Всем нужен отдых

– Почему так долго?– лишь заслышав тяжёлые шаги, Данковский налетел на обескураженного человека с вопросами. – Ты принёс, что я просил? «Вот те на, – подумал Бурах, взглянув на взволнованного коллегу, который очень спешил встретить его, а точнее то, что он принёс с собой. – Ни «здрасьте» Вам, ни «как дела», а прямо с порога тыкает и уже что-то просит». – Угу, – произнёс он в ответ и протянул образец бычьей крови. – Замечательно! – бакалавр выхватил из рук Гаруспика пробирку. – Начнём немедленно! Пока Данковский увлечённо суетился у своей маленькой лаборатории, степняк решил ему не мешать. Он тихо вынул из своей сумки несколько бумаг, какие-то мелкие предметы, расположил это всё на столе и собрался уходить. – Не будешь дожидаться результатов? – не отрываясь от своих дел, спросил бакалавр, заставив Гаруспика остановиться. – Что это? Он вскользь глянул на вещи, которые Бурах оставил на его столе. – То, что возможно убережёт тебя. Это были карты с пометками опасных зон и медикаменты, необходимые в чрезвычайных ситуациях. Бакалавр приостановил свою деятельность и направил всё своё внимание на собеседника. – Спасибо, но можешь забрать это назад, я в состоянии сам о себе позаботиться, – в голосе Даниила присутствовали нотки недовольства. – Конечно в состоянии, и на нож ты, наверное, случайно налетел, а бандита рассчитывал повалить своим острым умом, – покачал головой степняк, иронизируя. Ему не хотелось провоцировать коллегу. Он просто решил напомнить ему о том, в каких условиях им приходится жить и какие последствия могут произойти без должной подготовки. Данковский раздражённо нахмурился. Он сам прекрасно понимал, что совершил ошибку, что не проверил количество патронов перед выходом на улицу, но признавать это категорически не хотел. – Это всё револьвер. Просто закончились патроны. – О том я и говорю. Никогда не знаешь, что может произойти. Ствол без патронов превращается в бесполезную игрушку, в то время как ржавый тупой испорченный нож не перестанет выполнять свою функцию… – Это который ты нашёл на помойке? – брезгливо добавил бакалавр. Бурах вздохнул. – Пойми, ситуация, которая сейчас происходит в городе – это река, огромная река, у которой не видно ни конца, ни края, а мы находимся в лодке посреди её необузданных просторов. Её течение несёт нас неведомо куда, а волны кидают из стороны в сторону. Для того, чтобы ощутить землю под ногами, мы должны пристать к берегу. Да, мы жаждем попасть на этот берег по разным причинам, но, ойнон, блесни своим умом, подумай, какова вероятность того, что по отдельности нас ожидает успех? Данковский молча слушал коллегу. Это был риторический вопрос, и они оба уже знали на него ответ. – Именно поэтому нам нужно действовать вместе. Вместе доплыть до берега. А что будет дальше – дело каждого. У меня есть возможность творить то, за что тебя просто убьют здесь. А ты можешь делать то, что недоступно мне. Так почему просто не принять помощь друг друга? Почему ты ведёшь себя так словно тебе всё равно? Я знаю, что в ту ночь ты ушёл лишь под утро. Ты спал, ойнон. Спал рядом со мной всю ночь! – Не правда. – Правда! – Гаруспик завёлся не на шутку, – Когда я проснулся, стакан, стоявший на столе, был пуст, в моей сумке внезапно оказался незамысловатый набор продуктов, а Ева сказала, что ты всю ночь провёл наверху. – Ева… – обречённо вздохнул бакалавр, прикрывая лицо рукой. Он знал, что легкомысленная красавица отличается болтливостью, но не мог сказать точно, как быстро эта черта обернётся против него. – И ты пришёл ко мне за помощью в трудный час, и я помог тебе не потому, что должен был, а потому, что хотел это сделать. И я не бросил тебя, потому что твоя жизнь дорога мне, – Бурах высказал всё что думал и немного успокоился. – И я сделаю все, что в моих силах, если смогу хоть немного продлить её. Не отвергай мою помощь. Убрав руку от лица, бакалавр постоял в раздумьях некоторое время, глядя на своего заносчивого собеседника. – Ты так ухаживать пытаешься? – слегка наклонившись вперёд, подытожил Дановский, не скрывая лёгкой улыбки. Эта ситуация скорее позабавила его чем напрягла. Не часто ему доводилось видеть столь эмоциональные порывы Бураха. Тот лишь закатил глаза, махнул рукой и направился на выход, буркнув напоследок: «Просто возьми то, что я принёс тебе, и заткнись».