В нашем тихом омуте

Даби волнуется. Он волнуется чертовски сильно на протяжении нескольких месяцев. Волнуется за одного единственного человека. Волнуется за него. За Томуру Шигараки. Последний человек, за которого когда-то волновался Даби находится в больнице, на лечении. Даби не против слечь в больницу сам. Только чтобы перестать думать о нем. Перестать думать, что с ним может что-то случится. Что он может умереть, что его могут словить герои, что он скорее сдохнет, чем выберется живой из этой гребаной капсулы.

«Ты что, серьёзно хочешь стать одним из этих страшил? Ному? Лидер, да ты совсем поехал кукухой?»

«Это не твоё дело. А в нашу первую встречу ты сам назвал меня «страшилой», поэтому пошёл к черту.»

Первая встреча. Поехал кукухой видимо Даби. Видимо с того самого дня. Потому что боятся о том, что его красивый лидер превратится в одного из этих чудищ, двадцать четыре часа семь дней в неделю, просто уже невыносимо. Поехал Даби кукухой окончательно тогда, когда назвал его красивым, пускай это никто не услышал. Пускай это были только его мысли. Но, блять. Томура слишком красивый, чтобы портить себя. Даби признает, что тот великолепен, такой какой есть.

А ещё он соскучился, чертовски сильно, за его чудесным голосом

. Даби понятия не имеет, когда закончится вся эта операция для Томуры. Для его Томуры. Не знает точного времени, когда сможет его увидеть. Когда сможет его наконец обнять, чего хочет чертовски сильно, ведь не успел раньше, и чтобы не отпускать. Ни за что. Никогда в жизни.

«Шигараки? Лига? Да плевать я на них хотел!»

Как же самому противно от своих же слов. Как же ему, блять, не плевать. Как же он хочет вернуться обратно, когда они только познакомились. И уйти, когда его прогонят. Только чтобы никогда не чувствовать этого гребаного волнения. Даби хочет, чтобы Томура проснулся. Даби уничтожил всё, чего тот так добивался. Даби хочет, чтобы Томура его убил. Последними его словами будет признание в любви, о волнении, о том, что он ненавидит себя всей душой, которая осталась у него, за эти дурацкие чувства. А Шигараки, увы, не дышит. Даби хочется сжечь всё дотла. Всё здание, всех этих чёртовых героев, только чтобы не смели трогать _его_ Томуру. Чтобы тот мог открыть глаза. Даби решает, что должен сделать для этого всё. Ведь раньше не уследил.