Chaos

Говорят, сердце и тело — две разные вещи. Это ложь. Когда затронуто сердце, тело тоже жаждет прикосновений. А когда так часто прикасаются к телу, сердце тоже хочет любить.

      Они вошли в банкетный зал, в котором уже вовсю щебетали женщины и переговаривались мужчины. Вечеринка была в самом разгаре. А звучащая со всех сторон музыка располагала к безудержным танцам. Все присутствующие пребывали в отличном настроении, предаваясь заразительному веселью и празднеству. Аскаделия почувствовала несколько взглядов, но сразу осознала, что они по большей части обращены на Таркина. Для всех других она была не более чем дополнением к моффу, а может, её поминали и другими эпитетами. Леди незаметно покачала головой, стараясь сосредоточиться на осмотре интерьера. Изысканный зал полнился самыми разнообразными украшениями. Здесь всё блистало, отливало золотом с серебром, что совершенно не подходило под стиль Империи. Эта вечеринка организована не имперцем. Они приехали к кому-то на праздник, по какому-то неведомому случаю… Леди предельно аккуратно допытывалась у моффа, куда они вообще собрались, но тот почти игнорировал её и старался говорить на отвлечённые темы.       И вот теперь они двигались достаточно медленно, чтобы поговорить на эту тему. Таркин приостановился, оглядываясь по сторонам, потрудившись скрыть волнение, словно кого-то в этой толпе искал.       — Я не рассказал вам о целях данного визита, потому что предполагал, что вы можете не справиться, — начал тот, наконец устремляя серьёзный взгляд на неё. Женщина недовольно положила руки на бока, всем видом показывая негодование. — Я хочу, чтобы вы втёрлись в доверие к Бейлу Органе.       Алые глаза леди тотчас округлились. Она поспешно посмотрела в разные стороны, ища того, с кем ей придётся познакомиться. Бейл Органа. Неоднозначная личность, в какой-то мере противостоящая нынешней власти. Однако и по сей день продолжающая выказывать повиновение и всю лояльность имперскому режиму. Противоречия. Этот сенатор был опасен, да и, скорее всего, могуществен. Его не решались пока трогать, однако Аскаделия хорошо помнила, что может произойти в случае промедлений. Нож в спину мог быть вогнут в любой момент. Органа был весьма важной фигурой на доске, популярной. Женщина успела изучить период, когда Республика превратилась в Империю, а потому примерно прикидывала, что он за человек.       — Господин, вы хотите, чтобы я шпионила за ним? — через несколько секунд спросила она, пытаясь осознать приказ.       — Ваше задание заключается не только в этом. Вы должны показать, что готовы сотрудничать, что готовы стать для Органы агентом. Убедите его в том, что вам можно верить, — пронзительный взгляд прошёлся по её лицу.       Стать кротом. Двойным агентом. Леди чуть не возмутилась от высказанного поручения. Она готова была грозно глянуть на Таркина, но вместо этого надела очередную маску добродушия, которая даже и не думала отклеиваться от лица. Когда в последний раз та показывала настоящие эмоции? Наверное, всё это в ней попросту испепелилось со временем.       — Что будет со мной в случае неудачи?       Таркин на минуту помедлил, долго разглядывая её лицо.       — Император будет разочарован.       Несколько слов и истина дошла до неё мгновенно. Женщина натянулась как струнка, ощущая, как всё перед глазами начинает плыть. Этот человек вынуждал её раз за разом идти на такие риски, на которые она бы никогда не пошла. Не можешь выполнить задание: от тебя избавятся, даже глазом не успеешь моргнуть. Леди почуяла укол раздражения, но с усилием его подавила. А потом почувствовала нечто другое… Она обернулась и натолкнулась на его взгляд. Опять. Палпатин наблюдал за ней и Таркином со второго этажа данного помещения в окружении своей свиты и каких-то неизвестных ей разумных, вероятно, сенаторов. Император был таким же, как и всегда, холодной статуей с глазами, что блестели угрожающим оранжевым светом. Он вел беседу со своим окружением, но всё же удосужился взглянуть на неё. В этот момент она готова была вцепиться ему в глотку. И вцепилась бы… Будь чуть поближе.       — Как я могу успешно выполнить задание, если у меня не было времени на подготовку? — у леди не получилось скрыть раздражение. Она осторожно повернулась, чтобы Император не видел её гнева.       — Это не мои проблемы, — холодно отозвался мужчина, чуть стискивая её руку.       Даже Таркин, которому она изначально поверила, решил сыграть в весьма грязную игру. Это была проверка, но не очередная, а по всей вероятности решающая. Аскаделия смело подняла голову, упирая ненавистный взгляд в Палпатина. Тот это естественно заметил и улыбнулся одними губами. Женщина проклинала тот день, когда вообще согласилась выбраться из своего заточения.       Уилхафф подтолкнул её по направлению к сенатору, изрекая напоследок:       — Покажите, на что способны.       В его голосе не было никакой поддержки. Он звучал, как сухой ветер, поднимающий пыль с земли. Леди не могла не покориться. Она должна подчиняться этим людям, даже если это шло вразрез с её желаниями. Таркин скрылся где-то на лестнице второго этажа, скорее всего, направляясь к своему повелителю.       Аскаделия боялась оступиться, пошатнуться, ведь каждый шаг приближал её к тому самому объекту сегодняшней миссии. За ней пристально следили, а значит сбежать не удастся. Либо сейчас она сделает невозможное, потому что втереться в доверие за один вечер нереально, либо её ждёт незавидная судьба.       В сердцах она вспомнила все возможные ругательства и эпитеты, которыми покрывала в душе весь этот цирк.       Из-за того, что Аскаделия была погружена в свои очень мрачные мысли, она не заметила, как случайно столкнулась с каким-то молодым человеком. Тот ойкнул и обернулся на неё, а его карие глаза раскрылись в некотором удивлении. Обычный мальчик, с простецкой внешностью, ничем не выделяющийся. Однако парень был одет с иголочки. Женщина присмотрелась к нему и поняла, что перед ней стоит только недавно выпускник академии.       — Прошу прощения, — коротко и со лживой улыбкой произнесла та. Парень тоже не смог сдержать улыбки и почёсывал затылок.       — Всё в порядке, — он смахнул невидимые пылинки со своих рукавов, а потом пригляделся. — Вы случаем не… сопровождаете сегодня моффа Таркина?       Молодой человек покраснел и не знал куда деть руки.       — Вы правы, — она чуть медленнее скользнула по нему взглядом. На лице у неё выступила вдохновлённая улыбка. Аскаделия почувствовала, что этот малый может ей пригодиться. Выпускник. Видимо, офицер. Да и к тому же ещё и аристократ. Держится он весьма неплохо, в отличие от кучки собравшихся рядом друзей. — Вас что-то интересует?       — Если вас не затруднит, конечно, — молодой человек в парадной форме чуть покосился в сторону. Он нервно теребил рукав. — Знаете, мне очень неловко говорить это. Я впервые нахожусь на таком вечере и никогда ещё…       Над парнем уже тихо начинали посмеиваться его друзья. Женщина подняла бровь и шумно выдохнула. Вот только не хватало ещё выслушивать эти неумелые оправдания.       — Послушайте…       — Ллойд Макс, — подсказал тот.       — Я понимаю, к чему вы клоните, офицер, — леди поглядела на него так, словно знала, куда худший секрет. — Можете быть со мной откровенны. Вы хотите пойти на службу к моффу?       Ллойд с секунду колебался. На его ровном лбу выступила морщинка, а в шоколадных глазах застряло некоторое сомнение. Его пихнули в бока, приводя в чувство.       — Ну, допустим.       — Могу вас порекомендовать, однако до этого вам следует составить… некоторое портфолио, — леди растягивала слова, придумывая на ходу какую-то чепуху. Этот молодой офицер может помочь во многих её планах. Аскаделии уже давно требовался помощник, а заиметь его здесь было бы не так уж и плохо.       — Оно у меня…— не успел договорить, а в тот же момент был прерван сильным голосом:       — Думаете то, что у вас есть, достаточно? — она пренебрежительной обвела его глазами и покачала головой. — Вы заблуждаетесь. А потому хочу предложить кое-что получше.       — Что? — вылупился Ллойд Макс на неё. Друзья рядом зашептались, но тоже наблюдали за ними.       — Поработайте на меня вначале. Я буду давать вам элементарные задания, и вы должны выполнять их с блеском. Если ваши труды станут заметны, если вы проявите себя должным образом, то я отправлю вас к Таркину без задней мысли, — конечно, на такое у неё просто не было полномочий. У леди вообще не было ничего, кроме уверенности в завтрашнем дне… Хотя и это уже успели отнять. Однако Аскаделия умела превосходно врать, не краснея и не выдавая истинных намерений. В искусстве лжи у неё не было равных.       Ллойд крепко задумался, но у женщины нет времени ждать то, что он ответит. А потому она решила пойти на очередную манипуляцию.       — Если вас это не интересует, то я предложу это более… перспективному молодому человеку, — удар и выпад, который грозил поразить самое важное, что имеет молодой мужчина — гордость. Аскаделия знала, что это сработает. К тому же в какой-то степени ей повезло: компания этих выпускников уже была подвыпившая и весёлая.       Офицер немедленно поднял голову и горячо выкрикнул, будто от этого решения зависела его жизнь:       — Я согласен!       Он выглядел почти как цыплёнок. Однако в мыслях была уверена, что при правильном подходе, сможет воспитать из него прекрасного слугу. И только для себя.       — Отлично. Я не сомневалась, что вы не отринете это предложение, — женщина мило улыбнулась пухлыми губами, на которых блестела матово алая помада, под цвет её глаз. — Я сама найду вас. Приятного вечера, дамы и господа.       Только, когда Аскаделия отошла на приличное расстояние, послышался очень отчётливый вопрос вперемешку с удивлением:       — Но, как вас зовут?..       Естественно, ей было не до того, чтобы болтать с неразумными мальчишками, которые годились ей в пра-и-так-далее-внуки. Вообще все присутствующие были для неё детьми. Казалось бы она уже пресытилась жизнью, побывала в таком дерьме, из которого не выбираются… и всё равно её угораздило вновь появиться в цивилизованном обществе.       Аскаделия качнула головой, вспоминая о своей цели на этой проклятой вечеринке. Бейл Органа стоял в своём круге сенаторов и, наверное, друзей, с которыми имел довольно хорошие отношения. Сам он казался немного уставшим, но не лишённым благородных, королевских черт. Несмотря на то, что у него было добродушное и весёлое выражение лица, легко можно было понять, что пребывать в центре Империи для него сродни пытке. Однако Органа не позволял другим заподозрить в его поведении хоть что-то подозрительное. Сенатор был одет в праздничный костюм, сочетающий в себе синие и зелёные тона, однако никаких излишеств на нём не было. Он всем видом показывал, что ему по большому счёту плевать на весь этот вечер.       Леди весьма осторожно и очень учтиво приблизилась к нему и его компании, быстро привлекая к себе внимание. А как иначе, если они её никогда прежде не видели. Она добродушно улыбнулась и склонила голову в лёгком поклоне. Разговоры в этом круге прекратились ещё до того, как она к ним подошла. Органа чуть сощурил карие глаза, сверху донизу оглядывая неизвестную ему особу, а потом вежливо поздоровался:       — Добрый вечер, — у него был очень спокойный голос, словно шёлк. — Мы можем вам чем-то помочь?       — Я прошу прощения за то, что прерываю вашу занимательную беседу, — поспешила извиниться женщина, попутно опуская глаза вниз, будто действительно опечалена, что помешала «важному» разговору. — Я многое о вас слышала, сенатор. Вечер располагает к общению. Если я не отрываю вас от разговора, то мне бы очень хотелось поговорить по одному очень важному делу непосредственно с вами.       — Память меня подводит или раньше мы с вами не встречались? — Бейл Органа действительно максимально учтив и радушен. В его глазах блестел интерес, а на лице сияла доброжелательная улыбка.       — Увы, но я лишь недавно переселилась на Корусант. И присутствую на подобных вечерах впервые, — естественно, леди никогда бы не сказала, откуда её вытащили. Нужно поддерживать легенду, что она сама приехала из «очень далёких земель».       — Надеюсь, вам здесь нравится…— только сейчас по его лицу она поняла, что не произнесла своего имени.       — Аскаделия, — помогла та, делая свой голос мягче и приветливей. — И да я весьма довольна условиями жизни в столице. Галактический город удивителен.       Женщина старалась вести непринуждённую беседу, и у неё это получалось. Молчаливые сенаторы переглядывались друг с другом, но пока ещё ничего не заподозрили. Органа немного размышлял над словами, а потом стал слегка серьёзным, отбрасывая всю праздность куда-то в сторону.       — Согласен, — кивнул тот, очерчивая её взглядом. — Так, по какому вы ко мне делу обращаетесь, Аскаделия?       — Могу ли я надеяться, что этот разговор пройдёт с глазу на глаз? — леди почтительно улыбнулась, продолжая играть свою роль. Она весьма призрачно намекала, что не будет рада посторонним.       На Бейла посмотрела довольно испытующе высокая женщина с короткой стрижкой. Аскаделии эта особа была не знакома, но вот её лицо будто бы уже где-то видела. Вот только вспомнить женщина не могла, как бы мозг не ломала.       — Конечно, — он махнул рукой и поначалу незнакомая женщина не двигалась с места, но потом вздохнула и развернулась, удаляясь вместе с другими разумными в другое место. Органа не выглядел встревоженным, а пока лишь только любопытствовал.       Аскаделия недолго думала над предлогом, о котором поговорить с сенатором. Что может заинтересовать оппозиционера? Само собой она примерно предполагала, что он хотел бы от неё услышать. Нужно удержать внимание Органы настолько, насколько это вообще возможно. Пожавшись ещё несколько секунд, придав себе испуганный и беспокойный вид, Аскаделия наконец посмотрела в глаза сенатору:       — Причина моего переезда сюда весьма проста, сенатор Органа, — она специально дала голосу задрожать. — Меня принудили к этому. И прежде чем вы сделаете какие-то выводы, я хочу сказать, что у меня не было выбора. Именно поэтому я решила обратиться к вам.       — Чем же я могу вам помочь? — настороженно спросил Бейл, опуская на неё сочувствующий взгляд. — Если вы здесь в заточении, то должны бежать. И этот вопрос вы должны обсудить с другими, более просвещёнными разумными. Я всего лишь сенатор и не смею предоставлять в нынешней ситуации политические убежища.       — Убежище мне не требуется, спасибо. Я решила, что могу послужить Республике другим способом, — отборное враньё, но леди пыталась сейчас сделать всё, чтобы Бейл Органа принял эти слова за веру. Она старалась выглядеть ужасно грустной. Её губы искривились. И заметила, что постепенно в глазах сенатора появляется понимание. — Я хочу втереться в доверие к имперцам, чтобы выведать у них всё, что только можно.       — Но Республики больше нет, как и восстания, — протянул задумчиво Бейл, с подозрением оглядываясь по сторонам, убеждаясь, что их никто не подслушивает. Никто не обращал на них внимания.       — Я верю, что всё изменится со временем. Империя падёт, а я наконец освобожусь из своего плена, — говорила она так воодушевлённо, что стала дышать через рот.       — За что вас заточили?       Видимо, он пока ей не поверил. И это было вполне логично. Аскаделия чувствовала, что ещё не смогла до конца убедить его в чистоте своих намерений. А потому поняла, что нужно применить действительно имеющийся козырь в рукаве.       — Я не могу вам сказать. Мои руки связаны и если проговорюсь, то они обо всём узнают, — леди изобразила, что её колотит, да так, что сенатор немного испугался за её самочувствие. Она помотала головой и обняла себя за плечи, притворяясь, что ей действительно страшно. В душе она возликовала, что Бейл не стал задавать таких вопросов.       — Мне жаль, что вы попали в такое положение. И искренне сочувствую, что не могу ничем вам помочь, — Органа говорил весьма осторожно и знал, что любое слово, произнесённое без обдумывания, обратиться против него. Этот сенатор действительно был довольно хитёр и достаточно умён, чтобы не говорить того, чего не следует.       — У меня есть для вас очень важная информация, — женщина помедлила, но постаралась придать своему лицу больше эмоциональности. — Это касается Набу и бывшей королевы Апайланы.       Аскаделия увидела полностью поражённый взгляд собеседника, который немедленно обернулся по сторонам. Он вновь пытался придать себе невозмутимость, но у него это вышло не сразу. Она дала ему пару минут, чтобы свыкнуться с этой мыслью.       — Я знаю, что её убили во время… штурма, — в голосе сенатора различимы нотки тревоги.       — По официальной версии всё так и было, — она вновь почувствовала удивлённый взгляд и возликовала. Всё шло так, как она и планировала.       — Вы располагаете другой информацией?       — Да, — уверенно проговорила та, ощущая себя на краю пропасти. — Но прошу вас никому не говорите. Моя жизнь и так мне не принадлежит.       Как же ей приятно было играть жертву. Этот образ действительно заимел эффект, когда она бледная и несчастная посмотрела на Органу. Она сделала даже больше: заставила себя чуть было не заплакать. И сенатор имел удовольствие участвовать в этой театральной постановке, и даже почти в неё поверил. Осталось только надавить посильнее на жалость.       — Если вы говорите правду, то эта информация может стать опасной. Вы сильно рискуете, говоря мне нечто подобное на вечере в окружении слуг Империи, — Органа очень рационален и на обычные сопли не склонен водиться. Аскаделия сделала над собой усилие, являя очередную дрожь.       — А где ещё? — изобразила отчаяние. — За мной следят каждый день, в любое время суток, даже сейчас, но рядом с вами я могу не страшиться быть осуждённой. Ведь могу ли я на вас надеяться, сенатор? Я слышала, что вам можно верить.       — Судите сами, Аскаделия. — Бейл на секунду замолчал, беря у официанта два бокала с вином. Он передал ей один. — Если вы считаете, что я тот человек, который должен это знать, то я буду весьма благодарен за такое доверие.       — Хорошо, — лёгкий кивок. — Королева не умерла тогда. Она жива и сейчас находится в безопасном месте.       Бейл Органа побледнел в буквальном смысле, но в тот же момент сжал бокал, отпивая из него совсем немного. С секунду он выглядел раздосадованным, но потом быстро взял себя в руки. Поразительная выдержка.       — Но, как это возможно?       — Я помогла ей бежать в тот день, — Аскаделия наконец улыбнулась уголками губ. — И укрыла там, где никто не найдёт. Ни одна живая душа не знает об этом, кроме меня и вас.       — Это очень любопытная информация, Аскаделия, — почти шёпотом сказал тот.       — Я подумала, что вам стоит это знать. Как уже говорила ранее, я знаю, что раньше вы были в оппозиции с нынешним правителем. Возможно то, что я сказала, поможет приблизить конец эпохи хаоса и страха, — леди убрала выпавший чёрный локон из сегодняшней причёски. Она сделала себе высокий пучок и вставила туда несколько замечательных шпилек, чтобы всё это чудесно смотрелось с нарядом.       — Будьте осторожны, произнося такие слова вслух, — предупредил её и словом, и хмурым взглядом. — Мне нужно хорошенько обдумать ваши слова. Предлагаю перенести этот разговор на другое время.       — Как вам будет угодно, — с грустью молвила женщина, а плечи её поникли от разочарования.       — Я искренне благодарен вам за доверие и хотел бы выразить надежду, что вы посетите Альдераан в ближайшее время. Там, полагаю, будет безопаснее обсуждать такие вещи.       Голос Бейла заставил её поднять глаза и улыбнуться. Если бы она могла сейчас сплясать, леди бы это сделала. Аскаделия ощутила, что где-то внутри развязался клубок из нервов. Она выполнила это задание. Почти удалось добиться расположения Органы. Осталось только продолжить поддерживать образ жертвы и угнетённой овечки. Женщина не могла поверить в своё счастье, даже готова была с облегчением выдохнуть. Но пока ещё было рано. Перед сенатором надо продолжить разыгрывать спектакль.       — Я буду рада посетить Альдераан, — она склонила голову, стараясь скрыть предательский блеск в глазах, и придала своему голосу столько сердечности, на которую была способна. — Благодарю вас, сенатор.       Они расстались на пожелании друг другу прекрасного вечера и разошлись в разные стороны. Аскаделия была вне себя от радости и даже взглянула на второй этаж, на котором уже никого не было. Император и Таркин куда-то ушли, и это означало, что она наконец может расслабиться. Леди поглядела на пустой бокал в своей руке и вдруг что-то щёлкнуло внутри. Она так устала от всех мыслей, что сконцентрировались в голове. Они были подобно вязкой грязи, от которой хотелось перманентно избавиться. Ей нужна разрядка, нужно расслабиться и хоть на один вечер позволить себе отдохнуть. Не зря же её притащили на эту глупую вечеринку.       Аскаделия взяла у официанта ещё бокал и сразу его осушила, а потом следующий… Кисловатая жидкость проникла в горло, обжигая стенки. Сегодня никакого контроля. Только алкоголь и попытки вытеснить из себя все мрачные мысли, которые назойливо шептали, что её ждут ещё тысячи подобных проверок.

***

      — Это оказалось легче, чем мы планировали, — раздался голос Таркина в стороне. Сидиус без особого энтузиазма посмотрел на него, а потом хмыкнул:       — Друг мой, это лишь начало, — они прошли к перилам, с которых весь первый этаж был, как на ладони. Сейчас они со спокойной душой позволили себе расслабиться. Очередной договор с Чёрным Солнцем был успешно подписан, не говоря уже о том, какие выгоды могло принести это сотрудничество.       Император прислушивался даже сейчас к течению Силы, отмечая, что всё проходит вполне спокойно. Более того, даже Таркин выглядел довольным, насколько себе позволял. Только сейчас ситх вспомнил о задании, которое недавно дал тому, и решил поинтересоваться:       — Как продвигается дело с Органой? — Палпатин повернул к нему голову, видя, как мофф усиленно высматривает свою приглашённую даму на этот дивный вечер.       Уилхафф сощурился и нахмурился, выглядя по большей части забавно, а потом побледнел, поворачиваясь к ситху:       — Похоже успешно, — губернатор не выразил в этом ответе ничего, кроме взволнованности.       — Что-то не так? — наклонил голову Сидиус в сторону, не совсем понимая реакцию моффа.       — Зря я оставил её одну.       Сидиус заинтриговано поднял бровь, а потом посмотрел вниз. Сначала он увидел уйму разнообразного народа, который совершенно его не впечатлил. Потом ситх решил последовать за взглядом Таркина, и увидел несколько танцующих мужчин и женщин… И в этом же месте заметил её. Аскаделия танцевала с каким-то мужчиной, по всей видимости, имперским генералом, что-то ему говорила и озорно улыбалась. Её движения были плавными, до умопомрачения ловкими, а тело стало подобно пёрышку. Она прекрасно двигалась вместе с партнёром, очень соблазнительно покачиваясь в такт музыке. Палпатин на секунду завис, наблюдая за тем, как она шевелит губами и смотрит на этого мужчину.       После нескольких па они остановились, и Аскаделия глянула внезапно поверх партнёра, чем пригвоздила Сидиуса к месту. В её алых глазах плясали огоньки веселья. Ему самому показалось, что температура в зале стала повыше. Она насмешливо покачала головой и наклонилась к шее мужчины, облизывая губы. Леди медленно провела, почти не касаясь, по коже губами, а потом улыбнулась, запрокидывая голову. Аскаделия не прерывала зрительного контакта, провела языком по верхней губе медленно, чтобы он вдоволь насмотрелся этим действием. Палпатин со спокойствием наблюдал за этим спектаклем, не смея пошевелиться. Он был слегка удивлён такому поведению со стороны женщины. Да какое слегка?!       А потом Аскаделия внезапно оттолкнула генерала и отвернулась от обоих мужчин. Она не обернулась напоследок, а очень грациозно, как кошка, направилась к лестнице, ведущей на второй этаж. Больше ни одного дразнящего взгляда ни на кого не бросила, виляя бёдрами и гордо шагая куда-то, будто в этом зале была только она. Только сейчас Палпатин сглотнул, чувствуя, как напряглось его тело.       — Я даже спрашивать не буду, что это было, ваше величество, — кажется, Таркин был поражён на порядок сильнее, чем он сам. Сидиус чуть было не засмеялся, понимая, что эта ситуация заставила напрячься даже этого внешне спокойного человека.       — Развлекайтесь, — Палпатин медленно развернулся, зная, что сейчас должен быть в совершенно другом месте.       — Вы идёте за ней? — вопрос приостановил ситха, но лишь на мгновение.       Сидиус не ответил на это ничего, так как понимал, что губернатору подтверждения не нужны. Он сам видел маленькое выступление и не дурак, чтобы сложить всё в цельную картину.       — Проследите, чтобы наши гости прекрасно отдохнули, — холодно проговорил Палпатин, а потом чуть тише добавил, — и убедитесь, что они выполнят условия сделки.       Таркин кивнул, а ситх наконец мог уйти, оставляя свою охрану рядом с губернатором. Ему не нужны лишние глаза.       Сидиус полностью доверился своим предчувствиям, позволил им вести себя навстречу этой ужасной женщине, что сегодня вела себя настолько вызывающие, что смутила даже его приближённого. Аскаделия действительно была более дерзкой на этом вечере, чем обычно. А то, как она его дразнила… было приятной неожиданностью. Та специально провоцировала его, как и он недавно сделал это после тренировки с Вейдером. В уме всплыло воспоминание того, как легко она припала, целуя того генерала в шею. Ну, что за женщина. Выбрала момент, когда он будет за ней наблюдать и решила поиграть с ним на своих правилах.       Ради чего они играли в это? Зачем вообще дразнили друг друга подобным образом? У Палпатина не было никаких оправданий: он всегда признавал, что женщина довольна красива и сильно его привлекает. Он готов был обратить на неё внимание, даже вступить с ней в связь. К тому же его целям это не помешало бы, наоборот, помогло. Если Аскаделия проникнется к нему симпатией, то возможно раскроет свои секреты гораздо быстрее. Для него испытуемая страсть была лишь ещё одним предлогом выведать интересующую информацию у неё. Ну, а приятный бонус в виде секса тоже был весьма неплох. Палпатин представлял себе, насколько эта женщина может быть шикарна в постели.       Чутьё привело его на открытый балкон, с которого открывался замечательный вид на ночной город. Повезло, что здесь никого не было, но мужчина непроизвольно остановился, наблюдая за женщиной в шикарном наряде. Аскаделия сегодня надела чёрное платье, скрывавшее полностью руки, которые оставались неизменно в тёмных браслетах, и уходило почти в пол. И всё же оно открывало часть бледной кожи на шее и груди. В некоторых местах ткань платья сверкала, словно звёзды на ночном, безоблачном небе. Сидиус бесшумно подошёл к ней, и она посмотрела только, когда он оказался на расстоянии вытянутой руки. Аскаделия хищно улыбнулась, поворачиваясь к нему:       — Вы так жестоки, Император, — растягивала слова, тем самым приближаясь к нему, мелкими шажками. Она, будто хищница, лениво двигалась к своей жертве. — Я чуть было не упустила Органу.       — Как же вы его удержали? — Сидиус заметил, как часто вздымается её грудь. Женщина была напряжена не меньше, чем он сам.       — У меня отменные актёрские способности, — Аскаделия была так близко, что ситх мог рассмотреть, сколько оттенков красного переливаются в её глазах. Она наклонилась к его уху и дыхнула жаром, который исходил из её рта. Аскаделия оставила несколько миллиметров, но так и не пошла дальше, не коснулась, не прижалась губами к его шее.       Однако Палпатин учуял один любопытный запах, и недолго поразмыслив, понял, что женщина абсолютно и бесповоротно в стельку.       — Вы пьяны, госпожа, — прошелестел его голос около её уха, а губы почти коснулись её кожи. Она оказалась такой же мягкой, какой он себе представлял.       — Разве?       Она охнула, когда Сидиус прижал её к перилам. Аскаделия обвила руками его шею, дразняще прикусывая губу. Её тонкие руки чувственно поглаживали по плечам, распаляя всё больше. Палпатин собрал остатки рациональности, стараясь не поддаваться на эти провокации. Он знал, что если сорвётся сейчас, то проиграет и уж точно сделает то, что пока не должен.       — Вам следует остановиться, — попытался говорить ровным голосом, выдерживая похотливый взгляд этой весьма соблазнительной женщины. Впервые он удивился, что так стойко переносит её попытки совращения. — К тому же разве я могу воспользоваться дамой, пока та находится в таком состоянии?       Аскаделия чуть не взорвалась от смеха, чем огорошила ситха. Она поглядела на него, как на умалишённого разумного:       — Какой вы джентельмен! — леди прикоснулась горячим лбом к его щеке и невесомо коснулась пухлыми губами до изгиба подбородка. Он чуть было не дёрнулся, но почувствовал следующее прикосновение манящих губ в том же месте. — Если вы прикажете, то я выполню любую вашу прихоть. Я могу ублажить вас самым наилучшим образом, — а потом резко отстранилась, а застрявший в глазах вопрос немного насторожил Сидиуса. Взгляд женщины немного затуманился, — Вот только… вы не приказываете. За всю свою долгую жизнь мною вечно пользовались в самых… различных целях. Даже это тело… никогда мне не принадлежало.       Сидиус не ожидал, что она будет столь откровенна. Аскаделия запиналась, видимо, огромное количество выпитого алкоголя замедляли её мысленные процессы. До него очень быстро дошёл смысл этих слов. Он переместил руки к несколько худощавой талии женщины, сжимая в тисках. И леди даже не сопротивлялась, податливо прижалась к нему.       — И что вы хотите от меня услышать?       — Разве я заслужила столько свободы? — её томный взгляд хранил в себе столько непередаваемых чувств, что он в свою очередь не мог отвести свой.       — Я должен вас в чём-то ограничивать? — Сидиус улыбнулся, когда леди начала удивлённо хлопать глазами. По сути, он говорил ей то, в чём она сейчас так нуждалась. — Вы пожелали свободы — я вам её дал.       — Ты отличаешься от всех мужчин, которые мне встречались, — Аскаделия округлила глаза и глядела на него уже по-другому. И почти внезапно перешла на «ты». Она остановилась и почти не двигалась, а её руки находились в кольце на его шее. Где-то вдалеке звучала музыка, мотивы которой даже Сидиус не мог разобрать. Да и в данный момент это было не так уж и важно. Он сосредоточился на том, что отчётливо слышал, как бешено стучит её сердце.       Такое неприступное и холодное сердце женщины, что была навеки заточена в ужасной клетке.       — Неужели ты веришь, что я не такой, как они?       — Да, — это было произнесено тихо, что ветер унёс слова куда-то далеко, в город, по которому нёсся транспорт.       А потом Аскаделия взяла лицо Палпатина в свои ловкие ручки и впилась в его губы в страстном поцелуе.

***

      Сидиус больше не смог сопротивляться этому возникшему давлению. Он ответил на поцелуй с такой же пылкостью, блуждая руками по её обольстительному телу. Ситх провёл рукой по лопатке, очерчивая её и чувствуя, как женщина томительно вздыхает. Её губы можно было расцеловать до крови. Они были мягкими, податливыми и принадлежали в этот момент только ему. Языки сплетались в не менее страстном танце, не похожим ни на что более. Воздуха катастрофически не хватало, но они не планировали останавливаться. Палпатин не мог оторваться от неё, чувствуя, что ещё чуть-чуть и его терпение и самообладание помашут ему ручкой до утра. Женщина в его руках изнывала, просила большего, и с таким же исступлением сминала его губы.       В какой-то момент всё же пришлось чуть выдохнуть, наполнить лёгкие воздухом. Сидиус слегка улыбнулся, когда в его голове созрел маленький план. Он внимательно поглядел на переводившую дух женщину, а потом осторожно и медленно, растягивая удовольствие, коснулся губами к её подбородку. Леди чуть дрогнула, но откинула голову, позволяя ему и дальше творить с ней всё, что заблагорассудится. Палпатин продолжил прокладывать дорожку из поцелуев на шее, заставляя Аскаделию издать протяжный стон. Та я явно просто не смогла сдержаться. Его лицо окрасила победная ухмылка.       Ситх вынудил женщину снова посмотреть на него. Теперь уже он впился в неё, и тем не менее получил такую же незамедлительную отдачу. От Аскаделии невообразимо сильно пахло розами и терпким алкоголем. Странное сочетание. Она вздрогнула, когда его руки погладили её в районе талии. Эта сладостная и горькая одновременно пытка могла продолжаться очень долго. Это была их личная игра, которой они готовы были отдаться без остатка.       Однако из входа на балкон послышался весьма скромный и даже тихий кашель. Сидиусу пришлось закончить этот поцелуй, но он продолжил держать руки на её теле, в каком-то подобии объятия, не отходя от леди ни на шаг. Аскаделия не стала утруждать себя и положила голову на плечо Палпатина, зарываясь в его тёмный плащ носом. Он напряг зрение и понял, что их застал Таркин, что вновь изображал полную невозмутимость. Сам же Сидиус выглядел почти также, не считая того, что секунду назад был готов разорвать на этой невозможной женщине платье. Присутствующий же здесь Таркин отрезвил его, напомнив, что ему следует остановиться, пока не поздно. Палпатин быстро восстановил утерянные кусочки самообладания, не позволяя распыляющей страсти завладеть собой. Пока что. В глазах моффа не было видно ни намёка на смущение или стыд. Уилхафф поначалу выпал на несколько секунд, оценивая ситуацию, а потом подошёл чуть ближе и изрёк:       — Приглашённые гости идут сюда смотреть салют, мой Император, — предупредил губернатор, опуская голову, чтобы не смотреть на него и рядом стоящую женщину.       — Весьма своевременно, — поговорил Сидиус, ощущая на себе горячее и чуть дразнящее прикосновение губ к шее. Она использовала язык, оставляя слегка влажный след. Эта особа решила его вконец извести, но ситх сглотнул и придал своему голосу обычную интонацию. — Похоже госпожа больше не хочет находиться на этом вечере.       — Думаю, вы прилично выпили, Аскаделия, — как ни в чём ни бывало сказал мофф. За такую стальную выдержку Сидиусу стоило его уважать.       — Всего лишь чуть-чуть! — воскликнула она, но это было самой откровенной ложью.       — Мне отвезти её домой? — нерешительно спросил у Сидиуса губернатор, пропуская ответ женщины мимо ушей.       Палпатин поглядел на женщину, которая подняла голову и хитроумно улыбнулась ему. Она жалобно пролепетала:       — Я никуда не поеду, — говорила леди твёрдо, так словно и не была чрезмерно пьяна. Как и в прошлый раз она убедительно приподнялась и изобразила себя трезвой. Звучит, конечно же, до смешного забавно.       — Вам следует проспаться, дорогая, — Палпатин попытался мягко надавить, но Аскаделия лишь покрутила головой, лениво перебирая пальцами на его спине.       Женщина зашептала так, чтобы губернатор этого не услышал:       — Уйдём с этого тухлого вечера, — она ласково пела эти слова, при этом оставляя следующий поцелуй на его шее, — Может отвезёте меня в ваши апартаменты? Я бы поглядела… насколько они отличаются от моих.       Палпатин сжал челюсть, пытаясь не обращать на такие манящие поцелуи оставляемые рядом стоящей женщиной. Аскаделия предлагала ему то, от чего он не мог отказаться. Весьма соблазнительно воспользоваться шансом, однако ситх прекрасно понимал, что на следующее утро может проснуться удушенным подушкой. Такого отношения к себе эта дама не простит и нисколько не оценит, да и никогда не забудет того, что он использовал её, пока та пребывала в праздном неведении. К тому же у него было некоторое понимание того, что охмурить Аскаделию следовало кардинально другим образом.       Палпатин пристально посмотрел на моффа, который явственно чувствовал, что сейчас лишний на этом балконе.       — Поручаю её в ваши руки, губернатор, — он хотел было отстраниться, но леди сжала его в настоящий капкан, из которого Императору было выбраться крайне затруднительно. Всё же она была до ужаса сильна. Приказ уже отдан, и ситх уже готов был подумать о более важных вещах. Сидиус недовольно на неё воззрел.       — Я разочарована, — шептала праздная искусительница ему в ухо. — Думала, вы гораздо смелее и берёте всё, что хотите, дорогой.       Специально сделав окончание на последнем слове, Аскаделия сверкнула глазами и самозабвенно, немного обидчиво отклонилась от него. Женщина протяжно вздохнула:       — Жаль, — а потом еле разборчиво добавила, но так, чтобы только Сидиус это слышал. — Ну, если не можете меня удовлетворить, то Уилхафф будет чуть податливее, полагаю…       Удар ниже пояса. Палпатин постарался успокоить внутренний гнев, который чуть было не вырвался на волю. Внешне естественно он оставался для всякого спокойным, но статическое электричество явно полыхнуло в воздухе. Он глубоко вздохнул и выдохнул, проклиная весь тот алкоголь, что выпила эта просто до умопомрачения пьяная барышня.       — Я передумал, друг мой, — хрипло проговорил лорд-ситх, поглядывая на довольную во всех отношениях особу. Она с улыбкой вновь уткнулась ему в плечо и ритмично задышала, начиная гладить его по спине. — Я сам отвезу, миледи. Позаботьтесь обо всём в моё отсутствие.       — Как пожелаете, — и всё же под конец выражение лица Таркина было непередаваемым.       А Император убедился в том, что Аскаделию следует как можно скорее положить спать. Мало ли, что она могла учудить дальше. Не думал он, что сегодня с ней предстояло так намучиться.       Незаметно для всех они вышли из этого зала, а потом из здания в тот самый момент, когда начался салют, садясь в личное транспортное средство Императора. Никто не обратил на них внимания. И отлично. Ночной город жил своей жизнью и непонятно чем ненароком привлёк взгляд женщины. Аскаделия наблюдала за лениво тянущимся транспортом и мелькающими огнями многочисленных вывесок. Она находилась рядом, но при этом бесконечно далеко, и почти не прилипала, не приставала к ситху, хотя он ожидал самого наихудшего. Аскаделия выглядела весьма спокойной и довольной, но вместе с этим молчалива, и завязывать с ней непринуждённый разговор было так… неловко.       Им пришлось в таком же молчании, без единого звука пройти ещё порядком несколько сотни метров, чтобы добраться личных покоев правителя. Конечно, он хотел отправить её в любую гостевую комнату, но Аскаделия весьма призрачно намекнула, что никуда не пойдёт. Он мог бы ей приказать, но не решался. Голосок в голове упорно убеждал его, что он мог бы разговорить её сильнее, чтобы получить нужную информацию. Сидиус, конечно, не слишком на это надеялся, но пьяные люди нередко выдают кое-что любопытное.       Палпатин лишь на секунду отвернулся, чтобы сказать охране выпустить сегодняшнюю спутницу Таркина без всяких проблем утром уже этого дня. И потом, когда он вернулся, то увидел такую картину, что ему пришлось остановиться прямо в проходе. Леди стояла к нему спиной. Аскаделия легонько дернула ткань платья, с грацией освобождаясь из него. Чёрное платье с вкраплениями напоминающими звёзды медленно слетало вниз, оголяя бледную спину. Следом полетело нижнее бельё, оставляя женщину совершенно голой.       Его глаза предательски оглядели с головы до пят фигуру женщины. Он судорожно выдохнул, чувствуя, что за этот вечер его терпение было испытано множество сотни раз. На худой спине около копчика виднелось страшное уродство в виде шрамов, а в некоторых местах еле заметно сияли татуировки в виде продольных линей, будто по коже леди водили кистью, кропотливо вырисовывая узоры. И всё же её тело не могло не впечатлить: стройное, сильное, даже несмотря на уродства и погрешности.       Аскаделия повернулась к нему, соблазнительно улыбаясь, прикусывая губу, и довольно легко приземлилась на кровать, непристойно выгибая спину. Палпатин нервно задышал, когда невольно коснулся взглядом её затвердевших сосков. Единственное, на что он был сейчас способен, это закатить глаза и вымученно двинуться к ужасной обольстительнице.       Эта ночь действительно будет очень-очень долгой.