Омут

      За окнами пел и благоухал душистый май. Легкий ветерок ворвался в распахнутое окно на восьмом этаже, в башне Гриффиндора. Спальня девочек была непривычно тиха и пустынна, одна лишь Гермиона Грейнджер стояла перед зеркалом, в одном нижнем белье, глубоко-красного цвета, и придирчиво оглядывала себя. Бюстгальтер, искусно вышитый розами и ажурные трусики казались ей черезчур откровенными, но находится в них было удобно и поэтому она не стала ничего менять, быстро набросив и застегнув мантию, Гермиона мельком выглянула в окно и с удовольствием убедилась, что Рон, Гарри и Джинни сейчас на поле для квиддича. Хоть матчей уже и не проводили, но поскольку шестой курс никаких особых экзаменов не сдавал, ребята просто развлекались. Коридоры были залиты вечерним отсветом, и никем не замеченная Гермиона с легкостью сливалась со стенами под Дезиллюминационными чарами. Они не договаривались о встрече, но закрытая дверь покоев профессора насторожила Грейнджер. В это время он почти всегда был здесь, а сейчас его не было ни в кабинете зелий, ни в кладовках. Решив подождать, она взобралась на этаж выше и уселась на подоконник, откуда было видно начало коридора подземелий. Минут через двадцать ожидания, мастер зелий пролетел мимо нее по лестнице, так резко крутанувшись на площадке, что мантия хлестнула Гермиону по ноге и она дернулась от неожиданности. Даже этого хватило, чтобы Снейп замер и оглянулся через плечо, подозрительно рассматривая пустой проем. Скользнув взглядом по окну, он равнодушно отвернулся и пошел вниз медленнее. Гермиона сняла туфли и в одних подследниках тихо двинулась за ним. Он открыл дверь и словно случайно посторонился, будто проверяя, не идет ли кто сзади. Этого хватило, чтобы Гермиона скользнула впереди него. Захлопнув дверь, Северус повернулся и глядя прямо на нее, произнес: — Можешь снимать чары!       Гермиона хихикнула и отменила заклинание, отложив туфли, она подошла к нему и встала на цыпочки, обвив руками шею: — Только чары, профессор?       Его глаза жадно пожирали личико этой милой нахалки, в которой похоть удивительным образом сочеталась с нежностью и наивностью. Его маска начинала трещать по швам и отваливатся по кусочкам и первыми сдались губы — они изогнулись в улыбке. — Минус пять баллов Гриффиндору за редкостное нахальство! — Сказал он. Гермиона прижалась еще теснее, ощущая как в живот начинает упиратся его твердеющий стержень. — Я отработаю, сэр, если вы позволите…       Она отступила на шаг, и Снейпу показалось что его лишили чего-то очень важного, так хорошо чувствовал он себя в ее объятиях. Но потом все мысли улетучились у него из головы, потому что гриффиндорка сбросила свою мантию, а под ней оказались невероятно сексуальные ажурные красные трусики и такого же цвета бюсгальтер, через узор которого просвечивала грудь. — Всегда задавался вопросом… — Начал он медленно, постепенно овладевая своим разумом — Что такая прекрасная гриффиндорка могла найти в профессоре зельеварения, который вечно застегнут на все пуговицы сюртука?       Она подошла и взялась пальчиками за первую черную пуговичку: — Твой образ очень нравится мне, о нем можно говорить вечно. То как ты двигаешься, как смотришь, как говоришь… Даже этот чертов сюртук и рубашки с миллионом пуговиц не портят тебя. В тебе есть сила — моральная и физическая.       С каждым ее словом пуговицы сдавались одна за другой, пока сюртук не был отброшен на стул. Северус сжимал в ладонях ее тонкую талию и молча смотрел как она принялась за рубашку. Брюки упали к его ногам и он отодвинул их, но когда Грейнджер выпустила из боксер его член, то Снейп попытался подтолкнуть ее к спальне и завладеть собственнически, как часто бывало. Но она неожиданно толкнула его на ковер у камина и ему вдруг захотелось принять правила ее игры. Он опустился на длинный ворс, в котором так любил греть ноги и остался полулежать на локтях. Гермиона с ухмылкой посмотрела на него и отойдя на пару метров, запустила большие пальцы под край трусиков, и начала медленно снимать их, чуть покачивая округлыми бедрами. Изящно переступив их, она так же медленно сняла бюсгальтер, и пару секунд стояла, держа в ладонях свои груди. Северус с нескрываемым интересом следил за ее движениями, и когда она опустила руку вниз, расставив ноги пошире и начала ласкать свою киску, переодически трахая себя указательным пальчиком, то он не выдержал и начал жестко дрочить, наблюдая как Грейнджер раздвигает свои складочки и касается припухшего клитора, а ее пальцы блестят от влаги. — Иди ко мне… — Он бы сам не узнал свой голос со стороны, в нем слышалась мольба. Гермиона подошла и расставила ноги по бокам от его бедер и начала медленно опускатся, садясь на шпагат. У Северуса от удивления расширились глаза, но знаменитая всезнайка уже приближалась к нему, уперевшись ладошками в плечи. Он направил член в нее и застонал, когда она невыносимо медленно нанизалась на него до самого конца, а потом приподнялась и оставила внутри лишь головку, поджимая ноги и усаживаясь на нем поудобнее. Северус тотчас обхватил ее талию и начал резко насаживать на себя, толкаясь бедрами снизу и рыча как раненый зверь. Гермиона закричала от того как сильно и мощно он вторгался в ее лоно, чтобы как-то облегчить свое положение, она откинулась назад, держась за его ноги, но Снейп не церемонясь поднял колени и опрокинул ее на себя, вцепившись в задницу пальцами он широко развел ее ягодицы и стал вколачиватся снизу. Она взвизгнула так громко, что он накрыл рот, ладонью, но тотчас отпустил, ее губы были слишком хороши, чтобы прятать их. Однако Гермиона потянулась за его рукой, лизнув костяшки пальцев и вобрала в рот два, играя с ними язычком и посасывая их, не хуже чем член. Снейп уже знал, что ей нравятся его пальцы во рту и поэтому поощерял ее, скользнув по щеке изнутри и гладким зубкам. — Северус! Тебя так много… — Проскулила она, выпустив пальцы и вонзая ему в плечи свои коготки. Снейп вместо этого схватил ее одной рукой за волосы на затылке, а другой удерживая ее задницу. — Будет много, когда я займу все три твоих отверстия, и ты не сможешь больше говорить таких глупостей! — Рыкнул он, и не выходя, перевернул ее на спину, надвисая и любуясь разметавшимися в свете камина каштановыми кудрями гриффиндорки. — А пока я выдеру тебя жестко, потом разрешу кончить и продолжу играть с тобой! — Звучит заманчиво, Северус… — Гермиона простонала его имя, когда он начал вколачивать ее в пол, сжимая груди в ладонях он легонько кусал соски и переходил с быстрых толчков на медленные. Большой палец его нашел клитор и обводил по кругу, дразня и надавливая. — Сев… — Моя девочка… — Он почти накрыл ее тело, чувствуя как плотно она обхватила его ногами и впился ей в шею зубами, двигая бедрами в сумасшедшем ритме, слыша как шлепаются яички о ее задницу, которую он сегодня еще хотел растянуть. Финал был резок, так что в глазах почернело, а изо рта вырвался звериный рык. Содрогаясь он извергал теплую сперму в податливое мягкое лоно и все еще сжимал рефлекторно бедра, подавая их вперед. В ней было хорошо и не хотелось выходить, но она еще не закончила — он это знал, и поэтому перевернувшись на бок, очистил их заклинанием, и погладил по кругу ее напряженный живот, лобок и поддразнивая надавил большим пальцем на клитор, заставляя Гермиону скулить и извиватся. Его длинные пальцы скользнули дальше и вошли в нее до предела. — Я. Владею. Тобой. — Четко произнес он и тотчас безымянный палец проник в ее попку. — У меня еще планы на это местечко на сегодня. — Он ухмыльнулся, видя как расширились ее глаза и начал трахать ее пальцами, не отрывая взгляда от ее лица. Он стоял на локте и она задыхаясь вцепилась в его плечо, отдаваясь целиком, на волю этих гипнотизирующих черных глаз. Мышцы внутри запульсировали, когда он согнул палец и коснулся передней стенки внутри нее. Зажмурившись, Гермиона сжималась вокруг его руки и весь мир сошелся в этих черных глазах и чутких пальцах. Он вытер руку и лег на спину, поглаживая гермионины стройные бедра и живот. Ее тонкая ручка так доверчиво смотрелась поверх его тела, что Снейп невольно задумался о том, что хотел бы видеть такое зрелище гораздо чаще. Накрыв ее ладонь своей, он повернул голову и встретил ее расслабленный медовый взгляд. Ему захотелось что-нибудь сказать, но слов не было, были только тишина и покой. Неизвестно, сколько продолжалось блаженное небытие, в котором не было Волдеморта, Дамблдора, раздражающих учеников и собраний Ордена. Северус отдал бы за это состояние все на свете, но в реальность его вернул стук в дверь. Гермиона моментально вскочила, в спешке пытаясь надеть хоть-что нибудь, в итоге она схватила мантию Северуса и закуталась в нее. — В спальню! — Скомандовал он, молниеносно натягивая брюки и спешно застегивая рубашку. Она кивнула и скрылась за соседней дверью. Пуговицы застегнулись «не на ту», и Снейп быстро запихал неровные полы в брюки. Стук повторился. Чертыхаясь под нос, профессор зельеварения открыл дверь и недовольно протянул: — Помона…       Декан факультета Пуффендуй, низенькая и толстая Помона Стебль, профессор травологии, глянула на него снизу вверх добродушными круглыми глазами и извиняюще произнесла: — Добрый вечер, Северус, я не хотела тебя отвлекать, но еще совсем не поздно, и я надеялась тебя застать. Понимаешь в чем дело… Нет, лучше я внутри расскажу, если ты позволишь…       Снейп молча посторонился. Миссис Стебль вкатилась в гостиную и затараторила: — Понимаешь, Северус, в моей теплице стала пропадать аренария, а зелье Сна-без-снов не сварить без нее. — Да, припоминаю, что неделю назад ты одалживала ее из моих запасов — Ворчливо отозвался Снейп, зная, как Помона зависит от бессоницы. — Да, я помню, но можно тебя попросить дать еще немного? Я уже попросила Филиуса наложить более хитрые охранные чары на теплицы, но пока я выращу новую…       Северус молча прошел в подсобку и вернулся с небольшой коробочкой. Отдав ее профессору Стебль, он выслушал ее благодарности и закрыл дверь. Пройдя в спальню, он раздраженно бросил на ходу: — Филиуса она просит об элементарных чарах, меня об ингридиентах… Интересно, пуффендуйцы совсем ни на что не способны? Порой мне кажется что их факультет завели вообще из жалости! — Если бы у тебя кто-то посмел воровать из кладовки, ты решил бы эту проблему раз и навсегда, с очень печальными последствиями для нарушителя… — Тихо произнесла Гермиона, подходя к нему. — В позапрошлом году, у меня пропадали златоглазки и шкура бумсланга. Я думал, это Поттер, но как оказалось — это был Крауч. — А помнишь на моем втором курсе у тебя пропали те же ингридиенты, но вора ты так и не поймал? — Заговорщицки произнесла она, обходя его по кругу, как добычу. Северус следил за ней глазами, стиснув пальцы в замок за спиной. Когда она оказалась перед ним, он глубоко вздохнул, стараясь не вспоминать что на ней кроме его мантии, которая волочится за ней по земле, ничего больше нет. — Так вот это я тогда воровала у тебя, для оборотного зелья! — С этой торжествующей ноткой, она сбросила на пол мантию. — Значит, я накажу тебя сегодня так, как посчитаю нужным! — Произнес он ледяным голосом, но этот огонь в ее глазах было уже не погасить. Снейп понял, что потерял над ней власть, она уже никогда не будет боятся или серьезно относится к его приказам. Ему никогда не нравилось, чтобы что-то выходило из-под его контроля. Рывком он схватил ее за талию и прижал к себе, но даже тени страха не было в ее глазах, наоборот, она обвилась ногой вокруг его бедра, потеревшись бесстыдно лобком о его член, прижимаясь к нему так исступленно, что Снейп даже забыл о том как сильно хочет отодрать ее без всяких нежностей. Запустив пальцы в ее волосы, он склонился и впился поцелуем в ее губы, вторгаясь в ее ротик, сминая и посасывая розовые губы. Она охотно отвечала, как всегда сдаваясь и открываясь перед ним полностью. Еле оторвавшись, он приник к ее шее, ощутимо укусив сбоку. Гермиона не выдержала и застонала, снова поерзав лобком по его брюкам. Убедившись, что она потеряла голову окончательно, Снейп шепнул заклинание и тотчас к нему прилетели из ящика стола игрушки Гермионы — Ты уже достаточно влажная малышка! — Тихонько произнес он на ухо, щекоча волосами лицо. — И я теперь знаю, как именно тебя наказать! — Меня не так-то просто наказать, профессор! — Фыркнула Грейнджер. Снейп подвел ее к диванчику возле камина и положил через плюшевый подлокотник. Призвав игрушки Гермионы из ящика стола, он строго спросил: — В прошлый раз я приказал тебе пользоватся увеличенной анальной пробкой раз в день. Ты это делала? — Конечно, сэр! Проверьте сами! — Она с готовностью раздвинула ноги пошире, и ее вздернутая почти вертикально попка, покачнулась. Снейп встал на колени рядом с подлокотником и внимательно изучил блестящую влажную дырочку и вторую — намного меньше. Вытащив пробку из коробочки, он произнес: — Энгоргио!       Игрушка в его руке значительно увеличилась, и собрав смазку с лона, он перенес его к анусу, медленно протолкнув пробку внутрь, удволетворенно отметив, что Гермиона даже не пискнула, только немного напряглась. Встав, он помассировал ее ягодицы, среди которых торчал теперь зеленый кончик пробки. — Тебя не наказать в обычном плане. Можно иметь тебя вдоль и поперек, в рот, в попку и во всех позах, но тебе лишь приносит это удовольствие и опыт. Значит твое наказание будет отсутствие секса. — Злорадно прошептал он ей на ухо, и избавившись от одежды, пристроился сзади, только водя членом вдоль ее распухшей щелки. — Ты будешь готова умолять вставить в тебя хоть что-нибудь, хоть палец или вибратор.       Гермиона застонала, взбрыкнув задом, но Снейп моментально схватил ее и пригвоздил к подлокотнику, продолжая дразнить каменным стояком. — Думаешь, тебя никак не смутить? — Спросил он, двигая пробку внутри.       Гермиона с вызовом оглянулась через плечо, но ее раскрасневшиеся щеки и затуманенные глаза только повеселили зельевара. — Не забывай, ты должна заслужить, чтобы в тебе что-то побывало! — Пусти меня, и я заслужу! — Не так просто, моя девочка… — Почти промурлыкал он, и потянул ее за плечи, позволяя поднятся и встать в полный рост. В тот же миг на глаза опустилось что-то шелковое и плотное. Завязав это узлом на затылке, Северус тихо отступил, любуясь ее беззащитной фигуркой. Она вытянула вперед руку и чуть покачнулась, но он подал ей свою, а потом беззвучно зашел за спину. Гермионе показалось что он исчез, но вот ее ухо обожгло горячее дыхание, а вот неожиданно и очень щекотно прошелся волшебной палочкой по спине от шеи до ягодиц. Его отсутствие рядом просто сводило с ума, а волшебная палочка уже переместилась на грудь и выписывала по ней узоры, обводя твердые розовые соски и поднимаясь выше, к чувствительным местам у ключиц… Гриффиндорка вытянула руки, но не ощутила впереди себя своего мучителя и догадалась что он стоит где-то в отдалении, леветируя палочкой. Когда прикосновения вдруг прекратились, она неуверенно позвала в темноту: — Северус? — Да? — Мягко отозвался он откуда-то спереди. — Освободи меня от повязки, пожалуйста! — Зачем?       Гермиона облизнула пересохшие губы: — Я хочу видеть тебя! — Зачем? — Потому что это необходимая составляющая! Я хочу видеть все, что делаешь со мной, чувствовать твое тело! — А еще? — Его баритон стал почти мурлыкающим, и она поняла, что он приблизился. — Еще… Я хочу что бы ты меня взял, целиком, как ты хочешь! — Выдохнула Грейнджер и застонала, потому что его язык прочертил тонкую линию по ее груди. Покачнувшись, она почувствовала горячие руки, схватившие ее за талию, и со стоном облегчения, прижалась к его груди щекой. Северус внимательно смотрел на эту необыкновенную девушку, которая так хваталась за него, будто он был спасением и чем-то большим в ее жизни, чем просто профессор, который развлекался со своей ученицей. Отогнав за долю секунды эти мысли, Снейп довольно грубо развернул ее, и положил опять через подлокотник, попутно снимая повязку с глаз. Когда он вынул пробку и провел членом по всей промежности, Гермиона обеспокоенно спросила: — Ты же не собираешся… — Тебя наказать? Именно это! — Прервал он ее и произнес неизвестное Гермионе заклинание. Ее попку обдало холодом, а затем теплый и твердый стержень начал постепенно проникать в нее. Снейп сделал все возможное, наложив обезболивающее заклинание и добавив смазки, но член все равно упорно не желал продвигатся дальше. Гермиона что-то пищала, протестуя, но он был целиком занят ее восхитительно узкой задней дырочкой. Позволив себе несколько легких фрикций, он почувствовал, как дело пошло лучше и смог погрузится на всю длину, касаясь яичками невыносимо влажной промежности. Покачав Гермиону за бедра, он услышал легкий стон и начал двигатся, неспеша, вынимая и вставляя до упора. Невыносимая узкость грозила преждевременной эакуляцией и поэтому Снейп на всякий случай наложил окклюменационный щит, но как показывала практика, в случаях с Грейнджер, они помогали ненадолго. Наклонившись, он откинул ей волосы и прошептал на ухо, совсем забыв, что наказывает ее: — Тебе удобно? — Да-а-а! Не знаю, что ты сделал, но мне не больно, просто непривычно…       Северус усмехнулся и отстранился, покинув Гермиону. Оглядев как следует разработанный зад, он коснулся пальцами клитора и начал нежно обводить его, слегка сжимая и проникая одним пальцем внутрь щелки. Стоны Гермионы стали еще выше, и тогда Снейп решил действовать и сделать то, о чем давно мечтал. Войдя в покрасневшую заднюю дырочку, он начал синхронно двигать пальцами и членом внутри гриффиндорки. — Упрись на руки! — Велел он, и она послушно выпрямила руки. Без труда дотянувшись до ее горла свободной рукой, он положил горячую ладонь под подбородок и начал совершать движение вверх-вниз, скользя по нежной коже одновременно с толчками в попке. — Теперь ты чувствуешь меня? — Срываясь на шипение произнес зельевар, зная, что щит уже полетел к чертям, и скоро наступит финал. Гермиона открыла рот, но не ответила, а только громко закричала, подавая назад тело и вдавливаясь до предела в Снейпа, когда его пальцы нажали на клитор, вызывая взрыв, так долго зревший внутри. Она поджалась, упав на локти, конвульсивно сокращая мышцы и зажмуриваясь до боли и Северус не перенес этого, извергаясь внутри самой упругой задницы во всей школе. Облокотившись по бокам от нее, он хрипло стонал, заполняя ее до краев, снова и снова. Он долго не мог восстановить дыхание и заставить себя дотянутся до палочки. Наконец очистив обоих, он с трудом передвигая затекшие ноги, сел на диван, почему-то сразу надев трусы и призвав из спальни совершенно маггловскую футболку. Гермиона поскуливая сползла с подлокотника и накрылась его мантией, сворачиваясь на диванчике калачом рядом с ним и положив голову ему на ногу. Огонь в камине напротив почти потух, но ни у кого из них не было сил разжечь его опять. Снейп перебирал ее волосы и гладил по щеке в абсолютной тишине, прерываемой лишь треском догорающих поленьев. Спустя время, показавшееся ей вечностью, Гермиона зашевелилась и села рядом с ним. — Ты такой… Мирный… — Сказала она, проведя пальцем по его скуле. Он оторвал взгляд от огня и повернулся к ней. Подумав что он не протестует, она прильнула в легком поцелуе и не заметила как оказалась сидящей между его ног, а он держал ее в объятиях. — Гермиона… — Тихо сказал он. — Да? — Она тонула в его черных омутах, и старалась уловить, что он говорит. — Не верь тому, что будут обо мне говорить. — Я понимаю. — Она прижалась щекой к его груди, слушая мерное биение сердца. Огонь слабо мерцал, откидывая последние отблески на стены и умирая в кучке пепла. А на следующей неделе Хогвартс потрясло ужасное известие.