О драконах и людях

Сара еле открывает глаза, отключает надоедливый будильник и со стоном зарывается лицом в подушку, желая поспать ещё чуть-чуть. Или не чуть-чуть, а так, чтобы вообще не проснуться, ведь она не помнит, как добралась до своей комнаты в отеле. Она же в отеле? Девушка резко подскакивает, хватаясь за кружащуюся голову, и осматривается по сторонам. Бежевые стены, виднеющиеся сквозь балдахин кровати, где это она? Комната простая и лаконичная, а на стуле валаяется красный халат, ну-ка... Чья-то рука хватает ее и утягивает обратно, заставляя упасть на спину. От неожиданности Сара лишь издаёт тихий писк, пытается вырваться из хватки и поворачивает свою многострадальную голову на этого бессмертного. Эту. Кто бы сомневался, что рядом лежит хитрая рыжая бестия, притворяющаяся спящей и приоткрывающая свои сонные глаза, сразу начиная ворчать на нерадивый будильник и слишком чувствительную к раздражителям Сару, готовую подорваться от любого шороха. Что поделать? Жизнь научила. — Доброе утро,— проговаривает девушка, громко зевая и не удосуживаясь прикрыть рот ладонью. Она потирает зудящую руку, исцарапанную пайетками с платья, и улыбается крепко зажмуривающейся Моринг, которая пытается накрыть лицо Сары подушкой, чем вызывает смех и ещё большую возьню. — Заткнись, О’Нил. Заткнись и спи, иначе я за себя не ручаюсь,— шепчет Адель и накрывает ее одеялом. Вдруг она чувствует руку, подбирающуюся к ее бедрам, и широко раскрывает глаза. Стадия отходняка у О’Нил началась, а нескончаемая головная боль, наконец, утихла, оставляя после себя лишь хорошее настроение. В одну секунду девушка оказывается сидящей на бёдрах подруги, изгибая бровь и растягивая губы в порочной улыбке. В ее глазах плещется похоть и что-то ещё, что Адель разгадать не по силам. Ее дыхание сбивается, а разум окончательно покидает ее, когда девушка сверху тянет задравшееся платье выше, все больше оголяя своё идеальное тело. Своё идеальное тело, на котором не наблюдается и намёка на бюстгальтер, а трусики, вытканные из тончайшего кружева, еле удаётся рассмотреть. Моринг закусывает губу и тянет свои руки к Саре, когда та резко перехватывает их, прижимает к подушкам и наклоняется ближе, скрывая двоих за завесой своих темных волос. Губы почти касаются губ напротив, когда О’Нил тихо шепчет: — Чур я первая в ванную,—хватает рядом лежащую подушку и накрывает ей лицо Адель, срываясь с места и убегая в сторону дверей, хохоча и довольствуясь своей поистине сладкой местью. Лишь ей в догонку летят возмущенное: «Сара!» — и тихие чертыхания запутавшейся в одеяле и упавшей с кровати Адель. Один-один, Моринг.

***

О’Нил выходит из такси, громко хлопая дверцей, и на несколько минут останавливается, прикрывая глаза и вдыхая свежий воздух полной грудью. Тут ещё пахнет недавно скошенной травой. На ее лице расцветает улыбка, а на шее — лиловые засосы: горячее утро с Адель удалось. Удалось в ванной и на барной стойке в кухне, а также в машине рыжей, сразу же после уехавшей на работу. Она потирает шею, подтягивает ворот нагло одолженной у Моринг водолазки выше и идёт ближе к дому, доставая из конверта ключи и приветственное письмо, которое сразу же летит в урну. «Гребанные риелторы со своими солнечными речами». Сара отпирает дверь и заходит в свой старый дом. В воздухе летает пыль, а звук ударившихся о деревянный комод ключей звонким эхом отлетает от стен. Темные, кое-где отошедшие обои и отсутствие мебели — лишь старый диван одиноко стоит посередине — нагоняют на неё тоску. Она проходит дальше и проводит рукой по стенам, рассматривая то, что осталось от когда-то обжитого дома. Не думала вернуться сюда спустя пятнадцать лет. На полах кое-где царапины от передвигаемых прошлыми хозяевами вещей, а в самом углу валяется маленький детский зайка — все, что осталось от жильцов, которые продали ей этот дом. Все, что осталось от ее детства, ведь, вероятно, они нашли эту забытую всеми игрушку где-то на чердаке. И зачем она только выкупила этот дом? Девушка не прожила тут и полгода, но чувствовала невероятную потребность дать ему второй шанс. Дать второй шанс себе. Возможно, у ее родителей просто не хватило сил со всем справиться? Может быть, именно она сможет все преодолеть и наполнить это место жизнью? Сара проходится по всему первому этажу, прислушиваясь, как уютно и по-домашнему — как бы абсурдно это ни звучало — скрипят половицы, поднимается на второй и заглядывает в свою старую комнату: ничего не изменилось — это место использовалось, как кладовка. Девушка осторожно входит внутрь, скидывает свои туфли, аккуратно усаживается на закрытую белой тканью кровать, подгибая под себя ноги, так что юбка задирается непозволительно высоко, и кладёт на колени игрушку, прижимая к себе. Ее взгляд упирается в соседнюю стену, и она будто забывается, уходя в воспоминания о сборах вещей в этом доме и переезде с матерью в Калифорнию. В Калифорнию, в которой началась ее история. Грязная история, которая и не снилась даже жителям Сентфора. Но О’Нил ценит своё прошлое, уважает себя и не собирается жалеть из-за былого. Она приехала сюда попробовать все сначала, как бы странно это ни было в тридцать два года. Она готова попробовать. Размышления Сары, ушедшей в себя, отдавшейся своим воспоминаниям и мыслям о том, как построить жизнь дальше, прерывает лишь шум, доносящийся откуда-то с первого этажа. Она вздрагивает и хмурится. Готова попробовать, когда разберётся с одним нахалом, забравшимся сюда за легкой добычей. Не на ту напал. Девушка прислушивается к шуму внизу. Будто бы кто-то очень грузный ввалился к ней в окно, громко чертыхаясь. Она сетует, что оставила свой карманный кольт в машине у клуба, поэтому надевает обувь, выхватывает свою старую биту из-под кровати — господи, они что, все это копили?— и выходит из комнаты, тихо ступая по паркету. О’Нил осторожно выглядывает с лестницы вниз и видит чёрную макушку мечущегося внизу мужчины. Довольно крупного мужчины. Он облачен в кожаную куртку с вышивкой и чёрные джинсы. На ногах у него грязные берцы — Сару бросает в дрожь от комков грязи, сыплющихся на пол, — которые в данный момент шумят так, будто бы этот человек и не пытается вести себя тише. Будто бы он полноправный хозяин и не ожидает здесь кого-то увидеть. Под его ногами шумят разбившиеся бутылки и смятые жестянки, которые Сара только-только замечает, и незнакомец чертыхается, опрокидываясь на диван и заливая его пивом из початой банки. Он что, нашёл себе здесь убежище? Притон? Девушка громко кашляет, заставляя его подскочить от неожиданности. На неё смотрят карие глаза, кажущиеся ей знакомыми. — Ты ещё кто такая?—возмущённо лепечет мужчина и икает. О’Нил даже опешивает на секунду от такой наглости, но быстро собирается и шипит: — Это ты кто такой? Это мой дом, чтобы ты знал. Выметайся отсюда, пока я сама тебя отсюда не погнала. — Чем, этой деревяшкой? — он ехидно приподнимает брови и складывает руки на груди, кивая на биту в руках девушки. — Представь себе, этой деревяшкой, утырок! — Сара продолжает тихо идти к нему, сжимая рукоятку крепче. — И кто это мне угрожает? Женщина-полторашка в дорогих шмотках? Ох, боюсь-боюсь, — он поворачивается к ней спиной, не замечая, как она тихо подходит ближе и растягивает губы в ироничной ухмылке — ей не в первой слышать такие речи. — Ставлю ящик пива, что ты настоящее оружие хоть раз в руках держала? — А давай проверим, — О’Нил разворачивает ничего не ожидающего парня, замахивается и ударяет по лицу, слыша хруст костей и наблюдая за брызнувшей из носа кровью. Мужчина вскрикивает, шипит сквозь зубы:«Сука», — и хватается за пострадавший нос, дергаясь в ее сторону, когда девушка подсекает его, заставляя с громким грохотом рухнуть на пол, и прижимает битой его шею, а ногой в изящной туфле откидывает выпавший из его кармана нож — знакомый нож — ближе к двери и наступает тонким каблуком на руку. — Ещё раз ты появишься здесь и отделаешься не только сломанным носом. Понял меня? — она надавливает на шею сильнее, заставляя его захрипеть и раскрыть глаза. Его взгляд прикован к ее руке с задравшимся рукавом, из-под которого выглядывает татуировка. Какая-то надпись, кажется, на испанском. — Понял? Мужчина кивает, но не спешит вставать, когда она отводит биту в сторону, хватает его за шиворот, заставляя подняться, и тащит к выходу. Фраза на ее руке все ещё стоит у него перед глазами и не даёт ему покоя: где же он видел что-то похожее? Девушка раскрывает дверь и выталкивает на улицу недоумевающего парня, следом выкидывая нож. Он едва ли не падает на землю, а Сара закрывает дверь, прижимается к ней спиной и крепко зажмуривается. Она точно с ним сталкивалась.

***

Вечером О’Нил снова оказывается в клубе Адель. Они сидят за дальним столиком, пьют виски и наблюдают за происходящим вокруг. Каждую ночь ничего не меняется: сотни потных тел вертятся на танцполе и возле бара, оставляя свои деньги в кассе клуба. Сценарий один: приходи и наслаждайся. Они тихо переговариваются и смеются, смотрят в сторону танцоров, чокаясь и наслаждаясь видом. Горячие парни развлекают толпу и этих двоих, заводя одним своим видом. Светомузыка также работает, заставляя Сару прятать глаза за стёклами очков. По всему клубу разносится заедающая мелодия, которая засела на первых местах всех чартов. Девушка хмурится и закатывает глаза, заставляя Моринг захохотать и погладить ее по руке. Ничего необычного не происходит. Ничего, пока в клуб не входит компания парней в кожаных куртках, которые останавливаются в проходе, вынуждая других посетителей обходить их. Стоящий впереди высматривает в толпе рыжую макушку и, замечая ее, начинает движение в ее направлении. За ним плетутся ещё трое, о чём-то громко переговариваясь и разрушая уютный мирок девушек, а остальные отваливают и расходятся кто куда. — Что она сделала? — спрашивает самый молодой из компании. — Заехала ему битой по лицу. Ты прикинь, нашего друга избила девушка. Крепкий орешек, — один из парней присвистывает и смеётся, едва ли не повизгивая. — Эй, я не ожидал, а она как набросилась, — устало стонет другой: видимо, эта тема обсуждается уже не первый раз. — Глазищи огромные вылупила и как давай меня мутузить. — Она просто хотела тебя, а ты вот какой, безынициативный. Думала растормошить, — продолжает ухохатываться Вишня, когда Аарон встаёт перед девушками, устало закатывая глаза из-за трёпа парней, оставшихся где-то позади. — Привет, Адель. Что это с тобой за красотка? Познакомишь? — кричит стоящий за диванчиками Бурый, перебивая Хилла и заставляя Моринг отвести взгляд от него и посмотреть на говорившего. Ее глаза расширяются, проходясь по разбитому лицу, а Сара довольно улыбается, кажется, понимая, в чем дело, и оборачивается на мужчину. — Привет, похититель. Где мой ящик пива? Этот вечер явно становится ещё веселее.