Гидра

      Прошло еще два дня и две ночи, прежде чем желтеющая долина закончилась и вывела ее к зеленеющим речным лугам, перелескам и маленькой, извилистой речушке, впадающей из оврагов в большой залив.       Над заливом и рекой тянул вверх шпили и купола город Алисия, сверкая под утренними лучами, но гидре все это было совершенно безразлично.       На лугах меж лиственницами, ясенями и тополями паслись жирные рыжие глупые коровы — городские и деревенские, из ближайшего хуторка по эту сторону реки.       Настоящий лес расстилался на горизонте густой и темной полосой. А река плескалась себе мимо, ныряя по оврагам, куда и влезла гидра, готовая сожрать уже кого угодно. Но терпение! Терпение… еще совсем немного.       Туманы застилали все низины и, несмотря на мелкость вод, где гидре и нырнуть-то толком было негде, она удобно скрылась, будто большой валун или же холм, камень, торчащий из весело плещущейся воды.       Всего-то ничего осталось до залива. И как назло — там вздумалось бабью стирать белье и мужикам мыть чьи-то шкуры. Будто все кому не лень из города и деревенек собрались именно здесь, у единственного устья. Опять брести кругом, искать бы, где спуститься с крутых, отвесных берегов? В заливе чалят редкие, но все же — корабли, так значит уходить еще подальше, чтоб точно не заметил кто, как ее туша скатится и бултыхнется вниз?       Озлобленная на весь свет, гидра топталась по речушке, ища местечко, где забиться б до ночи и переждать. Да заодно покликать хоть какого зверя — но вряд ли забредет сюда какой-нибудь пугливый олень, когда вокруг живет полно людей. Сквозь иглы лиственниц парой глаз она также наблюдала и за молочным стадом. День тянулся, в зубы попали пескари да караси, лишь только больше раздразнив.       Коровы двинулись к реке на водопой. Особо одаренные тащились и пролеском, желая пощипать травы и здесь. Две рыжие дуры обеспокоенно, вопросительно мычали, чувствуя что-то незнакомое где-то у воды. Застряли там, раздумывая, идти им дальше или нет.       Да кто заметит. Всего-то две коровы. Волки их сожрали!       И гидра быстро поднялась, вцепилась пальцами в край оврага. Головы стрелой метнулись за смешно замешкавшимися, заметавшимися скотинами, что еле-еле спохватились развернуться.       Накрепко вцепившись в их хребты, гидра затянула их в овраг и оббила ими камни.       Долгожданная плоть и кровь уминались во все глотки.       Гидра насытилась немного первыми крупными кусками, и тут её посетила маленькая мысль, что, возможно, это было зря. Но оставалось только есть, и уже две пары глаз с подозрением обозревали всю округу, поднявшись над туманом, глядя сквозь редкие деревья — поблизости людей не видно.       Коровы съедены. Стадо убрело с реки опять пастись. Кости, копыта и рога проглочены. Гидра переварит часть из них… остальное будет утоплено в заливе. Течение уж больно бурное в реке. Ненадежно оставлять их здесь.       А пока что — пригнуться так, чтоб не высовываться сильно, и подплыть поближе к судачащим по берегам. Отсюда голоса сливаются с рекой в неясный шум…