Возвращение

— Тэхён, прекрати двигаться, ты мне мешаешь, — говорит Чимин, строго взглянув на своего друга. Его причёска была почти готова, и Чим наносил лак на русые волосы, чтобы закрепить их в нужном положении. Тэхён не просил чего-то сложного, просто добавить им объёма, разделить по ровному пробору пряди и уложить по сторонам, чтобы те не падали на глаза. — Мне кажется, что он уже здесь, я слышу его голос, — отвечает Тэ, нервно поглядывая на себя в зеркало. Чимин был всё-таки мастером своего дела, и из его непослушных волос, сделал аккуратную укладку. — Тебе кажется, Чонгук ещё в пути, — подаёт голос Сокджин — старший брат Тэ — и закашливается от очередного облака лака, выпущенного из флакона, — Чимин-и, ты не переборщишь? — Это был последний штрих, — Пак довольно улыбается, осматривая результат своих трудов. Тэхён вскакивает со стула и ближе подходит к зеркалу, — ты выглядишь волшебно, — комментирует Чим, оглядывая Тэ с ног до головы. Тот был облачён в смокинг цвета слоновой кости, шею его украшала бабочка, а за плечами тянулся полупрозрачный шлейф из тонкой вуали. — Чонгуку с тобой повезло, — соглашается Джин и вставляет в передний кармашек на груди Тэ бутоньерку из кустовых живых белых роз, которыми был украшен внутри и снаружи огромный шатёр, где должна была состояться регистрация брака Тэхёна и Чонгука. Место проведения свадьбы было выбрано не случайно. Тэ хотел закатить шикарное празднование на свежем воздухе за городом, поэтому нужен был и отель, чтобы многочисленные гости — спасибо (нет) их родителям — с комфортом могли переночевать. И когда Чонгук смог найти отель, который помогал в организации свадеб, было решено забронировать его на пару дней и ночей. Отель находился примерно в пяти-шести минутах ходьбы от главного шатра, что было идеальным вариантом. Особенно люксовый номер молодожён вызвал невероятный восторг у Тэ. Там были и джакузи, и мини-бар, и огромная, ужасно огромная, кровать. А в потайной красной, кто бы сомневался, комнате к потолку были подвешены качели, и уж они-то были предназначены точно не для детей. — Спасибо вам, что со мной в этот день, — Тэ обнимает двух парней одновременно и широко улыбается. — Не испорти причёску! — пугается Чим, но всё же отвечает на объятие. — Ким Тэхён, я всё ещё не собираюсь плакать у тебя на свадьбе, — напоминает Джин, тепло похлопывая своего брата по спине, — омо, неужели эта фамилия совсем скоро не будет тебе принадлежать?! — всхлипывает он, противореча своим словам. Неподалёку от маленького шатра, где сейчас и находились молодые люди, заканчивая свои приготовления, раздаётся радостный смех и неразборчивые слуху разговоры, перекрывающие лёгкую ненавязчивую музыку. — Боже-боже, я точно слышал смех Чонгука! — Тэ отбегает от брата и друга, и аккуратно выглядывает наружу, немного отодвинув ткань их шатра, — омо, ну какой же он красавчик, — восхищённо шепчет Тэ, любуясь точёной фигурой своего жениха в кристально-белой парадной морской форме. Тот снимает с головы фуражку, проверяя не растрепались ли волосы, зачёсанные назад, и поправляет съехавший ремень на талии. — Надеюсь, у Чонгука имеются свободные сослуживцы, — заинтересованно тянет Джин, выглядывая в след за Тэ, чуть ниже его головы, — Господь Всевышний, — тут же вырывается из него, — наверное это мой рай, столько привлекательных мужчин в форме, кажется, сегодня будет весело. — Йа, хён, прошу, веди себя прилично, — шипит Тэ, а Чимин за их спинами переливисто хохочет. На корточках он пролезает под Джином и тоже высовывает часть своего лица наружу. — Итс рэйнинг мэн, аллилуйя, — напевает Чимин и друзья прыскают, — Джин-хён, ты уверен, что из них, хоть кто-нибудь гей? Выглядят они очень гетеро, — разглядывает Чим мужчин в чёрных кителях и белых брюках. — Я уверен в том, что внешность обманчива, Чонгук-а тоже выглядит как альфа-самец, однако, он женится на моём брате, — отвечает Джин разглядывая высокого широкоплечего мужчину с коротким ёжиком волос, — Тэхён-а, а кто тот молодой человек с ямочками на щеках? — спрашивает он и ощутимо пинает Тэ, который и вовсе не следил за разговором брата и друга. Всё его внимание было поглощено Чонгуком, разговаривающим со своими друзьями-сослуживцами. Тот изредка поглядывал на блестящие на солнце часы и нервно сжимал ладони в белых перчатках. — Ай, хён, больно же! — шипит Тэхён, толкая того в ответ, но Джин уворачивается, — это Ким Намджун, точно не знаю, кого он предпочитает, но Чонгук как-то проговорился, что он просил контакты того клуба, где мы зависали с Гук-и. — Омо, тот самый клуб, где Чимин танцевал на барной стойке? — коварно усмехается Сокджин и не успевает увернуться от толчка Чимина. — Сколько ещё раз вы напомните мне об этом позорном вечере? — сокрушается Пак, заливаясь стыдливым румянцем, — да, я перебрал, но меня бросил парень-мудак, я должен был выплеснуть негатив на танцполе! — Но что-то пошло не так, — добавляет Тэ, едва сдерживая смех. Чимин тем временем собирается возмутиться ещё раз, но их внимание привлекает поведение мужчин, за которыми они исподтишка продолжали подглядывать. Неожиданно Ким Намджун громко провозглашает: «Отделение, в одну шеренгу — становись! Смирно!». — Мужчины тотчас выстраиваются по ровной линии, прислонив руку к фуражке. — О, кажется, приехал капитан Мин, — вытягивает голову Тэ, пытаясь разглядеть приближающуюся фигуру, — Чонгуку особенно важно было его присутствие, — поясняет он, и молодые люди наблюдают за мягко улыбающимся капитаном. Сердце Чимина делает кульбит, а когда по-приятному хриплый голос произносит «Вольно», голова Пака начинает кружиться, а дыхание спирает. Он чувствует, что начинает заваливаться вперёд, хватая за ногу хёна, в попытке сохранить равновесие. Звонкое «Чимин!» и «Ребята, я падаю!» звучит в унисон, привлекая внимание приветствующих друг друга мужчин у входа в главный шатёр. — Чонгук, не смотри, плохая примета! — успевает прокричать Сокджин, заваливаясь на Чимина, который уже упал на колени и упёрся в мягкую траву руками. Джин валится рядом на спину и начинает хохотать, несколько раз легко ударяя Чима по спине. Тот смеётся до слёз в уголках глаз, трясясь всем телом. Тэхён почти умирает от комичности ситуации, едва держась на ногах. Его смех слышит Чонгук и спрашивает, не зная, что происходит за его спиной: — Детка, всё в порядке? — Небольшая авария, Гук-и, не переживай, — Тэ поднимает своего брата на ноги, замечая что на них всё ещё направлены взгляды друзей Чонгука. Чимин, находясь на четвереньках, поднимает голову, не в силах убрать идиотскую улыбку с лица и встречается с внимательным взглядом капитана Мина. Смутиться он не успевает, Тэхён подаёт ему руку, и он оказывается в вертикальном положении. Молодые люди кланяются сослуживцам Чонгука и под дружный смех прячутся в своём шатре. — Люблю тебя, детка, — доносится от Чонгука, и Тэхён плавится от испытываемых пылких чувств к своему жениху. Он высовывает свою голову из шатра и кричит в ответ: — И я люблю тебя, мой морской волк! Его слова вызывают дружный смех у мужчин, а Намджун уважительно похлопывает Чонгука по плечу. — Глупее и быть не могло, — говорит Чим, утирая слёзы в уголках глаз, — я — ходячее недоразумение! — Чимин-и, брось, это был эффект неожиданности, — успокаивает его Джин, наливая себе воды, — ты бы видел, как они на нас уставились, мы явно произвели на них впечатление. — Ну-у, Ким Намджун глаз с тебя не сводил, — тянет Тэ, успевая забрать стакан с водой первым, на что Джин лишь закатывает глаза, — думаю, у тебя есть все шансы, любимый брат. — Предполагаешь, что я хоть на толику думал иначе? — говорит Сокджин, поправляя нежно-голубой пиджак, идеально на нём сидящий. — О, ну, начинается, — улыбается Тэхён, делая ещё глоток, чтобы унять вновь подступающее волнение. До его выхода на бракосочетание остаётся меньше двадцати минут. — Йа, ты не можешь отрицать, что твой брат — красавчик! — Джин подмигивает Тэ с Чимином, и они снова дружно заливаются смехом. Пак вновь проверяет причёску Тэ, немного поправляет завитую выбившуюся прядь из укладки Джина, и осматривает себя и свой, такой же как и у хёна, голубой костюм-тройку на предмет зелёных пятен от травы на коленях. Костюм оказывается чистым, и он с облегчением выдыхает, успокаиваясь. Его причёска также находится в идеальном состоянии — левая часть волос цвета чёрного шоколада убрана назад, а правая спадает уложенной чёлкой, чуть заслоняя глаз. — Готов? — спрашивает он у Тэхёна, нервно хрустящего своими пальцами. И пока Тэ собирается с мыслями, он проходится по его свадебному костюму, убирая мелкие недочёты, а Джин расправляет шлейф позади брата. — Готов, — кивает Тэхён, зная, что не отразим в эту самую минуту, и единственное желание, поднимающееся из глубин его души — это как можно скорее оказаться рядом с самым важным для него человеком. — Тогда вперёд, — нежно говорит Ким-старший, после того как проверяет, что площадь перед главным шатром пуста, и замечает, как за ними идёт девушка-организатор. Когда они останавливаются у шатра, Сохи напоминает Тэхёну его действия, и подбадривая, уходит внутрь, но на полпути останавливается: — Как только услышишь музыку — думай только о Чонгуке. Он ждёт тебя. Тэхён благодарно кивает девушке и вытирает вспотевшие ладони о пиджак своего смокинга. Сокджин с Чимином поочерёдно обнимают волнующегося Тэ и проходят внутрь шатра, надеясь, что тот от переживаний не упадёт в обморок. Когда Чим оказывается в шатре, а огромное количество гостей устремляет на них с Джином взгляды, то может понять мандраж друга. Он неловко улыбается, следуя за хёном, благодаря небеса, что тот идёт первый и, кажется, вовсе не чувствует себя не в своей тарелке. Чимин поднимает взгляд от пола, замечает переживающего Чонгука, переминающегося с ноги на ногу, дарит ему поддерживающую улыбку и скользит глазами дальше, тут же спотыкаясь о пристальный глубокий взгляд капитана Мина. Его пробивает мелкой дрожью, и он прерывает их зрительный контакт, замечая, что за Мином стоит пока незнакомый ему Ким Намджун, следом Чон Хосок и Ким Мингю. Последних двух он отлично знает, потому что они ни раз и ни два собирались в одной компании. Чим с Сокджином встают по левую сторону от арки, полностью увитой розами, кланяются родителям Тэхёна и Чонгука, и замирают в ожидании второго жениха. Начинает играть нежная мелодия, под которую Тэхён должен дойти до Чонгука, но тот не появляется ни через десять, ни через пятнадцать секунд. Чон взволнованно смотрит на Джина, прося дать ему хоть какое-то объяснение, но тот уверенно, беззвучно произносит: «Он придёт». Чимин от напряжения начинает кусать свои губы, краем бокового зрения замечая, что продолжает оставаться под пронзительным взглядом капитана Мина. Ладони его потеют, он хочет в ответ взглянуть на капитана, но в начале шатра наконец-то нерешительно появляется Тэхён. Как только он видит ослепительно улыбающегося Чонгука, его шаги становятся увереннее, и Тэ грациозно проплывает между двух рядов гостей, не замечая ничего и никого вокруг, на его лице появляется ответная улыбка, а волнение исчезает бесследно. Чонгук протягивает ему ладонь, освобождённую от перчатки, и завороженно наблюдает, как Тэхён встаёт напротив него. — Ты ведь точно не плод моих фантазий? — шепчет он, борясь с желанием поцеловать Тэ в эту самую секунду. Ким усмехается, смотря на него из-под ресниц: — Если и фантазия, то только твоя. Чонгук глубоко вдыхает, в желании что-то сказать, но начинается церемония их бракосочетания, и Чон частично сбрасывает с себя наваждение, так мастерски сплетённое его будущим мужем. Они клянутся быть друг с другом и в печали, и в радости, в болезни и здравии, в богатстве и бедности, клянутся вечно любить друг друга и оберегать их брак до конца жизни. Молодожёны, околдованные атмосферой церемонии, обмениваются кольцами, и закрепляют свой союз любящим трепетным поцелуем. Чимин чувствует, как сдерживать слёзы счастья за друга не получается, и радуется, что не зря положил платок в карман брюк ещё пару часов назад. Джин рядом с ним вовсе обливается слезами, и Чим мягко гладит его спину. Набравшись смелости, он бросает взгляд на капитана Мина, пока тот нежно смотрит на молодожён и вместе со всеми аплодирует новообразовавшейся семье. Чим замечает влажный блеск в его глазах, и это поражает его до глубины души, а когда Мин поворачивается к нему с улыбкой на губах, Чим не в силах отвести взгляд и не подарить ему в ответ такую же. Чимин не хочет делать поспешных выводов, но кажется, его сердце похитил с виду суровый капитан, но сентиментальный и чуткий внутри. Пак отчётливо понял, что жизнь его разделилась на «до» и «после» свадьбы Чонгука и Тэхёна. Немногим позже, когда гости смогли поздравить молодожён, Чимин с Джином улучают момент, чтобы лично обнять семью Чонов и сказать пару тёплых слов. — Берегите друг друга, — говорит Сокджин, шмыгая покрасневшим носом, берёт их руки и скрепляет вместе, — Чонгук-а, отныне и навсегда я вверяю тебе своего брата, теперь обязанность следить за ним на тебе. — Йа-а, Сокджин-а! — Тэхён, хотевший было пустит слезу, начинает возмущаться. — Я с честью и достоинством буду нести эту службу, — шутит Чон, обнимая Тэ за талию и заглядывая тому в глаза. Тэхён легко ударяет его кулаком в грудь и счастливо улыбается. — Поздравляю вас, ребята, вы созданы друг для друга, — Чим крепко обнимает своих друзей, не забывая поправить укладку Тэ. — Если бы не ты, мы бы никогда и не встретились, — напоминает Чонгу, и озорно смотрит на Пака. — Господи-прости, да за что мне это!? Я же просил никогда больше не говорить об этом случае, — Чим недовольно сопит, скрещивая руки на груди. — Но ведь если бы Чонгук-и мне не помог стащить тебя с той барной стойки и довезти до дома, нас бы всех здесь не было, — покашливает Тэхён, пытаясь скрыть смех. — По фактам, Чимин-и, — подтверждает Сокджин, пожимая плечами. — Надеюсь, что для родителей и гостей, вы придумали более романтичную версию? — С надеждой смотрит на друзей Пак. — Э-эм, — чешет затылок Гук, — парочка моих близких друзей всё же знает настоящую историю. — Омо, только не говори, что… — Чимина прошибает холодный пот, когда он предполагает, что достоверную хронологию знают сослуживцы Чонгука и, разумеется, капитан Мин. — Чонгук-а, — тихо говорят за спиной Чима, и тот замолкает, замирая с вытянутой рукой, указывающей на Чона, — прошу, познакомь нас с шаферами своего мужа. Чимин оборачивается, врезаясь спиной в Джина, а тот вцепляется обеими руками в его плечи. Перед ними стоят Ким Намджун и капитан Мин, а чуть поодаль о чём-то переговариваются Хосок с Мингю. — С удовольствием, капитан! — радуется Чон, приходу своих друзей и тому, что объяснения с Чимином переносятся на неопределённое время. — Гук-а, давай без формальностей, я же просил, — отмахивается от него Мин, — сегодня я здесь как твой друг. — Как скажешь, хён, — кивает Чонгук, — прошу любить и жаловать, Сокджин-хён — брат моего мужа и Чимин-хён — лучший друг Тэхёна. — Вы уж, пожалуйста, нас просто любите, — заигрывающе говорит Джин, протягивая руку для знакомства сначала Намджуну, не смотря на то, что тот стоял от него дальше, чем капитан Мин, — Ким Сокджин, очень приятно, — Джин ненадолго задерживает свою ладонь в сильной ладони Намджуна, пока не слышит ответное «Ким Намджун, рад познакомиться» и не видит ямочки на щеках от привлекательной улыбки сослуживца Чонгука. Капитану Мину Сокджин дарит обворожительную улыбку и крепкое рукопожатие. — Пак Чимин, — произносит Чим, собравшись с мыслями, и протягивает ладонь капитану в надежде, что тот не увидел, как дрогнули его пальцы, — капитан Мин, наслышаны о вас, — добавляет он, вежливо улыбнувшись. — Мин Юнги, — отвечает тот, аккуратно заключая чужую руку в свою большую ладонь, — можно просто Юнги, — улыбка Чимина становится милой, и он чувствует, как мягко минов большой палец скользит по его костяшкам , а после их рукопожатие заканчивается. Пак не замечает, что задерживает дыхание и делает глубокий вдох, ощущая лёгкий трепет расползающийся по его груди. Вблизи Мин Юнги выглядит потрясающе. Форма ему была к лицу и сидела с иголочки, открывая взору сильный разворот плеч и прямую спину. Военная выправка однозначно сказалась на этом человеке. Чимин засматривается. Тэхён, замечая небольшую заминку друга, покашливает пару раз, что и позволяет Паку очнуться и протянуть ладонь Ким Намджуну. — Вы и есть тот самый Чимин, который как заправский купидон свёл наших славных молодожёнов? — без задней мысли интересуется Джун, кажется, действительно восхищаясь историей любви Чонгука и Тэхёна. Чимин кидает гневный взгляд на мужа своего друга, пока сам Тэ хрюкает в кулак, пытаясь сдержать хохот. — Да, — смиренно сдаётся Чимин, — да, это был я, — он кидает взгляд на Юнги, боясь увидеть на его лице отвращение, но замечает лишь, как тот недовольно смотрит на своего подчинённого, — это был шаманский танец поиска партнёров, — решает перевести всё в шутку Чим, — могу и для вас устроить, только дайте мне немного выпить. У Чимина получается разрядить обстановку, и компания добродушно посмеивается. — О, не знал, что такие практики существуют, — отвечает Джун поглядывая на Сокджина, — сразу бы обратился к вам. — Намджун, — строго обращается к нему Юнги, сверля взглядом, — думаю, не стоит обижать Чимин-ши подобными разговорами. — Не беспокойтесь, Юнги-ши, — Чим удивлённо взирает на капитана, — всё в порядке, — мягко говорит он. Получить неожиданную поддержку в лице Мина было безусловно приятно, тем более, что эта тема заставляла Чимина чувствовать себя сконфуженным, — Я, как купидон на этой свадьбе, чувствую, что вы, Намджун-ши, найдёте своего человека, — он подмигивает Киму и быстро бросает взгляд на Джина. Тот легонько щипает его в бок и улыбается Намджуну, как ни в чём не бывало. Они ещё немного стоят своей обособленной компанией, договариваясь отбросить все формальности в дальнейшем общении, пока Сохи не забирает молодых и не просит гостей присаживаться за столы. С замирание сердца Чимин обнаруживает, что по правую руку от него оказывается капитан Мин, и Пак кидает жалостливый взгляд на Тэ. Тот улыбается широко, понимая, что капитан его другу понравился и, незаметно для других, показывает большой палец в знак поддержки. Пак с трудом сглатывает вязкую слюну, пока лёгкий мандраж охватывает его тело. Первый тост звучит от родителей новобрачных, который заканчивается вручением подарка — двухнедельной путёвкой в Париж. Когда Тэхён открывает конверт, то вылупляет глаза, а Чонгук стоит с открытым ртом, явно не ожидая такой щедрости со стороны их родителей. В шатре воцаряется галдёж, кто-то радостно кричит, например, как Чимин, кто-то аплодирует, как Сокджин, который знал о подарке. Юнги поворачивается к Чимину, когда тот заканчивает издавать громкие радостные звуки своим прекрасным ртом, и подливает тому воды. Чим кивает благодарно, делает пару глотков и поясняет: — Тэ-Тэ всегда мечтал побывать в Париже, но из-за организации свадьбы, медовый месяц они позволить себе не могли, — Чим участливо улыбается, — а сейчас его мечта исполнилась. — Ещё нет, — исправляет его Юнги, — для этого нужно прилететь в Париж, — подтрунивает капитан, замечая как Чим щурит глаза. — А вы, капитан Мин, оказывается, душнила, — отвечает Чимин, шутливо закатывая глаза. Юнги открыто смеётся и пожимает плечами: — Сожалею, Чимин-ши, иногда после моих слов нужно проветривать помещение, — он говорит это без капли раскаяния на лице, что очень смешит Чимина, и он в порыве кладёт свою ладонь на коленку капитана, чуть заваливаясь вперёд. Юнги скользит глазами по маленьким пальцам на его ноге, и ему до ужаса хочется схватить чужую ладонь, чтобы вновь почувствовать мягкость кожи Пака. Просмеявшись, Чим откидывается на спинку стула, немного успокаиваясь. Неловкость отступает, а после пары бокалов шампанского и вовсе бесследно растворяется в воздухе. Пак, если честно, с трудом сходится с новыми людьми. Сначала он долго присматривается, проверяет схожесть юмора, узнаёт взгляды на жизнь, увлечения, стремления человека. На своём жизненном пути Чимин встречал разных людей, и не все они подарили ему радость и любовь. Ему кажется, что они с Юнги из разных миров, но его неожиданно влечёт к капитану, который так неназойливо поддерживает беседу и ухаживает за Паком, предлагая ему подложить еды или подлить вина, когда официанты не справляются с этой работой. Сдерживать свои вспыхнувшие желания довольно сложно, учитывая, что в его постели не было мужчины вот уже несколько лет. Паку не хотелось новых отношений после расставания с последним парнем-мудаком, он взял перерыв и просто наслаждался своим одиночеством. Находил счастье в себе, а не в другом человеке. Но тут на горизонте появляется бравый капитан Мин, и Пак терзается в мыслях, гадая, чем может закончится этот вечер. Чимин испытывал давно позабытую бурю эмоций лишь при мимолётном взгляде на Юнги. Он и не предполагал, что такое может с ним случиться на свадьбе лучшего друга. Пак пришёл отлично провести время, а не вот это вот всё. Проходит три часа с церемонии заключения брака Чонов, и гости заметно расслабляются под действием алкоголя и интерактивов Сохи. Наступает время танцевальных конкурсов, первый из которых состоит в том, чтобы станцевать самый нелепый танец под неподходящую для него музыку. Сокджин вызывается сам, понимая, что имеет все шансы, а вот Намджуна выбирает Сохи. Так же из зала выходит пара двоюродных сестёр Чонгука, которых пригласили его родители, и баттл начинается. Для Намджуна включается сороковая симфония Моцарта, и он начинает дрыгать своими конечностями настолько невпопад, что гости буквально через мгновение после начала его танца, начинают заливаться смехом. Джин едва сдерживает себя от гогота, когда Намджун начинает подпрыгивать, крутясь вокруг себя и поскальзываясь каждый раз при приземлении на каблуках своих лакированных ботинок. Сокджин старается его подстраховывать, но при очередном чужом прыжке, они сталкиваются друг с другом и неуклюже валятся на пол. Чонгук от смеха падает под стол президиума, где они восседают с мужем, а Тэхён хватается руками за живот, потому что его пресс начинал болеть от сильного хохота. Он видит, что Чимин задыхается от смеха на полу у ног Юнги, а тот что есть мочи аплодирует танцорам, тоже начиная давиться воздухом от происходящего веселья. Конкурс заканчивается на выступлении Намджуна, потому что остальные участники и думать не хотят о конкуренции со столь сильным соперником. Сохи вручает победителю статуэтку «Танцор диско», и тот кланяется гостям, благодаря за столь тёплую реакцию на его импровизированный танец. Проходя за своё место и потирая ушибленный локоть, Сокджин надеется, что в постели Джун прямо противоположен тому, что показал на танцполе. Ким Намджун стоил того, чтобы проверить. Получасовой перерыв после конкурса позволяет гостям успокоиться, но Сохи просит никого не расслабляться и вызывает новых людей в середину зала. «Счастливчиками» оказываются Чимин, Хосок, Мингю, Шихёк, друг Тэхёна с работы, девушка Шихёка, те самые две двоюродные сёстры Чона и сам Тэ. Чонгука просят сесть на стул посреди зала и повернуться спиной к танцорам. Когда Чимин встаёт со стула, Юнги поднимается за ним и желает удачи, мягко и быстро гладя Пака чуть выше копчика. Короткое касание придаёт Чиму сил, он в благодарность кивает и собирается уйти, но Мин останавливает его, аккуратно зацепив пальцами запястье. — Наверное, лучше снять пиджак, — предлагает он и для убедительности дёргает за рукав. — А-а-а, да, ты прав, Юнги-ши, — отвечает тот и хочет снять предмет одежды, но охмелевший, не может справиться с правым рукавом и протягивает свою руку Мину, молчаливо прося у него помощи. Юнги усмехается и в считанные секунды освобождает Пака. Чим снова благодарно кивает и решает подвернуть рукава рубахи, в процессе из-под ресниц поглядывая на капитана. Он замечает, как Мин дышит медленнее, глубже, и Чимин подмигивает капитану, когда справляется с рукавами белой рубашки. Юнги фыркает на эту провокацию и следит за тем, как спина Чима удаляется от него в сторону танцпола. Чимину достаётся самая сложная роль в данном конкурсе. Он должен копировать танец участника за спиной Чонгука, а тот, смотря на Чимина, через танец должен узнать своего мужа. Под каждого участника включается своя музыка и первым начинает Мингю. Он просто кривляется и вертит тазом вперёд-назад под «айм блю дабуди-дабудай». Чонгук смело мотает головы из стороны в сторону, не узнавая в участнике Тэ. Начинается «фристайло ракамакафо», и за Чонгуком становится Хосок. Коварно улыбаясь, он танцует нижний брейк, делая своими ногами быстрые движения, и застывает на прямой руке, широко расставив ноги в воздухе. Чимин, будь у него глаза-лазеры, точно бы расплавил сейчас нерадивого друга, но он, размяв руки и плечи, старается повторить сначала движения ногами и потом этот танцевальный элемент, названия которого он не помнил. Пак давно не практиковал нижний брейк, но в двадцать увлекался разными стилями танца и, на его собственное удивление, у него получается встать на руку и зависнуть в воздухе на секунду. Он слышит, как гости шумят, подбадривая и восхищаясь его умениям. Когда Чим оказывается на ногах, Хосок показывает ему два пальца вверх, и немного поодаль Чимин замечает шокированного Юнги и горделиво смеётся. Чонгук, хохоча, снова отвергает танцующего, уверенный в том, что это точно не Тэхён, просто потому что его муж так не умеет. Далее сестры Чона танцуют одна за другой: первая пытается изобразить что-то подобное балету, а вторая — танец робота. Их обеих Чон бракует, подняв над собой руки и сделав из них крест. Чимин вытирает пот со лба и взглядом молит Тэхёна станцевать уже, пока он не сдох здесь от переутомления. Тот кивает, сжаливаясь над другом и успев вдоволь наделать с Паком уморительных видео. Начинает играть новая песня, она более игривая и действительно подходит под стиль танца Тэхёна. Чимин готов сделать что угодно из движений друга, лишь бы это чёртов конкурс закончился – Юнги на нём уже дырку проделал! Господь милостивый, ему нужна ещё выпивка. Тэ начинает покачиваться и, двигая бедром, попадать под соблазнительный бит — Чимину приходится подчиниться. Он копирует медленные движения рук Тэ на своём теле от бёдер до талии, чувствуя как сам попадает под чары кокетливой мелодии. Тэ гладит ладонью шею и спускается до жилета, начиная расстёгивать пуговицы. Чимин цокает, подавляя желание стыдливо рассмеяться, но продолжает зеркалить чужие движения. Краем глаза он замечает, что Юнги снимает китель и торопится ослабить ворот своей рубашки. Когда жилет висит на его теле, Тэ приступает к своей сорочке, делая своим телом плавные движения. И когда Чимин отбрасывает бабочку, как это делает Тэхён ранее, а две верхние пуговицы оказываются расстёгнутыми — Чонгук наконец признаёт в танцующем участнике своего мужа и вскидывает руку вверх, крича «Это он!». Чимин радостно выдыхает и аплодирует вместе с гостями, пока Тэ оказывается схвачен в объятия сильными руками Чона. Тэхён смотрит на Чима и заговорщически стреляет глазами в сторону Юнги. Пак закусывает губу, понимая план друга, и губами шепчет лишь единственное «Придурок». Он поднимает свою бабочку и идёт к своему столу, где Юнги услужливо наливает ему воды. — Ну, как я справился? — спрашивает Чим, нахально смотря на капитана. — Ты был бесподобен, — отвечает тому Мин, почему-то шёпотом и в самое ухо. У Чимина по телу пробегает стая мурашек. Он закусывает губу, чтобы сдержать реакцию своего тела на чужие слова. Melody Gardot — If You Love Me Чим успевает протереть вспотевший лоб, допить воду, залить в себя алкогольный коктейль, как Сохи объявляет первый танец женихов. Чим делает минутное видео, в котором Тэхён с Чонгуком такие красивые и влюблённые смотрят друг на друга, сверкая глазами, и обнявшись, не спеша двигаются в клубах белого тяжёлого дыма в их ногах. Глаза Чима становятся влажными, от радости и бесконечного счастья за своих друзей, и он усиленно начинает моргать ими, чтобы не прослезиться. Он стал замечать, что с годами стал чувствительней и его могла тронуть любая мелочь, а плакать с концовки диснеевских мультиков ему было проще лёгкого. К молодожёнам на танцпол присоединяются гости, и Чим мягко улыбается этому, оставаясь на стуле и чуть покачиваясь из стороны в сторону под нежную мелодию. Он не ожидает, что рядом с его ухом раздастся голос капитана Мина: — Потанцуешь со мной? Чим поворачивает голову и обнаруживает лицо Юнги в нескольких сантиметрах от его. Дыхание спирает, а губы сами произносят положительный ответ. Мин улыбается, ведёт его на танцпол и уверенно, но плавно прижимает к себе, кладя левую руку на чужую талию, а правую ладонь переплетает с левой ладонью Чима. Чимин робко кладёт свою правую руку за плечи Юнги и ощущает своим телом тепло тела капитана. Чувствовать себя в руках капитана оказывается так комфортно, что Чимин подаётся ближе и прижимается щекой к щеке капитана. Песню для первого танца наверняка выбирал Тэхён, Чимин узнаёт его прекрасный вкус к лёгкому джазу. Песню он находит чудесной, она каким-то образом погружает в транс, позволяет унестись тебе из этой реальности на короткие четыре с половиной минуты. Позволяет закрыть глаза и отдаться осязанию: прочувствовать прикосновение сухих горячих ладоней капитана Мина, его холодного уха; прочувствовать щекочущие щёку Чимина тёмные отросшие волосы; ощутить прикосновение чужой приподнимающийся груди при каждом вдохе. Почувствовать, как нос Мина зарывается в волосах Чима, и как он долго набирает воздух в лёгкие, будто хочет насладиться чужим запахом грейпфрута и мяты. Чимин обнимает Юнги крепче и пальцами правой руки осторожно дотрагивается до шеи капитана, заставляя того чуть вздрогнуть. Мин разнимает их руки, и уже две ладони ложатся на талию Чима и несмело оглаживают спину. Чим свободной рукой выводит на лопатке капитана неведомые узоры и, кажется, касается губами мочки чужого уха. Они лениво парят в каком-то сне, теряясь в тягучести и интимности момента. Чимин клянётся, что впервые в жизни испытывает что-то подобное. Он хочет верить, что и капитан Мин чувствует тоже самое. И судя по тому, как Юнги нехотя отпускает Чима от себя, буквально принуждает себя это сделать, когда музыка заканчивается — он чувствует. Чимин замечает, что Тэхён с Чонгуком тоже погрузились в эту волшебную атмосферу. Они едва покачиваются и приходят в себя после аплодисментов гостей друг другу за танец. — Чимин-ши… — Зовёт его капитан, касаясь пальцев руки. Пак переводит взгляд на него, и его сознание мутнеет. Хочется на воздух и немного времени, чтобы переварить произошедшее. Не каждый день тебя тянет к незнакомцу, а желание распространяется по всему телу, разгоняя кровь по венам. — Мне нужно в уборную, — произносит Чим, цепляя своими пальцами пальцы Мина. Туалетная комната находится за пределами шатра в отдельном построении, чему Чимин, разумеется, рад. Краем своего помутнённого сознания он подмечает, что на улице стемнело и похолодало, что также было ему на руку. Прохладный ветерок остудил его тело, пробираясь под расстёгнутый ворот рубашки. Чимин успевает зайти в уборную, приблизиться к раковинам, открывая вентиль холодной воды, как дверь за ним распахивается, и его настигает капитан Мин. Юнги бесцеремонно и бессовестно придавливает его собой к стене, отделанной дорогим чёрно-белым кафелем, в следующую секунду его уверенно целуют, заключая лицо в горячие сухие ладони. Мир Чима взрывается, и он с такой же отдачей отвечает на поцелуй, пробираясь в чужой рот языком. Губы Юнги чуть обветренные и опытные, вырывают из Чима горловой стон, от которого Мин хочет кончить и кончиться как личность. Он, как и Чимин ранее, готов клясться всем существующим богам, дьяволу, существам, кому угодно, что всё, что происходило с ним в течение дня — абсолютное неизведанное наваждение, с которым бороться нет ни сил, ни желания. Силы и желание были только на то, чтобы до бесконечности зацеловывать эти безумные пухлые губы. Руки Чимина забираются в его волосы, ноги скрепляются на его талии, и Мин сходит с ума от чужого запаха. Пак немного отстраняется, чтобы глотнуть кислорода, заглядывает в шальные глаза капитана, и накидывается на Юна вновь, не стесняясь уже звуков, вылетающих из его рта. Пылкое возбуждение распространяется по телу, затуманивая сознание, позволяя прикосновениям становиться смелее. Юн вжимается в Чима пахом, ощущая через тонкие брюки чужой стояк. Чим откидывает назад голову, разрывая их мокрый поцелуй. — Мы не можем покинуть свадьбу сейчас? — спрашивает он с придыханием и надеждой. — Боюсь, что нет, мы можем обидеть молодых, — Юн зацеловывает влажными губами шею Пака, пока его большие ладони сжимают чужую задницу. — Мхм… — Чим пытается выразить недовольство, но капитан трётся об его вставший член своим собственным, и все мысли исчезают из его головы. Мин тянет его за подбородок к себе, вновь накрывая губы Чимина, и погружает свой язык в его рот. Пак стонет, потом хнычет, царапает спину капитана сквозь тонкую рубашку и с упоением переплетается с миновым языком. — Боже… — с трудом произносит Чим, когда они на миллиметры отдаляются друг от друга, — что вообще творится, Юнги? — Я сам не понимаю, Чимин-и, — шепча произносит Юн, утыкаясь в розовую щёку. Чима покрывает мурашками от хриплого вкрадчивого голоса капитана, и он мелко дрожит. — Мы можем подняться ко мне в номер после салюта? — спрашивает Чим, немного зная программу вечера: скоро должны были вывезти свадебный торт, а ещё чуть позже — прогреметь праздничный фейерверк. — Я хочу этого каждой частицей своей души и тела, — соглашает Юнги, ставя Чима на пол, но продолжая удерживать его руками за бёдра, мягко сжимая. — Прекрасно, — улыбается Чимин, чмокая того в уголок губ, — а теперь уходи, мне действительно нужно в уборную. Юнги хмыкает, ещё раз глубоко целует Чимина, заставляя задыхаться, и покидает его, блеснув хитрым взглядом. С таким стояком Пак не скоро сможет воспользоваться туалетной комнатой. У самого Юнги ситуация была не лучше — его вставший член мешал ходить, и был чертовски заметен под белой тканью брюк. Поэтому он решает постоять на улице в месте неосвещённым фонарём и дождаться Чима. Пак в это самое время сползает по стенке вниз и закрывает лицо в своих руках, из груди его рвётся счастливый смех. Пак не знает почему чувствует себя таким окрылённым, может это было влияние алкоголя, но это чувство упоения и ликования заполняет его с головы до пят. Он встаёт, споласкивает лицо в холодной воде, пока не чувствует, как возбуждение спадает и, наконец, может воспользоваться туалетной комнатой по назначению. Освежившийся Чим выходит из уборной, слегка пошатываясь, и испуганно вскрикивает, когда со спины его поднимают над землёй. Юн смеётся в его шею, опаляя своим дыханием, и кружит того вокруг своей оси. — Капитан, да вы совсем потеряли рассудок, — замечает Чимин, когда его опускают на землю, и кладёт свои руки на плечи Мина. — И чья это вина? — спрашивает тот, изгибая бровь и гладя бока Чим. — Хотите сказать, что ответственность лежит на мне, капитан Мин Юнги? — Пак кусает нижнюю губу, не разрешая себе улыбаться. Он заправляет чужие растрепавшиеся волосы за уши и опускает ладони на тёплую шею, грея свои холодные пальцы. — У меня земля уходит из-под ног, когда ты произносишь моё звание, Чимин-а, — признаётся Юнги, изучая родинки на лице Чима, которых не видно издали, и борется с желанием их поцеловать. — Ох, капитан… — шепчет Чимин и кокетливо ухмыляется, приближаясь к чужим губам, — это так заводит… Они готовы вновь поцеловаться, зависая в миллиметре друг от друга, но Чим коварно улыбается, чмокает Мина к губы, не разрешая углубить поцелуй, и тянет того за руку обратно в шатёр. — Я обожаю эту песню, — объясняет Чимин и хихикает, когда капитан недовольно следует за ним, — мы не можем её пропустить. В шатре громко играет Telephone Леди Гаги, и они присоединяются к остальным танцующим гостям. Взглядом Пак встречается с Тэхёном, скинувшим с себя пиджак со шлейфом и отплясывающим рядом со своим мужем, и тот глазами указывает на Юнги, приоткрывая от изумления рот, и ждёт ответа. Чим согласно прикрывает веки и беззвучно произносит «О мой Бог!». Он видит, как его друг смеётся шокировано и играет бровями. Чим осматривает толпу, ища глазами Сокджина, и удивляется, когда тот заходит в шатёр с Намджуном, и вид их, мягко говоря, потрёпанный. Он ловит взгляд Тэ, и догадывается, что не один он смог это заметить. Как оказалось, и Джин не терял время зря. Можно было смело заявлять — свадьба удалась!