Красный Капюшон. Книга первая: Знакомство

      Вернон стоял в кабинете Демитрия рядом с Климом, низко опустив голову, и боялся посмотреть на постукивающего пальцами по столу коменданта. Стук был методичным, громким и не предвещающим ничего хорошего для присутствующих. — То есть ты хочешь сказать, что вот эта упырица, что перегрызла глотку ведьмаку — королевская любовница? — медленно, разделяя каждое слово спросил Демитрий. Роше хмуро кивнул и тут же вжал голову в плечи от последовавшего оглушительного рыка коменданта. — Ты хоть понимаешь, насколько абсурдно это звучит?! — Не веришь мне, пошли докладную в Вызиму, — тихо оскалился темерец, не поднимая взгляда и непроизвольно сжимая кулаки, лишь бы скрыть дрожь в ладонях. — В Вызиму я в любом случае напишу. Это даже сомнению не подлежит. О подобном следует докладывать немедленно! — отрезал комендант. — Вот только королевские любовницы по корчмам у границы не сидят и ведьмаков не убивают! — Расскажи это принцессе Адде… — А НУ, ЦЫЦ! — рявкнул Пучко и тут же перевёл взгляд на хихикнувшего кузнеца. — Когда ты сообщил, что тебе нужен выходной, и вы поедете в храм, я представлял несколько иное, Клим. — Не поверишь, Демитрий, мы тоже! — Вы хоть до храма дошли? — откинувшись на стуле и потерев переносицу, спросил Демитрий, на мгновение прикрыв глаза. — Мы из него даже вернулись! Почти без приключений. — Это ты называешь «без приключений»?! — Я поэтому и сказал «почти»! — поднял руки вверх в защитном жесте краснолюд. — «Почти», Клим, это когда у лошади подкова слетела, или когда в грозу попали, в крайнем случае когда на волка нарвались. А когда на ваших глазах любовница Фольтеста с ведьмаками сцепилась — это катастрофа! И это я ещё не до конца верю, что она именно любовница! Как она здесь оказалась? Почему без сопровождения? Почему именно в тот момент, когда в этой, гори она огнём, корчме сидели вы двое?! Что молчишь, Роше? Это к тебе вопрос! — Не знаю, — отозвался Вернон, задававшийся этим вопросом с момента, как все они вернулись в крепость, а Дрейку и второго ведьмака — Койона — сопроводили в темницу. — В последний раз мы виделись в Вызиме два месяца назад, когда я вёл расследование по поводу покушения на её жизнь, и Дрейка меня чуть не убила. — Так это ещё и она тебя пырнула?! — взревел Пучко и тут же гневно зарычал не хуже Винсента в своей звериной ипостаси. — Не сходится, Роше! Что это за любовница такая, после которой плечо по ниточкам магией друидской сшивают? Я уж молчу о том, что после неё у меня одному из солдат руку лечить придётся!       Вернон посмотрел прямо в злющие серые глаза коменданта. Что он мог ответить на такое? А ведь если он не ответит, то быть беде — это ясно, как летний день.       Пока они шли в крепость, он наблюдал за Дрейкой и не мог найти объяснения её странному поведению.       Стоило только одному из арбалетчиков приблизиться к ней с протянутыми кандалами и попытаться надеть их на женщину, как в руку, затянутую в плотную кожаную перчатку и без того перепуганного несчастного, впились показавшиеся в тот момент острые зубы. Хруст раздробленных костей было слышно даже через вопли бедолаги. Солдаты вновь схватились за арбалеты. Да что там солдаты! От такой картины опешил даже Демитрий, чудом не отдавший приказ стрелять на поражение.       Ситуацию спас всё тот же ведьмак Койон, что, несмотря на хромоту и полученные раны, вмиг оказался прямо перед носом у чёрной и вновь сложил руку в ведьмачий знак перед самой её мордой, мягко, но твёрдо произнеся: — Успокойся.       Дрейка тут же обмякла и послушно разжала зубы, позволив несчастному мужику вырвать изувеченную конечность. Перчатка была прокушена насквозь, а след укуса совершенно не походил на человеческий — будто собака вцепилась.       Одурманенная и вялая, как сонная муха, женщина позволила нацепить на себя кандалы и, с трудом переставляя ноги, покорно направилась в крепость, слушаясь каждого слова Койона. Уже там Демитрий отдал приказ вести парочку в казематы, а сам, ухватив Роше за шкирку, повёл к себе вместе с семенящим следом краснолюдом.       И вот теперь темерец должен был придумать веский довод странному неадекватно-агрессивному поведению Дрейки. Назвать его «нормальным» в любом случае язык не поворачивался. Последний раз такую ярость Вернон наблюдал после нападения низушка. Но даже там женщина успокоилась ещё до прихода Фольтеста и Талера. А тут…

Талер!

— Дрейка — нильфгаардская перебежчица, — выпалил Роше, вспомнив легенду, которую ему рассказывал цирюльник. — Поэтому мы с ней и ходили на общие уроки. Она не знает нашего языка, да и законов тоже.       Вот тут челюсть отвисла, кажется, даже у стоящего рядом краснолюда. Комендант ограничился ошарашенным взглядом. — Поправь меня, — медленно произнёс Демитрий спустя несколько минут. — Ты хочешь сказать, что у меня сейчас в темнице находится не просто одна из фавориток Его Величества, а ещё и та самая нильфгаардская шпионка, на которую два месяца назад было совершено покушение в столице, и которая сейчас по какой-то причине оказалась близ Майены, рядом с границей Верхнего Соддена, без должного сопровождения и, судя по всему, держала путь к Яруге? Я ничего не упустил?! — Вот и убрались от столичного дерьма, — хлопнул себя по лбу кузнец с тяжёлым вздохом. — Оно само к нам пришло — теперь разгребать придётся. — Возможно, она здесь по личному приказу Фольтеста? — предположил Вернон, сам слабо веря в то, что говорит. Король вряд ли бы отпустил Дрейку одну и тем более так далеко от Вызимы. — А если снова сторону сменить решила? — строго осведомился Демитрий и тут же чертыхнулся. — Чего мне вообще ждать от этой ненормальной? — Неприятностей, — честно ответил темерец. — Дрейка не будет сидеть в камере. И решётки её не удержат. — Я самолично приказал заковать её в двимерит после рассказа Клима, — отмахнулся комендант. — Хочет она того или нет, но пока я не получу личного подтверждения от короля — я её под семью замками держать буду! — Не уверен, что этого хватит, — внезапно Вернону пришла в голову мысль, и он аж вскинулся. — Позволь мне с ней поговорить прежде, чем напишешь рапорт в столицу!       Пучко ненадолго замолчал, а потом неожиданно спросил: — С какой стати мне позволять подобное? — С такой, что лучше меня её знает только Фольтест! — резко рубанул рукой Вернон и сделал шаг вперёд, пересекая невидимую для себя черту, которую никогда раньше не осмеливался переступить, подходя к столу Демитрия и опираясь на него руками. Левую тут же пронзила сотня невидимых иголочек от кончиков пальцев до самого плеча, заставив Роше поморщиться, но пыла это не умерило. — Она не станет слушать приказов и уж тем более подчиняться против своей воли. Ты же — не терпишь неповиновения и лишь спровоцируешь чёрную. — Не слишком ли ты драматизируешь? — Демитрий! — сам от себя не ожидая, рявкнул Вернон. — Она на моих глазах убила пятнадцать человек, а на твоих — перегрызла глотку ведьмаку, скованная цепью. Ты действительно думаешь, что я «драматизирую»?! — Роше сделал вдох и уже куда спокойнее продолжил. — Сейчас Дрейка воспринимает тебя, твою крепость и всех её обитателей только как помеху. Я лишь хочу попытаться убедить её в обратном. — Ты решил вести конструктивный диалог сейчас? С этим бешенным животным в облике женщины? — Она успокоится, — уверенно произнес темерец. — Дрейка умеет слушать. И она будет это делать. Главное, чтобы ещё и услышала. Поэтому я и прошу дать мне возможность переговорить с нильфгаардкой до того, как ты напишешь рапорт. Потому что в противном случае обратно-то гонец вернётся, но передавать ответ будет уже некому.       Демитрий молчал, хмуро глядя на него, как будто он всё ещё был провинившимся мальчишкой, и у Вернона проскользнула мысль, что вот сейчас комендант отдаст приказ, чтобы его выпороли на конюшне… Но вместо этого Пучко опёрся руками о стол и медленно, угрожающе поднялся, прожигая наглого мальчишку взглядом. Сердце невольно ушло в пятки, и Роше едва не растерял всю свою храбрость в этот момент. — ААААААААААА!!!       Вопль, разнёсшийся по Майене, и мёртвого бы поднял, а уж живых переполошил на чём свет стоит. Темерцу впервые довелось наблюдать, как немолодой уже комендант, не медля ни секунды, выскакивает из-за стола и бросается к двери, на ходу выхватывая меч и отдавая приказы переполошившимся солдатам. Совершенно не понимающий, что происходит, Роше бросился в догонку за опытным Климом, уже следовавшим за своим командиром быстрыми, хоть и короткими шагами, не отставая ни на дюйм, в отличие от прихрамывающего юноши.       Причина переполоха нашлась достаточно быстро. Один из солдат, что сопровождали пленников в темницу, сам бросился на коменданта, выскочив с лестницы, ведущей в казематы. Перепуганный и бледный как смерть, он начал лепетать что-то невнятное и указывать пальцем вниз на открытую нараспашку дверь, из-за которой слышались звуки борьбы и ругани. — Т-т-там… Т-А-АМ! — Отставить панику! — скомандовал Демитрий так, что солдата снесло на несколько шагов назад. — Слушай мой приказ, солдат! Докладывать по форме, чётко и ясно!       Бедняга вытянулся в струнку и, заикаясь, выдавил из себя перепуганное: — Ванью живьём сожрали…       В этот момент серые глаза наполнились такой яростью, что Вернон понял — если и был какой-то шанс разрешить всё мирно, то теперь бойни не избежать. И положа руку на сердце, Роше не знал, на чью сторону в этом сражении он вынужден будет встать. — Ну всё. С меня хватит! Я этой упырице лично голову снесу, но не позволю моих людей жрать! Солдат, за мной. Клим, Роше в тыл! Сержант, держать выход! Без моего прямого приказа никого не впускать и не выпускать!

***

      Темница встретила их холодом, сыростью и тишиной. Вернону редко доводилось здесь бывать. Разве что когда на дорогах появлялись какие-нибудь «хозяева перекрёстков», по глупости решившие, что могут побороться за звание Господина этих земель. Демитрий конкурентов не терпел и излавливал в самые кратчайшие сроки. И вот, пока «хозяева» сидели в казематах, Роше периодически приходилось помогать в уборке камер. Было их не много, располагались они вдоль узкого коридора. В одной из этих камер словно кошка с собакой сцепились ведьмак и нечто. Койон был безоружен и явно пребывал не в лучшей своей форме, зато лапы у существа были скованы, что явно не способствовало его скорости и манёвренности. — Запирай! — кричал ведьмак, накидываясь сверху на нечто с неизвестно откуда взявшимся ремнём наперевес для того, чтобы нацепить его на морду твари как намордник. — Запирай сейчас же дверь!       Как оказалось, кричал он это живому, пусть и смердящему Ванье, судорожно ищущему нужный ключ в бесконечно большой связке.       Заметив новоприбывших, чудовище, сливающееся цветом с мраком тюремной камеры, сверкнуло огненными глазами и попыталось скинуть с себя мутанта, но импровизированный намордник мешал это сделать, пока в какой-то момент тварь не смогла перевернуться и, высвободив заднюю лапу, не пнула Койона в грудь. Ведьмак охнул, а существо, замешкавшись всего на секунду, чтобы сорвать ремень, метнулось к выходу. Но не тут-то было.       Клим уже был у двери-решётки, закрывая её перед самым носом твари, навалившейся на железные прутья всем своим весом, но не сумевшей пересилить одного-единственного краснолюда-кузнеца, к которому поспешил Демитрий, отнявший связку и легко нашедший нужный ключ. Щелчок! и ведьмак с существом оказались отделены от всего остального мира. Тварь ударила по прутьям в бессильной ярости, но кроме звона металла ничего не добилась. — Так вот ты какая, нильфгаардская перебежчица, — Демитрий выпрямился и взглянул прямо в глаза чудовищу. — Это ж где в Нильфгаарде враны водятся? — Вран? — Вернон, смотря на… Перебежчицу? ЭТО Дрейка? Перебежчица Дрейка? Он беспомощно стал оглядываться, стараясь найти опровержение слов коменданта, но ни растерзанного женского тела, ни следов крови не наблюдалось. Зато на столе лежали изъятые вещи ведьмака и перебежчицы, а само существо было одето в одежду чёрной.       Чёрная.       Она действительно оказалась чёрной. Хотя нет, даже не так. У твари была светлая, практически белая толстая шкура, покрытая крупными чёрными щитками пластин. Вытянутая, как у змеи, голова с глубоко посаженными неподвижными глазами цвета раскалённого металла и тонкими вертикальными зрачками. Чуть ниже, начиная почти от основания носа и заканчивая недалеко от двух крупных рогов, напоминающих коровьи, пластины отсутствовали, создавая естественный узор волны, очень похожий на символ, который профессор Шейнрин в своё время обозвал «тильда», а на затылке виднелись ещё два маленьких, почти незаметных рога.       Куда больше внимания привлекала огромная пасть, из которой виднелся целый частокол тонких и острых, всё ещё местами окровавленных зубов. Вернон понял, как на самом деле повезло тому парню у корчмы — такая пасть способна откусить ладонь полностью.       У существа были широкие и грубые, из-за куда менее крупных пластин, руки с тупыми, но даже на вид крепкими треугольными когтями. На правой ладони ясно выделялся здоровенный шрам, словно кто-то когда-то проткнул его огромным шилом насквозь.       Едва заметное движение привлекло внимание, и Вернон опустил взгляд чуть ниже на длинный, лишь немного не достающий до земли гребенчатый хвост. Массивный и удивительно подвижный, словно живущий сам по себе. Ступни были ещё более необычными. Размером с его собственные, но куда более узкие в пятке и становящиеся шире, чем у него, к гибким перепончатым когтистым пальцам, покрытым всё теми же чёрными щитками. Крайние пальцы с обеих сторон ступни почему-то были расположены довольно странно, куда ниже остальных, ближе к пяткам и, кажется, были столь же подвижны, как и большие пальцы на руках. Как на таких ногах вообще можно было передвигаться, Вернон представить себе не мог, но существо стояло более чем уверенно, порой чуть приподнимая пятки, как если бы готовилось к броску.       Сейчас на вране была лишь перепачканная кровью рубашка и штаны, но и этого было достаточно, чтобы рассмотреть крепко сбитую фигуру, где даже под толстой шкурой были видны тугие и тренированные мышцы. И только тут Роше понял, что и он, и все остальные видят это существо… Врана? Чёрную. Одинаково. Они все видели перед собой огромную человекоподобную ящерицу. — Что здесь произошло? — не отрывая глаз от существа, спокойно спросил Демитрий. Комендант не выказывал ни удивления, ни былой злости. Но холод серых глаз мог соревноваться с пламенной яростью звериных очей чудовища. — О-о-обыск, г-г-господин к-комендант, — оторвавшийся от стены Ванья пытался прикрыть непотребство мокрых штанов, но получалось не ахти как. Уйти же без прямого приказа из темницы после того, как в ней появился комендант, не представлялось возможным. — С-с-сначала в-выродка, а-а-а-а п-п-по… по-потом энту. Д-д-думали д-девк-ка ж-же. А-а-а она в-возьми и п-преврат-т-тись в энту х-х-хуебень. — Значит, поэтому у этой «хуебени» порвана рубашка в самом интересном месте? — Демитрий прищурился, и Вернон почувствовал, что ему становится совсем не хорошо от этого голоса и взгляда. Сейчас начнётся. — С каких пор я стал дозволять надругательство над пленными? Приказ был — обыскать и запереть! Клим, передай сержанту всыпать этим выблядкам по двадцать плетей каждому! А ещё пошли за Висенной. Ей тоже не помешает на это взглянуть. — А я предупреждал, чтобы сначала её заперли. Аксий у меня, конечно, хороший, но держать его вечно невозможно, — подал голос ведьмак, морщась и приподнимаясь на одном локте. Услышав его слова, существо… вран, резко отступила от решётки, и, развернувшись, в два шага преодолела разделяющее её и мутанта расстояние, на ходу взмахнув скованными руками, после чего ударила наотмашь цепью. Звенья прошлись по касательной, но Роше даже думать не хотел, насколько больно это может быть. Било существо, не жалея сил. — Демитрий, убьёт же парня! — ахнул Клим, пока Койон перехватывал цепь, дёргая на себя и заставляя врана упасть прямо на себя. Клацнули острые зубы, а затем из глотки чудовища вырвался протяжный стон. Роше не видел, что именно произошло, но в какой-то момент тварь просто скатилась с ведьмака, держась за окровавленное плечо. Между пальцами начала струиться свежая тёмно-красная кровь.       Гигантская ящерица упёрлась лбом в пол и прикрыла глаза, хрипло, со свистом дыша и видимо пытаясь прийти в себя. Хвост импульсивно заметался из стороны в сторону. Вернона невольно передёрнуло от этого движения. Существу явно требовалось какое-то время, потому что на севшего и сплюнувшего ведьмака оно не среагировало.       Койон вытер о прелую солому перепачканные в чужой крови пальцы и отполз к стене, привалившись к ней спиной, после чего выдохнул, пытаясь расслабиться. — Почему остановился? — спросил наблюдающий за происходящим комендант, которому в данный момент, видимо, было абсолютно всё равно на то, что он лицезреет перед собой. — А есть смысл продолжать? — слабо улыбнулся через разбитые губы Койон, прикрыв глаза и лишь слегка следя за тем, как мучительно разгибается существо. — Тот удар я заслужил.       Существо повернуло массивную голову в сторону наблюдающих за ней людей, но бросаться на решётку или скалиться не стало. Вместо этого оно, не отрывая взгляда и даже не двигая головой, совершенно по человечески село, скрестив ноги и положив ладони перед собой, после чего замерло, превратившись в до боли знакомую недвижимую статую. — Так говоришь, Роше, что лучше тебя ЭТО только король знает? — саркастично спросил Демитрий. Честно говоря, теперь Вернон вообще ни в чём не был уверен. Он смотрел на существо и не узнавал в нём ту женщину, с которой ходил на уроки. В ней не было вообще ничего похожего на человека! Если он выродок, то это — настоящий монстр. — Клим, ты ещё здесь? Уши окалиной забились? Выполняй, что велено! Я желаю поговорить с нашей гостьей наедине. А ты куда собрался, Роше? Мне очень интересно послушать, что же ты теперь скажешь.

***

— Мы не были представлены, — Демитрий вытянулся, сложив руки за спиной и сверху вниз глядя на тварь, которая смотрела на него своим пустым… Нет, змеиным взглядом. — Что ж. Категорически приветствую. Я — Демитрий Пучко, комендант крепости Майена, в которой Вы соблаговолите находиться. Вернон Роше, как понимаю, в представлении не нуждается. Как я могу к Вам обращаться?       Существо не ответило, всё так же уставившись на Демитрия немигающим взглядом. Рубашка на её плече пропитывалась кровью, но чудовище игнорировало факт собственного ранения. Поняв, что ответа не дождётся, комендант продолжил: — Что ж. Тогда думаю, предложенное Роше «Дрейка» подойдёт для обращения, хотя, как мне известно, ваше племя использует другие клички, — Вернон удивлённо посмотрел на Пучко. Тот говорил так, словно очень хорошо знал, кто такие враны и даже встречался с ними. Но это же невозможно. Они вымерли из-за климата или ещё чего-то там! — Интересный способ прятаться среди людей Вы придумали. А Висенна утверждала, что враны колдовать не умеют. — Это правда, — подал голос ведьмак, чем вновь обратил на себя внимание, но на этот раз существо даже не дёрнулось в его сторону. А вот Вернон окончательно растерялся, кто же перед ним. — Вон там под столом лежит то, что поддерживало иллюзию, — темерец быстро подошёл к тому месту, куда указывал ведьмак. Наклонившись, он поднял небольшой, круглый и до боли знакомый медальон с искусно сделанным отпечатком ладони, из-под которой на него смотрели пустые глазницы черепов. Он видел его всего раз, но забыть уже не смог бы никогда. — Когда Ванья рубашку решил содрать, то случайно задел шнурок, и иллюзия спала.       Демитрий отобрал медальон, как только Вернон подошёл к нему. Осмотрел со всех сторон, не выказывая ни удивления, ни отвращения к тому, что было изображено на маленьком куске металла. — Роше уверен, что решётка вас не удержит, и если я не сумею договориться, то моя Майена умоется в крови. Так ли это? — комендант поднял руку с зажатым между пальцами кругляшом. Существо не ответило и не двигалось, только едва заметный звон цепи выдал то, как крепко сжались кулаки твари. — Что ж. Я не собираюсь проверять это. Если история Роше правдива, Вам нечего опасаться, ведь король Фольтест лично явится сюда и решит вашу судьбу. Если же нет — Вашей судьбой буду распоряжаться я. И только от меня зависит, выйдите ли Вы из этой камеры свободной или сгниёте в ней заживо, — Демитрий развернулся к Вернону и навис над ним могучей и угрожающей тучей. — Ты хотел говорить, Роше? Говори!       С кем? С этим существом? Вернон не представлял, что он может теперь сказать или сделать. Этот… Вран? Его никак не получалось ассоциировать с перебежчицей. Вернону никак не удавалось убедить себя, что оно его даже понимает! Хотя он осознавал, что это совершенно не так. — Дрейка, — позвал он существо. Оно чуть повернуло голову, переместив взгляд с коменданта на темерца, и Роше понял, что пропал. Неважно, похоже это существо на человека и понимает ли его. Взгляд был совершенно другим. И дело не в цвете глаз или вертикальности зрачков. Утратилась то неуловимое спокойствие и бесстрастность, с которым вызимская Дрейка смотрела на мир, когда остальные думали, что она их не понимает. Это существо смотрело на него бездушно-озлобленным немигающим взором, в котором читалась лютая ненависть и расчётливая холодная ярость. — Ты же Дрейка? — спросил Вернон, молясь о том, чтобы существо дало ему ответ. Хоть какую-то зацепку, способную связать его сознание с той женщиной, которая ходила с ним на одни уроки и помогала делать задания. Но оно не ответило. Не дало ни единого знака. Роше выдохнул сквозь сжатые зубы.

Чёрная. Он будет называть её чёрной. Так же, как мысленно он называл перебежчицу.

— Мне нужно, чтобы ты ответила на несколько моих вопросов. Это поможет избежать ненужных проблем и позволит вызволить тебя из темницы без лишних жертв. Господин комендант собирается писать рапорт в Вызиму о сегодняшнем происшествии. И ему, как и мне, нужно узнать причину нападения на тебя этих ведьмаков.       Чёрная склонила голову на бок. И, о боги, столь животный жест оказался столь знакомым, что Роше чуть не улыбнулся. Вот оно. Точно так Дрейка склоняла голову, когда ей требовались пояснения новых или непонятных для неё слов. Вернон хорошо выучил эту её привычку, ведь ещё с той первой помощи женщина часто вот так склоняла голову и спрашивала порой даже о самых простых и незамудрёных вещах. — Ведьмаки — мутанты-наёмники, — Демитрий удивлённо посмотрел на Вернона, который, ни с того ни с сего начал рассказывать прописные истины так, словно не видел в подобном ничего необычного. — Носят на шее амулеты, демонстрирующие, кто они такие и к какой школе принадлежат. Есть Волки, Коты и, вроде, Грифоны. При себе имеют серебряный меч. Они охотятся за… Такими, как ты. Чудовищами.       Чёрная прищурилась и чуть повернула голову назад, к безмятежно сидящему у стены ведьмаку. — Это так. Я — Койон. Из школы Кота. — У Вас был повод напасть на «это»? — вмешался в разговор Демитрий. Ведьмак пожал плечами, но ответил честно. — Я не нападал и не собирался этого делать, если бы не Бреген. Но да, я знал, кем она является.       Чёрная отвернулась, словно бы принимая ответ ведьмака. Её спокойствие казалось странным и неестественным. Животные так не реагируют. Роше одёрнул себя. — Не обязательно говорить, достаточно кивать «да» или «нет», — Вернон постарался говорить как можно увереннее и убедительнее. Но скорее для себя, чем для чёрной. — Ты сбежала?       То, как пристально существо смотрело на Вернона, говорило ему о многом. Например, что он идиот, не умеющий правильно задавать вопросы. Пришлось исправляться. — Ты вернулась в замок после ночи на дамбе?       Неожиданно чёрная моргнула, а после раскрыла чудовищную пасть и мелко затряслась, заставив невольно отступить на шаг. Только услышав хрип, Роше понял, что это было ни что иное, как смех. Тварь смеялась, тихо и хрипло, но совершенно точно как человек. И от этого стало только хуже. Насколько неестественным был подобный жест, настолько же и пугающим из-за острых зубов и кончика огромного языка, что был очень хорошо виден даже в полумраке.       Суть веселья дошла до темерца далеко не сразу, только когда чёрная качнула рогатой мордой из стороны в сторону, а он не хлопнул себя ладонью по лбу. Ну конечно же оно не вернулось. Можно было и догадаться. Воспользовалось шансом сбежать и потому так удивилось первому вопросу. Решило, что Вернон всё это время находился в столице и должен был знать о побеге.       А значит, всё куда хуже, чем он думал. Тварь… Чёрная здесь ни по какому не приказу Фольтеста. И скорее всего, нет, наверняка Фольтест даже не представляет, где может на данный момент находиться его «фаворитка», и как бы не разыскивает её по всей стране.       Оторвав ладонь от лица, Вернон хмуро посмотрел на закованную в двимерит тварь. Почему она оказалась здесь? Не на островах Скеллиге, не в Новиграде и даже не в Махакаме, а именно здесь? Рядом с границей, недалеко от Яруги?       Можно было бы предположить, что чёрная хочет пересечь реку и направиться в Нильфгаард. Это очень подходит легенде Дрейки. Да вот только ЭТА Дрейка — не настоящая чёрная, и делать ей на Юге нечего. Если только не вспомнить, как именно по слухам ТА перебежчица познакомилась с Фольтестом. Точнее, где и когда. За несколько месяцев до битвы на Содденском Холме, как раз в то время, когда силы Северных Королевств стягивались у южной границы Темерии. — Ты хочешь вернуться? Поэтому и идёшь туда, где встретилась с Фольтестом. Ты пытаешься найти путь домой? Но это не Нильфгаард, ведь так? Там, где две луны.       Чёрная не ответила, не шелохнулась, но было что-то такое, что заставило Роше напрячься. Хотя возможно — это был ведьмак, что резко открыл глаза и насторожился. — Не делай этого, пожалуйста, — попросил Койон.       Не делать что? Темерецу потребовалось время, чтобы сообразить, что обращается мутант не к нему, а к чёрной, что настороженно кивнула, как бы отвечая на заданный вопрос, который ей совсем не понравился. — На тебя нападали, пока ты шла сюда? — спросил Вернон и вновь удостоился весьма красноречивого взгляда, повествующего о том, что тварь думает об его умственных способностях. — Да, извини. На тебя нападали так, как это сделали ведьмаки?       Более чёткая формулировка. Нападали ли на тебя те, кому было приказано это сделать. Кто получил заказной лист, как головорезы Могилы, и решил попытать удачу. И вновь отрицательный ответ. Не так уж и плохо. Значит, чёрная смогла скрыться так, чтобы её не нашли. Благодаря медальону или тому, что вран уже неплохо знал людей — не так важно. Однако неизвестный заказчик, по всей видимости, понял это и поднял ставки, наняв профессиональных охотников за чудовищами. И не прогадал. — Ты вернёшься в Вызиму по доброй воле?       Существо ощерилось. Нет, не вернётся. — Почему? Ты планируешь предательство? — Роше, ты всерьез надеешься на честный ответ? — спустя минуту гробового молчания насмешливо поинтересовался Пучко, рассматривая морду врана. К этому моменту темерец и сам понял что сморозил глупость. Но признаваться в этом очень не хотелось. — Ясно. Дознаватель из тебя никакой, Роше. Впрочем, я узнал всё необходимое. — Сможешь ли ты обойтись без кровопролития до возвращения гонца? — подумав, быстро добавил Вернон. — Куда она нахрен денется? — спросил комендант, внимательно наблюдая за реакцией врана. — Милсдарыня же не хочет, чтобы её вещи случайно потерялись? А чтобы этого не произошло, я хочу, чтобы моя крепость и каждый, кто в ней находится, спал спокойно. И тогда, возможно, в конце-концов все вещи милсдарыни вернуться к ней в целости и сохранности. Надеюсь, я «ясно» выразился?       Чёрная долго смотрела на коменданта немигающим взглядом, пока в какой-то момент её пасть не зашевелилась, выдав хриплое, но чёткое: — Yea…

***

      В свой кабинет Демитрий Вернона буквально приволок, удерживая за локоть здоровой руки. После чего пинком ноги подтолкнул к своему столу табурет и приказал: — Сядь!       Роше, и так понимавший, что за сегодня перегнул все возможные палки, подчинился беспрекословно. Пучко же гневно прошествовал на своё место и сел, буквально пригвоздив Вернона взглядом к месту. — А теперь ты подробно, не упуская деталей и, самое главное, честно, Роше — я повторяю, честно — расскажешь мне обо всём. И не смей утаивать! Я прекрасно знаю, когда ты врёшь или недоговариваешь. — Я, — начал было Вернон и осёкся, понимая, что при всём желании не может рассказать всей правды коменданту. Но и промолчи он сейчас — Демитрий с него в прямом смысле шкуру спустит. И плевать ему будет на королевский приказ и то, что Роше уже давно не в его власти. — Я не могу рассказать. Это государственная тайна. — Государственная тайна, говоришь? — прошипел Пучко, зло сощурившись. — Хочешь сказать, тебе доверяют государственную тайну? Думаешь, я в это поверю, Роше?! Ты меня за идиота держишь, что ли?       Под испепеляющим взглядом Демитрия, Вернон почувствовал, как его снова начинает бить крупная дрожь, но не вымолвил ни слова. Это заметил и комендант, который внезапно наклонился и, достав из ящика лист пергамента, хлопнул им о стол, резко пододвинув его к солдату с таким рявком, что уши заложило: — Пиши! — Ч-что писать? — не понял Вернон, отшатываясь от пергамента, словно он был проклят. — Рапорт Его Величеству! Или кто там над тобой командир? И только попробуй что-то упустить! — Пучко скрестил руки на груди. — А я потом прочту. Внимательно прочту, что и как ты там написал, после чего прослежу, чтобы твой рапорт попал куда и кому надо. И упаси тебя боги, Роше, если окажется, что хотя бы одно слово, сказанное сегодня, не совпадает с истиной. Я добьюсь того, чтобы ты получил по всей строгости, как государственный преступник, изменник родины и вражеский шпион!       Вернон тупо посмотрел на чистый лист перед собой, после чего осторожно дрожащей рукой потянулся к перу и чернильнице, едва не опрокинув последнюю. Он не представлял, что и как нужно писать в таких случаях, но пытаться отнекиваться было просто опасно для жизни.       Однако стоило ему неуверенно начать выводить корявым и неровным почерком первые же строчки под пристальным оком коменданта, как тот прервал его гневным рыком: — Кто так пишет? Его вЕличеству! От слова «величие», а не «вилы», бестолочь! — Вернон поспешно исправил ошибку, зачеркнув неверную букву и сверху написав правильную. Взгляд Пучко потяжелел, но комендант промолчал. Правда, хватило его не надолго. — А остальные титулы? — Что остальные титулы? — «Его Величеству королю Фольтесту», а дальше? — Я не знаю дальше, — тихо прошептал Роше, уткнувшись взглядом в ненавистный пергамент, чтобы не видеть глаз своего мучителя, и чувствуя, как предательски пылают кончики заостренных ушей. — Ты до этого рапорты писал? — через некоторое время, словно бы переварив услышанное, спросил уже куда более спокойным тоном Демитрий. — Нет, — честно ответил Вернон, вжав голову в плечи. Это было хуже, чем в детстве, когда он был просто провинившимся мальчишкой. Сейчас он уже вырос, и его незнание в очередной раз играло с ним жестокую шутку. Как можно писать рапорт, не зная, как это делать? Комендант сделал глубокий вдох и медленно, очень медленно с шумом выдохнул. После чего потёр пальцами виски и неожиданно крикнул: — Дементий!       В кабинет тут же просунулось улыбающееся лицо уже немолодого лысого солдата с седой бородкой. Весь его внешний вид был словно насмешка над внешностью самого коменданта Майены. И тем глупее и насыщеннее смотрелась массивная цепь на шее, на конце которой висел медальон с темерским гербом — гордости Дементия. — Да-с, Ваша Светлость? — елейно спросил солдат с неизменной улыбкой. — Дементий, неси ржаную, — со вздохом произнёс Пучко и, подумав, добавил. — И ещё перьев. Их понадобится много. — Ваша Светлость изволит развлекаться? — ехидно спросил мужичок, стрельнув глазами в сторону напряжённого, как струна, Роше. — Моя Светлость изволит писать рапорт Королю! — Тогда может две ржаных и Клим Саныча позвать? — подумав, предложил старый солдат. — Дементий, я собираюсь работать, а не пить! — Виноват-с. Сию же минуту принесу, — лицо скрылось за дверью. — А зачем ржаная? — осторожно спросил Вернон, едва осмеливаясь поднять взгляд на разгневанного коменданта. — Чтоб тебя, дебила малолетнего, не убить, пока буду учить правильно рапорты писать, — честно признался Демитрий, нервно барабаня пальцами по столу. Подумав, он вновь полез в ящик стола и достал оттуда целую стопку чистых листов. — Не хватало ещё, чтобы какой-то щенок позорил меня перед всем королевством.

***

Отчёт по объекту «Некто».       Неожиданно на связь вышел один из наших осведомителей, приставленных к коменданту Майены. Агент утверждает, что у него есть информация государственной важности. Впервые за два месяца прозвучало имя «Дрейка».