Тихий омут

Ещё одно шоу, только в этот раз мемберы переоделись в костюмы простых офисных работников и проводили голосование, какая из песен их летнего альбома лучше. Ребята веселились, откровенно дурачась и развлекаясь. Ёсан уже забыл, чему тогда отдал свой голос, ибо это было обговорено в сценарии и он, как всегда, чётко следовал ему, оставаясь милашкой. Но всё же больше предпочёл Illusion, где в его партии было до боли милое движение, где он осторожно роняет Уёна, но не до конца, нежно удерживая его, и при этом приобнимая за шею.Они так же пересекались и в конце Wave, садясь рядом на сцене и показывая зрителям эггё, иногда парные. А ещё с особым трепетом вспоминал Twilight, в которой Уён так и вовсе подходил к нему со спины, будто зовя, шатен поворачивал голову в другую сторону, а с другой Чон брал его ладонь своей и переплетал их пальцы, соединяя в замочек, и Ёсан наигранно удивлялся, перехватывая мягкую руку и продолжая танец. Он благодарил Вселенную за каждое, даже короткое, пересечение его танцевальных партий с другом, пусть и полностью сосредоточенным на движениях и том, чтобы смотреться лучше. Хотя, казалось бы, куда лучше. Ёсан полностью отдавал себе отчёт о том, что налаженные отношения после разговора продлятся, максимум, две недели. Как и тогда. А после Уён всё забудет и всё снова будет по - старому, он снова будет отдаляться от друга и ловить на себе его провожающий взгляд. Кан больше этого не хотел. Он не собирался сидеть сложа руки и ждать у моря погоды, и сам стал чаще обращаться к Чону со случайными вопросами, советами и уточнениями, напрашиваться на игры, в том числе с кем - то ещё, просто так подходить к нему и даже, прости господи, иногда липнуть, копируя какие - то приёмы, замеченные со стороны самого Уёна и Сана. Было немного неловко, парень не всегда был уверен в том, что сможет удержать у себя это неугомонное чудо. И не всегда получалось. Он не считал Уёна своей собственностью и ни в коем случае не хотел ограничивать его круг общения одним лишь собой, нет. Он так же общался и играл с остальными, поддерживая дружеские отношения и веселя их по - своему. Вопреки своим же страхам, он не испытывал неприязни к одному из главных объектов своей ревности - Сану, так же весело проводя время и с ним. Благо, что характер у Сана был чуточку проще. Правда, многим позже,один неловкий момент всё же случился, когда Усаны так же сидели вечером в комнате и во что - то увлечённо играли, и в этот момент их идиллию, можно сказать, нарушил Ёсан. Уён совсем забыл, что изначально приглашал только его, но Сан пришёл раньше, и когда старший вошёл в комнату, радостно напоминая с порога о приглашении и предстоящем веселье, повисла неловкая пауза. Сан со смешным лицом переводил взгляд с Чона на Кана, ожидая какой - то реакции. Но Чон молчал. Недолгую паузу нарушил стоящий в дверях хозяин комнаты, вежливо поприветствовал Чхве и поинтересовавшись, могут ли они продолжить игру втроём. Уён лишь кивнул, растягивая губы в улыбке и двигаясь на кровати, чтобы его друг смог сесть. Так же чуть напряжённую атмосферу скрасили две пачки снеков, что Кан любезно захватил с собой. Было весело и легко, ни с чьей стороны не наблюдалось неловкости, Ёсан даже немного злорадствовал, когда выигрывал, и смешно толкал своего друга в бок, то и дело роняя на кровать. Но в конце концов его обыграли Усаны. Он пригрозил им, что в следующий раз позовёт их мастера всех игр Юнхо, и уж тогда им точно звездец. Парни, конечно, возмущались, мол, это полнейшее жульничество, и вообще, какого хрена Ёсан-хён матерится и при этом ухмыляется, то и дело выдавая свой коронный смешок "хехет", но в итоге даже заключили пари. Когда Чхве ушёл, на прощанье обняв обоих, Уён начал заливаться своим привычным звенящим смехом, немного трясясь на кровати соседа, который силился понять, что на него нашло. -Ёсан-а~, вот почему ты решил показать ему злорадного себя только сейчас? - успокаиваясь, но всё ещё хихикая и широко улыбаясь, обратился к нему Чон. - Не понимаю о чём ты. - Ой, да брось, всё ты понимаешь. В тебе прячется на редкость азартный игрок, ты всегда обыгрывал меня в карты раньше, и постоянно изображал из себя дьяволёнка! - он хлопнул его по плечу, вызывая смущённый смешок и волну воспоминаний. Ёсан прекрасно помнил, что легко обыгрывал Уёна в карты, тогда ещё не заботясь о том, что его будущий друг может согласиться повысить ставки, и сыграть на деньги. Ещё он совершенно не задумывался о том, что младший видит его насквозь, а особенно пляшущих в глазах чертей. В подростковом возрасте Ёсан вовремя взял их под контроль, однако, он не мог точно сказать, сколько людей, что он успел повстречать, заметили их. Одним из этих людей был Уён, не раз подмечающий, что Кану нужно взять на вооружение так называемую "одержимость" Сана, и тоже иногда давать своим демонам свободу, хотя бы на сцене. Но Кан понимал, что это было чревато. Эти черти должны сидеть в клетках, утопленных глубоко - глубоко, настолько глубоко, чтобы их не касался ни один лучик даже самого слабого света. Но этому самому лучику по имени Чон Уён было глубоко всё равно, что там думает насчёт своих демонов Кан Ёсан. Он жаждал выпустить их из клетки. - Сыграем в карты? - Что? Сейчас? - Я должен тебе игру, - немного смущённо и виновато промямлил Чон, роясь в рюкзаке и изымая оттуда колоду в новой упаковке, - Извини, я, правда, забыл. Сан отвлёк меня. - Тебя всегда было легко отвлечь, - вздохнул старший, разворачивая полиэтилен и изымая новенькие карты из упаковки, - Благодаря этому, ты подмечаешь много мелочей вокруг себя. И упускаешь общее главное, - загадочно продолжал он, тасуя колоду, - В следующий раз я вас уничтожу, - он угрожающе ухмыльнулся, смотря на друга исподлобья. - Вот об этом дьяволе Кан Ёсане я и говорил! - ничуть не испугавшись, хотя положено бы испугаться, восхищённо рассмеялся Уён. Ёсану никогда не удавалось напугать этого парня. Даже когда он всерьёз ему угрожал, Уён принимал тактику ответного нападения, вмиг становясь серьёзным и чуть напыщенным, и, угрожающе надвигаясь в ответ, иногда сталкивался лбом со старшим. В итоге они оба смеялись. Снова погрузившись в воспоминания об этих странных, но смешных стычках, Кан заулыбался, таращась на колоду, которую заворожено мешал уже несколько минут. В реальность его вернула рука друга, что показалась ему через чур горячей. - Достаточно, Ёсан-и. Опять задумался? -А, ага, - смущённо захихикал в ответ старший, встречаясь со взглядом напротив. Уложенные ранее волосы немного запутались, и Уён выглядел с этим золотистым гнездом на голове ещё забавнее. В голове сразу возникло несколько образов, среди которых были подсолнухи, одуванчики, и распушившиеся цыплята. Шатен протянул руку, чтобы поправить его пробор и сделать примерно так же, как было днём, но вместо волос с суховатой ладонью встретилась мягкая щека младшего, решившего вновь притворится ластившимся котом. Кан немного опешил, почти рефлекторно фиксируя кисть на скуле и подбородке блондина, пока тот немного тёрся своей щекой о кожу, прикрыв глаза. Большим пальцем шатен осторожно погладил его, проходясь по родинке под правым глазом. Сильно зажмурившись, Уён открыл этот самый глаз, смотря старшему чуть ли не в самую душу. Ёсан сглотнул. - Если не хочешь - я не буду тебя заставлять, - немного обеспокоенно начал Кан, понимая, что его друг устал, - Мы ведь уже играли. - Я хочу ещё~ - устало промямлил Уён, снова закрывая оба глаза и приближаясь ближе, - Я не хочу оставаться у тебя в долгу, Ёсан-а~ - Иди сюда, - выдохнул шатен, прижимая друга к себе и нежно заключая в объятья, начиная гладить его по волосам и спине. Младший блаженно вздохнул, прижимаясь плотнее и улыбаясь в плечо, немного щекоча своим носом выступающую ключицу парня. Ёсан прекрасно знал, как выглядит усталость его лучшего друга. Если Уён меньше улыбался и сам просил отойти от него, не шёл на контакт ни с кем и даже воротил нос от игр - всё, туши свет, ребёнок измотан окончательно. В такие моменты Уён напоминал именно ребёнка, иногда капризничая, но уже не так мило и забавно, даже иногда раздражая своим поведением остальных. Шатен не задавал лишних вопросов, продолжая гладить этого вымотавшегося ребёнка, что уже залез ему на коленки, обхватывая талию ногами в смешных ярких носках и обнимая друга за шею. Старший не был до конца уверен в том, что может так же питать друга энергией, как это умел Чон, но всеми силами пытался если не зарядить его на следующий день, то, хотя бы, успокоить и сделать приятно. Он всё ещё немного нервничал, но не подавал виду. Хоть и думал, что Уён, скорее всего, каким - то неведомым способом чует его волнение. У него действительно было чутьё, в этом Кан ни секунды не сомневался. Помимо всех достоинств, его лучший друг был невероятно восприимчивым и даже ранимым в какие - то моменты. Вообще тяжело общаться со всеми и поддерживать дружественную и позитивную атмосферу в группе и не быть при этом подверженным особой чувствительности к чужим настроениям. Ёсан прекрасно знал, как это выматывает, и поэтому жалел Уёна в такие моменты, как сейчас. Блондин редко обращался за помощью, показывая свою гордость. Но он знал, что его старый друг всегда примет его и не станет воротить носа от его проблем. Хоть они и редко беседовали на эту тему, как - то парни научились понимать друг друга без слов, в тишине, довольствуясь редким мычанием и еле слышным дыханием, что добавляло подобным моментам интимности. - По - моему, у тебя температура. - А по - моему, нам надо проветрить комнату, - лениво протянул Чон, носом щекоча кожу за ухом шатена, на что тот тихо хихикнул, ссутулившись, и переставая гладить его. Блондин тихонько засмеялся над ухом друга, продолжая щекотать его, ероша короткие волосы и поднимаясь к виску. Эти дразнилки означали, что ему уже лучше, чему Ёсан правда обрадовался, пытаясь отстранить от себя через чур ласкового парня, который уже вытянул вперёд губы, норовя поцеловать его то ли в висок, то ли в щеку. Не считая того случая, когда они обсуждали его ревность, к поцелуям Ёсан относился немногим лучше, чем их макнэ, а особенно к поцелуям Уёна, для которого это было максимальной обыденностью. То ли стеснялся, то ли правда было немного противно, он не до конца разобрался, рефлекторно сконфузившись. - Ну не делай такой лицо, Ёсан-а~, и прими мою благодарность ~ - Чон зафиксировал его голову, крепко держа нижнюю челюсть и затылок шатена, почти присасываясь к его щеке и завершая всё звонким чмоканьем. Ох, хорошо что этого не слышал Хонджун, а то, в этот раз он бы точно треснул младшего. Видя недовольное лицо хёна, Уён тоже сконфузился, - Да не так уж это противно, чё ты. - Твоими поцелуйчиками можно прикончить, - щёлкая младшего по носу, начал ворчать Ёсан, - Ты не пробовал делать это нежнее? А то каждый раз выглядишь, как кусающаяся акула. - Акула? - Чон рассмеялся, откидывая голову назад, всё ещё обнимая шатена, - Ты хоть раз, блин, видел, как акулы целуются? - Ты дурак, рыбы не целуются! - на это блондин стал смеяться только громче и звонче, вновь беря те высокие ноты, с которых его голос частенько срывался при пении. Кан и сам прыснул, заходясь смехом. Всё - таки, обсуждать то, что рыбы или акулы целуются и то, как они это делают - весьма неординарная тема для вечернего разговора двух уставших парней. Смеясь, Уён только крепче обнял друга, постепенно затихая и устраивая голову у него на плече. Ёсан тоже быстро отсмеялся и снова стал гладить его по волосам, немного перебирая светлые пряди, что красиво искрились золотом даже от электического света лампы на потолке. Ему нравились волосы Уёна. Они выглядели настолько мягкими, будто это была ухоженная длинная шерсть, а не волосы. И они были мягкими, несмотря на все манипуляции с ними со стороны стилистов и парикмахеров. Немного напоминали волосы Сонхва, только ещё мягче, и голова их хёна была куда более чувствительной к подобным ласкам, из - за чего он иногда дёргался и просил лишний раз не трогать его, в отличие от Уёна, что просто сидел и довольно мычал мелодию HalaHala. - Если я буду целоваться нежнее, люди усомнятся во мне, - ни с того ни с сего сказал блондин, - Так это хотя бы выглядит забавно. А дарить людям лишний повод для радости и смеха, я считаю, достаточно благородным делом. - Ага, протыкать щеки мемберов губами - это очень благородно, Чон Уён, - снова заворчал Ёсан, ероша светлые волосы и сопровождая это смешным звуковым эффектом, имитирующим сильный ветер, - Ты не клоун, чтобы веселить всех. Ты не обязан всегда быть смешным. Ты очень привлекателен, когда спокойно сидишь и наблюдаешь за чем - то. - А в этот момент за мной наблюдаешь ты, - ухмыльнулся блондин, дёргая наглеющего друга за прядь волос, на что тот негромко ойкнул, - Кто ещё из нас акула, Кан Ёсан. - Эй, я просто случайно наткнулся на загруженный в сеть старый фанкам, где ты сидишь на стуле и наблюдаешь за нашим танцем для Promise. Когда ты повредил ногу и не мог танцевать, на фансайне, помнишь? К тебе ещё Сан несколько раз подбегал, и ты смеялся, - Чон ещё раз дёрнул его уже за другую прядь, только сильнее. - Об этом я бы с удовольствием забыл. Это отвратительно - сидеть в стороне и не иметь возможности танцевать с остальными. Ты говоришь, что я выглядел очень мило, но даже не догадываешься, как мне было паршиво в тот момент. - Извини.., - Кан на минуту заткнулся, после, неуверенно продолжая, - Надо было вспомнить другой пример. Ты прав, я не могу даже представить, как ты себя чувствовал в этот момент. - Боже, Ёсан, перестань, - заворчал Чон, - Твои формальные слова только сильнее меня злят сейчас. Это неважно. Забудь, пожалуйста. - Если б я мог, - ехидно усмехнулся шатен, поглаживая лопатки блондина, - Там ты выглядел иначе. Не тот чопорный, лучезарный и сексуальный Уён, к которому все привыкли. Ты казался таким маленьким и беззащитным, таким уязвимым, будто, стоит подойти и толкнуть этот стул - и ты упадёшь вместе с ним и расплачешься, смотря на обидчика зареванными глазами, не в силах ничего сделать, а потом отползёшь в угол, сжимаясь в дрожащий комочек и пытаясь шипеть, как котёнок, у которого ещё не сменились клыки. - Оо, вот и черти полезли, - так же ехидно усмехнулся Уён, не придавая вышесказанному особого значения. Он отстранился от плеча старшего и уселся на его ногах по - удобнее, смотря в лицо лисьим прищуром, чуть наклонившись, - Я скучал по вам, отголоски настоящего Ёсана~ - Замолчи, - прыснул шатен, стушевавшись и мотнув волосами, опуская лицо ниже. Его за подбородок поймали всё такие же горячие, как и полчаса назад, пальцы, приподнимая его и заставляя смотреть наверх, в лицо хитрой лисе. - Надеюсь, мы ещё встретимся, и очень скоро~ - едва ли не заговорчески прошептал он, нежно целуя друга в щеку, так же причмокивая в конце, но не так звонко, намного тише и от того ещё более чувственно, - Так? - А? - смущённый Кан не понял вопроса. - Достаточно нежно? - слащаво переспросил младший, чуть наклонив голову в бок и игриво подмигнул другу, заправляя выбившуюся тёмную прядь за его немного торчащее ухо. Старший лишь коротко кивнул. Ёсан благодарил Вселенную за то, что его смущение никак не проявлялось цветом на его лице или других частях тела, как у того же Юнхо, у которого вечно краснели уши. Он сам до конца не понял, чего смутился больше - доминирующего Уёна, самого поцелуя или странного намёка на "следующую встречу" с его чертями. Он знал, что Чон заинтересован в его скрытых мотивах и "тёмной" стороне, но никак не мог взять в толк, какого хрена и чем вызван это неподдельный интерес, если не сказать влечение. Последнее вязалось с Уёном как - то больше. - Уён. У меня ноги устали тебя держать. Слезь с меня, пожалуйста. - Мм, нет, не слезу, - он растянул губы в улыбке, сощурившись, - Заставь меня, - и опустил ладони на плечи старшего, ближе к локтям. Усталость Уёна улетучилась так же быстро, как и некоторые капли самообладания Ёсана. Он смотрел на младшего снизу вверх, с тихой угрозой, сохраняя спокойное выражение лица, как у охреневающего от происходящего оленя. Чон всё так - же по - лисьи щурился и улыбался, то и дело показывая зубы. Он редко так открыто дразнился, предпочитая подобным образом издеваться над Сонхва, но и с ним до подобного, кажется, не доходило, если верить рассказам старшего. Что творилось в безумном мозге этого парня - оставалось загадкой. И Ёсану до боли в коленках хотелось её разгадать. Он ухмыльнулся, тихонько хмыкнув и плавно спустился своими суховатыми ладонями вниз по талии Чона, прощупывая рёбра и мягкие бока сквозь ткань домашней футболки. Он перестал смотреть в глаза Чону, следя за движениями рук. Младший проследил взглядом за его движениями, перестав улыбаться и с интересом наблюдая, что творит его лучший друг. А его друг меж тем про себя отметил, что блондин снова похудел, и ему это не нравилось. В этом он был солидарен с большим количеством европейской части фанатов, что переживали за здоровье танцора и тосковали по его подкачанным бёдрам и ляжкам, к которым Ёсан как раз успел добраться, массируя чуть напряжённые мышцы через ткань спальных штанов. Уён начал тихо хихикать и вздрагивать, ему было щекотно, а на лице появилась уже более смущённая улыбка, которую так вовремя заметил Кан, ехидно усмехнувшись и сильно ущипнув парня за боковую часть бедра. Блондин заойкал, почти схватив Кана за руку, но тот, воспользовавшись его секундным замешательством, аккуратно уронил его на спину, нависая сверху и самодовольно улыбаясь, немного щурясь. - Ты что творишь, - рвано и возмущённо пыхтя и, то и дело посмеиваясь, Уён растерянно смотрел в хитрые глаза напротив, понимая, что в этой игре выигрывает точно не он. - Если не хочешь, чтобы я снова защекотал тебя до состояния, когда ты начнёшь задыхаться - сдайся сейчас, - вкрадчиво, почти в самое ухо тихо произнёс шатен. Он тут же ощутил небольшую дрожь в теле младшего, снова довольно хмыкая. Ему удалось ненадолго сбить спесь с этого наглого мальчишки. Интересно, получалось ли это так же хорошо у Сана или остальных? Он обязательно выяснит это позже, а сейчас он наслаждался чувством превосходства над Уёном, что всё ещё смущённо хихикал и уже начал закрывать лицо ладошками, - Ты ещё не готов ко встречи со всеми моими чертями, ЧонУён. - И как же мне нужно готовиться? - отодвигая пальцы и смотря на старшего сквозь них, поинтересовался Уён без какого - либо смущения. Вот так просто, как и всегда. Будто в этом мире, в этой чёртовой Вселенной не существовало способа действительно и бесповоротно смутить его. Его вопрос поставил Ёсана в тупик. Он правда задумался, снова поглаживая бедро лежащего под ним блондина, озадаченно опустив взгляд, чем рассмешил своего друга, опустившего руки на матрац и негромко засмеявшись, - Ёсан-а, это был риторический вопрос! -Чшш, тихо, не сбивай мне мысль, - он сказал это абсолютно спокойно, при этом зажав рот друга второй ладонью. Он не обращал внимания на возмущённое мычание Чона ещё около минуты, пока до него не дошло, что он в действительности творит. И как это может выглядеть со стороны. То, как быстро и суматошно на его лице сменились испуг, осознание и смущение, а позже растерянность, заставило лежащего под ним Уёна снова растянуть губы в хитрой улыбке, когда сухая ладонь покинула его лицо. Ёсан быстро отшатнулся от друга и сел напротив, смотря в пространство перед собой ещё несколько секунд, а после вплёл пальцы в спутанные тёмно-каштановые волосы, что немного отливали серым, пряча в опавших прядях лицо. В этом ему дополнительно помогали поджатые коленки. Как же ему было стыдно. Он не должен так себя вести, даже с лучшим другом, тем более с лучшим другом. Он не для того столько работал над собой и своей выдержкой, чтобы всё это вот так просто рассыпалось от случайной фразы и взгляда Уёна. - "Чёрт, чёрт, чёрт," - повторяло сознание, пока парень сильнее сжимал свои волосы, грозя вырвать несколько особо ослабших от осветления и укладки волосинок или локонов. Он не на шутку испугался. Не столько произошедшего, сколько себя самого. Своих мыслей. Подсознательных идей. Своих глубоководных утопленных чертей, что оживились, стоило слабому лучику света невесомо погладить их длинные острые уши. В его сознании промелькнула короткая мысль, что лучше бы этот лучик погладил его самого, а не этих поганых чертей, - "Надо было дожить до двадцати одного, чтобы ревновать своего лучшего друга к своим же чертям, господи боже, Кан Ёсан, ты отвратителен". -Ээй~ - Кан совершенно забыл, что виновник его душевных терзаний всё ещё сидит рядом с ним на его же кровати, - Ну чего ты? - посмотрев на Уёна сквозь пальцы, шатен увидел, что он не улыбается и обеспокоенно смотрит на него, чуть наклонив голову в бок и придвинувшись ближе, чтобы хоть немного рассмотреть лицо растерянного и смущённого в край друга, - Ёсан, посмотри на меня. - Нет, - глухо ответил ему старший, снова пряча глаза руками и волосами, окончательно прижимая колени к груди и чуть ли не пинаясь. Хотелось просто сейчас же провалиться сквозь землю или унести ноги и подушку как можно дальше от этого тревожного взгляда напротив, от этих сияющих солнечным светом волос и мягкого голоса, что продолжал просить открыться. Осторожно просил, не давя, немного жалостливо, будто робкий котёнок. Старшего пробило на дрожь. Он просто не мог заставить себя посмотреть на друга, а уж тем более заглянуть ему в глаза. В горле застряло сразу несколько комов мыслей и несказанных фраз, диафрагму сильно сжало, плечи начали подрагивать. Ёсан понимал, что ещё чуть - чуть и он, чёрт возьми, заплачет. Кажется Уён тоже это понимал, переходя к более активным действиям, не переставая пытаться достучаться до поехавшего боком разума Кана, пока что осторожно поглаживая его локоть и плавно поднимаясь к плечу, стараясь не спугнуть. Не навредить. Успокоить и помочь. Помочь разобраться. И себе в том числе. Он редко видел Ёсана таким растерянным и напуганным, и очень хотел помочь своему другу справиться с этим. Он беспокоился за него. За его здоровье и за его чувства, которые он так умело скрывал, и о которых Уён мог только догадываться. И, ему казалось, что верно догадывался, видя, как начинает тихонько вздрагивать тёмно - каштановая макушка. Ёсан плакал. - Ну Ёсан-а~ - Чон с силой сгрёб плачущего парня в охапку и прижал к себе, гладя по волосам и то и дело целуя в макушку. Сейчас уже и он не был до конца уверен в том, что творится с его лучшим другом. Точнее, нет, несколько вариантов у него, конечно, было, но трясущийся в его объятиях Ёсан ясно давал ему понять, что ни черта он не понимает. - "Какого чёрта, Кан Ёсан", - про себя шипел Уён, пока они оба сидели в тишине, прерываемой едва слышными всхлипами старшего, что всё так же упрямо не желал показывать своё, скорее всего, опухшее и покрасневшее от слёз лицо и тем более смотреть в глаза младшему. А Уён ждал. Уён терпеливо ждал, поджидая момент, когда ему улыбнётся удача и он сможет вытянуть хоть что - то из этой тёмной лошадки по имени Кан Ёсан. Желание вытащить на свет его чертей было больше принципиальным, и направленным на развитие более доверительных отношений между ними. Ибо где это видано, чтобы от лучшего друга прятали такой лакомый кусочек. Чон знал своего друга достаточно хорошо, чтобы строить вполне себе точные догадки о том, какой Кан на самом деле вредный, властный и страстный. Поэтому он всячески провоцировал его на проявление хоть какой - то толики всего того, что он утопил глубоко в себе вместе с чертями. Иногда у Чона даже что - то да получалось. А после того, как он подтвердил ещё одну свою теорию о ревности Ёсана, у него появилось чуть больше способов расшевелить эту невозмутимую тёмную лошадку. Шатен постепенно успокаивался, пять минут как опустив одну руку и вцепившись ногтями в край своей домашней футболки. Он должен извиниться. Он должен всё объяснить и забыть об этом, как о страшном сне и утопить ещё глубже. Если можно, то он хотел бы утопить и себя самого. Глаза неприятно щипало, из груди вырывались судорожные всхлипы, слёзы больше не щекотали щеки и шею. Он шмыгал носом, растирая остатки солёной влаги по лицу, когда его за запястье мягко поймал Уён. - Не три глаза. - Отстань. - Не упрямься. Хочешь я помогу тебе умыться? - этот заботливый тон чуть не заставил Кана снова расплакаться. - Хочу. Не прошло и пяти минут, как Уён сбегал в ванную, набрал небольшую ёмкость тёплой воды и вернулся в их комнату с мягким полотенцем и салфетками, в которые его друг предусмотрительно высморкался. Ёсан сидел перед ним, немного ссутулившись и рефлекторно шмыгая носом, пока Чон очень нежно проводил по его лицу краем мокрого полотенца, успокаивая кожу. Он несколько раз смочил его в воде, повторяя неторопливые движения и наблюдая за потерянным взглядом карих глаз напротив. Ему было больно смотреть на него. Он был разбит. Сломан. Это пугало блондина чуть ли не больше, чем перспектива получить от него в лицо. Он не отрицал, что такая идея точно теплится в мыслях старшего за все его выходки, просто он был слишком хорошо воспитан, чтобы махать кулаками. Кан ещё раз шмыгнул носом, заправив несколько прядей за ухо и поднял разбитый и немного расфокусированый взгляд на Уёна. Он коротко кивнул другу, давая понять, что он готов говорить. - Прости пожалуйста. - Тебе не за что извиняться. - Нет, послушай, пожалуйста, - Кан тяжело вздохнул, хоть вздох и получился судорожным, - Уён, это ты виноват в том, что случилось. Не перебивай пожалуйста, - видя возмущение в глазах парня, уточнил Ёсан, - Когда я в который раз повторяю, что утопил своих чертей не просто так - я не шучу. Но ты упрямо не веришь моим словам, продолжая меня провоцировать. Ты будто не слышишь меня, будто я кричу в пустоту, в вакууме, в котором никого кроме меня и нет. Никого, кроме меня и моих сраных чертей. Я прекрасно знаю, что, если не дай бог, дам себе волю, то могу натворить таких дел, ох~, о которых мне будут припоминать до конца моих дней и ещё многим позже. Я не хочу так сломать себе жизнь. И не хочу навредить этим кому то ещё. Я не хочу навредить этим тебе, Уён. Ты мой друг, мой лучший друг, и ты мне очень дорог. Я люблю тебя и не хочу подвергать опасности нашу с тобой дружбу. - Разве друзьям не можно доверить всего себя? - Если ты полностью безопасен - то можно, - устало усмехнулся Ёсан, - Но если в тебе есть что - то, что, ты понимаешь, может всё испортить, ты либо должен полностью избавиться от этого, либо взять над этим полный контроль. Иначе ты не можешь считаться не то что другом, а просто цивилизованным человеком. Нормальным воспитанным человеком. - Ты уверен, что твои черти настолько опасны? - Чон осторожно обхватил лицо шатена ладонями, с надеждой смотря ему в глаза. Он не хотел верить в то, что Ёсан настолько хочет закрыться от всех. От него, - Может, их можно перевоспитать? - Как ты себе это представляешь? - досадно изогнул бровь старший, - Это же как целующаяся акула. Бред какой - то. Полная бессмыслица.., - он опустил взгляд вниз, снова шмыгая носом, - Дай ещё салфетку, пожалуйста. Уён сидел на кровати своего соседа по комнате и смотрел на него, пока тот снова сморкался и краем полотенца протирал своё лицо, стирая вновь выступившие на глазах слезинки. Он думал, что знает достаточно. А, как оказалось, он не знает вообще ничего. Слова друга окончательно его озадачили и он силился понять, где он, чёрт возьми, проебался. Когда, в какой конкретно день, в какой конкретно момент он понял что - то неправильно и теперь сидел с лицом лица, не в силах помочь тому, кого всё это время считал другом. Лучшим другом. Он не путал понятия, давая себе отчёт о том, что именно он чувствует к Ёсану, и это путало ещё больше. - ... и всё же? - осторожно спросил Чон. - И всё же что? - Ты доверяешь мне, Ёсан? - Я себе - то не доверяю, Уён... - он снова вздохнул, - Но я очень хочу верить тебе. Я...я просто боюсь. - Боишься мне навредить. Это я понял. Но, хэй, Ёсан, - он улыбнулся ему, - Ты - это ты. Ты всегда можешь прямо спросить меня. Так же, как и я могу напрямую к тебе обратиться. Мы же друзья. - Друзья... - Ну только не начинай опять плакать, дружище~ - Я и не собирался. Наревелся уже. Стыд - то какой, твою ж мааать~ - Кан устало съехал вниз, ложась на подушку и пялясь в потолок, - Прости ещё раз. Мне правда стыдно за себя. И за то, что я такой скучный. - Хэй, ты не скучный. И твои черти очень даже ничего. - Ещё одно слово про чертей - и ты идёшь спать на диван. - Только если с тобой, дорогой~ - в него прилетела подушка и он засмеялся, - Нет, серьёзно, мой младший братишка тоже тот ещё чертёнок, думаешь я с твоими не справлюсь? -...Уён, скажи честно - зачем это тебе? - Мне любопытно, - он простодушно пожал плечами, - Да и узнаю тебя по - лучше. Авось и ты меня тоже. - Чёрта за чёрта? - Что - то типа того. Ну, по рукам? - он протянул ему свою раскрытую ладонь с несколькими мозолями. Кан мгновенье подумал, и протянул свою, скрещивая обе в рукопожатии. Что ж, назад пути нет, - Отлично, а теперь представь мне каждого из своих чертей. - Одного из них ты каждый день видишь в зеркале, - на опухшем от недавних слёз лице расцвела хитрая ухмылка.