Драко опустил её вниз, чуть приподнявшись и поднеся свои губы к губам Гарри. Зелёные глаза альфы, беспомощные и огненные, сразу же устремились на омегу…       Губы Драко едва коснулись губ Гарри, он едва уловил запах прекрасного, тёплого, пряного дыхания Гарри, и их губы едва ли были в миллиметре друг от друга, когда Гарри схватил его за плечи и с рычанием, испугавшим Драко, развернул их и вжал его спиной в стену.       Драко выгнулся и испустил резкий крик, запрокинув голову назад, и громко застонал, когда Гарри, наконец, сдался и вцепился зубами в шею Драко, толкаясь членом куда-то в его живот с непрекращающимся рычанием.       Обхватив Гарри одной ногой за бёдра, Драко изо всех сил пытался прислониться к нему своей собственной пульсирующей плотью, поднявшись на мыски и потираясь о Гарри. Этого просто не хватало, ничего не хватало до тех пор…       …пока Гарри не трахнул его.       Сама мысль о гигантском члене Гарри, вбивающемся в него, заставила Драко завыть от желания. Альфа неистово облизывала шею, сжимая руками изогнутую талию омеги. — О, Боже, — стонал Драко, проводя руками по широкой груди альфы. — Гарри, возьми меня, — он выпалил то, что кричало ему его тело, прежде, чем он смог что-либо с этим сделать. Гарри незамедлительно отстранился от его шеи, прижался лицом к узкому плечу Драко и вскрикнул от разочарования. Драко ничего не мог поделать — он просто умолял. — Пожалуйста, Гарри, — хныкнул он. — Разве ты не хочешь меня? Я так хочу тебя, пожалуйста, войди в меня.       С большим трудом он развернулся в узком пространстве между телом Гарри и стеной, стоя сейчас к ней лицом, поспешно расстёгивая брюки и стаскивая их вниз, подворачивая рубашку и надеясь, что Гарри заметит, что на нём нет нижнего белья.       И он заметил и издал ещё один рык. — Я не собираюсь трахать тебя, чёрт побери. — Пожалуйста, — Драко извернулся так, что прошептал это в плечо альфе, выпячивая свою задницу и подаваясь назад, чтобы положить на неё руку Гарри. — Разве ты не хочешь меня? — повторил он.       Гарри со стоном упал на колени, приблизив свободную руку к заднице Драко, нежно сжав его плоть, разминая её. — Так сильно, — прошептал он. — Это всё, о чём я могу думать, Драко. Я не могу есть, не могу спать… Я так хочу этого, так сильно хочу тебя. — Так сделай это, — Драко снова приподнял свою попку. — Просто возьми и наконец трахни меня, прошу, — но Гарри после этого раскрыл его задницу и медленно провёл языком по складке. Драко вскрикнул, запрокинув голову, и вжал пальцы рук в стену. Гарри ещё несколько раз провёл там языком, намочив кожу, а затем резко засунул язык в задницу Драко. Омега закричала, сильнее откинувшись назад к альфе, громко скуля и царапая стену, как какое-то животное. Её колени начали дрожать, а член истекал предэякулятом. Гарри методично вставлял и высовывал свой язык, стонал и рычал. Когда он, наконец, вытащил его, то начал грубо, влажно лизать анальное отверстие Драко так же, как и в волчьей форме. — Гарри, — хныкнул Драко, его бёдра сами по себе двигались взад и вперёд. — Возьми меня.       Внезапно альфа встала, подняла Драко на руки, как будто он был какой-то пушинкой, и вошла в спальню, которая была через арочный проём слева от них.       Тело Драко горело от возбуждения, когда его осторожно положили на кровать и уже менее аккуратно сорвали одежду. Когда Гарри протянул руку и начал расстегивать свою собственную рубашку, у Драко перехватило дыхание — он почти так же отчаянно хотел увидеть его голым, как и ощутить его член внутри.       Когда Гарри наконец стянул с себя свои бежевые брюки, Драко увидел его великолепный, ужасно большой, гордо стоящий член и застонал, его маленькое тело металось по кровати в отчаянии. — Что бы они сказали, если бы знали, насколько ты уже владеешь мной? — пробормотал Гарри, накрывая тело Драко своим, обдав его лицо тёплым дыханием. — Полагаю, действительно правильно сказано; альфы управляют всеми, но омеги управляют альфами, — он лизнул шею Драко, начав оставлять на ней поцелуи-укусы. — Ты ещё даже не проявился, а я уже сейчас не могу тебе противостоять — я содрогаюсь, думая, насколько отчаянно в твоей милости я буду, как только ты проявишься. — Я тоже в твоей милости, — прошептал Драко в ответ, обнимая Гарри за шею. — Я не хочу когда-нибудь в жизни быть чьим-либо ещё, Гарри. — Ты не будешь чьим-либо ещё, — прорычала альфа. — Не то чтобы я мог на это как-нибудь повлиять, — затем он моргнул, выглядя немного неуверенно. — Я знаю, что мы официально не претендовали друг на друга; это может произойти только после того, как ты проявишься как омега, но… я... — он сделал паузу. — Мне всё равно, что я ещё не проявился, — мягко сказал Драко. — Мне нужен только ты, Гарри Поттер. И я объявляю тебя своей альфой… отныне и навеки.       Когда Гарри жадно посмотрел на Драко, его глаза снова загорелись всепоглощающим огнём. Он не ответил словами, как предполагалось, но Драко всё равно не желал останавливаться на том малом, что они достигли, потому что Гарри слегка сдвинулся, и их члены внезапно соприкоснулись.       Драко с криком запрокинул голову, когда Гарри начал тереться о его член, его тёплое дыхание бродило по лицу и шее омеги, пока горячее, влажное трение между ними заставляло его дрожать и задыхаться. И тогда Гарри просунул руку между ними, мазнув двумя пальцами по выступившей жидкости, которая начинала обильно течь из Драко, и протолкнул их в него.       Драко знал, что станет намного мокрее, как только хоть немного шевельнётся, но теперь, когда он почувствовал жжение, которое принесли ему пальцы Гарри, и когда его проход запульсировал вокруг них, он ощутил непередаваемое блаженство. Гарри грубо двигал пальцами, но даже учитывая бешеный ритм, с которым он двигал ими в Драко, самому блондину всё казалось безумно гармоничным.       Он отчаянно хотел, чтобы член Гарри оказался внутри него, но сейчас ему было слишком хорошо, чтобы попросить его остановиться. Его задница конвульсивно сжалась, сжимая пальцы, и Драко дико изогнулся, а затем кончил.       Он выкрикнул имя Гарри, крепко держась за него, и забрызгал обе их груди своей спермой. Его маленький член дёргался под массивным членом Гарри, когда выстреливал струю за струёй. А затем с содроганием кончил и Гарри, его стон вышел громким и подрагивающим, а бёдра в яростном ритме подбрасывало вверх, когда он изрисовывал Драко длинными, толстыми брызгами своей белой спермы — зрелище, ощущение которого заставило оргазм Драко продолжаться дольше, чем обычно.       Сквозь интенсивный порыв непрерывного удовольствия разум Драко смутно осознал то, что Гарри почему-то не ответил на его официальные объявление — объявление, которое должно было немедленно быть сопровождено отборным трахом.       Но Гарри не собирался трахать Драко; ему каким-то образом удалось удержать над собой контроль.       Несмотря на разочарование, охватившее всё его естество, Драко не чувствовал ничего, кроме удовлетворения, когда растёкся довольной лужицей под своей альфой, наклонив голову в сторону, когда Гарри снова начал голодно облизывать его шею, а пальцами мягко массировать его мокрую, дёргающуюся дырку.       Драко медленно вёл руками по широкой, подрагивающей, мускулистой спине, мягко скользив зубами по широким плечам альфы. Тело Гарри было твёрдым как камень и с огромной силой придавило Драко так, что его крошечное тело практически исчезло под крепкой фигурой альфы. — Это последний раз, когда ты манипулируешь мной в постели, маленький дьявол, — нежно произнёс Гарри, запечатлев тёплый поцелуй на щеке омеги. Драко моргнул, всё ещё ошеломлённый своим оргазмом, и, недолго думая, наклонился к альфе, пытаясь коснуться его рта губами. С резким вдохом Гарри дёрнулся назад. — Нет, — мягко сказал он. — Я мечтал поцеловать тебя с тех пор, как впервые увидел, и когда я, наконец, это сделаю, я хочу быть в состоянии сделать это как надо. — Так сделай это как надо, — нахмурился Драко. — Кто тебя останавливает? — Я. Я себя останавливаю, — твёрдо произнёс Гарри. — Это не что иное, как какое-то чудо, то, что мне удалось сдержаться, учитывая то, что ты до сих пор лежишь подо мной. Это похоже на какую-то сказку, — он криво улыбнулся, полыхнув глазами. — Но как только я завладею твоим ртом, я потеряю всё и способность ясно мыслить в первую очередь. — Кто просит тебя ясно мыслить? — прошептал Драко, выгибаясь так, что их опавшие члены снова прижались друг к другу. — И снова — я, — прорычал Гарри, слегка задрожав. Ещё раз поцеловав Драко в щёку, он скатился с него, с мягким ворчанием приземлившись на спину рядом с ним. Омега смиренно смотрела на него, хотя больше и не ощущала тёплой тяжести его веса. Гарри повернул голову и молча посмотрел на Драко, прежде чем добрая, снисходительная улыбка осветила его лицо. — Иди сюда, — тихо сказал он, протягивая руку. Драко повернулся, придвинулся поближе и подлез под Гаррину руку так, что вжался в его гладкую, широкую грудь. Он елозил, пока не устроился в наиболее удобное положение и не повернулся в сторону Гарри, а затем оставил мягкий поцелуй на тёмно-коричневом соске. — Сколько тебе лет? — сонно спросил Драко. Когда Гарри не ответил, омега подняла взгляд на вожака, который с любопытством смотрел на неё. — Ну, ты сам сказал, я тебя едва знаю, — пояснил Драко. — И если мы собираемся провести остаток наших жизней вместе, думаю, мы должны узнать друг друга получше, не так ли?       Когда Драко ответил, суровое лицо Гарри засияло слепящим счастьем, а от его улыбки вокруг его мерцающих зелёных глаз образовались морщинки. — Мне двадцать пять, — ответил он, ещё ближе притягивая к себе Драко. — Мне только девятнадцать в прошлом месяце исполнилось, — пробормотал Драко, прижимая щёку к тёплой груди. — На шесть лет старше, — добавил он сам себе. — Вообще-то, на семь, — сказал Гарри. — Мне исполнится двадцать шесть в конце этого месяца. — О, — Драко зевнул. — Что бы ты хотел на свой День Рождения? — улыбнулся он альфе, смотря на неё из-под полуопущенных ресниц.       Гарри долго молчал, глядя на Драко, нежно поглаживая его по лицу. — Думаю, я уже нашёл больше, чем мог бы пожелать, — мягко ответил он.       То, как сильно Драко хотел поцеловать свою альфу до этого момента, было ничем по сравнению с тем, как отчаянно он хотел поцеловать её сейчас.       И всё же он просто улыбнулся сквозь проступающий румянец, уткнулся лицом в тёплую грудь и медленно погрузился в глубокий сон.