Глава 11.
22 декабря 2019 г., 20:39
Лу, как и Эмиль, видимо, нервничал. Джонс заметил, как тот цепко обхватывал руль пальцами, аж до побелевших костяшек, и время от времени косился на него, словно проверяя, находится ли юноша все еще в машине. Казалось, Кронви попросту не верил тому, что происходило.
Как и Эмиль… Он не знал, что ему настолько сорвет крышу от желания поскорей оказаться в руках Луиса, поцеловать его, прижаться всем телом. Страхи никуда не делись, разумеется, и Джонс, как бы не хотел обратного, помнил о своих отметинах на спине и ногах, страшных шрамах, которые Луис увидел. Но тот не высказал никакого отвращения к ним и к телу Эмиля в целом, что не могло не вдохновлять стеснительного юношу.
Эмиль старательно пытался отвлечься от мыслей, переходящих в горизонтальную плоскость, поэтому уставился в окно, по привычке покусывая губы, будто пытаясь оставить на нежной коже вкус поцелуя Луиса. Но даже музыка, играющая из динамиков, не могла перебить настрой. И, вероятно, это было к лучшему.
Повернув направо, Лу заметил знакомую черепичную крышу, со смешной трубой, выкрашенной в желтый, мелькнувшую в просвете зелени и других домов на этой улице. Дом Эмиля.
Осталось всего несколько десятков метров, и Кронви снова занервничал. Он прекрасно осознавал, что у Эмиля это первый раз, и страшно боялся сделать что-нибудь не так.
Припарковав бывший отцовский Форд на гравийной дорожке джонсоновского дома, Лу вопросительно посмотрел на притихшего Эмиля.
— Ч-что? — Джонс от внимательного взгляда Луиса стушевался.
— Не передумал? — робко уточнил Кронви.
Эмиль смешно фыркнул, поняв, что не он один переживает о предстоящем.
— Нет, — твердо ответил юноша.
И если сомнения все еще точили глубоко внутри, Эмиль их решительно откинул, потому что желание коснуться возлюбленного оказалось гораздо крепче.
Луис вышел из машины и подождал Джонса. Щелкнув брелоком сигнализации, он взял блондина за руку и повел к входу в дом. Сердце прыгало от радости и трепетало от одной мысли о близости с Эмилем, с самым любимым человеком, самым прекрасным и совершенным. Луис едва не задыхался от собственных чувств, а ведь они только успели зайти внутрь.
Льняные длинные волосы закрывали лицо и розовеющие уши, но Кронви все равно знал, как Эмиль невероятно смущен. Его невинность поднимала в душе такую бурю эмоций, что начинали подрагивать кончики пальцев. Снимая ветровку и сбрасывая на кресло, Лу не сводил глаз с тонкой спины возлюбленного — сейчас немного зажатого и прячущего лицо.
Он подошел, осторожно отодвинул волосы Джонса в бок и прижался, обхватив юношу руками. Губы тронули теплую кожу за ухом, потом чуть ниже, у шеи, пальцы незаметно начали забираться под толстовку.
Эмиль чуть не задохнулся — оказывается, у него весьма чувствительная шея, и прикосновения Луиса вызывали мурашки восторга. Повернувшись лицом и закинув руки парню на шею, пальцами Эмиль зарылся в волосы на затылке Кронви, потянув того к своим губам, чтобы сладко поцеловать. Джонс прижался всем телом к Луису, прильнул настолько тесно, насколько это было возможно. Его смущение окрашивало щеки в розовый, но Эмиль настойчиво отбрасывал все переживания назад. Он ведь с Луисом. Тот не обидит, не сделает больно. Просто не способен на это.
Когда пальцы Луиса прошлись по пояснице, касаясь позвонков, Эмиль охнул и прогнулся. Приятное ощущение дрожью отозвалось по всему телу.
Эмиль удивлялся сам себе. Откуда столько прыти и желания? Почему его тянет к Кронви, как магнитом, так, что слиться с ним в одно целое кажется жизненно необходимым?
— Я… Мне… В душ… Я… — Эмиль еле выговаривал слова между глубокими поцелуями, наслаждаясь тем, как язык Луиса ненавязчиво ласкает его рот, то отстраняясь, то вновь втягивая в страстную игру.
— Ммм, да-да… — невнятно ответил Лу, силясь оторваться от самых желанных в мире губ. — Я буду тут… Ждать тебя, — длинный вздох показал, насколько тяжело Кронви сейчас отпускать любимого даже на несколько минут.
Эмиль, осознавший свою ориентацию довольно рано, знал обо всех тонкостях однополого секса. Принять душ — это еще и предлог, чтобы подготовить себя. Парень сразу догадался, кто из них какую позицию будет занимать. И Эмилю было все равно, что он из них двоих выходил пассивом. Разве есть разница, когда просто хочешь быть с дорогим тебе человеком, стать полностью его?
В последний раз поцеловав Луиса, отстранившись, Джонс выложил ключи и бланк от врача на тумбочку в коридоре. Стараясь не оглядываться, поспешил в ванную комнату, время от времени касаясь кончиками пальцев припухших губ.
Кронви растерянно провел пятерней по волосам и нервно огляделся, не зная, куда себя девать. Взгляд упал на врачебный бланк, и внезапно Лу вспомнил об очень важной вещи, составляющей полноценную близость. Хлопнув себя рукой по лбу, он схватил бумажку с ключами и ломанулся на выход.
До нужного места оказалось совсем недалеко, уже через три минуты Луис парковался на обочине возле уютного магазинчика с аптекарским отделом. Выкупив препарат для Эмиля, он положил на прилавок тюбик с лубрикантом и упаковку презервативов.
Нельзя сказать, что Кронви, будучи совсем недавно гетеросексуальным, ничего не знал о гейской любви. У него еще в Стоктоне имелось несколько радужных приятелей, которые без стеснения делились своими похождениями едва ли не в самых подробностях. Лу не было противно их слушать, скорее забавно и любопытно. Мог ли он предполагать, что однажды любопытство перейдет в совершенно иную плоскость…
Ключи и бланк Кронви вернул на место, как и лекарство. А прочее положил в карман и поднялся в спальню. В ванной все еще шумела вода, и Луис аккуратно присел на краешек кровати, пряча под нее стянутые носки и подозрительно принюхиваясь к собственному телу.
За гигиеной, как и за здоровьем, он следил очень тщательно; использовал дезодорирующие вещества, влажные салфетки, удалял лишнюю растительность, считая ее малопривлекательной, дважды в день принимал душ и мог не волноваться за неприятные запахи. И, все же, несмотря на это, Кронви испытывал немалое желание ополоснуться, поскольку нервное напряжение снова возросло.
«Я справлюсь…» — думал он, перебирая в памяти все примочки, из рассказов приятелей-геев.
Лу просто не имел права опростоволоситься в первую близость с невинным возлюбленным!
В такой скованной позе Эмиль и застал Луиса. Брови Джонса дернулись.
Парень полностью привел себя в порядок и, посчитав, что выйти в одном полотенце будет странно, переоделся в домашнюю футболку и широкие штаны.
Стоило увидеть Луиса, чувства которого читались по напряженным плечам, Эмиль вспомнил, что до этого у Кронви отношения были лишь с девушками, то есть, в однополом сексе у того нет опыта. Быть может, он не очень представляет, что и как?.. От такой мысли стало немного неловко.
Эмиль подошел к Луису, который внимательно за ним наблюдал. Вздохнув, блондин встал напротив сидящего парня и протянул руку к его лицу. Кончики пальцев легко, словно крылья бабочек, коснулись щеки Луиса. В приглушенном свете прикроватных бра Кронви выглядел таинственно и очень привлекательно.
— Лу, все хорошо? — спросил дрогнувшим голосом Эмиль, неожиданно запереживав, что возлюбленный мог передумать, когда осознал, что предстоит.
— Все просто замечательно, — хрипло выдохнул Кронви и притянул блондина к себе. — Я так сильно тебя хочу, что мозги плавятся, — пробубнил он куда-то в живот Эмилю.
Он тут же забрался руками под футболку юноши и жадно огладил горячую после душа кожу. Безумно хотелось поскорее содрать с Джонса все эти тряпки, но Лу сдержал себя и неторопливо приподнял краешек, подныривая под ткань и целуя чуть выше пупка. С губ Эмиля сорвался тихий смешок. Он вцепился пальцами в плечи Луиса, пробормотав:
— Щекотно, — чужое дыхание опаляло кожу, вызывая новую волну мурашек.
— Угу-у, — пробормотал Кронви, задирая футболку совсем высоко и слегка прикусил кожу, тут же зализывая местечко.
Не встречая страха или противления, Лу куда увереннее сжал в руках тело любимого и начал покрывать жадными поцелуями. Эмиль не успел ойкнуть, как оказался сидящим на коленях Луиса, стискивая его бедра с двух сторон. Джонс только шумно выдохнул, когда футболка полетела в неизвестном направлении.
С каждым касанием Луис словно приобретал некую уверенность в своих действиях, и Эмиль, сидящий вплотную на его ногах, не мог не ощутить заинтересованность парня, упирающуюся ему в пах. Блондин лишь прикусил губу, чуть поерзав, услышав в ответ приглушенный стон. Глаза Эмиля загорелись восторгом, когда пришло осознание, что он возбуждает Луиса, что вызывает такие чувства.
— Поцелуй меня, — попросил Эмиль и сам, не став ждать, склонился к лицу Кронви.
Луис буквально впился в его губы, втягивая в глубокий страстный поцелуй — голова едва не кружилась от разгула ощущений. Он непроизвольно приподнял Эмиля за бедра и снова притянул-потерся твердеющим естеством. Это было так восхитительно, что повторный стон сорвался вслед за первым. Кончики пальцев забрались за резинку штанов, оглаживая тазовые косточки, лаская поясницу и нежный светлый пушок на ней.
Эмиль отвечал со всей жадностью, полностью отдавая инициативу, но когда пальцы Кронви коснулись верхних частей ягодиц, пройдясь по копчику, Джонс шумно втянул в легкие воздух, отстранившись от поцелуя. Перед глазами все плыло, и расфокусированный взгляд не сразу остановился на лице Луиса.
Тот замер, видимо, подумав, что сделал что-то не то, а Эмиль просто порадовался, что смог сдержать порыв, вскочить с ног Кронви. Он вспомнил о своих шрамах на бедрах. Они были более неприятными на вид, чем на спине. Но оттолкнуть Луиса подобно маленькой смерти. Мириться с подобным Джонс не был согласен.
Он решительно потянул вверх майку Лу, с удовольствием прикоснувшись к выступающим ключицам. Эмиль впервые видел оголенного по пояс Кронви, и общая картина подкаченного торса восхитила. Джонс надавил на плечи Луиса, заставив того лечь на кровать, а сам склонился сверху. Пряди длинных волос упали вниз, касаясь лица Кронви.
— Ты… Уверен… С парнем? У тебя ведь не было никогда… — Джонс не удержался от очередного вопроса.
— Уверен, — улыбнулся Лу. — Пусть у меня нет практического опыта в однополой любви, зато теории я знаю на целую энциклопедию, поверь, — он взял светлую прядку и прижал к губам в немом жесте восхищения.
Красота Эмиля поражала. Он не был слишком женственным, чтобы его спутать с особой женского пола, но и огрубленным изрядной мужественностью не казался. Еще до непосредственного знакомства Луис принял Джонса за девушку, пока не пригляделся к фигуре. Тонкокостный, очень изящно сложенный, Эмиль, тем не менее, имел довольно широкие плечи и узкие аккуратные бедра с округлыми ягодицами. Изгибам талии дамы могли позавидовать, а о шикарной пепельно-льняной гриве мечтала бы каждая. Длинные темные ресницы плавно загибались вверх, брови стремились к вискам, а кожа выглядела совершенно чистой, без щетины и неприятных воспалений. Розовые губы то и дело обнажали белые зубы, а цвет глаз, дымчато-серый, покорил Кронви раз и навсегда.
— Мой сказочный эльф, — пробормотал он и прильнул к темному ореолу соска, втягивая его в рот и лаская языком.
Эмиль охнул, задрожав всем телом. Руки мгновенно перестали держать вес тела, и Джонс бы упал, если б Луис не перевернул его на спину, нависнув сверху. Он ловко устроился между ног Эмиля, который охотно потерся о его пах. Оба застыли, тихонько простонав.
Это было мучительно… сладко. Для обоих. Оттягивать момент соития и просто наслаждаться неторопливо-тягучими ласками.
Блондин все больше и больше расслаблялся, поддаваясь ладоням Луиса, скользящим по его бокам, и поцелуям, покрывающим огненными прикосновениями грудь. Вцепившись пальцами в одеяло, Эмиль постанывал, прикусив губу. Он словно превратился в какой-то музыкальный инструмент, на котором ловко музицировал Кронви. Каждая клеточка тела, как оголенный нерв, с восторгом принимала касания чужих рук, в ответ, зажигаясь неистовым желанием большего. Просторные хлопковые домашние штаны больше не могли скрыть, насколько Эмиль возбужден, который непроизвольно подкидывал бедра вверх.
Краска смущения заливала его щеки, но в тоже время он даже не думал оттолкнуть от себя Луиса. Притянув его к себе, Эмиль жадно поцеловал парня.
— Сними, — умоляюще попросил Эмиль, коснувшись краев джинсов Луиса. — Сними их, Лу.
— Да, любимый, — прошептал Кронви и принялся споро расстегивать предмет одежды.
Руки, на удивление, не тряслись, но внутри стоял такой мандраж, что Лу казалось, будто он весь наполнен мыльными пузырями, которые счастливо снуют туда-сюда. Стягивая джинсы, парень несколько поторопился и зацепил вместе с ними слипы, но даже не остановился, полагая, что нижнее белье все равно сейчас не понадобится. Взгляд намертво прикипел к стройному телу на простынях, сжавшемуся в нетерпеливой позе. Лу не намеревался заставлять Эмиля ждать.
Он снова навис над блондином и нежно поцеловал в основательно припухшие губы. Затем прильнул к шее и приласкал губами чувствительную кожу на ней. Руки Джонса слепо зашарили по спине Лу, словно провоцируя, и Кронви спустился чуть пониже, захватывая в рот сосок, лаская языком и ласково покусывая.
Эмиль ахнул и как-то забавно хныкнул, ероша волосы Лу, а тот немедленно переключился на второй, посасывая твердеющую горошинку.
Внизу было так каменно, вот хоть орехи коли, но Кронви слишком долго ждал этого момента, чтобы торопить события. Он наслаждался каждым мгновением, каждым сантиметром гладкой кожи, пробуя ее на вкус.
Добравшись до пупка и нежа сладкое местечко, Луис немного притормозил, не зная, может ли позволить себе снять домашние брюки Эмиля и не напугает ли этим юношу. Он аккуратно просунул палец под кромку и слегка пощекотал, ожидая реакции.
Эмиль неловко поерзал на месте. Он чувствовал жар нагого тела Луиса, смущался, но в тоже время и возбуждался сильней. В его голове раз за разом проносилась мысль, что он хочет поскорей вжаться изнемогающей плотью в пах Кронви, ощутить ответную тяжесть и окончательно потерять голову. Подобные размышления не были в характере Эмиля, но страсть окончательно завладела его разумом, заставляя желать как можно большего. Сердце сильней забилось в груди, и Джонс поспешно кивнул, сам поддевая резинку домашних штанов.
Луис помог ему избавиться от последней тряпки и с восторгом уставился на аккуратный стоячий розовый член, источающий предэякулянт. Рот немедленно наполнился слюной, и Лу, никогда до этого не делавший минет и даже не помышлявший о подобном, ощутил немалое желание испробовать на вкус мужской орган.
Выбритый пах так и манил вылизать, погладить, чем Кронви воспользовался, кружа вокруг вздыбленного мужского достоинства и примеряясь к нему. Он не чувствовал себя скованно или неуверенно, дотронувшись, наконец, до чужого члена, как и не ощутил неловкости, проведя кончиком языка от яичек до головки.
Эмиль шумно задышал, широко распахнув глаза. Дернувшись, он слегка выгнулся, но Луис держал его бедра цепко, не давая вывернуться. Прикрыв рот ладонью, Джонс подавил рвущийся наружу крик.
Никто. Никогда. Не ласкал. Его. Так.
Тем более, никто никогда не касался столь интимной части тела.
— Н-нет… Лу… Стой… — голос Эмиля, приглушенный из-за ладони, донесся слабо, и не ясно, оказался ли услышанным.
Кронви немедленно отпрянул, испуганный такой реакцией, и завис над Джонсом, встревоженно вглядываясь в его лицо:
— Что такое, Эмиль? Больно? Неприятно? — посыпались взволнованные вопросы.
Джонс, выдохнув, затуманенным взором посмотрел на Луиса. До него не сразу дошло, почему Кронви остановился, ведь было так приятно. А когда доперло, Эмиль подавил в себе желание хлопнуть себя по лбу той самой ладонью, что он прикрывал рот. Надо же было именно «таким» словам сорваться с губ!
Эмилю было хорошо от ласк, очень. Но он отреагировал так, словно ему страшно или больно — не даром Кронви всполошился. Всегда нежно заботящийся о нем Луис вполне понятно отозвался переживанием за состояние Эмиля. А с учетом того, что это их первый раз…
Эмиль, чувствуя, как краснеют щеки, приподнялся на локтях и, удерживая вес на одной руке, потянул к себе Кронви, прижал его к себе так сильно и крепко, словно пытаясь слиться в единое целое. Уткнувшись носом в шею Луиса, Эмиль забормотал:
— Прости, прости, прости, — так быстро сорвались слова, что превратились в скороговорку. — Мне не больно, а хорошо. Настолько, что я не ожидал… Прости.
— Тебе хорошо? — обрадовался Лу. — Ох, напугал! — он немного отодвинулся и горячо поцеловал блондина. — Мне важно, что тебе приятно, — пробормотал он в самые губы. — Я люблю тебя и хочу… — он слегка прикусил мочку порозовевшего уха Джонса.
Эмиль, ощущая, как волна нежности щекочет каждый уголок тела, улыбнулся, ответив:
— И я тебя люблю, — помолчав несколько секунд, парень со смущением добавил: — Продолжай, пожалуйста…
Кронви нежно улыбнулся ему и уже целенаправленно склонился над пахом.
Ладонь как-то правильно легла на чужой член, обхватывая, оглаживая. Но Луиса манило целовать, одной руки ему было мало. Он с любопытством естествоиспытателя обвел кончиком языка выступающие венки, лизнул головку, задерживая во рту солоноватый привкус, и обхватил ее губами, смакуя ощущения и прикрыв глаза.
Джонс, немного стесняясь звуков собственных стонов, закусил губу, снова откинувшись на подушку. Невероятное чувство наслаждения затопило его с головой, и он, невольно дергая бедрами в ответ, пытался сильно не усердствовать.
В конечном счете, он — первый парень у Луиса. То, что Лу решил в первый раз сделать минет — уже подвиг. Но подобный чувственный опыт, на пике эмоций, привел к тому, что Эмиль ощутил, как внизу скапливается жар, и почти выкрикнул:
— Лу, я так скоро кончу…
Луис едва ли воспринял эти слова должным образом — доводить Эмиля до оргазма было очень увлекательно и волнующе. Он даже не устал от непривычных манипуляций, хотя бы потому, что минет оказался не полноценным. Неизбалованный Джонс подходил к разрядке довольно быстро, Луис вовсе не намеревался его останавливать.
Промычав нечто одобрительное, он поглубже вобрал напряженный орган в рот и принялся энергично сосать под ласкающие слух стоны любовника.
Эмиль громко охнул, вцепившись пальцами в плечи Луиса. Его бедра задрожали, и он еле сдерживал порывы подкидывать их вверх навстречу ласкам и настойчивому языку, касающемуся покрасневшей головки его возбужденного члена.
— Н-нет… Я… Лу! О, Боже, Лу! — в запале воскликнул Джонс, широко распахнув глаза, когда ощутил, как пламя, все это время скапливающееся внизу живота, рвется наружу.
Луис вовремя отстранился, когда Эмиль, тихо, но протяжно простонав, излился себе на живот. Белесые густые капли жемчужинами покрыли кожу Джонса, и Лу прикусил губу, с восторгом касаясь его живота, растирая семенную жидкость.
Блондина мелко трясло от пережитого оргазма. Ноги разъезжались в стороны, но Лу, к счастью, поддерживал, так что Эмиль, расслабленный в чужих руках, медленно разлепил глаза.
Ему не было стыдно. Совсем. Смущение словно отступило на второй план. Он, полностью голый, только что кончивший, представлял собой развратную и одновременно невинную картину, благодаря разметавшимся по подушке белокурым прядям волос и раскрасневшимся щекам. Эмиль умоляюще протянул руки к Луису, и тот сразу склонился, увлекая парня в нежнейший и ласковый поцелуй.
У самого Кронви стояло так, что сложно было сдерживать свои эгоистичные порывы действовать быстро, присваивая свое. Как и у любого другого мужчины, у Лу были свои желания, но его трепетное, нежное и крайне бережное отношение к Эмилю перекрывали все страстные и животные мотивы. Склонившись, Луис целовал Джонса, жадно посасывая его губы и язык.
— Н-наверное… Ты можешь… — Эмиль не стал продолжать, краснея словно помидор.
Юноша все еще находился на седьмом небе от счастья. Его влюбленность пузырьками шампанского играла во всем теле, заставляя забыть о горестях и страхах, обо всем, кроме Луиса, склонившегося над ним. Джонс никогда и никого так не любил.
Он не столь часто признавался в своих чувствах Кронви. Это слегка смущало и заставляло терять почву под ногами от невероятности происходящего, он боялся спугнуть свое счастье, произнося признания так часто, как хотел бы говорить на самом деле. Однако когда три самых важных слова срывались с губ, Эмиль произносил их со всей искренностью и пылом, на которые был способен. Луис оказался тем самым человеком, с которым Эмиль хотел бы быть всегда, всю жизнь, до самого конца.
— Что «могу»? — голос Кронви стал на октаву ниже, охрипнув.
Его губы раскраснелись после минета, и он все еще ощущал солоноватый привкус на языке, но это не помешало парню получить наслаждение во время процесса. И не то чтобы он не понял намека Эмиля, который в своей невинной заикающейся манере сообщил, что Луис может продолжить, совершая кое-что гораздо интимней, чем оральные ласки.
Конечно, до Луиса, научившегося понимать Эмиля чуть ли не с полувзгляда, дошло, но ему невероятно льстил тот факт, что Джонс мило краснел от прямых вопросов или намеков на сексуальные утехи. Как и в этом случае. Краска опалила щеки блондина, даже кончики ушей, видные из-за того, что волосы рассыпались в разные стороны, покраснели.
Луис мелодично рассмеялся, видя, насколько смущен Эмиль, а тот, приглушенно охнув, соскреб соседнюю подушку и уткнулся в нее лицом, что-то неразборчивое пробормотав. Кронви не сдержался и расхохотался в голос.
Нелепая вышла ситуация. У него член скоро взорвется от желания, стоит каменно, а он поддразнивает возлюбленного, чтобы снять неловкость после минета.
Напряжение не чувствовалось так сильно, как казалось, но на лице Эмиля застыла морщинка между сведенных домиком бровей.
Луис слегка отстранился, проведя ладонью по своему члену, застонав сквозь зубы, и Джонс, как будто улучив момент, перевернулся на живот, не переставая утыкаться носом в подушку.
Перед Кронви вновь предстали ужасающие шрамы. Что за изверг мог сделать это?! Шрамы, явно давно зажившие, белесыми полосами портили идеальное тело Эмиля, словно тот, кто сотворил такое с юношей, специально старался изуродовать его, покалечить или оставить напоминание о чем-то.
Если б Луис узнал, кто совершил подобное — нашел бы и вмял в асфальт в порыве ярости. Невыносимо было смотреть на изувеченную кожу, а представлять, какие муки пережил Эмиль, еще невыносимей.
Он давно заметил, что Джонс каждый раз вздрагивал при виде ножей, хотя открыто не показывал свой страх. Юноша лишь предпочитал обходиться без них, как и без особого острых предметов в принципе. Безопасное лезвие бритвы, к примеру, его не пугало, и он активно им пользовался, но когда речь заходила о чем-то режущем, могущем причинить боль…
И подобное свое состояние Джонс объяснить не мог никому, и себе в том числе.
Сглотнув горький комок злости, который опалил грудь гневом, Кронви все же не мог не восхититься идеально округлыми маленькими ягодицами Эмиля.
Джонс, чувствуя на себе взгляд, повернул голову в бок, покосившись на Луиса из-под веера темных ресниц. Феерическое сочетание невинности и сексуальности в одном флаконе. Не выдержав, Луис склонился над Эмилем, бережно отведя волосы юноши в сторону.
Первый поцелуй пришелся в шею возле выступающего позвонка, и Джонс охнул, вздрогнув. Он даже не вспомнил о своих отметинах, в этот момент, а Луис просто мечтал своими поцелуями стереть каждый шрам: длинный или короткий, чтобы избавить нежную кожу от пережитых страданий.
Эмиль прикусил губу и закрыл глаза, наслаждаясь прикосновениями. Пальцы Луиса оглаживали бока, чуть пощипывая и лаская каждый миллиметр, и блондин таял в чужих руках, снова начиная возбуждаться от трепетных прикосновений.
— Ну, так, что я «могу» сделать? — прошептал Луис достаточно громко для того, чтобы быть услышанным, когда его губы дошли до поясницы Эмиля, на секунду останавливаясь и улавливая едва слышимый стон недовольства.
Джонс, как ребенок, хныкнул, явно не желая озвучивать те мысли, что у него возникли после минета. Он хотел большего. Юноша не знал, откуда взялись эти, достаточно пошлые, не свойственные ему желания. Он желал пальцы Луиса в себе. Глубоко. Чтобы чувствовать их всем нутром, обхватывая плотно и крепко. Он жаждал член Кронви: достаточно длинный и толстый, с крупной головкой, которая наверняка достанет до чувствительной простаты.
Все внутри Эмиля, скромного и застенчивого, переворачивалось, стоило ему представить, как Кронви входит в него, как хватает его за бедра и натягивает на себя, пока Эмиль может лишь выстанывать его имя.
Но в тоже время нечто внутри сжималось от страха, однако Эмиль упрямо это игнорировал. Он мечтал всецело принадлежать Луису, так что волны протеста внутри своего тела подавлял на корню.
Луис лег сверху, из-за чего его член коснулся ягодиц Эмиля, и тот всем телом вздрогнул, чуть приподняв зад. Боже, когда же уже… Горячее дыхание опалило щеку Джонса, и тот открыл глаза, уперев в Луиса осоловелый взгляд.
— Смущаешься? — пробормотал Кронви, у которого, кажется, тоже начало сносить крышу.
Эмиль слабо кивнул, облизав губы. Его затвердевшее естество, прижатое между матрасом и животом, налилось жаром, жаждя прикосновений, но Джонс решительно не хотел ласкать себя, пока не ощутит внутри плоть Луиса.
Луис знал, что следующим пунктом в сексе — это подготовка. Даже маломальская, но она нужна, чтобы не причинить боль партнеру. Тем более Кронви боялся навредить своему хрупкому, невинному в плане секса, парню. Момент достаточно трепетный и напряженный, требующий внимательности к чувствам партнера.
— Я должен тебя подготовить, да? — снова прошептал Луис, невесомо целуя Эмиля в плечо. — Ты это хотел сказать?
— Д-да, — выдохнул Эмиль, все еще дрожа всем телом.
Кронви прикусил внутреннюю сторону щеки. Отстранившись, он слегка отодвинулся, сжал в ладонях полукружья ягодиц Эмиля, проехавшись членом к складке между ними.
Зрелище, представшее перед глазами Луиса, нельзя было не назвать идеальным. Никогда еще в своей жизни Кронви не испытывал подобные душераздирающие эмоции, когда хотелось одним рывком войти, но в тоже время бережно двигаться, чтобы не навредить. Невероятные чувства.
Пришлось искать презервативы и смазку. Руки Луиса мелко подрагивали, но он щелчком откинул крышку флакона и нанес немного смазки на пальцы. Кронви поближе пододвинулся к Эмилю, свободной рукой приподнимая его ягодицы вверх, ставя в колено-локтевую позу, разве что передняя часть туловища оказалась ниже, потому что Джонс отказался отрываться от подушки, сжимая ее руками и зарываясь в нее лицом.
Эмиль глухо и слегка возмущенно простонал, когда его ноги оказались широко расставленными, открывая вид на самые интимные части тела. Здесь Эмиль тоже был тщательно выбрит, и Луис сглотнул, подавив в себе странное желание коснуться этого местечка языком, провести широкими мазками по нежной и чувствительной коже, чтобы затем подуть на влажный след, видя, как сжимается Эмиль, как просит повторить.
Аккуратная поджавшаяся мошонка манила взгляд, и Луис не сдержался, коснувшись ее, перекатив в ладони яички, из-за чего Эмиль задрожал сильней, всхлипнув и дернувшись тазом, как бы намекая, что дальше продолжать подобные ласки не стоит, иначе он снова кончит.
Как еще хватало выдержки Луиса, оставалось загадкой. Он сам себе поражался, ведь парень в сексе никогда не был таким терпеливым. Он всегда уважал желания партнера, но и о себе не забывал, в данном же случае собственные похотливые позывы затолкал на задний план без права вмешиваться в происходящее.
Но больше Луиса поражало то, с каким трепетом и восторгом он любовался Эмилем. Впервые чужое мужское тело вызывало столько эмоций, когда хотелось огладить каждый участок тела, пометить поцелуями и укусами, исследовать до мельчайших подробностей.
Раньше Луис не замечал за собой подобного и если бы еще год назад кто-нибудь сказал ему, что он будет с восторгом делать минет или касаться мужской задницы, он бы с сомнением хмыкнул, назвав того шутника забавным парнем. Но вот он, и вот Эмиль перед ним, взмокший и нетерпеливый, пытающийся сдерживать восторженные стоны.
Луис коснулся пальцем колечка мышц, слегка надавливая, и ввел один палец, ощущая тесноту сжавшихся мышц. Джонс одобрительно простонал, а Кронви сглотнул, представив, как сожмут его член, как будет приятно и горячо внутри.
— Не больно? — заботливо спросил парень, на лбу которого уже собирались бисеринки пота от возбуждения и напряжения.
— Нет, — слабо ответил Эмиль, который в этот момент просто ждал, когда Луис станет чуть посмелее.
Джонс испытывал гамму чувств, но больше всего он был погружен куда-то глубоко внутрь себя, переживая момент близости с возлюбленным в некой эйфории, сложно поддающейся описанию. Все плыло в голове, сливаясь в мешанину звуков, эмоций и ощущений.
Ему начало казаться, что он стал оголенным нервом, который все прикосновения переживает в сто крат сильней. И когда к первому пальцу добавился второй, растягивая, наполняя, Эмиль невольно охнул, повертев бедрами. Луис сразу застыл, замер, не двигаясь, а Джонс, протестующе захныкав, подался назад, словно пытаясь сильней насадиться на чужие пальцы.
Кронви растягивал медленно. Слишком медленно, пытаясь отыскать чувствительную точку. По неопытности у него это не получалось, но сам факт наполненности уже доставлял Эмилю непередаваемое наслаждение.
— Эмиль, я… Я добавлю еще палец? — пробормотал Луис, и, дождавшись кивка, аккуратно сделал то, о чем спросил.
В то время как пальцы старательно делали свое дело, Кронви покрывал поцелуями поясницу блондина, зализывая полоски шрамов, и наслаждался процессом, пожалуй, не меньше своего парня.
Подготовка заняла некоторое время, и Лу всерьез опасался, что шквал желания партнера за это время угаснет, но не мог поступить иначе. Эмиль оказался слишком узким, и Кронви, который до этого не участвовал в анальном сексе, переживал, что сделает Эмилю больно.
Луис чуть повернул пальцы, и Эмиль неожиданно всем телом вздрогнул, сжавшись и сладко вскрикнув. Кронви насторожился, но Джонс завертел задницей, что-то бормоча, и среди невнятных вздохов, Луис расслышал: «Еще… Вот так… Еще!». Парень повторил движение, и Эмиль плотней стиснул подушку, поддаваясь навстречу ласкающей руке. Луис нашел чувствительный бугорок, и раз за разом надавливал на него, не забывая чуть раздвигать пальцы, чтобы растянуть плотные стенки.
Рваные вздохи и приглушенные поскуливания сводили Луиса с ума. Пальцы внутри двигались свободно, и Лу понял, что пора.
Он надорвал квадратик фольги и раскатал презерватив по собственному члену. Луиса переполнял восторг, что вот-вот и он, наконец, войдет в Эмиля, сделает его своим. Кронви особо не торопился, но хватало одного взгляда на трепещущего Джонса, чтобы возжелать того еще сильней.
Ноги Джонса едва ли выдерживали из-за долгого стояния в одной позе, но парень, как мог, держался, и когда Луис прошептал: «Эмиль, если будет больно, то сразу скажи», блондин, слегка вздрогнув, кивнул.
Луис, прижавшись головкой ко влажному входу, надавил, отстранился, после чего снова надавил, и когда Эмиль вздохнул, расслабившись, как можно медленней, проник в него, чуть не застонав в голос от того, насколько внутри горячо и узко. Стенки обхватывали настолько плотно, что пришлось замереть и сосчитать до десяти, дабы позорно не кончить сию минуту.
Эмиль замер вместе с ним. Проникновение Луиса оказалось не то чтобы болезненным… Скорее непривычным, распирающим изнутри, но почему-то таким необходимым и правильным, что юноша всхлипнул от восторга, закусив влажные и припухшие губы.
— О, любимый, ты такой… — хрипло выдавил из себя Луис, переводя дыхание. — Боже, Эмиль, так сжимаешься… Тебе не больно? — беспокойство, проскользнувшее в вопросе Кронви, было естественное и такое заботливое, что Эмиль не смог сдержать слабой улыбки.
— Все в порядке, — но пары слов не было достаточно для полного успокоения Луиса. — Просто… Непривычно. Странно. И… Т-ты… Такой большой и горячий…
Первое движение было медленным и плавным, трепетно-осторожным и невероятно нежным. Кронви давал своему возлюбленному в полной мере насладиться ощущениями, и Эмиля плавило от восторга и накатывающей эйфории. Но едва блондин попривык, Луис аккуратно вышел и помог ему перевернуться на спину — ноги юноши дрожали и подкашивались от напряжения.
Вновь оказавшись внутри, Луис первым делом потянулся к губам Джонса и жадно завладел ими, на что возлюбленный пылко отвечал. Он ловко вернул утерянный ритм движений и интуитивно определил угол проникновения, от чего Эмиль по-детски хныкнул и начал непроизвольно подкидывать бедра вверх.
В какой-то момент Луис ускорился, а Джонс машинально огладил собственное естество. И словно только этого не хватало — излился в ладонь, с громким вскриком забившись в руках Луиса.
— О-о-о, Лу… Как хорошо… Ммм… Я… Я люблю тебя, — Эмиль зажмурился.
У Кронви перед глазами плавали круги, и он едва ли смог бы продержаться дольше своего парня. Стоны Эмиля подействовали, словно спусковой крючок, а член оказался в тесной ловушке сжавшихся от оргазма мышц — Кронви накрыло сладчайшей волной наслаждения.
Некоторое время он пролежал, уткнувшись носом в шею Джонса, потом осторожно устроился сбоку и прижался к блондину, тяжело дыша. А спустя минуту, с трепетом спросил, нежно обводя овал лица возлюбленного:
— Как ты, Эмиль?
— Все хорошо, — Джонс прикрыл глаза, наслаждаясь мягкими касаниями.
Было лучше, чем просто хорошо. Такого блаженства, когда все тело налито приятной тяжестью, юноша никогда не испытывал. Луис тихо рассмеялся, проникаясь его состоянием, обильно перекликающимся в эмоциях с собственным восторгом. Неподдельное счастье топило в своих волнах, и это прекраснейшее состояние хотелось продлить вечно.
Кронви переплел пальцы с чужими — длинными и тонкими, теплыми, чуть подрагивающими, и закрыл глаза.
— Я обожаю тебя, — пробормотал он. — И совершенно, абсолютно, начисто без ума от любви к тебе.
— Совершенно, абсолютно взаимно, — выдохнул Эмиль с улыбкой, устраиваясь поудобнее.
В сон клонило неимоверно — оба выплеснули немало сил и энергии. Кронви вяло подумал, что подремлет, а потом встанет приготовить ужин. О том, чтобы остаться на ночь, он пока не размышлял. Подтянув простыню повыше, он накинул ее на сладко сопящего Джонса, обнял за стройную талию и почти мгновенно провалился в сон.
***
Проснулся Лу только минут через сорок, чувствуя себя невероятно бодрым и совершенно счастливым. Причина такого состояния прикорнула рядом, щекоча дыханием плечо. Осторожно выбравшись из постели, Кронви собрал с пола использованный презерватив и упаковку, на цыпочках прокрался в ванную и запихнул в мусорное ведро. Потом минут десять стоял под горячими струями и улыбался как последний идиот. В комнату Луис вернулся так же тихо, подобрал свою и чужую одежду, уложив последнюю на стул, и спустился вниз. Одеваясь, он оглядывал кухонное помещение и качал головой. Невооруженным взглядом видно, что питается живущий здесь человек, почти не прибегая к плите, потому что, вряд ли сэндвичи и разогретые консервы можно считать полноценно приготовленной едой. В холодильнике нашлось немного яиц, бутыль молока и упаковка фарша, а в овощном ящике перекатывались четыре крупных картофелины — ещё с того момента, как Лу здесь готовил. Парень пожал плечами и принялся сооружать из этого ужин: вывалил на сковороду фарш и специи, обжарил, старательно помешивая деревянной лопаткой, чуть позже туда же отправил почищенную и нарезанную картошку, а сверху вылил взбитые с молоком яйца. Нехитрое, но сытное блюдо, которого вполне хватит двум голодным молодым организмам. Джонс все еще не спустился, и Луис пошел его поднимать. Было только восемь вечера, предзакатное солнце врывалось в окна; пахло спускающейся прохладой, цветущими растениями и прогретым камнем. Эмиль сонно ворочался в кровати, и Кронви быстро присел рядом, с улыбкой склонившись к лицу блондина и легонько целуя в губы. В комнате до сих пор не выветрился запах секса, простыни и сам Джонс оказались в подсохших потеках спермы, и Луис тихонько фыркнул, ласково поглаживая светлые прядки: — Кому-то пора в душ и сменить белье. И поесть — ужин готов. Эмиль смешно и очень забавно поморщился, и, издав необычный урчащий звук, зарылся в простыню поглубже. Луис опешил и расхохотался. Обхватив этот теплый кокон руками, он с натугой поворочал его, приговаривая: — Эми-и-иль, проснись! Нужно поесть, иначе утром будет болеть голова. Джонс открыл глаза и, щурясь, выполз из-под одеяла. Взъерошенный, разбуженный, с отпечатком подушки на половине лица, Эмиль выглядел настолько уморительно, что сложно было не расхохотаться. Лу снова фыркнул, закусив губу. — А сколько сейчас время? — сипло спросил блондин. — Без двадцати девять, — ответил Кронви и поцеловал его в губы. — Ты невероятно хорошенький, когда только проснешься, охота потискать! — и он тут же сцапал Эмиля в объятия. — Да ну тебя, — пробурчал счастливый Джонс. Сердце в груди трепыхнулось, воспоминания о том, что они, наконец-то, стали полноценной парой, окрасили щеки в розовый. Отныне они — настоящие любовники, люди, которые закрепили свои отношения на физическом уровне. Для Эмиля это было чем-то невероятным. Сглотнув, он выпутался из объятий, приподнялся на локтях, чтобы взглянуть на Кронви. Зад и поясницу слегка тянуло, но не приносило существенного дискомфорта. Эмиль предполагал, что первый раз пройдет сложней, и последствия будут гораздо ощутимей. — Ты приготовил поесть? — в животе Джонса, как назло, заурчало при упоминании еды, и он вспомнил, что пойти ничего не ел за целый день. — Конечно, — с улыбкой кивнул Луис. — Не мог же я оставить любимого голодным. Хочешь, отнесу тебя в душ на ручках? — Кронви слегка покривил душой, учитывая, что Эмиль, даже будучи изящной статуэткой, пушинкой при этом не являлся. — Нет уж, — покачал головой Эмиль, зевнув. — Я ведь не принцесса. Сам доберусь. Эмиль, замявшись, пошарил взглядом по комнате, ища хоть какую-нибудь одежду. Красоваться голым он все еще стеснялся. — Эм-м-м, Лу, а где… Где мои штаны? — и Джонс покраснел, сжав одеяло в руках. — А зачем они тебе? — развеселился Кронви. — Что я там не видел?.. Ладно, ладно, можешь замотаться в эту простынь, ее все равно стирать. Но если тебе так нужны штаны, вот, — он встал и подцепил серые брюки со стула, куда сложил их, собирая с пола одежду. Эмиль, не отпуская простыню, сгреб штаны и решительно встал. И тут же охнул, пошатнувшись. Юноша не знал, то ли ему плакать, то ли смеяться, настолько глупо и нелепо он себя ощущал. Счастье вперемешку с нервным смехом, рвущимся откуда-то изнутри — адская смесь. Луис заметил его неловкий жест и обеспокоенно нахмурился: — Тебе точно помощь не нужна? — Нет! — уверенно заявил Эмиль, но стоило ему сделать шаг, как он понял, что до ванной придется добираться походкой уточки, что выглядело бы нелепо и смешно. — Пожалуй, да, — вздохнул Джонс, сдавшись. Уточнять, как и что, Луис не стал и просто подхватил блондина на руки, порадовавшись про себя, что не забросил тренировки с гантелями, и до ванной всего несколько шагов. Стараясь мужественно не кряхтеть, он донес Эмиля до душевой и аккуратно поставил на пол. Очень хотелось остаться и посмотреть, но вряд ли Джонс мог одобрить такое, со свойственным ему смущением. Вздохнув, Лу помог юноше подобрать волочащуюся простынь и отступил на шаг назад: — Я подожду внизу, но если будет нужно, позови, я поднимусь сразу же. — Хорошо, спасибо, — Эмиль смутился, но все равно благодарно улыбнулся Луису. Вскоре Кронви скрылся за дверью, и Джонс, откинув в сторону простынь, включил душ. По ту сторону ванной комнаты послышался голос Луиса, который сообщил, что сменную одежду положил возле двери. Эмиль, наслаждаясь скользящими по телу струями воды, довольно жмурился. Он быстро вымылся и выполоскал длинные волосы. Проверять местечко между ягодиц было стыдновато, однако Эмиль пересилил себя. И убедился, что там немного припухло, к тому же саднит. Но это не страшно — пройдет. Джонс чувствовал, что все равно, несмотря ни на что, радуется, ведь испытываемые ощущения говорят о произошедшей близости между ним и Лу. Переодевшись в чистую одежду, Эмиль выбрался из ванной, но на лестнице затормозил, размышляя, как бы ему спуститься вниз. — Лу… — начал блондин и прикусил язык. Нет уж, не настолько же он беспомощный! Поэтому Эмиль, непроизвольно морщась, вцепившись в перила, медленно пополз вниз по ступенькам. Действительно, смешно. Первый сексуальный опыт, а столько необычных результатов после страстных минут наслаждения. Кронви, при виде ковыляющего блондина, всплеснул руками и тут же подбежал, подставляя плечо. — Почему не сказал, что все так плохо? — упрекнул он, помогая Джонсу дойти до стола и кое-как уместиться на вполне мягкой подушке для сидений. — Может, мне сходить в аптеку? — Представляю, как ты будешь объяснять фармацевту, что именно и для чего конкретно тебе нужно лекарство, — мягко улыбнулся Эмиль, поерзав на месте, усаживаясь как можно удобней. — Не переживай, Лу, это с непривычки, наверное. Смущение все же опалило щеки Эмиля, который прикусил губу, опустив взгляд. Кронви порывисто поцеловал его в макушку: — Господи, Эмиль, все-таки, ты невозможно милый, с этими румянцем! — воскликнул он. — Обожаю, когда смущаешься, — выдохнул он во влажные после душа волосы. Нехотя отстранившись, парень принялся накладывать в тарелки запеканку, попутно объясняя: — Если ты скажешь, что именно болит, я разберусь. Можно посмотреть в интернете, что в таких случаях спрашивают в аптеке. Эмиль округлил глаза, обдумывая, как озвучить то, что конкретно болит. Задохнувшись от собственных мыслей, он закашлялся. — Луис, болит то… То, о чем в приличном обществе не скажешь, — пробормотал едва слышно блондин, помявшись. Кронви озадаченно потер лоб, потом уточнил: — Внутри или снаружи? — А-а-а, Луис! — Эмиль, отчаянно краснея по самую шею, закрыл лицо руками: — И внутри, и снаружи! — Но, Эмиль, внутри — это могут быть серьезные повреждения! — перепугался Лу, отпихивая вилку и хватая телефон. — Я сейчас поищу информацию! Или лучше в больницу? — В больницу?! — Эмиль чуть не заорал от ужаса, стоило ему представить, что могут подумать врачи. — Боже, это… Болит не так! Ты, черт побери, не обделен размером, вот и… Вот и… Просто внутри чуть распирает и тянет, как будто мышцы потянул! — А если, правда, потянул? — растерялся Кронви, усиленно шаря глазами по строчкам медицинского сайта. — Прекрати! — в вполголоса простонал Джонс. — Если бы ты… Если бы тебе, — щеки блондина ярко вспыхнули. — Это с непривычки — я уверен! Луис напряженно вгляделся в его пантомиму, снова вцепился в гаджет и вдруг хлопнул себя по лбу. «Спрошу у Джереми Лью!» — решил он, вспомнив про одного из своих приятелей-геев. — «У него уж наверняка есть опыт в таких вопросах». — Погоди, я сейчас приду, — сказал он Эмилю, вставая с места. — Начинай ужинать, я на пару минут отлучусь, — и поспешил наверх, чтобы не смущать своего парня, хотя, казалось бы, куда уж больше. Эмиль снова с досады простонал, прикрыв глаза. Если бы можно было провалиться сквозь землю — он бы это сделал незамедлительно. Живот опять заурчал. Кронви успел разложить по тарелкам ужин, поэтому блондин начал потихоньку поглощать еду, время от времени косясь в ту сторону, где скрылся Кронви. А тот быстро набрал номер Джереми и негромко живописал случившуюся проблему. Выслушав причитающиеся дружеские смешки, а затем советы, Лу поблагодарил. — Не знал, что сменил ориентацию, — удивился напоследок Лью. — Тебе же всегда девушки нравились! Должно быть, твой парень — исключительная личность, раз ты перешел в наш лагерь. — Он — само совершенство, — выдохнул Кронви и отключился. Вернувшись, Кронви присел на стул и взял вилку. Поймав вопросительный взгляд Джонса, пояснил: — Я узнал, почему у тебя так… болит. Да, ты прав, это с непривычки, но можно снять болевые ощущения, если наложить специальный гель. Тот, который я покупал… Ну, для секса… Он вполне подойдет, антисептический и с охлаждающим эффектом как раз, — Лу потупился и принялся поскорее запихивать в рот еду. Эмиль молча жевал, но когда Луис озвучил свои мысли, едва не подавился, закашлявшись. — Боюсь даже спрашивать, откуда ты узнал об этом. — Оттуда же, откуда и теоретические познания об интимных отношениях между двумя парнями, — скромно улыбнулся Кронви и подумал, что, несмотря на краску на лице, его парень стал куда более открытым, нежели раньше. — Из интернета? — полюбопытствовал блондин. — От друзей из Стоктона, — деликатно напомнил Лу и встал, чтобы налить обоим какао. Эмиль представил, как Луис советуется, как объясняет все симптомы, испытываемые юношей, как спрашивает совета… Ужас. Он качнул головой, вздохнув. — Может, само пройдет? — Уж лучше снять неприятные ощущения, чем надеяться неизвестно на что, — погрозил ему пальцем Кронви. — Придется мне тобой заняться. — О, н-е-ет! — Эмиль на эмоциях даже подскочил, но тут же охнул и опустился обратно, поморщившись. — Я-я сам! Сам все сделаю! — Джонс сильно смутился, когда подумал, что будет делать Кронви. Так и возбудиться можно… Луис собрал посуду и поставил на стол две дымящиеся чашки с какао. Он быстро наклонился и сладко поцеловал Эмиля, заглядывая в серые глаза. — Неужели мой любимый мне не доверяет? — нарочито с огорчением спросил он. Джонс уставился на Луиса, не веря своим ушам. Он порывисто ответил: — Доверяю, но… Это… Такое дело, — оставалось загадкой, куда делась раскрепощенность Эмиля, который с таким восторгом поддавался пальцам Луиса, буквально втягивая их в себя, наслаждаясь процессом. — Это дело как раз для меня, твоего парня, — мягко настаивал Лу. — Чтобы позаботиться о самом деликатном. Все хорошо, Эмиль, я буду крайне осторожен. Джонс помедлил и со вздохом сдался, кивнув. В конечном счете, они уже любовники, и если посреди процесса Эмиль возбудится от откровенных прикосновений, то ничего страшного в этом не будет. Ведь так? Джонс все еще слегка сомневался, но настойчивость Луиса, впрочем, как и всегда, ломала все преграды. Луис, получив согласие Эмиля, заулыбался и взял кружку с напитком. Солнце закатилось; в приоткрытое окно врывался легкий прохладный ветерок, слышалось цвирканье ночных птиц и отдаленный шум редких машин. Уютный желтоватый свет потолочного светильника ярко заливал кухонную зону, поблескивая в подсохших прядях волос Джонса. Лу вновь залюбовался красотой этого юноши — такой утонченной, нежной, удивительно чистой. Эмиль казался еще более хрупким, чем всегда и Кронви испытал острый укол боли от того, что не может защитить любимого от всех его внутренних страхов, проблем и конфликтов. Оставалось лишь надеяться, что доктор Адалрик сможет помочь и вернет Эмилю утраченный покой. Опорожняя кружку, Лу прикинул, насколько они с Джонсом оба готовы к предстоящим экзаменам. Началась сессия, и пропуски были недопустимы, но сеансы с врачом не затрагивали учебное время. Лишь бы только Эмиль не перенапрягся с подготовкой… Они в молчании допили какао. Наевшийся, разомлевший Эмиль едва не забыл про прописанные врачом таблетки. Луис напомнил об этом, и Джонс под бдительным контролем выпил снотворное, немного сомневаясь, нужно ли оно прямо сейчас. Он отметил, что после близости с Луисом, а также после сумасшедше насыщенного дня, заснуть для него не стало проблемой. Однако лекарство выпить стоило. Вскоре Луис снова напомнил о процедуре, и Эмиль поерзал на месте. Дискомфорт не проходил, но и не усиливался. Вздохнув, Эмиль лишь попросил помочь ему дойти до спальни. Уединившись в комнате, он неуверенно замялся, взглянув на Кронви. — М-мне… Нужно лечь на кровать? — Не обязательно, можешь и стоя, лишь бы тебе удобно было, — успокоил его Лу. — Впрочем, если ляжешь, то сразу после этого — спать. Входную дверь я потом захлопну, на кухне прибрано, телефон только не забудь поставить на зарядку. — А ты? — удивлению Эмиля не было предела. — Разве ты не останешься? Для Джонса было самим собой разумеющимся, что Кронви останется на ночь, ведь помимо того, что тот — его парень, так еще и сегодняшний секс подогревал убежденность в правильности совместной ночевки. Но, похоже, Кронви считал иначе… Расстроенный Эмиль нахмурился и, не дождавшись ответа Луиса, подошел к кровати, теребя край домашней футболки. Лу поспешил поднять, упавшее было, настроение блондина. — Я с удовольствием останусь, любимый! — обрадовался он. — Мне было неловко напрашиваться, но раз ты предложил, я только счастлив! — Кронви сделал шаг к Эмилю и крепко обнял. Джонс стушевался, уткнувшись носом в плечо Луиса. Он был рад, что Кронви решил не уезжать. — Угу, — буркнул блондин. Отстранившись, он переступил с ноги на ногу и, кряхтя, улегся на кровать. — Как мне… Какую позу? — жар ударил в щеки мгновенно, стоило прозвучать вопросу. — Попу лучше приподнять, — вздохнул Лу, невольно задерживая взгляд на упомянутой части тела. Эмиль вздохнул и сделал так, как сказал Луис, но пальцы невольно вцепились в подушку. Смущающая поза до жути. И Джонс, прикусив губу, испытал весь спектр эмоций, затопивших тело напряжением и одновременно странным предчувствием. Луис сделал глубокий вздох и на секунду прикрыл глаза. Внизу живота отчетливо потеплело, захотелось оголить спину блондина, прикоснуться губами, нежно прикусить и обвести языком поясничные ямочки. И ласкать пальцами сокровенное, увлажняя и растягивая, ловить чужие стоны и постепенно нарастающий жар… Кронви помотал головой и похлопал себя по щекам, приводя собственные чувства в порядок. Эмилю и так больно, какой секс! Он присел на кровать и аккуратно, стараясь лишний раз не дотрагиваться до обнаженной кожи, медленно стянул домашние брюки Эмиля и быстро отвинтил крышку флакона с гелем. Пальцами зачерпнул немного и очень осторожно прикоснулся к горячему колечку мышц, сейчас припухшему и покрасневшему. Эмиль сильней прикусил губу. Прикосновение словно обожгло, чувствительная кожа остро воспринимала любые вмешательства. Боли, как таковой, Эмиль не испытал, лишь необычную прохладу, благодарю используемому Луисом гелю. Джонс чуть шире раздвинул ноги. Поза, конечно, откровенная, вызывающая в глубине души некие протесты, однако… Однако его мягко касались руки Луиса. Того, кому Эмиль доверял. Но больше всего парня беспокоило, что он начнет возбуждаться. Секса не то чтобы не хотелось, очень даже наоборот. Но Эмиль в первую очередь подумал о том, что для организма это станет лишним стрессом. И вероятность, что в этот раз все может закончиться плачевно, крайне велика. Кронви со свистом втянул воздух в легкие и подумал, что следует поскорее закончить процедуру, пока возникающее желание не сорвало все тормоза. Обработанный вход легко впустил кончик пальца, которым Лу бережно обвел краешек внутренних стенок, смазывая остатками геля. Он старательно отводил глаза от обнаженных ягодиц, но все же успел зрительно выцепить все те же шрамы, которые были на спине Эмиля. Кто и за что так издевался над юношей? И почему бабушка Джонса отделывалась настолько нелепой отговоркой — упал? Глупее не придумаешь. Мысли о тонких, словно оставленных очень острым лезвием, повреждениях отрезвили, и начавшийся жар вожделения постепенно угас. Лу обтер палец бумажной салфеткой, защелкнул крышку флакона и натянул штаны блондина на место, решительно укладывая того в более приличную позу. — Вот и все, — оповестил он. — Укладывайся, я заряжу телефоны. — Спасибо, — искренне поблагодарил Эмиль, щеки которого горели ярким румянцем. Он завозился, залез под одеяло и принялся терпеливо ждать Кронви. — Надеюсь, это была разовая акция? Ему понравилось то, как бережно Луис его касался, как мягко ласкал и в то же время лечил. Удовольствие, которое ни с чем не сравнить. И ни капли неудобства. — Я тоже надеюсь, — вздохнул Кронви, выуживая шнуры и подключая телефоны к розеткам. — Но если кожа очень чувствительная, надо будет приобрести специальную заживляющую мазь. А еще… — он помялся. — Если уж на то пошло, я бы предпочел доставлять тебе удовольствие в большей степени орально. Чтобы избавить от таких вот проблемок. Эмиль вздохнул и повернулся так, чтобы взглянуть на Луиса. Джонсу понравилось чувствовать член Кронви в себе. Подобно мыслить было все еще непривычно, но блондин хотел быть честным с самим с собой — с тех пор, как он понял, что ему нравятся парни. И ему нравилось ощущать в себе Луиса: его толщину и длину, упругие толчки. А глаза Лу в такие моменты сияли от счастья, приобретая насыщенный цвета молодой листвы. — Все хорошо, — произнес Эмиль, вдруг поняв, что говорит те самые два слова, которые так часто произносит Луис в его адрес. — М-мне ведь понравилось, так? И… И я… Я хочу… Ну… С тобой, — Джонс вздохнул, увидев недоуменный взгляд Кронви, поэтому скороговоркой выдохнул: — Яхочузаниматьсястобойполноценнымсексом! — прозвучало так быстро и слитно, что понять с первого раза оказалось трудно. Эмиль, краснея, выдавил из себя чуть спокойней: — Я хочу сказать, что хотел бы… Все равно заниматься с тобой сексом. Не только оральным… На этих словах захотелось провалиться сквозь землю, и Джонс шустро спрятался под одеяло, сворачиваясь стеснительным калачиком. Луис от такой тирады застыл, потом охнул и начал лихорадочно расстегивать джинсы. Швырнув их на стул, он мгновенно забрался к Эмилю в кровать и быстро прижался к горячей спине блондина, поглаживая напряженные лопатки. — Любимый, мы обязательно будем заниматься полноценным сексом, обещаю, — дрогнувшим голосом проговорил он. — Я лишь хотел сказать, что не стану причинять боль, если слишком… натрудишь то местечко, — парень смущенно хихикнул. — Вот как сейчас, например, — рука Лу невесомо коснулась ягодиц Эмиля. — В такие моменты можем обойтись другими ласками, я буду в них совершенствоваться. Но я люблю тебя всего, от макушки до пяток, и найду все твои самые чувствительные точки — я хочу, чтобы тебе было бесконечно хорошо! — Кронви поцеловал спутанные светлые волосы Джонса и прижался к ним щекой. Эмиль вздохнул. Перевернувшись в кольце чужих рук, парень уткнулся носом в грудь Луиса, глубоко втянув в легкие приятный древесный запах, исходящий от кожи Кронви. — Прости. Я, наверное… Эгоистичен, да? — пробормотал Джонс. В нем проснулось необычные для него собственнические чувства. Хотелось, чтобы Луис был только его, находился только рядом с ним, и никуда не уходил, чтобы всегда оставался в поле зрения и на расстоянии вытянутой руки. Блондина страшило, что он, отталкивающий от себя людей ранее, настолько привязался к одному единственному человеку. — Нет, любимый, эгоизм — это последнее, что можно сказать о тебе, — даже удивился Лу. — Иногда мне хочется, чтобы ты больше думал о себе и не переживал о том, что чего-то хочешь от меня. Мне нравится заботиться о тебе, это важно, — он погладил Эмиля по плечу, нежно провел за ухом. Джонс задумчиво покусал губу. Он хотел бы еще о чем-нибудь поговорить с Луисом, однако не решился. Прикрыв глаза, юноша вслушался в мерный стук сердца Луиса. Тот обнимал его, прижав к груди, и Джонс, как можно крепче вдавившись в Кронви, переплел с ним свои вечно мерзнущие ноги, наслаждаясь теплом рядом находящегося тела. Блондин, почти сам того не замечая, начал задремывать. То ли волшебные таблетки подействовали, то ли близость Луиса успокоила… На эти вопросы Джонс уже не мог ответить, потому что сладко уснул. Луис чутко прислушался к мерному дыханию и улыбнулся. Закрыв глаза и продолжая счастливо улыбаться, он подумал, как же хорошо быть здесь и сейчас. Быть с Эмилем.
