Bloody Ring

      Сидя на красном диване и нервно потирая руки, Джон вперил взгляд в стену, гадая, что происходит по ту сторону и что именно обсуждают братья Холмс. Разумеется, он понимал, что всё равно не догадался бы, ведь разговор двух гениев предугадать невозможно. В последний раз он видел Майкрофта более часа назад, когда тот выходил из номера, чтобы поговорить с Шерлоком. Поэтому у Джона было в запасе большое количество времени на раздумья.       Только сейчас он начал здраво воспринимать то, что произошло утром. Шерлок — его лучший друг, самый близкий человек, с которым он жил и проводил почти всё время — стал свидетелем, пожалуй, самой неловкой сцены в жизни Джона. Что он мог почувствовать, когда увидел, что его друг спит с его братом? Шок, недоверие, отвращение? Все эти эмоции были отчётливо видны на лице Шерлока в тот момент, когда Джон открыл глаза и посмотрел на него. Однако изменились ли его чувства сейчас, когда страсти немного утихли и у младшего гения была возможность спокойно всё обдумать? Сменился ли его шок разочарованием, а его отвращение — ненавистью, или хуже того — отвержением? Все варианты казались сейчас весьма вероятными, ведь подобные ситуации случались не каждый день.       Кроме того, это ведь Шерлок. Шерлок Холмс, человек с жёстким характером, привыкший выражать свои мысли напрямую, независимо от того, причинит ли он этим кому-либо боль. Ему тяжело было заводить друзей, и Джон знал, что сложившаяся ситуация с удвоенной силой могла повлиять на такого, как он.       Джон был одним из немногих, кому Шерлок доверял; он считал доктора полностью преданным ему человеком. Разумеется, так оно и было. Обрести братскую любовь и преданность младшего гения было трудной задачей, и, думая об этом, Джон в шоке осознавал, что он может разрушить всё то, чего они достигли за эти годы из-за каких-то нескольких дней. Если выяснится, что Джон потерял доверие Шерлока, что он каким-то образом предал его, то вернуться к прежнему образу жизни, который они ещё вели менее двух недель назад, будет очень трудно.       Джон так погрузился в мысли о чувствах Шерлока и о том, как сейчас приходится Майкрофту, что спустя некоторое время понял, как сильно ему надоело сидеть сложа руки и ждать возвращение Холмса-старшего. О встрече с Шерлоком не могло идти и речи в данный момент, поэтому Джон встал с дивана и тут же пошатнулся — голова закружилась от долгого сидения. Несмотря на это, он подошёл к двери, одновременно массируя затёкшее бедро, и, очутившись в холле, смог вдохнуть свежего воздуха. Он повернулся и, взглянув на соседнюю дверь, только сейчас понял, что не знал, хочет ли, чтобы разговор между Майкрофтом и Шерлоком поскорее закончился, или же наоборот — продолжался подольше. Думая о плюсах и минусах этих двух вариантов, Джон понял и принял тот факт, что ему не хватит смелости сделать первый шаг и зайти в соседний номер. — Мой дорогой Джон… — прежде чем мягкий голос достиг сознания Джона, он почувствовал, как тёплая рука сжала его левый локоть, и обернулся, посмотрев на невысокую женщину и её материнскую улыбку. — Oh mio dio, Джон, что случилось? Ты выглядишь таким встревоженным и бледным… Почему ты стоишь один в холле?       Вместо ответа Джон лишь слегка улыбнулся, взял её маленькую ручку и поцеловал её пальцы. — Напряжённое утро, только и всего. — Где твой Майкрофт? — спросила женщина, слегка оглядываясь. Движения её головы были плавными и осторожными, что придавало ей ещё большего шарма. Джон был впечатлён ею с самой первой встречи и до сих пор удивлялся тому, как ей удавалось держаться столь элегантно даже при таких незначительных движениях. Думая над ответом, Джон взглянул на дверь номера Шерлока и понял, что, вероятно, неразумно будет сообщать о том, что младший брат Майкрофта поселился в их отеле прошлой ночью, чтобы присматривать за ними. Он не знал, что Майкрофт позволял другим знать о себе, и не был уверен, была ли Франческа посвящена в его семейные отношения. Именно поэтому Джон решил избежать этой темы и позволить Майкрофту самому заняться вопросом своего брата. — Он с кем-то разговаривает. А я ждал вас… — В эту секунду его желудок издал характерный звук, означавший, что его тело требовало еды. Он посмотрел на Франческу; та улыбнулась ему и, крепко прижавшись к его плечу, повела к лестнице. — Пойдём, Джон, — сказала она с явным весельем в голосе. Джон решил отдать себя на её попечение и, уходя, даже не оглянулся. Он медленно спускался по лестнице, заботясь о хрупкой женщине. Конечно, он понимал, что его чрезмерная забота о ней может показаться странной. Однако её тонкое тело и плавные движения, казалось, требовали особого внимания. Она же, в свою очередь, улыбалась, видя его опеку, и давала понять, что старания Джона были нужными.       Лестницу украшала красная ковровая дорожка, продолжавшаяся до самого входа в отель, однако Джон и его спутница свернули с неё по направлению к большому залу с мраморным полом, колоннами, элегантными креслами и декоративным камином. Джон сомневался, что этот камин когда-либо использовали. Но сейчас его внимание привлекла не красота комнаты, а женский силуэт, скромно сидевший за одним из столов. Джон моргнул несколько раз, чтобы убедиться, что глаза не обманывали его. Молли? Почему она здесь, в этом отеле? Одна? И тут всё стало ясно. Джон еле сдержался, чтобы не закатить глаза. Не говоря ни слова, он направился к Молли. Её сгорбленная фигура сливалась с большим креслом, и только острое зрение могло бы заметить её. Франческа молча шла рядом с ним, с любопытством наблюдая за скромной женщиной, сидевшей спиной к ним и читавшей книгу. Молли повернула голову только тогда, когда почувствовала чьё-то присутствие позади себя. — Джон! — весело воскликнула она, подскакивая на ноги. Джон ответил ей улыбкой, не находя в себе столь же бурного энтузиазма. Он понятия не имел, что заставило Шерлока тащить её с собой в Италию. — Ты приехала с Шерлоком? Приятно снова видеть тебя, но почему ты сидишь здесь одна? — задавая этот вопрос, перед его глазами невольно всплыло лицо его друга. Шерлок наверняка указал бы на то, что он как обычно не понимает очевидных вещей. В разговоре с Молли, однако, его не заботили эти детали. — Он попросил меня оставить его в покое, — ответила Молли, переводя взгляд с Джона на Франческу, стоявшую рядом. — Он попросил?.. — повторил Джон, представляя, чем на самом деле являлась эта «просьба». — Ой, извините, Франческа. Это мисс Молли Хупер, мы с Майкрофтом знакомы с ней много лет. Это миссис Франческа Колетти, Молли. Она присматривает за мной во время моего пребывания тут, — добавил он, стоя между двумя женщинами. Они обменялись рукопожатием и начали непринуждённый разговор. Джон слушал их, однако вскоре, когда они сели за стол, мысли его стали блуждать.       Какого чёрта он привёз с собой Молли? Джон не мог этого понять, и мысль эта почти сводила его с ума. В самом деле, Шерлок ведь не был ребёнком и в сиделке не нуждался.       Чем больше Джон размышлял о возможной причине этого поступка, тем больше убеждался, что его друг сделал это не случайно, а с определённой целью, известной лишь ему. Джона пробила дрожь, когда он осознал, что у Шерлока были скрытые планы. Он посмотрел на Молли. Молодая женщина полностью отличалась от людей, которых он встречал здесь. Язык её тела, одежда и поведение разнились с тем, что он видел в Франческе. Молли была болезненно бледной — хотя до сих пор Джон никогда не обращал внимания на эту деталь — худой и… заурядной.       Эта мысль поразила Джона, словно молния. Значило ли это, что он медленно превращался в человека из «этого мира», начиная видеть других глазами Майкрофта, потому что сейчас его окружали люди, которые, как и Холмс-старший, не только занимались высокоуровневыми событиями, но при этом и старались выделяться из толпы. Он видел разницу между обычной серой массой — к которой, к слову, принадлежал и он сам — и людьми из высшего общества.       На секунду Джон задумался, не видит ли Майкрофт его в таком же свете? А Шерлок? — Две дамы на одного джентльмена? Джон, ты купаешься в роскоши.       Услышав весёлый тон Стоунера и почувствовав его тёплую руку на затылке, Джон повернул голову. Аарон, как обычно, сиял, очаровывая обеих женщин, хотя Джон мог поспорить, что этот мужчина произвёл гораздо большее впечатление на бедную Молли, чем на Франческу, знавшую его давно и, скорее всего, догадывавшуюся о его истинной личности. Джону хотелось лишь одного: исчезнуть.       Шерлок, Молли, затем Стоунер… Кто-нибудь ещё на подходе? Он уже жалел, что высунул нос из номера. — Не возражаете, если я присоединюсь к вашей группе? — спросил Аарон и, не дожидаясь реакции Джона, отодвинул один из стульев. — Вовсе нет, — ответил Джон и встал. — Это Аарон Стоунер, Молли.       Аарон элегантно поклонился и взял Молли за руку, очаровательно улыбаясь. Джон увидел румянец на её щеках и тут же прикусил язык, прекрасно понимая, что этот мужчина не стоил подобной реакции, особенно от такой застенчивой и нежной молодой женщины.       Тем временем Аарон перевёл взгляд на Джона. Он всё ещё прижимал руку Молли к губам, но глаза его смотрели прямо в глаза доктора. — Рад, что вы пришли, потому что мне не пристало оставлять дам одних. — Что? Ты собираешься уходить? — Стоунер выпрямился, отпуская руку Молли. Сосредоточив внимание на Джоне, он ждал ответа; того, однако, не последовало, Джон просто проигнорировал его.       Мужчина поцеловал улыбающуюся Франческу в висок и поклонился Молли. Они не стали обижаться на него за столь внезапный уход, хоть и причины у них на это были совершенно разные. Джон молчал, полностью игнорируя мужчину; он уже собирался попрощаться, когда Стоунер быстро обошёл кресло Франчески, крепко хватая его за руку и склоняясь над его ухом. — Не убегай. Я надеялся поговорить с тобой, ведь ты уже довольно долго избегаешь меня. — Вы удивлены? — тихо спросил Джон, глядя на Аарона. — Нам не о чём с вами говорить, но сейчас вам выпала возможность попробовать на деле то, что вы так усердно тренировали на мне всю прошлую неделю. Общаться с женщинами вам будет намного проще.       Поклонившись в последний раз, Джон спокойно зашагал по мраморному полу по направлению к бару, отделённому от холла стойкой администрации. Он чувствовал горячий взгляд Стоунера, пока не зашёл за угол, исчезая из виду. Только сейчас ему удалось глубоко вздохнуть, садясь на стул у барной стойки. Бармен улыбался, протирая высокий стакан. — Что я могу предложить вам, сэр?       Джон коротко улыбнулся ему, опираясь локтями о стойку и соединяя пальцы в замок. — Алкоголь — плохая идея в столь ранний час, — добавил бармен, глядя на стекло стакана, которое он продолжал протирать белоснежной тканью. От этого заявления на лице Джона невольно появилась улыбка. — Крепкий кофе. — Без сахара, сэр? — Да, пожалуйста.       Официант скрылся из виду, и Джон устало потёр лицо. Было всё ещё утро, а он уже чувствовал себя таким измученным, как будто провёл один из тех изнурительных дней в Афганистане, или же после нескольких рабочих смен в больнице, когда он возвращался домой выжатым, словно лимон. В жизни ему встречались так называемые «энергетические вампиры», однако никто из тех людей не мог сравниться со Стоунером. Всего несколько минут его компании, и Джон начинал чувствовать подавленность, усталость, и настрой его мрачнел. В такие моменты он чувствовал, будто Аарон забирал все его силы, в то время как сам он ничего с этим не мог поделать. Ситуация усугублялась тем, что мужчина так настойчиво искал его компании.       Поэтому в данный момент Джон был рад, что избавился от его настырного внимания, и надеялся, что вскоре ему удастся поговорить с Майкрофтом. Похоже, Холмс-старший был единственным, кто мог бы пояснить ему, с какой целью Шерлок вдруг прибыл в Венецию.       Джон собрался было повернуть голову, чтобы взглянуть на лестницу, как вдруг рядом с ним послышался звук отодвигающегося стула. Обернувшись, Джон взглянул на севшего около него мужчину: на том были чёрные брюки и белая рубашка, небрежно расстёгнутая на две верхние пуговицы; а затем взгляд Джона встретился с ясными глазами Шерлока. Усевшись рядом, тот очень старался не выглядеть напряжённым, однако его нервные движения указывали на обратное. Он сел в том же положении, что и Джон, и отвернулся, мягко откашлявшись. По спине Джона пробежал холодок, он уставился на чёрный кофе, принесённый ему барменом.       Было очевидно, что и ему, и Шерлоку сейчас неловко было находиться наедине друг с другом. Детектив заёрзал на стуле, так сильно сжимая пальцы, что Джон без труда увидел побелевшие костяшки на его руках. Младший гений покачал головой, давая знак бармену, что ни в чём не нуждается. Когда они с Джоном остались наедине, ни один из них не смог сразу заговорить. Тишину прерывали разговоры за их спинами, и шаги проходящих мимо людей. — Ты доволен… поездкой? И… местной публикой? — спросил Шерлок, всё ещё не глядя на Джона. — Что ты имеешь в виду? — Джон удивлённо уставился на него. — Ничего. Мне просто любопытно, — Шерлок пожал плечами, видимо, стараясь показать этим своё безразличие, однако он всё равно отказывался смотреть на своего друга. — Люди часто это делают. Заводят непринуждённую беседу, — добавил он. — Мы не первый день знакомы, Шерлок. Тебе не нужно играть эту роль, чтобы поговорить со мной. — Джон мягко вздохнул и поднёс дымящуюся чашку к губам. Краем глаза он мог видеть, как Шерлок наблюдает за ним, и у него сложилось странное впечатление, что именно его губы стали объектом интереса его друга. Однако он тут же решил не заморачиваться и продолжил потягивать кофе, глядя на разноцветные бутылки дорогих напитков, стоявшие на полке по другую сторону стойки. — Я думал, ты будешь избегать меня и относиться ко мне, как к незнакомцу после того, что произошло сегодня утром. — В этом-то и заключается твоя проблема, — сказал Джон и, поставив чашку на черную поверхность стойки, повернулся к другу, этим действием заставляя того посмотреть в ответ. — Ты слишком много думаешь и анализируешь. Не надо относиться ко мне, как к очередному эксперименту. Просто говори то, что хочешь сказать… если только слова твои не будут одной сплошной преднамеренной грубостью. В таком случае постарайся подобрать другие слова. То, что я переспал с твоим братом, не означает, что теперь я изменился и больше не тот Джон, с которым ты прожил столько лет.       Джон старался, чтобы его тон не давил на друга; старался сохранять спокойствие и дружелюбный настрой, хотя ему и самому трудно было говорить на подобные темы. — Но теперь мои познания расширились. Интересно, стоит ли поблагодарить Майкрофта за это… — с лёгкой ухмылкой произнёс Шерлок. Джон сразу почувствовал изменившуюся атмосферу и тоже улыбнулся. Облегчённо вздохнув, он вернулся в обратное положение, опираясь локтями о стойку. — Шерлок, клянусь Богом, ещё раз провернёшь что-то наподобие случившемуся этим утром, и выталкиванием тебя из спальни всё не закончится. То, что я делаю за закрытыми дверьми спальни, и то, с кем я это делаю, не должно тебя интересовать, не важно — будь то член твоей семьи или же труп из морга Молли.       Джон не смог сдержать улыбки, когда упомянул о последнем. Вероятно, воображение Шерлока работало на ура, ведь губы того тоже коснулась улыбка. — В любом случае… Что ты здесь делаешь? А бедная Молли… что ты задумал? — Джон повернул голову и посмотрел на своего слегка развеселённого друга. — У меня есть причины, Джон.       Загадочность Шерлока заставила Джона почувствовать неуверенность и в то же время приятное волнение. Он соскучился по своему другу и по его странным идеям, но солгал бы, если бы сказал, что ему было скучно в компании Майкрофта. Мысль о том, что ему выпала возможность провести оставшиеся несколько дней сразу с двумя братьями, вызывала странную взволнованность. — Нужно ли мне знать о них? — Ты бы… растерялся, если бы я рассказал о своих причинах прямо сейчас. Терпение, — загадочно добавил Шерлок, глядя на Джона.       Тот нахмурился, но быстро сдался. Он приподнял уголки рта и долго смотрел в глаза своему другу, который по непонятной причине тоже не отводил взгляда.       Внезапно Джон почувствовал странное тепло где-то в нижней части спины. Что-то было не так, а изменившееся выражение лица Шерлока и его сузившиеся глаза были тому прямым доказательством. Джону захотелось повернуть голову, однако горячий воздух у его уха заставил его застыть на месте. — Так жестоко с твоей стороны, Джон, оставлять меня ради компании другого мужчины…       Джон бросил на Аарона испепеляющий взгляд. Видя подлую улыбку на лице подошедшего мужчины, доктору захотеть ударить его прямо здесь и сейчас. Лицо Стоунера было непозволительно близко, и тёплое дыхание касалось щеки Джона, который в это мгновение заставлял себя оставаться неподвижным. Он сделал несколько глубоких вдохов и расслабил мышцы. Аарон, казалось, наслаждался его нервозностью, он всё ещё смотрел в голубые глаза Джона, притворяясь невинным. — Уберите руку с моей спины, или я сломаю вам пальцы, — тихо прорычал Джон. Он не сомневался, что и Шерлок слышал его, однако сейчас ему было важно лишь то, чтобы Стоунер понял, что эти слова были адресованы именно ему. Слова эти произвели нужный эффект, потому как Аарон, медленно моргнув, гордо выпрямился, убрав руку и не преминув напоследок провести пальцами по боку Джона, заставляя тело того непроизвольно вздрогнуть.       В этот момент Шерлок встал со своего стула и быстро взглянул на незнакомца, оглядывая того с макушки до пят. Джон точно знал: за эту секунду Шерлок узнал о Стоунере больше, чем он за всё время пребывания в Венеции. И убеждение это лишь укрепилось, когда Шерлок удовлетворённо приподнял уголок рта. — Твой очередной друг, Джон? — Шерлок Холмс, — представился младший гений прежде, чем Джон успел набрать в лёгкие воздуха для ответа. Он пожал Стоунеру руку. Тот улыбнулся, продлевая пожатие дольше, чем это было необходимо. Мужчины пристально глядели друг на друга. — Ах, конечно… младший брат Майкрофта. Он много раз упоминал тебя, хотя мне приходилось заставлять его делать это. Я видел гордость в его глазах, когда он говорил о твоих успехах. — В самом деле? — освобождая руку от крепкой хватки, хмыкнул Шерлок. — Странно. Не помнил, чтобы мой брат поддерживал связь с людьми дольше, чем ему это необходимо. Обычно он избегает тех, кто перестаёт быть ему нужным. — Думаю, ты много чего не знаешь о своём брате… — загадочно произнёс Аарон.       Шерлок вновь посерьёзнел. — Можете не сомневаться — знаю.       Стоунер стоял с довольным выражением лица, а спустя мгновение он склонился над Джоном на очень неудобное расстояние. Исподтишка он наблюдал за реакцией Шерлока, положив руку на спинку стула Джона. Увидев секундную нервную гримасу на лице Холмса-младшего, он улыбнулся ещё шире. — Хотя должен признать, что ты прав. Майкрофт не поддерживает близких отношений с окружающими; людей, которые ему небезразличны можно пересчитать на пальцах одной руки. Однако, появись в его жизни такой человек, Майкрофт будет делать всё, чтобы защитить его, и начинает… испытывать эмоции.       Шерлок тревожно дёрнулся, заметив уверенную насмешливую улыбку Стоунера. У него создалось впечатление, что тот собирался обнять Джона, однако всё, что он делал, это просто дразнил его. Джон рассчитывал, что Шерлоку удастся разобраться со Стоунером так же, как и обычно. Ему достаточно было лишь выдать один из своих монологов, оскорбляя собеседника, и под конец не показать никаких следов раскаяния. На этот раз, однако, Джон ошибся в расчётах, потому что его друг, по всей видимости, не собирался делать громких выводов. Хуже того, он, казалось, защищался от словесных атак, вместо обычного, характерного ему нападения. — Я несколько удивлён. Мне уже давно хотелось познакомиться с избранником Майкрофта, но я никак не мог рассчитывать, что встречу здесь и его брата. Признаться, я не сразу понял, кем ты являешься, потому что… прошу прощения за бестактность, но я забыл о твоём существовании. Достижения Майкрофта и его таланты столь велики, что просто затуманили мой ум. Стало быть, по этой причине я и забыл о тебе. Приятно, что два самых близких сердцу Майкрофта человека так хорошо ладят… Я надеюсь, что мои слова не обидели тебя, Шерлок, — добавил он, очевидно делая вид, что обеспокоен. Однако спустя мгновение его истинная суть уже была видна невооружённым глазом, так как на лице его вновь заиграла зловещая улыбка, которая каждый раз заставляла Джона вздрагивать. Шерлок стоял со сжатыми губами, и если бы не проклятое обещание, данное им брату полчаса назад, то он бы давно вылил на Аарона ярый словесный поток.       Напряжённая атмосфера длилась будто целую вечность. Прервал её сам Стоунер, посмотрев на стеклянную дверь отеля, а затем на свои дорогие часы. — Думаю, мне пора. Через полчаса у нас начнётся важная встреча. Местная суета сейчас в полном разгаре, если я доберусь до другого конца города вовремя, то это будет настоящим подвигом. Приятно было познакомиться, Шерлок. Надеюсь, у нас ещё будет возможность поговорить в будущем, — сказал он, слегка поклонившись, а затем сосредоточил своё внимание на бледном Джоне. — Джон… — начал он и слегка коснулся губами его щеки. — Оставь этот вечер для меня, пожалуйста.       Джон видел, как Аарон бросил удовлетворённый взгляд на Шерлока, застегнул серый жилет и направился к двери. Его помощник уже ожидал его с портфелем и документами. Когда двое мужчин скрылись из виду, Джон вздохнул с облегчением и посмотрел на своего друга.       Сказать, что Шерлок выглядел недовольным после разговора со Стоунером, значит — ничего не сказать. Он внимательно анализировал слова мужчины, и выглядел при этом раздосадованным и расстроенным одновременно. — Майкрофт знает, что мистер Стоунер в курсе вашей с ним сделки. Они оба могут притворяться, что всё в порядке, но мой брат находится в весьма неудобной ситуации, и я не завидую ему. Вскоре ему придётся принять очень важное решение. Стоунер — более опасный противник, чем кажется. У Майкрофта могут быть проблемы.       Шерлок снова был самим собой, его мысли метались, он явно обдумывал что-то важное. Джон был рад; за последнюю неделю он успел соскучиться по этому настрою, поэтому с радостью присоединился к Шерлоку, выходя с ним в вестибюль. — Тогда почему Майкрофт всё ещё притворяется и позволяет Стоунеру играть с ним? Почему он не признает, что наш брак фиктивен? — Потому что его окружают люди, которые не так умны, как Стоунер. Майкрофт хочет, чтобы эта ложь не раскрывалась до последнего, то есть до тех пор, пока вы не вернётесь в Лондон. — Мой Джон… Ты выглядишь намного лучше, — сказала Франческа, подходя к ним с улыбкой на своих рубиновых губах. Белое облегающее платье и заплетённые в косы волосы подчёркивали её красоту. Джон мог любоваться ею часами, потому что вид ее не только радовал глаз, но и согревал его сердце. Он прошел мимо Шерлока и протянул ей руку, чтобы она взялась за неё. — Шерлок, — произнесла она, глядя на младшего гения. Её улыбка сияла, когда тот подошёл к ней и наклонился, чтобы поприветствовать. Она протянула ладонь к его лицу и почти невесомо коснулась губами его щеки, не оставляя следов от помады. Этот жест поразил Джона, однако недоумение его длилось недолго. В конце концов, Франческа и Майкрофт знали друг друга очень хорошо, можно было даже рискнуть, предположив, что Холмс-старший в какой-то степени испытывал тёплые чувства к этой женщине и несомненно уважал её. Поэтому было довольно очевидно, что с Шерлоком она тоже была знакома. Джон увидел искреннюю улыбку на лице своего друга и отвернулся только тогда, когда Франческа крепче прижалась к его плечу. — Какой сюрприз, дорогой. Майкрофт не говорить, что у нас будет возможность встретиться с тобой. — Вы же знаете, я не упущу возможность испортить его планы и немного повеселиться.       Франческа тихонько хихикнула, в то время как из-за её спины показалась Молли, выходя вперёд и вставая рядом с Шерлоком. Она всегда была застенчивой, поэтому это её решение встать столь близко к Шерлоку, чуть не задевая его своим телом, удивило Джона. Однако реакция Шерлока оказалась ещё более странной. По отношению к женщинам он никогда не совершал жестов, которые могли бы оскорбить их; не отходил, не дёргался, а только элегантно стоял, покидая своё место лишь тогда, когда у него на это была причина. На этот же раз, однако, Шерлок не только не отошёл от Молли на более удобное расстояние, но ещё и как-то необычно улыбнулся ей. Джон почувствовал странное ощущение в животе, поэтому поспешно отвернулся. — Мы говорить о достопримечательностях с мисс Молли. Сегодня у наших мужей встреча, Джон, поэтому мы могли бы показать местность этим двум голубкам, что скажешь? — О, да! Это было бы похоже на двойное свидание, — тут же поддержала Молли и весело рассмеялась, схватив Шерлока за руку. Она посмотрела на Джона с надеждой в глазах, словно пыталась убедить его в этой идее.       Тем временем сам Джон неуверенно смотрел на своего друга, чувствуя себя сбитым с толку в этой ситуации. Что-то произошло между этими двумя, пока его не было? — подумал он.       Конечно, то, что Шерлок делал, не должно было его касаться, но в то же время он не мог не чувствовать себя немного преданным им.       Людям тяжело осуждать собственное поведение, зато очень легко судить других, ссылаясь подчас на безосновательные, мелкие детали. Таких людей обычно называют лицемерами. И Джон в данный момент чувствовал себя одним из них. Он мог легко оправдать своё поведение по отношению к Майкрофту, и одновременно его настораживало поведение Шерлока, хотя у него не было причин полагать, что между ним и Молли что-то произошло.       Продолжать затянувшееся молчание не было никакого желания, поэтому он кивнул и, не обращая внимания на энтузиазм молодой женщины, чуть не прыгавшей от радости, взглянул на Франческу, с лёгкой улыбкой крепче сжал её маленькую ручку.

***

      День был прекрасным. Все четверо гуляли по городу уже долгое время, в течении которого им удалось поесть в одном из недорогих, но со вкусом оформленных ресторанов в центре города. Солнце припекало, будто ночной бури и не было вовсе; улицы вновь плавились от жары, а горящие стены и тротуары обжигали прохожих, которые прикасались к ним.       Если бы не толпы туристов, снующих туда-сюда, осматривать город было бы куда приятней, ведь высокие здания защищали от палящих солнечных лучей, а лёгкий ветерок, поднимавшийся от поверхности воды, немного охлаждал разгорячённые тела.       Джону уже хорошо была известна эта часть города, но сегодня он полностью положился на Франческу, которая водила их по узким улочкам, выбирала места, где было меньше людей, тем самым делая их прогулку более приятной. Джон шёл рядом с Франческой, позволявшей держать себя под руку. Он внимательно слушал её рассказы, и атмосфера была бы просто идеальной, если бы не одна деталь. А точнее — две. Шерлок и Молли. Они шли бок о бок позади них с Франческой.       Несмотря на то что за всё это время Шерлок лишь несколько раз пробормотал пару фраз, когда они выходили из отеля, Джон ярко ощущал их присутствие. Восхищённые возгласы Молли были доказательством того, что молодая женщина была в полном восторге от окружающей обстановки и от рассказов Франчески. Джон не часто оглядывался, однако непрерывно ощущал на себе взгляд своего друга. Пронзительный взгляд, не прекращавший прожигать его спину, даже когда все останавливались, чтобы лицезреть очередное здание или памятник. Джон шёл с уверенностью, что находится под наблюдением Шерлока, однако странность заключалась не только в этом. Во время прогулки Шерлок нарушал его личное пространство, иногда намеренно подталкивал Джона или бормотал тому что-то на ухо. И, когда Джон бросал на него сбитые с толку, смущённые взгляды, Шерлок лишь делал вид, что понятия не имеет, почему тот смотрит на него с таким удивлением.       Одним словом, поведение Холмса-младшего было странным.       После долгой прогулки по городским улочкам, они наконец достигли площади Святого Марка. Их вновь окружила огромная толпа людей, говорящих на различных языках. В ресторанах было много посетителей, все столы были заняты. Джон вспомнил разговор с Аароном за одним из столиков, мимо которых они сейчас проходили.       Сувенирная торговля процветала, и даже сама Франческа не удержалась, подходя к одному из прилавков и разглядывая украшения ручной работы.       Несмотря на сильное столпотворение, Джон чувствовал, что Шерлок по прежнему дышал ему в затылок. В какой-то момент Франческа мягким движением выпустила руку своего спутника и, улыбаясь, подошла к удивлённой Молли. Она подмигнула Джону, тем самым давая понять, что теперь у него есть время на общение со своим другом. Что-то прошептав Молли на ухо, они растворились в толпе. Впервые за долгое время Джон посмотрел на своего друга. Тот стоял прямо за ним, приподняв уголок рта. Его гордое выражение лица и манера поведения заставили Джона вздохнуть с облегчением. Да, это был тот Шерлок, которого он знал. — Миссис Колетти ценит твою компанию, — произнёс детектив, и последовал за своим другом, когда тот направился к одному из сувенирных прилавков. Шли они медленно, наслаждаясь обществом друг друга. — Такой женщины я в жизни не встречал…       Шерлок не ответил на эти слова, просто пробормотал себе что-то под нос. Только сейчас Джон заметил, что оба они шли рядом, и это показалось ему немного неуместным, поскольку его друг обычно шёл на полшага впереди него, заставляя Джона ускорять ходьбу, в попытке не отставать от длинных ног Шерлока. И теперь казалось странным разговаривать с ним, поворачивая голову в бок. — Хотел бы я быть немного старше, — пошутил он. — К счастью, это не так. Не хотелось бы гулять по городу со стариком. Не говоря уже о том, чтобы жить с ним под одной крышей, — серьёзно ответил Шерлок, разглядывая сувениры. Джон приподнял бровь, но эти слова позабавили его. — Франческа — красивая женщина, даже ты должен признать это.       Ответа на это Джон не получил. Шерлок явно не хотел поддерживать эту тему, поэтому некоторое время просто молчал. — Если хочешь купить сувенир для миссис Хадсон, то лучше всего выбрать что-нибудь большое и дешёвое, иначе ты потратишь деньги впустую, ведь наша домовладелица имеет привычку держать при себе подаренные вещи в течении первых двух месяцев, а затем убирать их в ящик. Там она хранит все маленькие подарки, которые ты дарил ей. А вот от большого сувенира избавиться будет труднее, — сказал он, подходя ближе к Джону. Вставая к нему лицом к лицу, детектив некоторое время изучающим взглядом смотрел на него; затем он придвинулся ещё больше, чуть склоняясь и дотягиваясь до предмета, лежащего прямо около его друга. Джон снова почувствовал себя неуютно. Он взял изысканно украшенную декоративную маску, протянутую ему Шерлоком, и внимательно осмотрел её.       Маска была красивой и изящной, но её холодный вид вызвал в Джоне смешанные чувства. Скользнув по ней пальцами, исследуя каждую складку и плотные фрагменты, в голову его внезапно пришло воспоминание, заставившее загрустить ещё сильнее. Он молчал, чувствуя на себе взгляд Шерлока и тепло его тела рядом с собой. — Значит, я просто вещь для тебя? — спросил Джон, не сводя глаз с маски. Он не мог видеть испуга, появившегося на лице своего друга после этих слов, однако почувствовал, как тот напрягся и застыл на месте. — То есть… одна из тех вещей, которые Майкрофт может отнять у тебя. Ты сам сказал это утром.       Только сейчас Джон перевёл взгляд на своего друга. Должно быть, глаза его были полны печали и боли, потому что Шерлок быстро моргнул и тут же отвернулся, думая о том, как ему ответить. Джон, однако, заговорил первым. — Забудь. Я ничего не говорил. — Джон махнул рукой в знак того, что разговор был окончен; хотя на самом деле тот даже не начинался. Он заплатил продавцу, взял маску и горько улыбнулся своему другу. Повернувшись в сторону площади, он увидел Молли и Франческу. Больше не было желания оставаться с Шерлоком наедине. Хоть он и сам поднял эту тему, сердце его заболело при воспоминании слов Шерлока. Он направился к двум женщинам, не оглядываясь, зная, что Шерлок шёл за ним.

***

      Тусклый свет ламп отражался на кристальных поверхностях столов и на блестящем полу. Холодный некогда виски уже нагрелся в руках Джона. Он сидел, склонившись над одним из столиков гостиничного ресторана, и устало потирал глаза. Было уже за полночь, и, словно Золушка, сбежавшая с бала, он сидел и оплакивал свою несложившуюся жизнь. Ну, в его случае, не жизнь, а день. Последние десять часов прошли хуже, чем он мог ожидать: напряжённое утро, Шерлок в их спальне, а затем его странное поведение, и Аарон. Всё это плохо подействовало на него. Поэтому, когда Джон вернулся в отель и принял душ, то сразу же решил направиться в бар. Ему было необходимо расслабиться.       Когда Гарри нервничала, она всегда говорила, что в такие моменты её лучший друг — стакан крепкой водки. Или шесть. Или десять. Как бы то ни было, Джон просто решил выпить.       Удобное кресло облегчило его усталость в ногах и позвоночнике, а тишина и тусклый свет в помещении помогали забыть об окружающей обстановке. В тишине и одиночестве он смаковал алкоголь, и ему почти удалось уплыть по волнам мечтаний и грёз, как вдруг он почувствовал порыв ветра рядом с собой, а мгновение спустя раздался звук отодвигаемого стула за его столиком. Джону не нужно было открывать глаза, чтобы понять, кто решил присоединиться к нему. Он услышал тихий смешок, исходящий из уст человека, севшего рядом с ним.       Прошло довольно много времени, прежде чем Джон открыл глаза и тяжело вздохнул. — Я знаю, что ты думаешь обо мне в это мгновение, — сказал Стоунер. Он сцепил пальцы в замок, опёрся локтями о стол и чуть нагнулся по направлению к Джону. — Сомневаюсь. — Ты думаешь, что я прилипчивый, словно клей… — Ошибаетесь. От клея я мог бы избавиться с помощью соли или мыла. Или, в конце концов, ацетона. Но, как избавиться от вас, я понятия не имею.       Стоунер широко улыбнулся. Улыбка его была воистину прекрасна, Джон должен был это признать. Он уже начал привыкать к пристальности, с которой смотрел на него Стоунер, поэтому спокойно отпил алкоголя из своего стакана, затем переводя пустой взгляд на сидевшего рядом мужчину. — Твой деверь — довольно интересный молодой человек. Как давно вы дружите?       Джон осушил одним глотком свой стакан, желая придать себе более храбрый и уверенный вид. Он посмотрел прямо в серые глаза Стоунера и облизнул губы. — Прекратите нести эту чушь и скажите, наконец, чего вы действительно от меня хотите. Мне надоела эта игра, особенно с таким аферистом, как вы. — Желая подкрепить свой гнев, Джон сильно ударил своим стаканом о столешницу, не свозя глаз с Аарона. Ухмылка на лице мужчины заставила кровь Джона ещё больше закипеть в жилах. Последний, кого он хотел с ним обсуждать, был Шерлок. Но спустя пару мгновений Джон глубоко вздохнул и успокоился, откидываясь на спинку стула. — Как Майкрофт уговорил тебя притвориться его мужем, Джон? Очевидно, что ваши с ним отношения не настоящие, и притворяться вы стали совсем недавно. Но… мне интересно, как этот мерзавец убедил тебя пойти на подобное? — напрямую спросил Стоунер, понимая, что ему больше не следует играть с Джоном, так как это может плохо кончиться. — Ага, значит, вы так дотошно следите за мной, чтобы получить доказательства нашего мошенничества? Не верится, что что-то подобное так вас веселит, однако найти против нас что-либо будет сложно. Вы не сможете убедить остальных в ваших подозрениях. — Остальных? — Аарон был удивлён. — Я ошибаюсь? Это ведь ваша цель: вы хотите разрушить репутацию Майкрофта. — О, Джон… Да, у меня есть свои цели, но портить репутацию Майкрофта не входило в мои планы. По крайней мере, не таким образом. — В таком случае, зачем всё это?       Стоунер внимательно посмотрел на него и ухмыльнулся, отчего Джона передёрнуло. — Есть другие причины. В любом случае, я больше ничего не скажу, ведь без секретов нет веселья.       Джону не понравился этот разговор. Он всё больше и больше убеждался в том, что Стоунеру лучше не предоставлять лишних доказательств того, что они его обманывают. Ведь что бы тот ни планировал, это навредило бы не только Майкрофту, которому пришлось бы лишь признать себя проигравшим в этой игре, потеряв доверие некоторых, окружающих его персон, но также могло повлиять и на судьбы других людей. А Джон предпочитал не рисковать по-настоящему важными вещами.       Мужчины молча смотрели друг на друга. Джон играл со своим стаканом, проводя пальцами по его скользкой поверхности, в то время как Стоунер оставался неподвижным, с коварной ухмылкой на лице. — Друзья — это здорово, верно? Ты об этом хорошо осведомлён, ведь вы с Шерлоком кажетесь очень привязанными друг к другу. Его собственничество и покровительство по отношению к тебе… У меня тоже были друзья… назовём их так… И я смог многому у них научиться. Одна из них была дерматологом. Ей нравилось много говорить и учить других. К сожалению, мне приходилось выслушивать её скучные лекции, но теперь я понимаю, что, наверное, должен поблагодарить её… — Стоунер сделал паузу, наблюдая за реакцией Джона. Спустя мгновение он ещё больше наклонился к нему, понижая голос. — Ты знал, что кожа людей может по-разному реагировать на драгоценные металлы? Большинство людей носят украшения, и их кожа привыкает к ним почти сразу, но есть и те, чья кожа более чувствительна, и им требуется больше времени, чтобы привыкнуть к новой вещи. Кожа под кольцом становится мягче. Она морщится или шелушится, особенно когда кольцо новое и палец ещё не привык к его давлению.       Джон понял намерение Стоунера, но не успел убрать руку со стола. Аарон молниеносно схватил его за пальцы, отталкивая стакан, с которым играл Джон. Он подтянул руку ближе к себе и крепко сжал её. Свободной рукой он начал медленно снимать кольцо с безымянного пальца Джона. — Разумеется, у большинства людей нет подобных проблем. Их кожа под кольцом не меняется. Однако люди, сталкивающиеся с такими проблемами, не долго страдают от этого. Эффект на коже длится менее двух месяцев. А вы с Майкрофтом женаты уже несколько лет, верно? Так что у тебя не должно быть никаких следов… — добавил он с улыбкой. Мужчина продолжал говорить, не сводя глаз с напряжённого лица Джона, однако когда кольцо было снято и теперь лежало у него в руке, он перевёл взгляд на пальцы Джона. Тот последовал его примеру, и в этот момент рука доктора похолодела, а улыбка на лице Стоунера стала шире.