Последний ключ

В поезде было душно, и только окно, разбитое каким-то демоном в приступе спонтанной ярости, впустило свежий порыв воздуха. Глифт, чьим голубым цветом Вики могла наслаждаться целыми часами, тек рекой, в том числе и в её горло. Ади, ухмыляясь, сделал большой глоток алкоголя и приподнял бровь, ожидая того момента, как на его святую голову обрушится не менее святой гнев самой Уокер. Она не сомневалась, что они с Мими сделали ставки: когда Вики окончательно вспылит и запротестует. Может, и Энди к ним присоединился, но пока ничем не выдавал этого, чуть склонив голову и всматриваясь в пустой бокал. — Никакого волшебства, — изрек он, откидываясь на спинку дивана, когда попытка из пустоты создать глифт провалилась. Мими закатила глаза, а Ади, лишь коротко хмыкнув, вновь вернулся к Вики. Он мог, скорее, взбесить её своим вниманием, а не тем, как демоны вытаскивали её из комнаты. Уговоры Мими не действовали, и Ади, не церемонясь, перекинул Вики через плечо и так и долетел до вагона, изредка оглаживая ноги девушки, словно успокаивал буйное животное. Вики, не имевшая в подобном опыта, считала, что успокоить можно одним способом — уйти. Не желая и дальше пребывать в унизительном положении, она спокойно села за столик и, к несчастью, заметила игривую усмешку Люцифера, конфликтующую с испепеляющим взглядом, обращенным на рыжего демона. — Я не собираюсь злиться, — произнесла Вики, когда поняла, что внимание Ади не исчезает. Она, конечно, немного, но врала: их бесцеремонность бесила. Внутри она трижды прокляла их, но в четвёртый раз не стала. Они беспокоились о ней: Мими всё чаще и сильнее хмурилась, Энди молча хмыкал, а Ади… просто был собой и напомнил, как они с Мими не покинули и его комнаты, когда он кричал на них. — Жаль, — улыбнулся он. Энди едва не захрапел в тот же момент, как его голова коснулась дивана, и Мими прыснула со смеху, скрывая порыв веселья за бокалом. Непризнанный недовольно взглянул на неё, но демоница лишь легкомысленно пожала плечами. Вики сделала новый глоток, напрочь забыв, что нужно соблюдать хоть какую-то меру. — На что вы поставили? — спросила Вики, но Ади недоуменно склонил голову. — Да ладно, будто вы не настолько азартны, чтобы не сделать на мне ставок. По моим догадкам, вы ставили на время, через которое я не выдержу и уйду, — усмешка демона расцвела, подсказывая ей, что Вики на правильном пути. — Так что получит победитель? Ади издал смешок от такой догадливости и указал пальцем в сторону, продолжая держать этой же рукой бокал: — Видишь вон ту бутылку? Вики развернулась к указанному предмету и заметила стоящую на постаменте под толстым стеклом доверху наполненную красной жидкостью изящную бутылку с ручкой в виде ангела. — Трофейный глифт. Ядреный, говорят, от него бывают галлюцинации, — заговорщицки пояснил он так, словно она должна была всё понять. Но Вики лишь похлопала ресницами. — Редкий, очень редкий и запрещенный. Всё для особого ученика. — Люцифера? — не сдержав удивления, она едва не вскрикнула. А затем так же быстро остыла: время, когда однозначный ответ не приходил в мысли, казалось смутным и далеким. Конечно, Дино отчитал бы всех за подобный артефакт, но он был одним из претендентов. Лучшим ангелом школы. Надеждой отца. Её верным другом и опорой. — Люцифер мог бы запросто его взять, — продолжил Ади, умело избегая её понятных мыслей, — но ни разу не прикасался к нему, — демон бросил короткий взгляд на Люцифера, разговаривающего с кем-то ей незнакомым, и после небольшой паузы прошептал: — Знаешь, вероятно, ощущение, что я должен забрать что-то, принадлежащее ему, слегка подстегивают меня разозлить тебя. — А меня успокоиться, — усмехнулась Вики. — Я с радостью посмотрела бы, как ты крадешь его для Мими. — Для тебя, — он улыбнулся, — Мими уже проиграла: она считала, что ты вырвешься еще на подлете сюда. Взгляд Ади вновь впился в бутылку, как если бы мысленно прокручивал воровство, а затем, тряхнув головой, поддел Мими не сыгравшей ставкой. Демоница тут же вспыхнула и упрекнула его, что у Вики и шанса не было вырваться из его лап. Слушая их вполуха, Вики почувствовала, как кольнуло в затылок, и развернулась, тут же пожалев об этом. Ости, насколько возможно, одарила её неприязненным взглядом, предварительно осмотрев. Белоснежное платье, как и она сама, мгновенно впитали пятна грязи, посылаемые демоницей. И словно такого влияния было мало, Ости ухмыльнулась и, будто ненароком коснувшись ладонью колена Люцифера, прошествовала к их столику. Из-за напряжения Вики, которое вмиг передалось и ему, Ади на секунду нахмурился, а затем придвинулся чуть ближе, не давая Ости и возможности сесть между ними. Люцифер, отвлекшийся от разговора с каким-то демоном, сердито наблюдал за всем этим представлением. — Убогая. Вики не успела попытаться прожечь в наглой демонице дыру, как Ади хохотнул: — Вики знает твое имя, Ости, — её губы приоткрылись, а глаза сузились от гнева, но Ади продолжал улыбаться: — Да-да, тёрки ваших родителей, бла-бла-бла, весьма интересно. — Малыш, — протянула она так сладко, что ещё немного, и Вики получила бы диабет, сопровождающийся язвами. — Не спутала меня ни с кем? Можешь называть Люцифера как угодно: в ваши постельные игры я не лезу, но я предпочитаю просто «Ади». — Мерзость, — буркнула та, но это были последние слова Ости прежде, чем Мими завлекла её в пустую болтовню. Вики вновь почувствовала то вязкое ощущение, какое прилипло к ней после посещения комнаты Люцифера. Она бы многое отдала за порошок забвения, который стер бы всю эту информацию и голую Ости из памяти. Сам Люцифер, будто почуяв, что все мысли и беседы лишь о нём, возник перед их столиком, спрятав руки в кармане. — На разговор, — сухо произнес он. Ости уже хотела встать, но Люцифер качнул головой: — Не тебя. Под пристальным взглядом всех присутствующих, Вики неуверенно повернулась к Ади, которого происходящее забавляло всё сильнее. Вероятно, ещё один глоток, и он бы повернулся к Ости с неприличным жестом. — Буду скучать, но надеюсь, что собственный приз ты разделишь со мной. — Ты рассказал ей? — удивилась Мими, избегая смотреть на подругу из-за крохотного стыда. Вики чуть улыбнулась и под редкие неудобные взгляды прошла за Люцифером на небольшой клочок земли перед поездом. Они остановились под небольшим, но раскидистым деревом, чьи цветущие ветви немного укрыли их от совсем любопытных глаз. Люцифера, казалось, это совсем не беспокоило, а вот Вики ожидала, что в проеме кто-нибудь да покажется. — Не самое логичное, что ты когда-либо делал. Приподняв бровь, он взглянул в поезд, где всё так же никто не выказывал интереса их персонам, и потер переносицу: — Вызвал Непризнанную на нежный, пушистый ковер из травы и цветочков? Вики растерялась от резкого перехода: вот он сухо зовет её выйти и вот уже звучит несвойственное мягкое замечание. Она взглянула под ноги, и действительно трава казалась неестественно пышной, а цветы настолько разноцветными и яркими, что рябило в глазах. Как Люцифер заметил это так быстро? — Хорошо, если они так подумали, — пробормотала Вики, носком туфель коснувшись цветка. Люцифер чуть улыбнулся, всё это время наблюдая за ней, но от её слов нахмурился так, что образовалась морщинка между бровями, по которой тут же захотелось провести пальцем, разгладив. — А что они могли подумать? Что мы тут оргию решили устроить и их не позвать? При меньшем количестве глифта в крови, Люцифер бы разозлил её, но сейчас она боролась с глупой улыбкой, желающей растянуть губы. Короткая дорога вызвала легкое головокружение, и Вики чувствовала себя той девятнадцатилетней девушкой, которая пришла домой пьяной, но отчаянно делавшей вид, что её отцу всё это лишь кажется. — Не думаю, что хоть у кого-то мысли могут зайти в такие дебри, — она качнула головой. — Может, немного у Ости, но в её же интересах этого не допустить. Глаза полыхнули алым, но всего на секунду, как если бы не сдержали порыва или были остановлены своим владельцем. Взгляд Люцифера чуть дольше обычного задержался на её губах, словно он должен был читать по ним, а не только слышать голос, звучавший с каким-то искажением. Он запрокинул голову, обращаясь за подмогой к небу и готовясь к беспокоящей его теме: — Об Ости… Но Люцифер не смог даже договорить. — О нет, прошу, я и так, вероятно, знаю много. А это совсем не моё дело, — Вики подняла руки, словно могла его остановить, и, когда он приоткрыл рот, вновь запротестовала: — Совсем-совсем не мое. Вообще, не моя юрисдикция. Вики лукавила и понимала, что Люцифер видит это (от его пристального взгляда вообще было трудно скрыться). Он приподнял бровь, спрашивая, закончила ли она отнекиваться, и после недолгих размышлений Вики кивнула. — Не твоё, — протянул он, ощущая, как обида Вики проникает в кровь и отзывается в нём мольбой разрушить все догадки. — Но разве не из-за неё ты вчера вернулась подавленной? По её лицу он понимает, что чтобы он не чувствовал, считая эти эмоции её, она не признается так просто. Люцифер посмотрел на неё: её энергия оставалась всё такой же спокойной, но пробравшие до костей совершенно определенно чужие эмоции не могли принадлежать никому, кроме Вики. Такая интимность напугала бы его сильнее, чем что-либо в Аду, если бы не настойчивое желание вытравить обиду из своей и её крови. — Глупость. Вики фыркнула, и от этого жеста он невольно улыбнулся. Это была бы хищная усмешка, но сейчас настолько непосредственная и довольная, что она засмотрелась на его губы, ожидая, когда иллюзия развеется. — Так уж? — спросил он, чуть наклонившись ближе. Иллюзия не исчезла, а запах глифта и одеколона Люцифера, проступающий так явно, что, вероятно, он мог запросто с ним переборщить, заполнил нос, заставив её дышать чуть чаще. — По-твоему, — она сглотнула, подбирая слова, — меня должны были задеть ваши отношения? Люцифер с ещё большим удивлением уставился на неё, скользнув взглядом по всему телу. До темноты, где они стояли, едва добирался свет из поезда, но он мог запросто рассмотреть её: белоснежная ткань вместе с молочной кожей светились, как мишень для хищника. Люцифер запросто мог представить Вики, убегающую во тьму, которая не смогла бы поглотить её полностью. Чувствующая неловкость, нарастающую с каждой секундой всё больше, Вики ожидала ответа, и он не сразу смог вспомнить, о чём они говорили. — Секс. Ах да, та штука приняла тебя за ангела… — произнес он, обрываясь на полуслове. — Конечно, вам, ангелочкам, не понять, что такое простой секс. Обычное удовлетворение потребностей. Вики почувствовала румянец на щеках от простых, но порочных слов демона, и отчетливо понимала, что пожалеет о следующих вопросах: — О чем ты? По-твоему, ангелы почкованием размножаются? Или не занимаются любовью? Взгляд Люцифера не стал алым, ничего не выдавало его злости, может, он и не испытывал её, но что-то в нём говорило ей о смешанных, но сильных эмоциях, отзывающихся внутри неё каким-то болезненным раздражением. — Конечно, ты и Дино наверняка ей и занимались. Возвышенность и всё в этом духе. Люцифер показал кавычки в воздухе, чем разозлил её сильнее. Вики не могла отделаться от мысли, будто пялится на него в тупом неверии. Как можно было прийти именно к этому? Сказать нечто настолько сюрреалистичное? — Ты серьезно, прямо на полном серьезе, говоришь о сексе с Дино? Она ожидала, что Люцифер, несомненно, должен пошутить. Или подключить сарказм и едкость. В любом случае, прекратить разговор, сводящийся к абсурдности, но ответ был серьезным: — Вики, я последний демон, который будет обвинять тебя в нарушении запрета. Несколько раз, в особенные моменты, когда Люцифер был максимально невыносим, Вики представляла, как дает ему пощечину крылом. Идея сразу же браковалась, а щеки краснели от глупости. Если бы на Люцифера распространялась такая же реакция, он бы давно заалел и превратился в красный фонарь. — Мы с Дино… — каждый звук чувствовался абсурдным и лишь злил её сильнее. — Какого черта мне нужно объяснять что-то или оправдываться, когда речь шла о твоих отношениях с Ости? — Нет никаких отношений. — Люцифер, — по её выдоху, который должен был остудить её, было понятно, что ничего хорошего ждать вновь не приходилось, но то, как звучало его имя, заставило Люцифера чуть склониться вперед, нависая над ней в опасной близости. — Как можно касаться кого-то, проводить кончиками пальцев по коже, зарываться в волосы или чувствовать их щекотку, целовать тело и губы, вжимать в себя, желать большего и не останавливаться, жаждать и при этом ничего не испытывать? Уверен, что это не отношения? Люцифер прочистил горло, пытаясь утихомирить всю ту бурю, которую опрометчиво вызвала Вики до невыносимости сладкими словами. Она могла говорить о ком угодно, но воображение рисовало совсем иных персонажей. Серые глаза, смотрящие на него в упор, не выдавали и капли той мольбы, которая словно вторая сущность засела под кожей. Он мог поклясться, что обида ощущалась как собственная, так ярко, как никогда при чтении энергии. Именно осознание её чувств заставляло его так рьяно желать развеять все сомнения и домыслы. Ещё вчера он радовался, что Вики не считает нужным скрываться от него, а уже сегодня он невиданным образом сам вытягивает все её мысли. Невесть откуда появившийся жар хлынул на нее, окатив все тело, и Вики пришлось отступить назад, всего на полшага, но уже от такого расстояния легкие заработали с новой силой. Смущение коснулось лица, и ей оставалось надеяться, что тени скроют краску. — То, что ты описала, — начал Люцифер после небольшой задержки, — и рядом не стоит с тем, что происходило на самом деле. Можешь не признаваться, ладно, переживу, но, Вики… Никаких отношений с ней. И секса. Ничего. Люцифер расслабленно выдохнул, когда хватка обиды стала менее ощутимой. Теперь Вики смотрела на него с удивлением, почти с потрясением. Не от того, что между ним и демоницей ничего нет, а из-за того, что его вообще волнуют её чувства. — Почему ты вообще так печешься о том, что я думаю об этом? — Ты видела свое лицо, когда вернулась из моей комнаты? Вики, я в мозгу перебирал весь компромат, что ты могла найти. У Люцифера был простой ответ, отчасти правдивый, но существовала вторая причина. Самая главная поселилась под кожей, впиваясь в нутро иглами боли. Он не мог понять, каким образом глифт так обострял чувства. С каких пор этот напиток позволял прочесть собеседника на раз-два? — Я просто не ожидала её найти. То есть, вы казались близки, но всё же встретить её там, тем более в том виде… — В каком виде? — В обнаженном, — ответила она. Напряжение вновь возросло, Люцифер чертыхнулся, и Вики добавила: — И всего на секунду она спутала меня с тобой. Я бы посоветовала ей проверить зрение. Атмосфера немного разрядилась, и Люцифер едва заметно улыбнулся, окидывая её пристальным взглядом, словно искал хоть каплю схожести. — Ты хотел еще что-то или вытащил меня, чтобы поговорить об Ости? — Мне что, теперь тебя вытаскивать только на поиски ключей и возвышение душ? — Я не нарочно! Он просто спросил, а я ответила, а потом свет во все стороны… и всё: Брут исчез, — Вики взглянула на него, подмечая то, что раньше не заметила: — Восстановление ада отняло много сил? Вики коснулась его лица из-за глифта и не понимая, что пересекла хрупкие границы. Нежное прикосновение очертило залегшие под глазами синяки. Люцифер прикрыл глаза, и теперь она ненарочно задевала длинные ресницы. — Заморозить Коцит, вытащить трёх великанов и вернуть грешников в лед? — хрипло прошептал он. — Пустяки. Продолжаем в том же духе. Вики чуть улыбнулась: он не сбрасывал себя со счетов, признавая и своё участие. Тонкое запястье обвили мужские пальцы, но не останавливали, разрешая ей вновь и вновь оглаживать лицо. Она продолжала до тех пор, пока ласка не стала казаться чем-то неправильным. — Мне не стоит… — Трогать демона, словно он бездомный котенок? — Люцифер приоткрыл глаза. — Ты всё равно это делаешь. Ласка поднялась выше; густые волосы не протестовали, чтобы прическу слегка испортили, и Вики совершенно без зазрения совести это и сделала. Вновь сократила расстояние до полушага и медленно провела по ним ладонью. Как только она хотела спросить, приятно ли ему, Люцифер тут же потерся о её предплечье щекой. — Я немного выпила, — оправдывается она, и после таких слов разумно отойти или хотя бы убрать руку, но Вики продолжает, чувствуя легкое щекочущее покалывание щетины о нежную кожу. Люцифер пах уже не просто глифтом, от такой близости она начинала распознавать древесные и цитрусовые ноты одеколона. А это верный знак, что стоит отойти. — Три бокала. Вики улыбается, когда Люцифер смотрит на неё с хитрым прищуром, словно только и ожидает её уточнения. Вероятно, не только она следила за ним, но и он успел посчитать все бокалы глифта. — Чуть больше, чем я думала. Однако разве Ости не злилась от того, что владеет твоим вниманием не безраздельно? Легкий укус в запястье вызывает тихий смешок, и она все же убирает руки от него под вспыхнувший алый взгляд. — Теперь ты злишь меня. — Я верю, что с этим ты справишься, — усмехается Вики. Люцифер качает головой, стараясь не показывать, что готов насильно вернуть её руку к себе: — Знаешь, что меня больше всего бесит? Вики казалось, что это бесконечный список, и озвучила лишь несколько предположений: — Эм, глупость? Слабость? Когда не называют сыном Сатаны? Люцифер сложил руки на груди, а затем серьезнее взглянул на неё: — Зачем ты хотела, чтобы я вернулся в комнату? Вот в чём была загвоздка. Вики дважды намекнула ему вернуться, и это задевало его? Что ей не было дела до их отношений? Ну, или она успешно делала вид, что это так. — Ости ждала тебя. — Ты тоже. И если ключи ждать не могут… — Уже второй день ждут, — не согласилась Вики. После первых поисков её мучила вина, она думала, что подставила Люцифера с возвышением Брута, хоть и не поступила бы иначе. Но когда он не ворвался к ней, выбив дверь комнаты, разъяренный выходкой, Вики винила себя уже в промедлении. Ей всё время казалось, что за поворотом будет лежать новое тело, кто-то умрет, пока они занимаются чем угодно, кроме дальнейших поисков. — Ладно, — Люцифер взъерошил волосы ещё сильнее, — тогда отправляемся за вторым. Вики не смогла подавить удивления от такой решимости, да, он говорил, словно на спор, но вполне уверенно. Он выпил куда больше, чем она, но слова протеста так и не смели сойти с её губ. Наоборот, томительное ожидание рухнуло с плеч. Они и должны заниматься расшифровкой и поиском, и не одна лекция не могла сравниться по ощущениям правильности с этим. — Пьяные поиски, — медленно протянула она, — а мне нравится. — Отлично, только, — Люцифер выудил из кармана амулет, чем-то напоминающий тот, что она стащила у Фенцио, но на более коротком шнурке, — дай руку. — Он скроет мою энергию? — Ангелок, — протянул он, — хочу ли я знать историю о том, откуда ты знаешь про подобные амулеты и как ты оступилась на праведном пути? Недовольный взгляд был ему ответом, но она всё же протянула ему ладонь, на запястье которой он тут же надел браслет. Как он и предвещал, от принесённой над телом Брута жертвы на внутренней стороне образовался тонкий шрам, что послужит украшением оставшуюся небесную жизнь. Проведя по нему подушечкой пальца, он обхватил уже оба запястья, тут же нащупав на другой руке что-то шершавое, похожее на очередной шрам. — Ты не мог бы не называть меня так? — Ангелочком? — спросил он с усмешкой, отвлекаясь от находки на её глаза. — Именно, — после недолгой паузы Вики добавила: — И Непризнанной тоже. Люцифер мог найти тысячу причин, почему не следовало исполнять её прихоть, но самая главная была в том… — Не капризничай, — он выдохнул и продолжил: — «Вики» подойдет? …что её имя звучало до странного интимно. Поиски ключей объединяли их одной целью, но имена переводили все на иной уровень. Стук сердца, что он чувствовал под кожей на запястье, говорил, что так было не только для него. — Да, — тише прежнего призналась она, — но я думала, ты сперва предложишь «Уокер». Люцифер чуть усмехнулся: он напрочь забыл про её фамилию. Оставив это без ответа, он вернулся к её запястью, вновь нащупывая те шрамы. С внутренней стороны вырисовывались несколько коротких линий, бессвязных на первый вид, но ощущение, что это лишь часть чего-то цельного и большего не покидало голову. Вики тихо поблагодарила его, а затем спросила: — В библиотеку? Люцифер растерянно кивнул: он не забирал карты, да и не занимался ими, всё время потратив на девятый круг. Только в полете, в очередной раз взглянув на Вики, он понял, почему его смутили те шрамы. Он коснулся собственного запястья, как и у Вики, правое, на том же месте появились новые полоски, не такие, как у неё, но определенно связанные.

▼△▽△▽△▽△▽△▽△▽△▽△

Архивариус не утруждал себя делать вид, будто удивлен видеть этих двоих в столь поздний час. Он не заикался и о том, что существуют и нормы приличия, и комендантский час. Сперва он с усмешкой подметил нетрезвое состояние Отпрыска, а после того, как обменялся с Вики любезностями, которыми она щедро делилась из-за выпитого, разложил перед ними пятнадцать вырванных страниц в три стопки. — Знаете ли вы о порядке? В то время как Вики стояла, нависнув над столом, с сомнениями пересчитывала все карты и обреченно понимала, сколько ещё предстояло впереди, Люцифер, вальяжно сидевший возле неё на стуле, недовольно взглянул на старика: — О, теперь ты не отнекиваешься, что ключи существуют?! — Своим бардаком ты доказал, что можешь справиться с этим, — Архивариус облизал тонкие губы. — Разрушив ад при этом. Вики вновь удивилась переходу Люцифера от нежности, с которой он говорил с ней у дерева, к раздражению, почти злости, и прежде, чем он решит, что спор важнее, прервала их: — О каком порядке идет речь? Архивариус удовлетворённо кивнул, замечая, как она пресекла их несостоявшуюся ссору с Отпрыском. — Если ты заметила, на картах из двух стопок небольшие пометки… Вики вгляделась в листы, которые дышали из последних сил, настолько ветхими казались: две стопки по семь карт, действительно, делились не просто так. В уголке каждой из четырнадцати страниц было начертано объединяющее их слово. Люцифер подпер рукой голову и, заметив её ошеломление, произнес: — Выкладывай уже. Она плохо знала латынь. Её знания ограничивались скудным курсом в институте, но этого хватило, чтобы понять: Вики и Люцифер нужны друг другу сильнее, чем последний считал раньше. — «Peccatum» — грех, — Люцифер расслабленно выдохнул, ожидая худшего, и она тут же дала ему это: — «Virtus» — благодетель, — он несколько раз моргнул, но она продолжала серьезно смотреть на него, показывая, что не шутит. Люцифер пытался понять: в какой вселенной он мог пройти испытания добродетелями? В каком мире ангел мог поддаться грехам? Равновесие, о котором все так твердили, делило ангела и демона, а не поощряло смешение обязанностей. Ангел — свет, демон — тьма, никаких серых оттенков. — Не ожидал? — хохотнул Архивариус. Люцифер промолчал, но смятение быстро сменилось гневом. Он даже не удивился, когда Вики отвлекла его от прожигания дырки в Архивариусе. — Все поддается логике, — вернув себе внимание Люцифера, произнесла Вики. — Если эти ключи настолько могущественные, то отдать их так легко — испытанием всего одного добра или зла — довольно опрометчиво. Губы Архивариуса чуть растянулись от быстро взявшей себя в руки девушки: — Как знать, может, это и было рассчитано на невиданный союз демона и… пока Непризнанной. — Семь грехов, семь добродетелей, а оставшаяся карта? — спросила Вики, но даже не пыталась прочесть пятнадцатую ничем не помеченную страницу. — Промежуток между ними. Ваше право, что выбрать первым: грехи или добродетели. Но выбрав — идете до конца. Люцифер хмыкнул и было потянулся к ближайшей стопке, но быстро вспомнил, что понятия не имеет, что есть что. — Что ж, давай грех, Вики? Разговоры о похоти уже были сегодня в нашей программе. Как знать, может, повезет? Вики тряхнула головой и спокойно предупредила: — Если ты сейчас снова что-нибудь скажешь о Дино… Она остановилась, вновь ощущая ту трель раздражения, не принадлежавшую ей. Люцифер взглянул на неё горящим взглядом, явно одолеваемый именно этим соблазном вновь затронуть ту тему, что она замяла. Вики не ответила ему прямо, хоть ей и казалось это полным абсурдом, для него это всё ещё открытая тема. — Нет, мы были только друзьями, — волна злости схлынула с неё, уступая облегчению. — Но тебе подобное и не знакомо? — Нет, разнополая дружба не моя стезя. Зря он произнес это. Солгал, между ним и Мими была когда-то дружба. Но и это не спасло бы его от знакомого чувства горечи. Может, стоило промолчать, и Вики бы тогда не отвернулась от него, впившись взглядом в пустое пространство стола? А ему не захотелось бы встать и сделать те вещи, которые бы она, впрочем, и не дала бы сделать. Архивариус хмыкнул, и послышался ворох одежды, сопровождающий складывание рук на груди. Они оба не смотрели на него: Вики сверлила стол, а Люцифер бросался от одной глупой идеи к другой, словно в клетке, на которую давили сверху. — Вы еще не додумались, да? — О чем вы? — так тихо спросила Вики, что Люцифер мысленно бился головой о стол. — Ваши метки должны были появиться после первой инициации ключа, — Люцифер взглянул на полоски шрама, который уже два дня не давал ему покоя. Похожий он нашел и на запястье Вики час назад. — Как в легенде, Отпрыск: «И лишь достойнейшее существо небес и ада пройдет этот путь». Одно существо. Первый ключ — инициация, демон или ангел, настройка ключей на него. Но вас двое, — он усмехнулся, подмечая, как лица слушающих вытянулись, — и вы связаны с друг другом, как один. Вы чувствуете эмоции друг друга, но еще ничего не поняли? Воцарившееся молчание было недолгим. Напряженным, обнажающим худшие подозрения, но коротким. — Шепфа, — выдохнула Вики, чувствуя необходимость в стуле. — Пусть всё ограничится этим: знать твои мысли я совсем не хочу. Люцифер улыбнулся и взглянул в её глаза: — Боишься, что понравятся?