Душа в смятении

В камине потрескивал ярко-голубой огонь, прекрасно справляясь с отоплением крупных размеров залы. Каменный пол и стены устилали шкуры редких животных, а у самой дальной из стен стояла большая постель со множеством подушек. Две обворожительные демоницы, облаченные в тонкие полупрозрачные одежды, расположились по обе стороны от мужчины, что был доволен их компанией. Кай недавно вернулся после вылазки в Среднее Царство удовлетворенным и тут же решил посвятить время своим подружкам. Его смуглый торс покрывало несколько шрамов, но демоницы находили в них интерес, как картограф посреди неизведанной территории. Демон мог их залечить в любой момент, не оставив и следа. Однако они служили хорошим напоминанием о битвах. — Господин, Ваши шрамы бесподобны. — Можем ли мы поинтересоваться историей их возникновения? — Этот, — Кай, принимая из рук девушки горсть винограда, указал на шрам под рёбрами. — Был нанесён драконом, когда я только ступил на службу к Нашему Тёмному Императору. Тогда мне удалось задушить его руками. — Какая отвага! А ведь драконы — очень гордые и могущественные существа, которые без промедления обратят всё в пепел. — А что насчёт этого? — А этот оставил мне один заклинатель двести лет назад. Мне стоило ещё тогда признать, что я недооценил его способности, и поплатился за это, — Кай усмехнулся, притягивая путан к себе. — Однако не долго голосил соловей. Я следующим же ударом снёс ему башку. По помещению раздалось хихикание. Каю нравилось отдыхать в окружении стреляющих глазками красоток не меньше, чем пускать кровь неугодным подчинённым. А устроенная им кровавая бойня вообще казалась праздником. Только подумать, он встретил своего бывшего босса в заклинательской форме. Вот уж неожиданность и представление! Каю хотелось рассмеяться в голос. Кому расскажешь, не поверят. Но это была правда. Впрочем, Чонгук никогда не потешался над жителями Среднего Царства, не считал их слабыми существами и был рад скрести с ними мечи. Но для Кая они представляют лишь грязь, о которую совсем не хочется марать руки. Он демон, высшее существо, живёт годами подобно мгновениям, его мощь несоизмерима. И все-таки нашлись те, кто несмотря на это, оказывают его народу яростное сопротивление. «Мелкие насекомые. Назойливые. Ненавижу». Однако Тёмный Император не спустит ему с рук своевольно организованное нападение. Если узнает, конечно. Кай не будет отчитываться перед тем, в ком испытал небольшое разочарование. Хотя Императора тоже можно понять. Ни одна из сторон ещё не оправилась после войны, понеся масштабные потери. Даже время протяжённостью в два века не сумело вернуть войско в первоначальный вид. Перед глазами промелькнул взгляд феникса. Кай моргнул, вспоминая лицо заклинателя, давшего ему хороший отпор. Невысокий, с миловидными и утонченными чертами человек так легко и решительно сражался с ним, что тогда у Кая прошлась дрожь по всему телу. Золотистый глаза с вкраплениями рыжего были пусты и напоминали два тонких стеклышка. Их обладатель отбросил какие-либо эмоции прочь и стоял ровно. Даже если на него упадёт метеорит, он не поведёт и скулой. И его устойчивость к ядам… — Не похоже, что он блефовал, — произнёс себе под нос демон. — Хочу съесть. — Мой господин, вы что-то сказали? — заинтересованно захлопала ресницами демоница. Кай посмотрел на неё, и образ девушки перед ним стал немного расплываться, менять форму, пока не превратился в лицо заклинателя. Собственное воображение напомнило ему, и Кай со злобной усмешкой провел ладонью по щеке девушки, цепляя пальцами острый подбородок, внимательно разглядывая приоткрытые губы, а затем и шею. Да, именно там, где пульсирует жилка, ему удалось ощутить запах кожи и опробовать чужую кровь на вкус, обменяв «угощение» на кропотливо созданный им когда-то яд. Нечего греха таить, но лобовая атака была спровоцирована Каем удачно по чистой случайности. Человеческий ребёнок неосознанно открыл ему путь своим внезапным появлением. «Другой шанс вряд ли случился бы…— Кай вспомнил гамму чувств в глазах Чонгука и провел языком по острым клыкам. — Хах, ты так смотрел на него, что готов сломя голову броситься его защищать. Земное Царство сделало тебя мягкотелым, Чон Чонгук. И я совсем не против подергать за ниточки». Кай небрежно отпустил застывшую в напряжении демоницу. Что же, теперь у него в планах ещё несколько раз посетить мир людей.

***

Поскольку путь до Долины Поиска неблизкий, Чимин намеревался делать остановки. Первые два дня они ночевали под открытым небом, и Чонгук вдруг разговорился, глядя на небосвод. — Так захватывающе наблюдать, как солнце постепенно уходит за горизонт. — Это явление называется «закатом», — пояснил Чимин, разжигая огонь примитивным для обычного человека способом — через искры. — Неужели? — Чонгук облокотился на него и, не встретив отторжения, навалился уже без стеснения. Чимин остановился и взглянул на демона, по-хозяйки уложившего свою голову на его ноги. Ему очень хотелось бросить тому в лицо «бесстыжим демоном», но против воли раскрыл рот с очевидным вопросом: — Что ты делаешь? Твои действия что-то означают у демонов? — Не скажу, что многие жесты разительно отличаются от ваших. Просто, — Чонгук подцепил пальцами свисающий локон. — Я заметил, что цвет захода солнца так же красив, как цвет твоих глаз. — Спасибо, — Чимин улыбнулся, получать комплименты от Чона ему нравилось больше, чем от других. — Мне ещё никто такого не говорил. — Совсем никто? — Ну, Хосок говорит что-то похожее. Когда пьян. Хотя он и в трезвом виде неплохо справляется с этим. Чонгук нахмурился. — И как часто он тебе говорит? Чимин с непониманием уставился на его помрачневшее лицо. — Не каждый день, — ответил он с паузой. — Но скажу честно, у него получается не очень. Скажи, кого не смутит сравнение цвета его одежды с болотной лягушкой? Или что-то вроде «Вау, твои губы сегодня особенно красны, прямо как корочка только что приготовленной на костре курочки». Чонгук прыснул и со смеху покатился по земле, держась за живот. — Что, прямо так и сказал? Да ни одна женщина не поведется на такой флирт. — Его жене нравилось, — целитель указал пальцем в небо. — Правда, они сейчас не вместе. А что насчёт тебя? Чонгук отряхнулся и вновь уселся у костра. Он несколько секунд обдумывал ответ, забавно раздувая ноздри. — Ты имеешь в виду, были ли у меня когда-либо женщины? — Да, — кивнул Пак, немного смутившись своего вопроса. — Были. Но ничего серьёзного с ними не было. Так, развлечение на одну ночь в борделях, — задумчиво произнёс демон и услышал странный звук, похожий на писк, со стороны Чимина. Он повернулся и застал неожиданную картину. Заклинатель, сидевший на коленях, вдруг покраснел настолько ярко, что ни одна пудра не смогла бы замаскировать его цвет кожи, и закрыл лицо руками. Чонгук раскрыл рот в удивлении. Он сказал что-то настолько смущающее, что краснота охватила не только уши и шею, но и кисти? — Эм, Чимин, ты чего? — Как можно так спокойно заявлять о подобном?! — внезапно воскликнул целитель. — Как тебя за твою жизнь ещё ни разу языка не лишили? — А что я такого сказал? — потерянно заявил демон, но затем его обескураженность сменилась на коварство. — Ах, хён, неужели тебя смутило слово «бордель»? Но ведь это общественное заведение, где люди могут расслабиться и вдоволь насладиться пребыванию с обворожительными… — Я знаю, что это, Чон Чонгук! — возмущённо произнёс Чимин, прерывая поток слов, льющихся изо рта демона. — О таком не рассказывают с гордостью. — Ох, как будто у тебя подобного не было, — не желая выслушивать нравоучения, демон вскочил, а потом в его мозг вдруг снизошло озарение, и он осторожно спросил. — Что, реально не было? У Чимина уши горели особенно сильно и вот-вот были готовы расплавиться в карамельную нугу. Он лихорадочно искал путь смены разговора на что-то более благопристойное, пока Чонгук смотрел на него с немым ожиданием. Но Пак не мог вдруг заговорить о погоде или еде, ведь тем самым он только подчеркнёт его неподкованность в теме. Ему, на минуточку, чуть больше двух сотен лет, и он не святой человек, чтобы отторгать любые грешные помыслы. Однако говорить о подобным для него — все равно, что пытаться объяснить ребёнку, откуда берутся дети. — Меня смущает сам факт того, что люди это делают не только для продолжения рода, — Чимин мысленно приказал крови в организме отойти от лица и склонил голову на бок. — Создают Цветочные дома и делают на этом бизнес. Это неправильно. — Многое неправильно. Однако для одного это грех, для другого — способ выжить, — соглашается Чонгук. — Когда я был ребёнком, этой грязи было на каждом углу. Эй, почему ты так удивленно на меня смотришь? Нижнее Царство практически не отличается от Земного, разве что демоны на расы делятся. — И к какой расе относишься ты? — поинтересовался целитель. — Тот демон, Кай, очень похож на змею. — Он полудракон, — нехотя ответил Чон. — Полукровок недолюбливают, однако Кай отпрыск двух древних, почти вымерших рас. Многие его побаиваются и стараются не говорить при нем лишнего. Ну, а я отношусь к «Рогатым», это самая распространённая раса. Рога, конечно, показать не смогу. — Потому что мешает проклятье, — закончил Чимин, и Чонгук согласно кивнул, запустив пятерню себе в волосы. — Однако я думал, что и у детской особи они проявляются. — Так и есть, просто проклятье подавило большую часть моих сил, так что я даже трансформироваться не могу. Он замолчал, почувствовав на себе взгляд целителя. Тот слегка сощурился, прикусывая ноготь большого пальца, и что-то пытался разглядеть. Чонгук протяжно вздохнул, быстро раскусив его намерения, и осторожно потянул его за кисть. Прикосновение было аккуратным, но не невесомым, и Чимин ощутил его тепло сильнее, чем за все то время, что сидел у костра. Его ладонь Чонгук прижал чуть выше уха. — Вот здесь один, и такой же с другой стороны, — протянул демон, выпуская из захвата руку целителя. — Они немного отклонены назад, но ужасно острые. Бывали случаи, когда я ими постоянно за что-то цеплялся, думал даже сточить их немного. — Но разве это не больно? Чимин коснулся пальцами его виска, пытаясь нащупать нарост, однако у Чонгука он был совершенно гладким, совсем как у человека. Жаль. — Это ничто по сравнению с тем… — демон запнулся и поджал губы. Что он хотел сказать? Чимин сделал вид, что не вслушался в его ответ, и убрал руку. Ему незачем вытягивать по крупицам информацию, которая наверняка не имеет никакого отношения к нему. Целитель протянул Чонгуку жареного зайца, которого им двумя часами ранее удалось поймать. — Ты сегодня хорошо потрудился, так что ешь. — А хён разве не будет? — испытующе взглянул на заклинателя Чонгук. — Тебе же тоже нужны силы, а фрукты можно оставить на потом, ими не наешься. Чимин бы согласился, если бы не вспомнил, что уже давно не ел таких блюд. — Боюсь, мой желудок с непривычки не примет мясо. — Но ты отнюдь не бедный заклинатель, чтобы не иметь возможности. — Последние несколько десятилетий я питался исключительно лёгкой пищей. — Тогда рыба обязательно должна подойти! — Чонгук вскочил так резко, что целитель вздрогнул и чуть не повалился на спину. — Я обнаружил недалеко озеро, где наверняка её пруд пруди. — Тебе необязательно… Демон прервал его: — Мы не доберёмся до Долины Поиска, если тебе не будет хватать энергии. И уйти вперёд одному я тоже не могу и не собираюсь. Поэтому подожди меня тут немного, — после этих слов Чонгук срубил ветвь бамбука, скинул с себя сапоги и быстрым шагом направился к озеру. Чимин с растерянностью опустил взгляд на нанизанную тушку кролика в руках, к которой Чон так и не притронулся, несмотря на охвативший часом ранее голод. Он и подумать не мог, что демон окажется таким внимательным к мелочам. До этого не было ни одного, кто прислушивался и запоминал предпочтения целителя, давая ему то, что ели и принимали другие. И Чимин не мог сказать, что не переваривает это, из соображений этикета. Поэтому в большинстве случаев ему приходилось вежливо отказываться и оставлять тарелку нетронутой. Да и сейчас вполне у него было чем насытиться, так что Чонгуку не стоило бежать на озеро. Но тот ведь и слушать не стал. Чимин улыбнулся. Ему приятно было это осознавать. Как и было обещано, Чонгук вернулся быстро. В одной руке он держал бамбук, в другой — свою верхнюю одежду, завязанную в подобие мешка. Волосы его и кожа были немного влажные, но лицо искрилось счастьем. Он аккуратно развернул рукава, придерживая сбоку, и Чимин увидел несколько двигающихся рыбных хвостов. — Мне повезло наткнуться на большой косяк, поэтому не составило труда поймать несколько. — Я столько не съем, Чонгук, — улыбнулся Чимин. — Хорошая работа. Демон, услышав похвалу, показал полный чуть заостренных зубов рот. Однако его тело вскоре начало подмерзать. Видя, как тот не подаёт виду, целитель накинул на его спину часть своего одеяния и протянул кролика. Пока рыба готовилась, он мог спокойно наблюдать, как Чонгук ест и млеет от наслаждения, а затем наступили сумерки. В отличие от прошлого дня, этой ночью холод был более ощутимым. Чимин больше переживал за состояние Чонгука, ведь его одежда ещё не успела просохнуть, и демон мог легко заработать себе проблемы с лёгкими. Поэтому дождавшись, пока тот уснёт, целитель осторожно укрыл его своей одеждой и прилёг чуть поодаль. В свете луны и звёзд небо казалось особенно завораживающим. Чимин медленно, но верно поддавался сну, прислушиваясь к песням цикад. Чимин открыл глаза. Ночной пейзаж сменился на пустыню. Песок под ногами был необычайно холодным, как лёд, и красным из-за обогащения железом. Заклинатель обнаружил себя стоящим у голого чёрного дерева без обуви и оружия, поэтому внутреннее беспокойство быстро охватило его тело. Он обернулся, неуверенно произнеся: — Чонгук? — Кого ты зовёшь? — насмешливо произнесли рядом. Пак дернулся в сторону, ища взглядом говорившего, но всё, что он заметил, это исчезающую в воздухе черную дымку, напоминающую пепел. Он вздохнул, осознав, что опять застрял в сновидении, и лёг на песок, закрыв глаза. Это всегда помогало ему проснуться через какое-то время. —  Посмотрите на него, снова убегает от самого себя,  — хмыкают совсем близко, так, что можно было почувствовать дыхание. —  Если скучно лежать, давай поговорим. — Кем бы ты ни был, я не желаю с тобой разговаривать. —  Почему? Потому что преследую тебя каждый раз? — Ты показываешь мне ужасы и думаешь, что после этого я буду с тобой общаться? —  Это не я! Точнее, не только я, но и ты сам. И ещё другие. Нас много, и ты нас не различаешь, хотя знаешь каждого! У некоторых из нас даже есть имена и прозвища. — Тогда передай остальным, чтобы оставили меня в покое, — ровным голосом произнёс Чимин, не открывая глаз. Никто ему не ответил. В это время разразился ураган, который было невозможно проигнорировать. Он поднимал волны песка, скрывал в округе деревья, как какие-то травинки, и целитель наконец поднялся на ноги. Его сковал ужас. Мелкие острые песчинки вбивались в его глаза, нос и рот, и боль от них была реалистичная. Чимин попытался прикрыться одеждой, но кожу царапало со всех сторон. Он не мог даже протереть глаза, чтобы найти убежище, а боль только усиливалась. Наконец он почувствовал, как из его глаз стекает вода, но вкус её заставил Пака взвыть и податься панике. Это была точно кровь. Его кровь. Она лилась нескончаемым водопадом, принося дополнительные мучения. И земля оседала в лёгких, не давая дышать. Руки схватились за горло, раздавались только приглушённые короткие хрипы. Чимин закричал, что есть сил. — Аааааа! Его тело выгнулось в агонии, однако боль резко исчезла, но Чимин продолжал биться, пока что-то не схватило его тело и не прижало к себе. Его голова уткнулась в шею Чонгука, пока тот держал в кольце подрагивающее тело и что-то говорил. Вакуум постепенно исчез, и можно было разобрать отдельные слоги. Чимин, жмурясь, сжал в ладонях его одежду на плече и выдохнул. Он начал приходить в себя. — Всё хорошо. Я здесь. Я рядом, — приговаривал демон, осторожно покачиваясь. В таком положении они пробыли минут пятнадцать прежде, чем дрожь унялась, и заклинатель смог дышать спокойно. У Чонгука затекла спина, но он и не думал об этом говорить, решив, что если понадобится, просидит так до следующего утра. Когда он проснулся, то его тело было тёплым, отчего глаза не хотели разлепляться. Однако костёр затухал и было необходимо подкинуть ещё хвороста. А потом его охватила тревога. Демон увидел Чимина, вонзившего ногти в свое лицо. Его трясло, он согнулся в три погибели и не реагировал ни на что. Чонгук бросился к нему, с криками и страхом тормоша в разные стороны, отцепляя налитые ужасающей силой руки, но, кажется, заклинателю это нисколько не помогло. Его состояние было схоже с тем, когда сходят с ума. Он видел такое не раз и не два, но и подумать не мог, что кошмар окажется для Чимина настолько ужасающим, что его привычные глазу отстраненность и спокойствие разобьются на осколки так просто. Неужели сны способны ломать человека? Чонгуку было неведомо сумасшествие. Он никогда не боялся настолько сильно, чтобы впадать в припадок, и как поступать в данной ситуации тоже не знал. Поэтому ему не оставалось ничего, кроме как не дать Чимину изуродовать себя. Он обхватил его так, чтобы руки не дотянулись до лица, чтобы его не выкручивало и ничто не мешало дышать. И мало-помалу дрожь отступала, но Чимин все равно был холодный что раньше, что сейчас. Чонгук не знает почему. — Я в порядке, — Чимин отстранился настолько, насколько это было возможно, и наконец расслабил мышцы лица. — Спасибо, что разбудил. Он попытался встать, но вдруг заметил, что руки Чона за его спиной сцеплены. Осознавая, что всё это время и сейчас сидит у него на коленях, Чимин замер, готовя на языке извинения. Чонгук, препятствуя, внезапно положил голову на его плечо и выдохнул, и все мысли Пака испарились, уступая место смятению. — Я бы очень хотел понять, как избавиться от твоих кошмаров, — пробубнил он устало. — Хочу выяснить причину. — Не стоит об этом беспокоиться, Чонгук, — резковато возразил целитель. — У всех бывают временами плохие сны. Демон скривил мину несогласия, усиливая эффект своего недовольства неодобрительным цыканием. Что самое примечательное, он не был разочарован словами Чимина, так как тот руководствовался фактами, но и оставить эту мысль не рвался. Ему нужно просто отыскать замочек к разуму этого человека и понять, что так сильно влияет на подсознание целителя. — Боюсь, теперь у меня нет сна ни в одном глазу, — чуть мягче продолжил Чимин, выпутываясь из объятий и присаживаясь на футон рядом. — Поэтому хотя бы одному из нас стоит выспаться до наступления рассвета. — Как тут теперь уснуть? — усмехнулся демон, он опрокинулся на спину, положил руки под голову и уставился в ночное небо. — Давай лучше поговорим о чем-нибудь. — Хорошо, — Чимин улегся рядом. — Куда подевался твой волк? Ты вроде намеревался взять его с собой. — Я приказал Бусе следовать за нами, но на некотором расстоянии. У неё прекрасный нюх, так что ей не составит проблем нас найти. Так она может спокойно метить территорию и охотиться. И хищники здесь ей не страшны. Буся очаровательна, ещё будучи щенком. Правда аппетит у неё немереный, трех кабанов только на перекус хватает. Чимин улыбнулся. — У меня тоже когда-то был домашний зверёк. Я выкупил его тогда у жестокого хозяина и вылечил. Кажется, в то время мне было где-то не больше семи, и пёс так ко мне привязался, что не отходил ни на секунду. Правда, пробыл со мной совсем недолго. Донук заигрался с ним и сильно пнул, поэтому животное чуть не разодрало ему до костей локоть. После этого инцидента в нашем доме не заводилось питомцев, и я не видел пса. Скорее всего отец просто убил его. Жаль, я ведь не успел даже дать этому пушистому комку кличку, — он вздохнул. — Я не виню отца за проявленную жестокость, так как сам повинен в ранении брата. Отец говорил правду. Мне попросту не дано о ком-то позаботиться так, чтобы в будущем это принесло пользу. — Это не так. Твой отец говорил полную чепуху. Ты позаботился о многих людях, дал им второй шанс на жизнь, вытащил меня, демона, из лап смерти. Никто из нас не забудет о тебе и твоих поступках. Чимин помотал головой: — Пожалуйста, не превозноси меня. Я не являюсь самым светлым и добродушным человеком. — Может быть и так, но я не из тех, кто копается в прошлом других людей. Сейчас я вижу перед собой рассудительного и терпеливого заклинателя, готового помочь попавшим в беду, — хмыкнул Чонгук, изнутри натянув щеку языком. — Если от этого тебе станет легче, то скажу так: твои усилия признает сам Император Демонов независимо от принадлежности к расе людей. — Не хочу хвастаться, но однажды Небеса предложили мне место среди них, — Чимин указал в небо. — Я бы мог стать тем, кому люди поклоняются в храмах, выслушивать их молитвы и давать им надежду. Но… — вздохнув тяжко, заклинатель поежился от холода. —Я не помню, почему не принял их предложение. Я не помню многие вещи. Как будто они где-то рядом со мной, но в то же время далеко. И что-то останавливает меня от их поиска. Чимин обратил внимание, что теперь его тело полностью укутано одеялом и Чонгук лежит совсем рядом, повернувшись на бок и придерживая на весу голову рукой. Несмотря на почти непроглядную тьму, его глаза чётко переливались оранжево-красным, и зрачок принял форму замочной скважины, не отличишь от зверя. При этом от демона исходило куда больше тепла, чем от костра, и целитель незатейливо придвинулся к нему. — Если хён не хочет вспоминать, то тогда ему не стоит переживать, — шёпотом протянул Чонгук. — Я буду всегда на твоей стороне, какое бы решение ты не принял. «Кажется, я уже слышал такое от тебя и не раз», — Пак с улыбкой на устах зевнул, прикрыв рот ладонью. Говорить с кем-то по душам, считая звезды и не боясь осуждения, — кажущаяся несбыточной мечтой. Особенно с тем, кто отличается от тебя мышлением. Чимин мало знает о Нижнем Царстве и его жителях, но Чонгук первый и единственный, с кем ему так легко общаться. И даже небольшой разговор как будто снимает с души тяжесть, давая свободно дышать. —… Когда Буся подросла, её боялись все демоны из моего отряда. Не было ни одного демона, которого она не укусила за задницу, в том числе и меня. А как она любила гнаться за адскими бабочками! — тем временем Чон вернулся к разговору о волчице, предкрепляя картину всевозможными жестами. — А потом все привыкли, и некоторые первыми пошли с ней на контакт. Буся, конечно, не со всеми была дружелюбна, но, как говорится, держи друга близко, а врага ещё ближе. — Мм. Чонгук отвлёкся от рассказа. Он повернул голову и заметил, что его спутник находится на стадии между сном и реальностью и, кажется, проигрывает усталости. Демон знает, что Чимин будет до последнего не показывать слабости, и ему хотелось, чтобы тот хотя бы ненадолго позабыл обо всем и мог насладиться минутами покоя. Без лишних слов он дождался, пока его спутник уснёт, и тихо свистнул. Буся вышла из-за кустов и завиляла хвостом. Она была необычайно рада воссоединению и нарочно медленно приблизилась к хозяину, тихо ступая на землю. Почесав зверя за ухом, Чонгук жестом приказал лечь рядом, и притянул к себе Чимина, аккуратно подложив под его голову руку. В этот момент что-то жёсткое уперлось ему в колено. Так как демон лежал чуть выше заклинателя, голова Чимина была на уровне его груди. Чонгук замер, чувствуя, как краснеют его уши от догадок. И когда он, смерившись со своими выводами, решил опустить взгляд, то покрылся пятнами от стыда. Хорошо, что это была всего лишь рукоять заклинательского меча, который Пак не снял из соображений безопасности. Стоит врагу появиться, и он обнажит оружие быстрее, чем встанет на ноги, и Чонгуку не очень хотелось на себе это испытать. Он дрожащими пальцами отсоединил меч от пояса, откинул за спину, чтобы не мешался, и начал мысленно уговаривать себя, что то, о чем подумал, вполне логично может произойти. И как будто в насмешку Буся сощурила хитро глаза прежде, чем хозяин стрельнул в неё разозленным взглядом.

***

Следующий день шли, практически не останавливаясь, так как оба проспали почти до полудня. Чимин был немного удивлён тем, что, проснувшись, обнаружил себя зажатым с двух сторон. И если спереди находился Чонгук, то за его спиной лежало что-то огромное и мохнатое. Буся ткнула носом в щеку целителя и встала на лапы, потягиваясь. Взглянув на солнце, Чимин вскочил, разбудил Чонгука, а потом оба спросонья двинулись в путь. Разве что теперь демонический волк составил им компанию, предварительно уменьшившись до средних размеров обычной собаки. Как на зло день выдался жарким и долгим. У Чонгука подобная температура вызывала упадок сил и раздражение. Он усиленно сжимал челюсть, чтобы не выругаться, не сорваться на одиноко лежащем посреди тропы камне. Вдобавок по дороге не повстречалось ни одного дерева, под тенью которого он мог бы ненадолго примоститься. Разделяла страдания хозяина и Буся. Она волочилась позади, высунув от жары язык, почти ползла по земле, пытаясь охладиться. И только заклинателю были непочем погодные условия. Вместо того чтобы засучить рукава или вовсе снять верхнее одеяние, он обмахивался веером и подставлял лицо лучам. Завидев сие действие, Чонгук и Буся синхронно раскрыли рты. После наступления заката они наконец вышли к небольшой деревушке посреди густого леса. Чимин с громким хлопком сложил веер, внимательно рассматривая обветшалые двери входа в поселение. — Странно, — произнёс он. — Разве уже наступило время для сна? — Чонгук согласно кивнул, прислушиваясь к абсолютной тишине. Ни один кузнечик не издал и звука, ни одна птица не заявила о своём присутствии. — В некоторых окнах ещё горит свет, но на улице ни души. — Может, нам позволят переночевать? — с надеждой проговорил демон. — У меня нет желания кормить комаров сегодня, — целитель был с ним солидарен. Деревушка была полузаброшенной. У части домов отсутствовала крыша и кое-где прорастал вьюн, оплетая прогнившее дерево. Торговые лавки были пусты и покрыты пылью. Чимин осторожно постучался в первый дом, в котором тускло горел свет. С противным завывающим скрипом дверь приотворилась, и наружу высунулась растрепанная голова мужчины. Увидев перед собой хорошо одетого человека, он продрал глаза, как будто не до конца веря. — Простите, что тревожим в такой поздний час, — мягко улыбнулся гость. — Мы простые путники, ищущие ночлега. Не могли бы вы подсказать, где живёт заведующий поселения? — Староста? — растерянно протянул мужчина, озираясь. — В центре деревни найдёте его дом. Он самый большой. Идите скорее, пока ещё есть время. Скоро погаснут последние фонари и снаружи станет опасно. Не дав поблагодарить, мужчина захлопнул дверь и погасил свет. Чимин спустился к Чонгуку. Его смутило поведение жителя. Он так легко открыл перед ними дверь, словно не был до смерти напуган, но вскоре протароторил ответ, как будто от этого зависит его жизнь, и закрылся. Благодаря усиленному духовной энергией слуху Чимин услышал, как тот мелко дрожал, забившись под кровать. — Лучше поторопимся, — отчеканил целитель, разворачиваясь. Чонгук кивнул, последовав за ним. Он взглянул на Бусю, что неотрывно смотрела в сторону леса, чуть обнажив зубы в предостережении. Что-то скрывалось там и тоже наблюдало, не издавая ни звука. Чонгук почувствовал его присутствие и, догнав Чимина, взял его за руку. Пак непонимающе посмотрел на него, но увидел, как зрачки демона вытянулись в тонкую линию, а в глазах заплясали кровавые пятна.