Изгнанники

      Сначала он даже не понял, что он видит. Смотрел, видел, но ничего не понимал. Как это так? Почему Алиса не ощущается как живая? Почему он не видит движений грудной клетки? Почему он не видит движений маны в её теле? Почему он не чувствует пульса на её шее? И почему окружающие на него так странно смотрят?       Что вообще происходит?       Потом его словно пронзило. Алиса же некромант! Она специалист по работе со смертью. Она не может так просто умереть. А значит, нужно скорее действовать, нужно как-то ей помочь!       Он тут же освободился от оцепенения и начал действовать: подхватил блондинку на руки и припустил к медпункту, не обращая внимания на оклики за спиной. Не время мешкать. Он и так уже потерял несколько драгоценных секунд, пока стоял там в ступоре.       Медики должны знать, что нужно делать. Хаширама только за счёт голой силы мог чуть ли не с того света раненых вытаскивать, а здесь с точностью и надёжностью и того лучше дела обстоят.       К медикам он вломился, чуть не снеся кого-то, кто собирался выйти из палатки. На него посмотрели испуганно, даже шарахнулись.       - Скорее, сделайте что-нибудь! – воскликнул Учиха, оглядывая присутствующих на предмет знакомых лиц. Таких не нашлось.       В движение пришёл средних лет мужчина – самый старший из здешних целителей. Велев уложить девушку на ближайшую койку, он провёл над ней рукой, выполняя местный аналог Шосена.       Мужчина напряжённо следил за его движениями, ожидая вердикта. Все подкидываемые сознанием мрачные мысли он старался гнать прочь, не желая верить в то, что всё повторяется.       Ками, боги, демоны, он же только начал нормально жить! Неужели и тут всё по новой?       - Мне жаль вашу подругу, герр, но сделать тут ничего нельзя. – Несмотря на слова сочувствия, Мадара видел лишь в чужих глазах и голосе лишь усталость.       - Что?! – неверяще уставился брюнет на медика. – Нет, нет, не может этого быть. Она же некромант, она не могла там умереть! Это же примерно как утонувший водник!       - Все рано или поздно умирают, герр, даже некроманты. Оставьте её. Нам нужно помочь тем, кого ещё можно спасти.       Чакра ударила в голову. Раз у местных нет своих средств, он использует свои, хоть и старался ими не светить. Но ситуация была чрезвычайная.       Воскрешающее дзюцу было, в общем-то, несложным, но энергозатратным. Мадара не пожалел чакры на воскрешение, но выплёскиваемая им энергия поглощалась телом без какого-либо видимого результата. Учиха напрягся, стараясь «выжать» из себя как можно больше.       Перед глазами как наяву стояли лица всех тех, кого он не смог уберечь. Тогда он был слишком слаб и неопытен, не знал, что нужно делать. Теперь, узнав столько всего и обретя риннеган, он мог спасти близких от чего угодно, даже от самого шинигами.       Так почему же ничего не получается?!       Внезапно из шиноби словно выпустили весь воздух, а в палатке стало гораздо темней. От неожиданности Мадара покачнулся и упал бы, если бы его не поймали.       Подняв голову, он увидел, что его держит Лив.       - Ч-ч-что т-ы…       - Слишком много энергии. Свалишься. – Невыразительное лицо киборга не выдавало его состояние, но его выдавали светящиеся ярче обычного глаза.       - Так, приятель, ты сейчас явно не в себе, поэтому адекватного разговора у нас с тобой не получится, а терять мы тебя не планировали. – Внезапно оказавшийся рядом Владимир шагнул к нему и положил руку ему на плечо, почти на шею.       В голове мелькнула паническая мысль, но тут же угасла, вслед за сознанием.

***

      Лив подхватывает потерявшего сознание шиноби на руки, укладывая чужую голову на своё плечо. Вид у человека был таким беззащитным, каким он его никогда не видел.       Одноглазый Владимир шумно выдыхает и расслабляется, увидев, что Мадара ушёл в перезагрузку.       - Проснётся – убьёт. – Коротко констатирует одноглазый.       Лив чуть пожимает плечами, никак это не комментируя, разворачивается и идёт к выходу со своей такой твёрдой и одновременно хрупкой ношей. На улице стоят другие люди и ждут, когда они унесут чакроносителя подальше. По их словам, испускаемая энергия и её источник ощущались как полыхающее жаром жерло вулкана. Кризалиты были к этому не чувствительны, а из других упакованных в защитную одежду людей подойти к Мадаре решился только Владимир. Ливу тогда словно открылась возможность читать мысли: кризалиту было ясно видно, что все остальные органики мысленно окрестили своего сородича психом.       Впрочем, по мерам кризалитов все люди были неуравновешенными психами. Люди же, в свою очередь, считали кризалитов бесчувственными кусками металла.       - Всё? – напряжённо спрашивает коренастый рыжеватый человек. Самец, судя по растительности на лице.       - Всё. – Коротко бросает в ответ Владимир. – А вы тут орали как раненые бизоны. «Остановите его, остановите». «Он сейчас всё сожжёт»… Ой, yomana…       Остальные его устало-пофигистичный настрой не разделили и посмотрели на одноглазого инженера как на буйнопомешанного. А Лив думает, что тот прав.       Рыжий человек громко выдыхает, и берёт себя в руки:       - Отнесите его подальше, мне нужно посмотреть, что он там сделал. – И уже не боясь заходит в палатку.       Лив задаётся вопросом, не сравнимо ли это с заходом внутрь только-только выключенной и не успевшей остыть плавильной печи, но тут же решает, что нет. Вряд ли бы они тогда туда пошли без защиты.       - Пойдём к вертолётам, – к ним подошёл старый друг Джотто. Вид у кудрявого органика чуть усталый. – Там разместим его от всех нервных подальше.       Лив кивает и идёт вслед за своим приятелем. Ни к чему им сейчас лишний шум и посторонние.       Сказать по правде, кризалита испугала такая резкая перемена в поведении человека. Такие перепады в деятельности организма явно не пройдут бесследно. Плюс ещё энергетические нагрузки. Что бы ни пытался Мадара сделать, потратился он изрядно, раз его так трясло, когда они пришли.       - Клади его сюда, – говорит Джотто, расстелив в одном из вертолётов спальный мешок. Лив тут же следует указанию друга и отходит на безопасное расстояние, памятуя о необходимости восстановления.       - Что произошло? – спрашивает Владимир, когда все четверо устроились внутри вертолёта.       - Я не знаю точно. – Отвечает Лив. – Он увидел Алису и почти сразу же вспыхнул. Мгновенный выброс адреналина. Он очень быстро двигается для своего телосложения. По-хорошему, такое просто невозможно…       - Магия, – небрежно бросает Владимир, словно это всё объясняет. – А вообще, органики не такие уж и хрупкие, как тебе кажется. Обычные люди могли и не такое вытворять, особенно на волне стресса.       - Например? – недоверчиво спрашивает Лив.       - Например, поднять голыми руками груз весом в пару-тройку тонн. Не умереть от раны, от которой должен был погибнуть мгновенно. Ну и вот, – Владимир кивает на бессознательного Мадару, – перед нами экземпляр, использовавший запредельное для экстрасенсов количество своей энергии, чтобы вытянуть другого человека, и оставшийся при этом жив.       - Звучит как-то фантастично, – тянет Джотто, оглядывая Лива каким-то непонятным взглядом.       - Человеческий мозг и в моё время так и не был до конца изучен. Но возможности, по слухам, у него поразительные. Примеры я уже привёл.       Человек устало откинул голову к стене и закрыл глаза.       - Что теперь делать будем? – спрашивает Джотто, кивая в сторону бессознательного брюнета.       - Ничего необычного, – «сонным» голосом отвечает Владимир, не поднимая головы, – держать в тонусе и объяснять, что никто не болен, и никто не умер.       - Не умер? – удивляется вслух Джотто. – Но ведь Алиса и другие тёмные…       - Живы, но парализованы, – перебивает Лив. – Один из местных сказал, что это какое-то особое магическое состояние, вроде летаргического сна. Они скоро очнутся.       - Это Новак сказал? – спрашивает Владимир.       - Да.       - Чёткий мужик. На моего сослуживца похож.       - Так что будем делать? – после небольшой паузы спрашивает Джотто.       - Сейчас мы поочерёдно дежурим у нашего страдальца. Когда проснётся – не даём ему впасть в самоедство и радуем хорошей новостью. – Тут же отзывается Владимир. – Кто из вас не устал – заступайте на пост. А я спать буду.       Владимир ложится на пол. Через несколько секунд его дыхание выравнивается, а мышцы расслабляются. Он спит.

***

      Очнулся Мадара от странного ощущения в голове.       Ему показалось, будто сначала ему в затылок через кость черепа входит длинная игла, а потом в голову вливается тонкой струёй боль, захватывая пространство внутри, как впрыскиваемая в воду цветная тушь. Казалось, что он даже увидел это перед глазами – вливающийся в чистую воду цветной поток, на секунду замирающий яркими облаками и смешивающийся с жидкостью.       Он попробовал открыть глаза, но под веками словно что-то резануло. Он застонал.       - О. – Раздалось вдруг над ним. – Очнулся.       Мужчина всё же сумел продрать глаза. Он уже знал, кого увидит.       - Добро пожаловать в наш дерьмовый мир обратно, – сказал Владимир и захихикал. Только смех был какой-то странный – дежурный, без огонька. Такой смех генерировали кризалиты, когда надоедавшие им люди упрашивали выразить хоть какие-то эмоции. После такой демонстрации надоедалы, как правило, отпадали сами.       - Где я? – выдавил из себя Мадара хриплым голосом.       - В вертолёте. У тебя было состояние, близкое к истощению. Мы с Ливом вовремя подоспели.       В голове словно что-то вспыхнуло, когда он вспомнил. Вспомнил поднимающийся вокруг него вихрь чакры, которую он использовал, чтобы…       - Народ сейчас заканчивает лечение пострадавших и инспектирует бывший эпицентр Разлома. Если специалисты подтвердят, что всё в порядке, то мы пакуем манатки и возвращаемся назад. Потом будем планировать закрытие всех остальных Разломов. После закрытия этого с остальными будет уже попроще.       Владимир договорил и взглянул на брюнета. Тот уставился стеклянными глазами в низкий потолок и как будто даже не дышал.       - Ну начинается… – тяжело вздохнул инженер. Шиноби не обратил на него никакого внимания.       Он сейчас думал о том, что опять, снова, не смог ничего сделать, чтобы спасти дорогого ему человека.       Ксо, у него же было, есть при себе средство, чтобы помочь. Будь у него такая сила раньше, он бы без вопросов спас бы всех, и всё было бы хорошо. Как так вышло, что даже с силой Мудреца Шести Путей он ничего не смог сделать?       Ками, неужели на местных не действуют его способности? Или…       Дальнейшие мысли из головы выбила звонкая пощёчина. Владимир с «сильнейшим магом современности» никогда не церемонился.       - Очнись! Очнись, говорю, лохматый! Впадёшь в депрессию, буду лично тебя чем надо накачивать, чтоб мозги на место встали!       - Алиса… она…       - Да жива твоя Алиса! – грубо и резко перебил он его. Эти слова ввели Учиха в ступор. Он уставился на собеседника с изумлением.       - Сам в шоке, приятель, – сказал Владимир, – но это так. На, вот, хлебни водички и съешь чего-нибудь сытного.       Первое предписание Мадара безоговорочно выполнил – Владимир просто и незатейливо прижал горлышко фляги к его рту.       - Алиса жива? – тихо спросил Учиха, напившись. Так тихо, словно боялся вспугнуть реальность.       - Жива. Но она сейчас ослаблена и нескоро придёт в себя. То же самое с остальными «смертниками». Очнутся – сам у них подробности спросишь, мне объяснили только то, что они в это состояние впадают, чтобы смертельные повреждения залечить.       Мадара почувствовал, как к горлу подкатывает истерический смех.       Жива. Алиса жива. Алиса – жива?       - Т-ты ув-верен?       - Ага. После нашего ухода медики пошли смотреть, что ты там с ней сделал, и как это на ней отразится, а тела не убрали к остальным трупам. Тайны из этого не делают – прямо говорят, что ждут, когда они проснутся.       - Я хочу её увидеть.       - Потом. Сначала трястись перестань. Может, Алиса как раз к этому времени очнётся; спал-то ты долго.       Учиха слабо кивнул и откинулся на свой лежак, облегчённо выдыхая, но не успокаиваясь полностью. Оставался какой-то небольшой осадочек…       - Я чуть было не подумал, что вы не дали мне спасти её. – Поделился он мыслями с приятелем.       Владимир понимающе хмыкнул.       - Я б на твоём месте тоже так подумал.       - Вы специально меня вырубили, чтобы я от истощения не свалился?       - Ага. Местные прям-таки в панике были. Твоя чакра для них была на огромный костёр похожа. Думали, ты там и себя, и Алису сожжёшь.       Мадара издал несколько хриплых смешков.       - А где сейчас остальные?       - Джотто и Этт вчера улетели искать и устранять сбежавших недобитков. С ними часть стрелков отправилась. Медики лечат раненых. Лив здесь, они охраняют периметр, кстати, он вчера ходил узнавать о состоянии наших передовиков – просил передать, что их состояние стабилизировалось – часть из них уже были живы, но в коме.       - А Алиса? Я не навредил ей?       - Её как могли, осмотрели, и ничего конкретного, кроме того, что ты не навредил, не нашли. Ты, кстати, что с ней сделать пытался? Нам чуть мозги не выели чайной ложечкой.       - Я хотел её воскресить.       - Э?! Ты и такое можешь? – Владимир уставился на него изумлённо. А Мадара только сейчас заметил, что пустая глазница мужчины была замотана чёрной лентой. На её фоне кожа инженера казалась белой.       - Я много чего могу. Риннеган даёт своему носителю множество боевых техник. Но я стараюсь особо ими не светить. Я и так в центре внимания как «сильнейший в этом мире». Узнают что-нибудь ненужное – и опять всё по новой.       Владимир крякнул.       - Вот что за хрень такая этот твой риннеган? Прохождение в другие миры, воскрешение… Что ещё ты можешь? Хотя нет, не говори, – тут же открестился мужчина, – лучше никому об этом не говори, а то, не дай Бог, подойдут к тебе с каким-нибудь предложением, от которого невозможно отказаться, всё пойдёт наперекосяк, а обвинят во всём тебя…       - Спасибо, – улыбнулся Мадара, чувствуя, как в груди становится теплей. Вот ведь странный человек. В его мире обычные люди относились к шиноби с неким предубеждением и опаской из-за их способностей. А этот – нет. Да ещё то и дело тыкает носом в полезность «магии» в повседневной жизни. И раз за разом доказывает, что бывают ситуации, когда все сверхспособности становятся ничем и только мешают.       Совершенно не боится, но и на рожон не лезет. И сейчас – беспокоится не за себя, а за него.       - Полностью согласна. – Раздался вдруг смутно знакомый женский голос. Мадара приподнял голову, а Владимир обернулся. – Лучше помалкивай. Новый фюрер у Фолькрейха, конечно, здравомыслящий, но не все вокруг такие же.       В кабину вертолёта вошла знакомая Мадаре женщина – та самая блондинка светлый маг из тройки с непроизносимыми именами. Амалия вроде. Женщина держала в руках что-то, завязанное в чистую тряпицу.       - Завтрак. – Блондинка села рядом с Владимиром и протянула гостинец ему.       - А ты не будешь? – спросил лысый инженер, увидев, что принесено было только две порции.       - Я уже поела. – Женщина перевела взгляд на брюнета. Шиноби поспешил принять вертикальное положение. – Ты уже знаешь, что с тёмными? Понимаешь, что они не мертвы?       Мадара кивнул.       - Владимир мне рассказал. Что это тогда было?       - Этим вопросом задаются все, но не по отношению к тёмным. – Голос женщины стал твёрже. – Ты там своей энергией чуть всех не сжёг! Все видели – как это теперь объяснять общественности?!       - Киньте им теорию Джотто: когда нас мурыжили, он высказал супер-романтическую теорию в духе «Ромео и Джульетты»; типа он хотел сам сгореть и последовать за любимой женщиной. – Ехидным голосом отозвался Владимир, разворачивая принесённое угощение.       Амалия фыркнула, а Мадара вздрогнул и уколол товарища взглядом. Потому что именно такой случай он имел несчастье наблюдать после одного боя между кланами. Тот парень каким-то неведомым образом смог обратить собственную чакру против себя и сгорел заживо. Вместе с телом своей убитой невесты.       И смешного в этом ничего не было.       Но откуда ж ему о таком знать?       - Оставь демонстрацию своего скудоумия для таких же убогих! – Рыкнула светлая. – Это не смешно! Представляешь, какой ажиотаж поднимется?! Некромантам и так ещё не полностью доверяют – ладно, прорывы, но способность поднимать мёртвых никогда восхищения не вызывала!       - Согласен, не смешно. – Спокойно сказал Владимир. – Смешна всеобщая паника. Мало ли чего там кому померещилось? Будут спрашивать – выдадим удобоваримую версию происходящего. Неужели у местных нет никакого безобидного аналога, если воскрешение всех так пугает?       - В моём мире для восполнения сил можно передать чакру. – Сказал Мадара. – Сойдёт за официальную версию?       Владимир вопросительно уставился на блондинку. Та задумалась, а после – облегчённо выдохнула. Сойдёт.       - Ну вот и замечательно, – елейным голосом пропел Владимир. – А теперь, дорогой наш сверхэкстрасенс, настоятельно рекомендую пополнить заряд энергии в организме, – и сунул Мадаре в руки сухпаёк. – Вот тебе элемент питания, что с ним делать и куда вставлять, сам разберёшься. И давай больше без нервов. Они, знаешь ли, не восстанавливаются.       Учиха фыркнул и закатил глаза, выражая отношение к словам приятеля, но последовал его примеру и тоже начал «заряжаться».

***

      Через несколько часов он почувствовал себя достаточно отдохнувшим, чтобы выйти из своего убежища и пойти проведать тёмных магов.       Владимир следовал за ним, готовый, если что, подхватить и тащить обратно.       После разговора с Амалией Мадара в очередной раз ожидал остракизма в свой адрес. И каково же было его удивление, когда он не увидел ни одного враждебного взгляда. Испуганные были, это да, это неудивительно. Но вот откровенное восхищение, как перед богом… Учиха откровенно завис и даже слегка занервничал, находясь под прицелом взглядов группы явно не людей, ощущавшихся почти как демон Кьюби из его мира – от них тоже несло мощной огненной энергией. И все они были юными, рыжими и яркоглазыми. Для дальнейшего передвижения Владимиру пришлось прервать их безмолвный разговор и подтолкнуть Мадару дальше.       - Кто это был? – спросил Учиха.       - Хрен знает. Вроде из Зарии.       Что за странные люди живут в этом мире? То есть, во всех тех мирах, что собрались в этом? Или это ему просто так везёт?       У палатки обнаружился целитель – коренастый рыжий мужчина с короткой бородой и не по-целительски мощными руками. В отличие от предыдущих юнцов – точно человек.       - Dzen dobry, Драгомир. – Обратился к мужчине Владимир. – Jak ono?       - Владимир, – отозвался мужчина. Мадара невольно отметил, что он произнёс чужое имя «неправильно», то есть с неправильным ударением, но ничего не сказал.       Мужчины о чём-то переговорили. Язык шиноби не знал, но некоторые слова были знакомы – их использовал Владимир, когда говорил на своём языке. В конце концов, рыжий целитель махнул рукой и кивнул головой на вход.       - Иди, – сказал Владимир уже на волькише и любезно отодвинул «дверь», – разрешили прийти только одному, чтобы не напрягать пациентов.       - А ты?       - А я тут постою.       Очнувшаяся Алиса выглядела устало, но только этим дело и ограничивалось. Мадара почувствовал, как из тела выходит всё скопившееся напряжение, когда он увидел, что с ней всё в порядке.       - Привет, – улыбнулась ему блондинка, – как тут дела без нас были?       Он ответил не сразу. Радость подкатила к горлу и мешала произнести хоть слово.       Пожалуй, только сейчас он в полной мере осознал, каким для него стало важным всё и все вокруг него. Как ему стала важна Алиса.       Она ведь была первой, кто не отвернулся от него за долгое время. Она не отвернулась от него, когда узнала о его не свершившемся плане по изменению мира. Даже когда он пришёл убить её, она не посмотрела на него как на врага – она поняла, что с ним что-то не то. Хотя они тогда были знакомы от силы пару дней и ничего, в сущности, друг о друге не знали.       Даже наоборот: разглядела проблему, вылечила, не дала впасть в отчаяние, подарила ему новый дом, новый мир, новую жизнь. Ему, мировому преступнику, Демону Учиха…       Не будь её, где бы он сейчас был?       - Эй, – позвала она его, не вставая со своего места. – Ты чего там?       - Всё хорошо, – выдавил он, подходя ближе и присаживаясь рядом. – Всё хорошо.       - Мне сказали, ты что-то со мной сделал. То ли чуть не сжёг вместе с собой, то ли воскресить пытался. Я себя на удивление хорошо чувствую.       - Разве?       - Ну да. Обычно по пробуждению всё тело ноет, как после долгих нагрузок. А сейчас нормально. Только слабость ещё чувствую.       - У тебя маны мало.       - Да, но не страшно, восстановится.       Хмыкнув, Учиха просунул одну руку под тело девушки, приподнимая её и садясь на койку. Мужчина практически уложил тело на себя и сложил руки на чужом животе, аккуратно передавая имеющуюся чакру.       - Что ты делаешь, Мадара? – ровным голосом спросила блондинка, не делая даже попыток выбраться.       - То же, что и в прошлый раз. Передаю тебе чакру, чтобы ты быстрее восстановилась.       - А, так вот оно в чём дело. И как же ты до такого додумался?       - Я испугался. – Честно ответил брюнет. – Я попытался использовать технику Внешнего Пути, чтобы вернуть тебя к жизни, но ничего не получалось.       - Хм… занятно, – задумчиво протянула Алиса. – Не знала, что ты и такое можешь.       - Я способный, – мужчина чуть улыбнулся. Некромантка хихикнула.       - Интересно, как при этом взаимодействовали наши с тобой энергии. Впрочем, при состоянии Хсены тело и душа защищены от направленной на них магии…       - Каком состоянии? – Мадара посмотрел собеседнице в лицо.       - Состоянии Хсены. Это то состояние, когда душу из тела вышибает. Тело мертво, но душа рядом, восстанавливается, чтобы вернуться. Название дано по имени той некромантки, которая первая научилась в него впадать.       - Вот как… – чуть удивлённо пробормотал Учиха. И тут же вспомнил: – Но ведь медики сказали, что ничего сделать нельзя! Они не упоминали ни про какое состояние!       - Тот, кто с тобой говорил, скорее всего, и сам о нём не знал. О нём вообще немного кто знает. Вернее, раньше не знали. – Алиса открыла один глаз и покосилась взглядом на соседнюю койку, занятую какой-то женщиной. – А ты чего так этому удивляешься? Ты же сам был в этом состоянии.       - Чего?! – мужчина чуть не подпрыгнул от удивления. – Когда это было?!       - Не кричи, – чуть скривилась девушка. – Тогда, когда я тебя нашла. Помнишь, я говорила, что почувствовала, что ты не мёртв? Я ещё тогда удивилась, потому что ты явно не тёмный, но используешь наши приёмы. Разве это не было состояние Хсены, или как его у вас называют?       Мадара вспомнил. Точно. Изанаги. Она приняла Изанаги за какую-то свою некромантскую технику?       - Не-ет. Это другое. Наверное. Это одна из способностей определённого уровня шарингана, и доступна она только Учиха. Я понял, о чём ты, но нет. У нас вообще некромантии нет.       - Разве? А я слышала, что в Конохе велись какие-то разработки в области некромантии.       - Да, Эдо Тенсей. Но до этого ничего подобного нигде не было. У нас нет, и не было некромантов.       - Вот как… Понятно… Прости тогда, что напугала. Не думала, что ты так отреагируешь.       - Ничего. Ты ведь не знала.       Учиха обнял её крепче. Алиса положила свою руку на его.

***

      Вышел Мадара только тогда, когда его выгнал тот рыжий целитель. Ещё раз послушав его ругань, Учиха припомнил, что похоже говорили ривьяканцы.       Алиса осталась в палатке. В целом, самочувствие у неё было в порядке, но она всё ещё была вялой. Как она сама сказала: «Словно наелась до отвала и теперь перевариваю». Медики подозрительно поглядывали на Мадару – это объяснялось его памятным неудавшимся воскрешением. Алису они решили обследовать на предмет того, как на неё повлияла чакра.       На улице уже было довольно темно. Причём не столько из-за того, что солнце уже почти село, сколько из-за теней, даваемых горами. Туман уже давно рассеялся, и там, где ещё вчера был Тёмный Источник, теперь виднелся обычный громадный каньон, из которого потихоньку уходили остатки тёмной энергии.       По дороге к палатке, где размещались маги из Фолькрейха, Мадара встретил знакомых людей.       - Мадара, привет! – заметив его издалека, Джотто махнул ему рукой.       - Смотрю, тебе уже лучше. Не рванёшь сейчас куда-нибудь опять? – ехидно поинтересовался Владимир, когда Учиха к ним подошёл.       - Почему же? Рвану. Очень даже рвану. Пешком, да в Фолькрейх через горы. Нашим наверняка сильно досталось, надо там помочь. – С небольшой усмешкой отозвался шиноби, вызвав ряд смешков.       - Да, я тоже слышал, – без улыбки отозвался Джотто. – В южных странах, говорят, ситуация лучше.       Учиха неопределённо хмыкнул.       Разумеется, на юге было лучше. Полоса Пустошей, делившая материк пополам, разделяла страны почти как кишащее чудищами море. Кто-то как-то рассказывал, что Инквизиторское движение, вторгшееся в другие северные страны и нашедшее там союзников, хотело начать движение на юг, но их ощутимо потрепало при переправе через горы, а софалийцы пресекли их авантюру даже не отпором, а щелчком по носу.       И этот самый щелчок отбросил их в другую южную страну, где они нашли информацию о местонахождении Ядра и отправились туда.       Алиса как-то поделилась мыслями о том, что когда всё кончится, и люди вернутся к мирной жизни, обучать новых тёмных пригласят кого-то с юга. Мадара был склонен с ней согласиться, потому как других вариантов пока не видел.       Из северных стран лучше всего с тёмными обстояло дело в Варии. Опять-таки из-за моря. И ещё потому, что основное внимание «борцов с Тьмой» было направлено на юг, преимущественно на Софалу.       - Ладно, ребята, пойдём. – Прервал их невесёлые думы Владимир. – Подумать о грустном время будет всегда, а сейчас всем отдыхать надо. Помнишь, что скоро твоя очередь дежурить?       Секунду Джотто смотрел на одноглазого, а потом что-то досадливо простонал на своём языке, впечатывая ладонь в своё лицо. Владимир широко заулыбался и негромко рассмеялся. Мадара тоже невольно усмехнулся.       - О том и говорю. Пошли.       Впрочем, далеко они не ушли, а задержались у того места, куда относили убитых. Тела не сжигали сразу, а собирались увезти обратно и там похоронить. И когда они проходили мимо, там кто-то стоял и явно пытался умыкнуть чьё-то тело.       Первым вторженца заметил Джотто и первым пошёл его отлавливать.       А так как бывший сержант итальянских ВВС Беллини ничего делать тихо не умел, то такое простое действо по итогу сопровождалось военными матами на итальянском и невнятными воплями неизвестного, по звучанию больше похожие на второй язык Торгни.       Ночное зрение двух других мужчин позволило разглядеть неудачливого вора: оба успели разглядеть короткие белые волосы и неестественно широкую пасть. А потом резко стало не до разглядывания, так как незадачливый ворюга попытался откусить кусок уже от Джотто.       Со злобным возгласом Владимир выхватил пистолет и всадил беловолосому в бок две пули, отвлекая на себя. Повалив лётчика наземь и зажав его горло двумя руками, тот повернулся к нему с широким оскалом.       - А ну не смей! – выкрикнул Учиха, используя давление КИ, от которого того с размаху притянуло к земле. Джотто тут же отскочил, собираясь добить, но брюнет его остановил.       Мадара не спешил убивать это существо. Потому что оно было ему знакомо.       - О, здарова, – заметив знакомое лицо, мутировавший лич Валиус сварливо поздоровался, срастив рот до нормальных размеров. – Не признал тебя сперва.       - Что ты тут делаешь?       - А сам как думаешь? – фыркнул беловолосый, закатив красные глаза. – Тут же была бойня и опупеть какой разлив Тьмы! Что ещё может делать кто-то вроде меня в месте вроде этого?! – Валиус обвёл рукой пейзаж вокруг себя.       Отряхивая свою потрепанную одёжку, беловолосый поднялся на ноги. Всаженные в бок пули, казалось, ничем ему не мешали. Учиха смог рассмотреть, что выглядел лич не в пример лучше, чем в их первую и последнюю встречу. Кожа всё ещё оставалась такой же мертвенно-бледной, а тело – худым, но уже как будто без прежней болезненности. Как бы странно это не звучало при описании нежити.       - Кто это такой? – низким голосом спросил Джотто, держа наготове свой армейский нож. Он тоже успел отойти подальше и встать на ноги.       - Старый знакомый, – ответил Учиха. – Встретились тогда, когда мы с Владимиром пропали. Ты Валиус, правильно?       - Ага, – тот широко улыбнулся, демонстрируя свои пильчатые зубы. Мадара нахмурился. Видеть знакомое лицо, искажённое чем-то… нечеловеческим, было весьма странно и даже слегка жутко. Усугубляло положение ещё и то, что Валиус, как и Ута на момент их первой встречи, не ощущался живым.       - И всё-таки, что ты тут делаешь? – подозрительно сощурив шаринганы, спросил у лича Учиха.       - Вообще я шёл на юг, – спокойно отозвался Валиус, – но по пути завидел здесь свежую человечину. – Он повернул голову в сторону покрытых тканью тел. – И знаешь, мне как-то даже не особо и хочется их есть. Знаете, такое ощущение, когда вроде и не прочь подкрепиться чем-нибудь вкусным, а вроде и можешь обойтись. Я почему-то уверен, что это из-за влияния чакры, – беловолосый посмотрел на Мадару. – Но проверить мне, понятное дело, не на ком.       От Валиуса действительно ощущалась чакра, но было её не в пример меньше, чем у любого взрослого шиноби, и тягаться с Мадарой он смог бы, но явно недолго. Такая величина скорее подошла бы ребёнку шиноби.       Беате бы посмеялась: чувствует шиноби ребёнка – а там взрослый полумёртвый мужик, который не прочь тобой пообедать.       - Я уже неделю особо ничего не ел, – продолжил лич. – Но мне немного жалко, что вы так быстро пришли – в рамках самообороны я бы мог съесть этого кудрявого парня. – Валиус кивнул на Джотто с лукавой усмешкой.       - Съел бы – я бы тебя из-под земли достал, – прорычал Мадара. Валиус хмыкнул.       - Понимаю. А где, кстати, твоя подруга-некромант? Она вроде бы должна быть здесь?       - Тебе что за дело?       - Ничего, – пожал лич плечами. – Просто спрашиваю о её здоровье. Слышал, что всех некромантов собирают на передовую, так что она наверняка там была.       - Она жива, – всё же ответил Учиха. Похоже, лич и правда не собирался никак ей вредить.       - Я знаю, что она жива, – отмахнулся беловолосый. – Такие некроманты, как она от подобного не умирают – я спрашиваю о её состоянии. Потрепать её всё-таки должно было сильно – не смертельно, но сильно.       - Что значит «такие некроманты, как она»? – не понял Джотто. Владимир тоже смотрел заинтересованно.       Валиус чуть озадаченным взглядом проследил за реакцией Мадары.       - Надо же, а ты тоже не знаешь, – протянул лич. – Ладно они – обычные люди, но ты вроде как типа маг и близко с ней общаешься, мне казалось, ты в курсе.       - О чём ты, демон тебя подери, говоришь?       - Твоя подружка – одна из некромантов «старой закалки», – соизволил пояснить лич с любезной улыбкой. – Эти ребята проходят ритуал бессмертия. Грамотного или просто сильного некроса и так и так хрен убьёшь, а таких, пожалуй, только обезглавливание зачарованным оружием упокоит.       Валиус довольным взглядом оглядел впечатлённых людей.       - А ты откуда об этом знаешь? – скептически спросил Владимир. – Не похоже, чтобы эта информация была особо распространённой.       - Это да – слухов много, но не все – правда. Слухи о бессмертии ходили, но теперь все думают, что это неправда, ведь их всё-таки убивали. Ритуалы бессмертия проходят обладатели многих Даров, не только некроманты – они весьма опасны, и не каждый кандидат выдержит и станет бессмертным.       - И что же станет с таким неудачником? – почему-то Джотто показалось, что он уже заранее знал ответ.       - В случае с некромантами неудавшийся кандидат станет личем, – ровно отозвался Валиус, как-то хитро щурясь. – Причём иначе личи не появляются – только когда человек слишком долго остаётся за Гранью. Смекаете?       - Ты сам проходил этот ритуал, – сообразил Учиха, вспомнивший название видовой принадлежности собеседника.       - Ага, – оскал Валиуса стал каким-то сумасшедшим. – И не прошёл. Лет тридцать назад это было, я один из нашей группы неудачников смог сбежать, пока мне там башку не отчекрыжили. А теперь я эволюционировал, и мне уже не надо есть так много людей. Спасибо за это вашему миру. – Валиус поклонился Мадаре, но с каким-то издевательским выражением лица. – Ладно, пойду я дальше. Ваших не трону, клянусь.       Беловолосый лич повернулся, чтобы уйти, но на секунду остановился.       - Ах, да, и ещё кое-что. Если не хочешь, чтобы твоя леди стала как я, то следи за своей некроманткой, шиноби. Людей нашей профессии возможность превратиться в нежить преследует всегда.       И, никем не сдерживаемый, разумный мертвец исчез среди скал.       Трое мужчин остались стоять на месте.       - Мадара, – разрезал тишину голос Владимира. Двое товарищей посмотрели на него. – Пока не забыл: если вдруг со мной что-то случится, не воскрешай меня. Ни в коем случае. Никогда.       Одноглазый молча развернулся и ушёл. Джотто и Мадара молча смотрели ему вслед.