Конец всему

      Пятая армия на данный момент — самая большая, что когда-либо собирали эрги, — вобрала в себя четырнадцать флотов под командованием сильнейших адмиралов.       Гор с горящими от невыносимого волнения глазами, на негнущихся ногах торчал столбом посреди рубки, пока вокруг кипела скрупулезная подготовка — ко всему самому неожиданному, самому тяжелому, ответственному и чрезвычайно важному в Горовой жизни. И жизни всех эргов, разумеется.       В огромной рубке панели пестрели экранами, на которых змеились схемы, строились графики. Множество высокоранговых инженеров следили за всеми системами корабля, офицеры раздавали указания, члены службы безопасности наблюдали за всем со своих постов. Звучал легкий шум переговоров — хоть большая часть сказанного и оседала в умах непроизнесенным вслух, было ясно всем и каждому — волнуются все. Пусть некоторые и оставались бесстрастными как внешне, так и внутренне, сложно было переоценить грядущее сражение за власть над Пожирателем.       Или большей его частью.       Гор как ни старался, едва ли отбрасывал мысль о темных уголках этой галактики, где пряталась малоизведанная цивилизация. Благодаря сделке с берберами — так и быть, посол хоть чем-то оказался полезен — эрги подступились к границам Конгломерата. Благодаря им же располагали куда большей, наиценнейшей информацией о своих противниках. Но трудно было надеяться, что само ее содержание сможет эргов порадовать.       Однако Гора это не смущало нисколько.       Посол вошел в рубку, привлекая его косой взгляд.       Нет, Гор не отказывается от своих слов. Даже если им будет противостоять весь Пожиратель… то, что от него осталось, — у них нет шансов. Эрги готовились захватить его годами. Годами производили корабли, выскребали ресурсы из своей маленькой и обедненной Родной галактики. Тренировали свое население, ввели обязательную воинскую повинность каждые полгода для большинства гражданских. Возводили станции, готовые при первой же возможности ринуться в огромную галактику, спутницей которой была их собственная.       И благодаря всему этому, всему вложенному труду и расчетам, эрги способны тягаться со всем Пожирателем.       Должны. Иначе эргов ждет стагнация и смерть.       Хат едва заметно улыбнулся брошенной на него тени недовольства и, как всегда, устроился на своем месте — позади кресла адмирала, которое все еще пустовало.       Молодой капитан — впрочем, Хат немногим старше — вряд ли знает, какие пошли бурления в Совете, когда в самых дальних секторах Пожирателя были пойманы сигналы связи. С тем же, что дали им берберы…       Хат был искренне обеспокоен. Как бы то ни было, принятое решение ясно — уничтожить всякую способность Конгломерата сопротивляться и списать его со сцены.       Адмирал Сера явилась ровно к моменту, как все подготовки были завершены. Флот дрейфовал, спутники передавали о чистоте следующего места назначения.       Хат невольно отметил про себя ее угрюмый вид, когда она плюхнулась в свое кресло и потерла глубокие борозды на лбу, тянущиеся до самого основания рогов. В последнее время адмирал мало появлялась здесь, просиживая дни в штабе. Но сегодня Сера выглядела особенно болезненно. Впрочем, разве это могло ей как-то помешать?       — Мои солдаты! — возвестила она. — Нам предстоит важнейшее сражение, которое когда-либо было в ваших жизнях. Докажите ваше превосходство!..       В Горе что-то щелкнуло. Что-то такое, что заставило его посреди обхода рубки остановиться именно здесь и впиться всеми пальцами в Зирово плечо. Тот едва пошевелился, лишь бросив короткий, но спокойный взгляд за него, пока Тива и Рут усиленно прочесывали глазами мониторы, пытаясь выяснить, где они могли допустить хоть малюсенькую ошибку.       Нет. Все это совершенно ни при чем…       «Всему флоту, портация в утвержденные координаты», — наконец, прозвучала команда адмирала.       И портационный двигатель дредноута активировался.

***

      Зир едва пришел в себя, как тут же уставился в экраны — теперь перед дредноутом развернулась далекая система желтой звезды Хены с пятью планетами. Розовый газовый гигант отблескивал на самом краю, затмевая по сравнению с собой невзрачные четыре куска камней и железа. Одна из них и была главной целью — Нокс, родина расы мау, ядра технической мысли Конгломерата.       И, разумеется, эргов ждали.       Боевая станция на орбите Нокса приветствовала их выползающими из шлюзов дулами разнокалиберных пушек и ракетных установок. Всю систему окружал флот Конгломерата — длинные, узкие корабли, похожие на иглы. А вот и вражеский флагман, дрейфующий в глубине системы и подходящий под категорию эргского дредноута.       Передатчик тут же принял входящий с него сигнал, и по рубке разлился певчий алларский голос:       — Уважаемые. Говорит Налтеза, генерал Соединенной Армии Конгломерата, — представился он и продолжил, игриво понижая тон:       — Воистину, ваша наглость не знает границ… — раздался неприятно вонзившийся в уши резкий взвизг, означающий издевательский смешок: — Я с удовольствием вам их на…       Адмирал лишь пренебрежительно щелкнула, отключив передатчик. Взгляд ее не отрывался от собственных экранов, испещренных схемами наступления, что она уже обозначила для всех эскадр и их командиров. Формация, скорость, расстояние для сближения, первые обходные маневры — все, что может сэкономить лишнее слово.       «Уничтожить станцию», — гласил первый приказ для дредноута.       Сеть эргских кораблей разошлась по своим орбитам. Эскадры двигались так, чтобы охватить как можно большее пространство, когда навстречу уже устремились группы игл, не желающие подпускать корабли к обитаемой планете.       Они атаковали небольшими группами, в каждой из которых действовали по одному-два крейсера, стремившихся снять щиты с эргских кораблей. Иглы были проворнее за счет уступок по несомой массе орудий, менее мощные, но в коллективе эффективно атакующие противника со всех сторон. Соревноваться с ними в маневрах было сложно.       Боевая станция, прекрасно защищенная электромагнитными щитами от всякого посягательства нейтронных лучеметов, ответила вторженцам залпом разнокалиберных ракет — от небольших, приспособленных уничтожать вражеские ракеты, до управляемых гигантов, способных нанести существенный ущерб кораблю при попадании в двигатели или орудия.       Их встретил шквал нейтронных импульсов пушек, уничтожающих ракетные боеголовки. Пока две охранные эскадры занимались обеспечением дредноуту наибольшей свободы для маневров, на пути к цели тому предстояло препятствие посерьезней — вражеский флагман.       Он хищно нацелил на дредноут дуло своей главной разрушительной мощи, скрывавшееся в столь сильно вытянутом корпусе — вырвавшийся оттуда плотный силовой луч был идеально приспособлен вспарывать броню кораблей.       Огромное расстояние между сражающимися сторонами и между каждым отдельным кораблем даже в одном боевом соединении при взгляде на обзорные экраны внушало обманчивое ощущение одиночества. В то время как на экранах навигации все пространство исчерчивали траектории кораблей, выпущенных снарядов и предполагаемых будущих залпов — и смертоносные лучи и ракеты, на огромных скоростях рассекающие пространство, постепенно приближались к своим целям. Быстрее, чем могло казаться.       И для Гора это было так привычно, что в первый момент даже принесло облегчение.       — Уклонение два градуса. Усилить подачу энергии на левый борт, — скомандовал он, и дредноут послушно развернулся — Рут направил его влево по траектории движения и смертоносный луч проскользнул вдоль борта, частично рассеиваясь мощным магнитным полем, окутывающим корабль. Броня корпуса, задетая лучом, где-то смялась, вздулась — алларский флагман упорно разворачивал пушку вслед за кораблем, пока луч не иссяк, угрожая ей перегревом.       Гор немедленно воспользовался имеющимся промежутком времени для атаки.       Многослойные щиты и броня станции обеспечивали ей надежную защиту. Вместе с тем она являлась для дреноута отличной мишенью — расстояние до не способной к уклонению цели почти не имело значения, позволяя медленному кораблю оставаться далеко от основных событий, а его арсенал был прекрасно приспособлен вскрывать защиту подобных боевых объектов.       Силовая пушка дредноута уже была заряжена. Гор немедленно отдал команду наводчикам — на экранах отобразилась целевая точка, указывающая в самый край зеркального полукольца станции, пестревшего на мониторах во всех спектрах излучения.       И как только дредноут совершил разворот к цели — ворота шлюза распахнулись, выпуская наружу кончик дула прячущегося в недрах корабля самого массивного орудия. Широкий луч энергии выстрелил в пространство, пересек его и врезался в щиты станции, расходясь по ним волнами и вызывая тяжелые перегрузки щитовых генераторов. Отслеживаемые показатели на мониторах превратились в сплошной поток, спектры изображений явили деформацию, возмущенные всплески и, наконец, истощение барьера. Луч продолжал врезаться во все ослабевающие щиты до предельного накала пушки.       И нейтронные лучеметы дредноута тут же направили свои потоки в генераторы. Многослойная обшивка, все еще работающие щиты рассеивали большую часть излучения, задерживали меж пластами брони, но малая доля воздействия все же достигала своей цели, внося пока еще небольшие разрушения в тонкую электронику.       Но недолго. Пара мгновений, и лучеметы вновь становятся бесполезны: щиты восстановлены, и потоки иссякают в ожидании следующих кратких мгновений, когда силовая пушка охладится и вновь накопит необходимой мощности заряд.       И снова пришлось обратить внимание на надоедливый флагман врага, упорно досаждающий дредноуту. Теперь носовая пушка огромной иглы отвешивала систематические силовые импульсы в сторону дредноута, стремясь предупредить каждый последующий его маневр, мешая развернуться к станции и вынуждая на бой с собой. Короткие выстрелы не перегружали пушку флагмана и, хоть и не вносили существенного ущерба, постоянно держали щиты дредноута на повышенном напряжении. Следом мчались сверхтяжелые ракеты, подбиравшиеся к дредноуту и планомерно разносимые нейтронными пушками окружающих эскадр и самого корабля.       Гору, впрочем, это было неинтересно — словно отмахиваясь, дредноут выпускал управляемые тяжелые ракеты, имевшие собственное небольшое силовое поле, способное на некоторое время защитить их от нейтронных пушек. Они упорно целились в двигатели, заставляя иглу убегать от них и тратить энергию на выстрелы, пока дредноут снова и снова разворачивался к станции для удара. Щиты ее медленно, но слабели, генераторы разрушались под напором атакующих их кораблей всякий раз, когда дредноут прорывал защиту.       Зир спокойно сидел в своем кресле, не отрывая глаз от экрана, по которому двигались точки кораблей и линии их маршрутов, выстрелы, настоящие и предполагаемые. Тива и Рут управляли кораблем, следя и за движением, и за направленными на них ударами, и за траекторией своих, чтобы предоставить кораблю как можно большее поле для маневра среди всех этих пересекающих его путь линий из преследующих силовых пушек, ракет и лучеметов.       Непривычно полагаться столь сильно на собственную защиту корабля — то и дело дредноут переживал букет из разорвавшихся снарядов и облучения сразу с нескольких сторон. Какой-нибудь эсминец уже разметало бы по космосу, да и крейсер бы выдержал недолго. А его напарники позволяли кораблю получать удары просто потому, что было выгоднее произвести очередной выстрел. Вмятины на корпусе восстанавливались медленно — полужидкий, пластичный слой металла выплывал из-под нижних слоев брони, покрывал их заплатками и снова затвердевал.       Но даже дредноут не всесилен — и огрехи в навигации не прибавят износостойкости защитным системам.       — А ты глазастый новичок… — буркнул Рут, когда Зир в который раз исправно подкорректировал курс за старшими по званию.       — Рут, ты косячишь, — проворчала Тива, в свою очередь принимая управление, чтобы тот мог передохнуть. — Ты же видишь, сзади две ракеты.       — Только что не было… — моргнул тот и поморщился, откидываясь в кресле. В его руки тут же вонзились иглы с растворами нейростабилизаторов, стимуляторов для кровотока и вспомогательных веществ, выползшие на длинных щупах из-под основания кресла.       Тива раздраженно защелкала что-то себе под нос и склонилась над экранами, не обращая больше ни на что внимания. Она напряженно сморщила веки — дредноут грозился попасть в переплет из десятка нейтронных лучей, метящих под нос кораблю, где остывало дуло силовой пушки. Хотят сломать шлюзовые ворота?       — Вправо, — мягко поправил Зир, глядя как она подставляет под выстрелы левый борт. — Там же есть еще перегородки…       — Что? А, да… дерьмо, — очнулась она, запоздало заморгав, и встряхнулась. — Мне показалось…       — Что? — окликнул Рут, придвигаясь обратно к панели.       — У меня либо в глазах двоится, либо, что-то с экраном, — буркнула та, немедленно сменив его.       В ее запястья тоже впились иглы с жидкостями, и посвежевшая Тива вновь повела корабль. Зир продолжал молча сверять курс и пытаться угадать, что же дальше предпримет каждый противник, чтобы предупредить его действие.       Но эрги успешно давили вражеские силы, начавшие быстро отступать к Ноксу.       Слишком быстро.       При виде этого адмирал снова заскребла борозды на лбу — чип настойчиво сообщал ей о всевозрастающем напряжении в мозгу. Но она лишь раздраженно отмахнулась от этого, как и предыдущие несколько дней. Торчать в штабе сутками, пока Совет мечется в своих решениях, то еще удовольствие.       По ее приказу резервные эскадры на внешнем краю системы немедленно развернулись в пустоту, пока весь ее флот стягивался к ним в полукольцо, оставляя занятую территорию. Конгломерат любезно оставляет им больше места, а сам жмется вокруг своей планетки?       Нет. Они хотят пригнать сюда свои корабли.       Но откуда им взять подкрепление? Даже если они наскребли какие-то резервы, они всерьез готовы пожертвовать собственными планетами взамен на мау?       Что ж, если так — капельку им адмиральского уважения. Вот только до Налтезы она все равно доберется.       И адмирал не ошиблась — всеобщее внимание привлек предупредительный сигнал единой локационной системы флота: гравитационные возмущения в окружающем пространстве, стягивающие его в портальные точки. Спустя краткие мгновения, они исчезли во вспышке остаточного излучения.       Количество явившихся кораблей едва ли не превышало эргский флот.       И прежде чем можно было задаться мыслью, откуда у Конгломерата могли взяться такие резервы, ответ предстал перед глазами. Это вовсе не были прекрасно знакомые иглы. Вместо них на обзорных экранах предстали массивные, походящие на клинья чужие корабли, многократно превосходящие эргские. Под зеркальной облицовкой на скошенной носовой части каждого из них отблескивал символ вскинутого пятипалого кулака, выдавая… Нет. Демонстрируя их принадлежность к столь поздно обнаруженной второй сверхдержавы Пожирателя.       Империи.