Легенда о возвышение Великого императора

— Тянь Чэнь, — Ян Хань стучится в комнату молодого человека. Был разгар дня, когда рабочие вовсю трудились, а торговцы зазывали к своему товару. Голоса городского рынка можно было услышать из деревянных окон гостевого дома, в котором расположились молодые юноши. Открыв дверь, Тянь Чэнь оглядывает три фигуры братьев клана Хуанфу, что стояли перед ним. — Мы пойдём на рынок, что-нибудь купим, — сказал Ян Линь. — Юань ещё не появлялся? — поинтересовался Тянь Чэнь и схватил покрепче нефритовую печать в кармане своих широких штанов, что заправлялись в высокие чёрные сапоги. — Он обещал, что узнает о клане Ханъюэ в фамильной библиотеке семьи Нанъяна, так что нам стоит лишь подождать, я думаю, это даст результат, — проговорил Ян Вэй и положил свою ладонь на хрупкое плечо Тянь Чэня, — кстати, уже холодает, тебе не холодно в своей рубахе? Тянь Чэнь оглядел свою льняную рубаху с запахом, на которую накидывалась такая же синяя льняная накидка, что опоясывалась у талии широким поясом. — Да, зима приближается, — Ян Хань оглядел Тянь Чэня, что в секунду широко улыбнулся, так что вокруг лисьих глаз показались морщинки, а тонкие длинные брови приобрели округлую форму. — Всё хорошо, не нужно так об этом переживать, — Тянь Чэнь махнул рукой с длинными пальцами и стал прикрывать дверь, — тогда буду ждать, когда вы вернётесь с рынка. Может быть, тогда объявится Юань. Ян Хань, Ян Линь и Ян Вэй спустились на первый этаж и вышли на улицу. Погода была очень хорошей и свежей, но, как и сказали братья, зима приближается, а это значит, что скоро можно будет ощутить лёгкий зимний ветер, что идёт с севера. Молодые люди прошли лавку с дорогим вином и остановились рядом с тканями, что манили к себе яркостью и пёстростью. Ян Хань замедлил шаг и стал оглядывать синие парчовые рубахи и накидки с тёплой подкладкой. — Думаешь, Тянь Чэнь оценит? — усмехнулся Ян Линь и посмотрел на ткань. — Парча для богатой знати, Тянь Чэнь даже в руки боится её взять, не то, чтобы носить, — рядом с братьями также пристраивается Ян Вэй, — я попросил его передать мне мой шёлковый ремень от ханьфу, так он нёс его, как сокровище. — Да и где он будет носить такие вещи, в своей деревне? — Ян Линь посмотрел на брата, что продолжал оглядывать дорогие ткани. — Знаете, у меня иногда складывается впечатление, что богатые одежды будут идеально сидеть на Тянь Чэне, — Ян Хань перевёл взгляд на своих братьев, — у него благородные черты лица. — Да, деревенский парнишка лицом вышел, — в который раз усмехается Ян Линь. — Может, он и был из хорошего рода, — проговорил Ян Вэй, — до того, как его подкинули в деревню. — Благородный человек, не хочешь купить ткань? — рядом с тремя братьями показывается хозяйка тканевой лавки, — такому красавцу вот это будет к лицу, — женщина указывает на бордовую парчу, что была выполнена серебряными нитями. — Нет, хозяйка, нам такое не нужно. Три брата отошли от лавки с тканями, как услышали еле заметные разговоры двух женщин, что шли рядом, прикрываясь зонтиками. Вторая женщина поднесла к своему лицу веер и развернулась к подруге. — Слышала, что говорят? — резко произносит женщина, — мне рассказала госпожа Ци из мясной лавки, что услышала это от жены лекаря. Говорят, что император хочет выдать замуж наследную принцессу. — Неужели! А разве девушка достаточно взрослая? — подруга удивлённо вздыхает, а Ян Линь разворачивается к беседе двух женщин, что разговаривали не самым тихим образом. Сплетни в столице всегда разлетаются с большой скоростью, отчасти они, конечно же, неправдивы, но уж очень интересны и с большим количеством интригующих подробностей. — Конечно, нашей принцессе в прошлом месяце восемнадцать исполнилось, — женщина слегка взмахнула веером, — говорят, что и кандидатура уже есть, пока ещё неизвестно, кто этот мужчина. — Подожди, это получается, что жених наследной принцессы станет следующим императором? — вторая женщина в который раз удивляется и поправляет подол розового платья, что возился по пыльной земле, — или это значит, что сменится правительственная династия? — Нет, нет же. Император выдаёт замуж наследную принцессу, чтобы она стала императрицей, а её муж императором с действующей фамилией императорской семьи. После этого две женщины скрываются в переулке, а Ян Линь разворачивается к своим братьям. Только молодой человек хотел рассказать последние новости, что он неожиданно услышал, как его остановил Ян Хань, что устремил свой взор на ту самую тканевую лавку, от которой они отошли. — Брат, ты чего? — интересуется Ян Вэй и следит за взглядом старшего брата. — Это не Мейнинг? — после слов молодого человека, двое юношей быстро разворачиваются и замечают высокую девушку, что подошла с соломенной корзиной к хозяйке. — Благородная девушка, присматриваете ткани? — хозяйка быстро мельтешит перед девушкой, что была в длинном бежевом платье и с двумя пучками из длинных чёрных волос. На её круглых щёчках и маленьком носике покоился розовый румянец, а в округлых карих глазах отражалось дневное солнце. — Что она делает в столице? — бросает Ян Линь и продолжает следить за девушкой, что перебирала в своих руках красный и белый шёлк. Девушка поворачивается, оглядывая широкую улицу, и тогда у братьев уходят все сомнения, перед ними стоит Мейнинг, дочь семьи Сюй, отец которой был одним из генералов армии клана Хуанфу. — Она так выросла, — Ян Хань мило улыбается, вспоминая ещё детское личико своей подруги, что сейчас приобрело взрослые, особо выраженные женские черты, которые с возрастом не потеряли своей милой наивности. Юная девушка росла вместе с тремя братьями и занималась, как воин. Но вверх брала женская натура Мейнинг, поэтому она изучала письмо, поэзию и вышивание. Но как часто юная особа не носила платья, она большое количество своего времени проводила в мужских нарядах с мечом в руке. Она не была так хороша, как молодые сыновья клана Хуанфу, от чего часто Ян Линь подшучивал над подругой. Генерал Сюй всегда гордился единственной дочерью в семье, потому что он верил, что девочка вырастет прекрасной утончённой женщиной, что также сможет постоять за себя и своих близких. Как-то ночью три брата Ян сбежали из своих покоев и встретились с Мейнинг у двойного дерева, что стояло уже столетие. В ту ночь молодые люди поклялись, что всегда будут защищать друг друга. Мейнинг же добавила некоторые детали к их обещанию. Она взяла с братьев слово, что Ян Хань, Ян Линь и Ян Вэй войдут в историю, как самые сильные воины, а сама девушка будет лишь идти за ними, поддерживая их со спины. Но, как известно на данный момент, всё пошло не так, как хотелось бы молодым людям. Тот день разлучил братьев Ян с дочерью Сюй, что ушла в небытие. Мейнинг покупает голубую парчу у хозяйки и, складывая ткань в корзину, идёт прямо по улице. Молодые люди, прикрывая свои лица, проводили интересующимся взглядом высокую фигуру девушки. — Пойдёмте, — тихо прошептал Ян Хань, и три фигуры направились прямо за девушкой, благо ими были познаны навыки кунг-фу, а особенно цигун, что позволил остаться незамеченными до места назначения. Проследив за Мейнинг, молодые люди неожиданно для себя обнаружили, что девушка уверенно прошла в ворота, что открывали длинную лестницу, которая вела к императорскому дворцу. — Дальше мы не можем идти, — проговорил Ян Вэй, и братья остановились в стороне от ворот и двух охранников, что широкой улыбкой встретили девушку и позволили той пройти, — что Мейнинг забыла в императорском дворце? — Спорю на все наши деньги, что она работает там служанкой, — Ян Линь ударил по деревянной постройке, а затем вновь развернулся на высокие императорские ворота, — она образована и благородна, чтобы убирать за королевскими особами. — Как и мы, — Ян Вэй прервал поток слов своего близнеца, — раньше мы были молодыми господинами клана, а сейчас разбойники из Нефритовой долины. Сложно уже что-то изменить. — Нет, Ян Линь прав, — отозвался Ян Хань, что близнецы повернулись к нему. — Что ты хочешь этим сказать? — Ян Вэй устало потёр еле заметную переносицу прямого носа их семейства. — Мейнинг слишком образована, чтобы быть служанкой во дворце. Нам нужно поговорить с ней и забрать с собой. — Но она работает во дворце, не понятно, когда она снова выйдет в город, — Ян Линь раздосадовано вновь уставился на ворота. — Тогда мы сами туда зайдём, — Ян Хань махнул братьям, и те ушли с улицы, дожидаясь позднего вечера. Когда солнце закатилось за горизонт, братья Ян вновь показались рядом с императорскими воротами. Молодые люди надели такие привычные для себя чёрные ханьфу и чёрные маски, чтобы слиться с кромешной темнотой. С лёгкостью перемахнув через высокие стены ворот, юноши оказались в императорском саду, дороги которого связывали весь императорский двор. Затаившись на крыше, толстых воротных стен, Ян Линь обращает свои глаза на братьев. — Где нам её искать? — молодой человек смотрит на бесконечно большой императорский сад, — она может быть где угодно. Малый двор с малым дворцом или же сам дом для прислуги, а если она ещё в императорском дворце, там нам её не достать. — Вот именно, вы вообще понимаете, что с нами сделает императорская стража, если поймает? — пытаясь рационально мыслить, проговорил Ян Вэй. — Смотрите, — Ян Хань показывает на две фигуры служанок, что направлялись в малый дворец, — на них тоже платье, что было и на Мейнинг. Значит, Мейнинг прислуживает в малом дворце. Пробежавшись по керамической плитке, братья оказываются на крыше малого императорского дворца и оглядываются. Внизу почти никого не было. — Доброй ночи, наследная принцесса, — слышится знакомый голос, и из покоев наследной принцессы Сяомэй выходит Мейнинг, что держала поднос из красного дерева с вырезанным на ручках узором. В одну секунду три высокие фигуры братьев мягко, как пёрышко, приземляются рядом с Мейнинг, что оглядев чёрные фигуры, прижала к себе поднос и крепко схватилась за подол бежевого платья. — Кто такие? — грозно проговаривает девушка, нахмуривая тонкие брови, — если вы к наследной принцессе, то сначала встретитесь со мной, прежде чем придёт императорская стража. — Ты уверена, что справишься с нами? — Мейнинг в считанные секунды выпрямляется и ослабляет хватку на руке, что держала платье. Девушка удивленно округляет и так круглые глаза и осматривает фигуру, которой принадлежал заносчивый голос, что постоянно над ней издевался, и что она не слышала уже долгие шесть лет. — Ян Линь? — Мейнинг быстро срывает чёрную маску с лица и встречается со знакомыми глазами и улыбкой, что была наполнена добротой и лаской. Затем девушка по очереди срывает маски с Ян Ханя и Ян Вэя, и на её глазах появляются заметные капли слёз. Мейнинг вытирает их тонкими пальчиками и широко улыбается, демонстрируя свои притягательные щёчки. Она медленно поворачивает головой, всматриваясь в повзрослевшие черты лиц молодых людей, и совершенно их не узнаёт. С возрастом каждый брат всё больше напоминает их отца, а их лица всё больше стали походить на глав клана Хуанфу. Такие чёткие, элегантные и взрослые, такие родные, но тем немее не знакомые. Они выросли, как и сама Мейнинг, многое произошло за эти шесть долгих лет. — Что вы здесь делаете? — Мейнинг отводит три фигуры поодаль от покоев наследной принцессы. — Это мы хотели спросить у тебя, — проговорил Ян Хань, посмотрев на Мейнинг, что опустила свою голову, вспоминая больное прошлое. — В то время, когда императорская армия напала на наш клан, я услышала, что они убили каждого мужчину из клана, так что с того дня я молилась, чтобы вы поскорее переродились и обрели покой. А нас, всех женщин, насильно посадили в телегу и увезли. После этого меня продали, и я переходила от одного владельца к другому. Постоянно переезжала из провинции в провинцию. Так я стала служить у одного богатого сановника. Это продолжалось целый год, после которого меня купили в императорский дворец. Здесь я уже пять лет служу наследной принцессе Сяомэй. — Наследной принцессе? — переспрашивает Ян Вэй, — но ты же из клана Хуанфу, что если император узнает это? Мы для императорской семьи являемся изменниками родины. — Вот поэтому никто во дворце не знает, что я из клана Хуанфу, — Мейнинг медленно приблизилась к троим братьям в чёрных одеяниях, — если об этом прознает император, меня тут же казнят. — Вот поэтому мы пришли за тобой, — Ян Линь положил руку на хрупкое плечо девушки, — давай сбежим вместе с нами? — Я не могу, — честно проговаривает Мейнинг, поднимая мокрые глаза на троих друзей детства. — Но почему же? — интересуется Ян Хань. — Я обязана служить наследной принцессе. Она была так добра ко мне, не так как к простой слуге. Также я оберегаю наследную принцессу, чтобы с ней ничего не случилось. Даже если она не знает, кто я такая, я обязана своей жизнью, чтобы наследная принцесса была жива. Особенно в этот момент. — В этот момент? — Ян Вэй удивленно устремляет свои глаза на девушку. — Вы не слышали? — Мейнинг ещё ближе приближается к братьям, — император ищет преемника на престол. Он желает женить его на наследной принцессе, чтобы тот стал следующим императором, боюсь, это может вызвать много интриг среди министров и чиновников. — Значит, это всё же правда, — Ян Линь уже слышал о будущем наследнике на престол, но считал это лишь столичными сплетнями, — известно, кого император нашёл на роль следующего императора Поднебесной? Но не успела Мейнинг ответить, как за углом малого дворца послышались голоса императорской стражи, что проводила обход. — Вам нужно идти, — проговорила Мейнинг и повела троих братьев в сторону. Молодые люди поспешили надеть чёрные маски и повернуться к девушке. — Теперь мы знаем, где тебя искать, так что больше никогда не потеряем, — мягко проговорил Ян Линь и натянул маску на лицо, что открывала лишь глаза. Молодые люди направились в императорский сад, чтобы оттуда покинуть императорский дворец. — Кто там? — встрепенулся один из стражников и увидел три чёрные фигуры. — Кто посмел проникнуть в императорский дворец? — бросил второй стражник, и двое мужчин поспешили за предполагаемыми преступниками. *** В этот же вечер министр Цзань ждал встречи с шестым мастером в мире боевых искусств, Мо Лилангом, в восточной части императорского сада, где росли невысокие голые персиковые деревья, что весной полностью покрывались прекрасными розовыми цветами. Министр Цзань огляделся по сторонам и в темноте деревьев заметил фигуру мастера. Мо Лиланг также осторожно огляделся и вышел на встречу с министром. — Рассказывай, что ты узнал? — прошептал министр Цзань. — У меня для вас плохие новости, — совершенно не радостно отозвался Мо Лиланг. — Что значит плохие? Ты что не убил его? — Я не смог, его спасли трое юношей вместе с Юанем, — проговорил Мо Лиланг и опустил голову. — Юань вернулся в столицу? Почему он с человеком из Ханъюэ? Почему именно он? — министр стал нервно теребить широкие рукава министерской накидки. — Вам сейчас нужно переживать не о Юане, а о тех троих молодых людях, что прибыли в столицу вместе с человеком из клана. — Почему? Что в них такого? — Я узнал кое-что, оказывается, шесть лет назад трое молодых господина клана Хуанфу спаслись от императорской стражи, — начал свой рассказ Мо Лиланг, — они стали бандитами в Нефритовой долине, которых нарекли преступниками Сянцзань. Сейчас они объявились вместе с тем парнем из клана, но я не знаю, что их связывает с Ханъюэ. Министр Цзань на секунду впал в шок и сделал шаг назад, хватаясь за голый хрупкий ствол персикового дерева. — Как они смогли выжить, они должны были умереть шесть лет назад. Ты шестой мастер из такого великого списка Вейшенга, как так получилось, что ты не смог их победить? — министр Цзань схватился за синее ханьфу Мо Лиланга и стал требовать от него ответы. — Вы и сами это знаете, — освобождаясь от хватки старого министра, проговаривает шестой мастер, — клан Хуанфу всегда был непобедимым. А эти братья обладают силой, что мне не подвластна. — Не знаю как, но я должен избавиться от этих братьев и того человека любой ценой, они портят всё, что я строил эти двадцать лет. — Но что же нам тогда делать, наёмные убийцы, которым я приказал убить юношу, не смогли справиться со своей задачей, — Мо Лиланг раздосадовано потирает глаза и смотрит на министра, что грозно уставился на мужчину. — Тогда нам нужны они, — министр Цзань складывает руки за спиной и проходит мимо мастера боевых искусств, криво улыбаясь, — они, свирепые убийцы из клана Фонгхван. — Тёмный феникс? Они слишком жестоки, вы уверенны, что справитесь с ними? — Мо Лиланг удивлённо открывает глаза и смотрит на мужчину, что хрипло рассмеялся. — Они лишь получают заказ и убивают, без сожалений и без совести, жестоко и свирепо. Именно поэтому они известны среди боевых кланов, что их так боятся. Мо Лиланг получает приказ и скрывается с глаз министра. Мужчина смотрит на звёзды, а затем переводит взгляд на персиковые деревья. Сломав одну хрупкую ветку, он бросает её на землю, что сразу же исчезает в высокой траве. Ровно двадцать два года назад молодой юноша по фамилии Цзань решил, что трон императора манит к себе, а быть обычным сыном министра сердце не предрасположено. Хотелось власти, хотелось силы, хотелось всего, чем владел император. Но для этого нужно родиться с серебряной ложкой во рту, а по простому, быть ребёнком императорской семьи. Тогда, если нужна власть, нужно захватить её маленькими шажками, но такими, что приведут к успеху. И именно тогда Цзань услышал правдивую легенду про девушку со знаком цветка персикового дерева, что своей утончённой и исключительной красотой способна покорить весь мир. Какой бы одинокий юноша не приглашал эту девушку к венцу, она каждому давала отказ. А это значит, либо девушка необыкновенной красоты помогает Цзаню занять императорский престол либо не мешает на его пути. А для этого нужно избавиться от той, что может помешать покорению власти. Избавившись от девушки со знаком персикового цветка, молодой человек продолжил избавляться от преград на дороге к трону. Поэтому следующим на очереди был сильнейший клан Поднебесной, клан Хуанфу, что явно имел лавры перед предками императорской семьи, и был тем, что своей силой может противостоять целой власти императора. Именно поэтому сейчас министр Цзань напуган и потерян, все, что он строил эти двадцать два года, сыпется на его глазах. Если дочь Баофэй и три молодых господина объявятся, они, как железный занавес, встанут на пути к покорению целой Поднебесной. Даже такой мальчишка, как Юань, больше не волнует министра Цзаня, действительно, сейчас он лишь небольшая проблема. Бросив последний взгляд на сломанную персиковую ветку, министр Цзань аккуратно по каменной дорожке, что по обеим сторонам была отделена от зелёного газона мраморным щебнем, направился к Молящим воротам. Ян Хань, Ян Линь и Ян Вэй тоже оказались рядом с Молящими воротами, пытаясь убежать от быстрых императорских стражников. Им повезло, так как они смогли обмануть двоих людей, оказываясь у ворот в полном одиночестве, ну или в почти полном. Министр Цзань в кромешной темноте замечает три высокие чёрные фигуры с тонкими длинными мечами и падает на каменную площадку. — Кто вы такие? — бросает мужчина и закрывает лицо рукой. Ян Хань машет своим братьям, заметив, что перед ними мужчина в министерском халате. Им не нужны проблемы с императорским двором, иначе следователи могут выйти и на Мейнинг. Ян Хань взмахивает подолом ханьфу, указывая братьям на высокие стены, что выведут молодых людей из императорского сада. В эту секунду министр Цзань оглядывает высокую фигуру старшего из братьев и замечает жёлтую нефритовую подвеску, что висела на поясе и пряталась под одеяниями, но показалась от резких движений молодого человека. — Хуанфу, — быстро прочитал министр Цзань и округлил глаза от страха, это те самые три выживших молодых господина клана Хуанфу, и они пришли за ним. Мужчина вжался в плечи, но три фигуры взмахнули в воздух и растворились в ночной темноте. *** Наступил уже глубокий вечер, когда Тянь Чэнь выглянул в окно гостевого дома. Перед ним расстилались бескрайние просторы столицы, что поздним вечером зажглись огнями от фонарей и факелов. Как и говорил Юань, столица ночью волшебна. Все печали молодого человека развеялись, когда он осматривал длинные улицы, что находились под ним. Тянь Чэнь прикрыл карие лисьи глаза и на секунду почувствовал, что он выше всего остального мира. — Тебе уготована великая судьба, мой дорогой, Тянь Чэнь, — раздался тихий женский голос, что как песнь, почти незаметно пронёсся с северным ветром, ветром, что следовал с Ледяного озера Юшенг. Он был так тих, что звучал как мираж, как видение. Молодой человек открывает глаза, пытаясь вновь уловить присутствие этого голоса, в секунду ощущение одиночества, обволакиваемое приятным голосом, разрывается шумной столицей, что жила даже поздним вечером. — Что это было? — Тянь Чэнь срывается из своей комнаты и быстро спускается вниз на улицу, но с каждой секундой, что отдаляла тот голос от Тянь Чэня, возникает ощущение нереальности. Словно бы, юноша от безысходности пытается услышать то, чего нет, и никогда не было. Но оглядевшись, молодой человек совершенно забыл про тот мираж, чувствуя приветливость столицы. Она манила, она обнимала. Но снаружи не безопасно, а братья Ян так и не вернулись, поэтому Тянь Чэнь решает прогуляться недалеко от гостевого дома. Он берёт с деревянной лавки, что стояла у входа, соломенную шляпу и, натянув её на глаза, начинает осматривать шумные улицы столицы. — Румяна! Приятные и ароматные румяна! — слышится со стороны, а Тянь Чэнь осматривается вокруг, всё в новинку, всё не так как было дома. Но взгляд молодого человека привлекает мужчина, что по рванной и грязной одежде напоминал бедного, у которого не было дома. Мужчина огляделся вокруг и, украв пухлую булочку на пару, побежал в сторону от лавки, пока хозяин не заметил бедного вора. Мужчина оглядываясь, спешит прочь, но врезается в Тянь Чэня, что всё это время наблюдал за бездомным. Мужчина падает на землю, а молодой человек приподнимает соломенную шляпу, чтобы помочь мужчине. Бедняк, хватается своими рваными перчатками за льняную накидку юноши и встает на ноги, сталкиваясь со сверкающими глазами молодого человека. — Юн Цюань, — ошеломлённый мужчина крепче хватается за руку хрупкого молодого человека, — прошло уже двадцать два года, как ты можешь стоять передо мной? Тянь Чэнь осматривает мужчину перед собой, на сумасшедшего он не был похож, обычный бедный житель столицы. — Вы меня с кем-то пере… Мужчина срывается на плач, обнимая Тянь Чэня, словно бы давние друзья встретились спустя долгие года разлуки. — Юн Цюань, почему ты не постарел? — мужчина аккуратно прикасается к белоснежной коже молодого человека, боясь, что он рассыплется и разлетится, а мужчина останется стоять таким одиноким на этой оживлённой улице. Тянь Чэнь хотел вновь предупредить мужчину, что тот перепутал его с кем-то, но мужчина пробежался счастливыми глазами по лицу молодого человека и вновь заговорил. — Точно, Юн Цюань. Это же твой маленький прямой нос, острые скулы и глаза, — но тут мужчина прерывается и смотрит в глубокие глаза Тянь Чэня, словно бы в душу, — а глаза не твои. Той девушки, точно это они, я никогда не забуду те огоньки, что плескались в её прекрасных карих глазах. — Вы знаете моих родителей? Но Тянь Чэня перебивает мужской голос, что появляется на краю дома. Оттуда показывается фигура высокого широкоплечего молодого человека лет тридцати с собранными волосами и медной заколкой на волосах. — Начальник стражи, ловите вон того мужчину, он ворует мои продукты! Бедняк отрывается от глаз Тянь Чэня и смотрит на начальника городской стражи первого уезда Хуанли, что показывается рядом. Мужчина пугается и подрывается бежать, молодой человек тоже смотрит на то, как в его сторону надвигается городская стража, и тоже, разворачиваясь, начинает бежать. Потеряв из виду того бездомного, Тянь Чэнь разворачивается и слышит голос Хуанли, что просит остановиться и сдаться страже. Но молодой человек ни в чём не виноват, зачем ему сдаваться? Хотя он уже начал подозрительно бежать, а это значит, что ему нужно оторваться от этой стражи и найти того бездомного, что возможно знает его родителей. — Сдавайтесь! — слышится голос начальника стражи, что следовал по пятам, а затем кто-то утянул молодого человека в переулок. Оглядевшись, Тянь Чэнь замечает Юаня, что приложил палец к губам, призывая молчать. — Почему ты убегаешь от городской стражи? — шёпотом интересуется молодой господин, но не успел Тянь Чэнь ответить, как раздаётся мужской голос. — Он завернул в этот переулок, — и шаги стражи начинают приближаться с бешеной скоростью. — Бежим, — командует Юань, и молодые люди спешат вдоль переулка. Пробежав несколько минут, юноши оказываются в тупике, высокая каменная стена преграждает путь. Юань оглядывается в надежде найти путь отступления, но единственный путь был назад, в лапы к начальнику стражи Хуанли. — Что мы будем делать? — после вопроса Тянь Чэня в переулке показываются три чёрные фигуры, они хватают молодых людей и перемахивают через высокую стену. Оказавшись на другой улице, за каменной стеной, братья Ян с большим вопросом смотрят на Тянь Чэня, что должен был ждать их в гостевом доме. — Почему вы оба убегали от стражи? Мы гнались за вами несколько улиц, — Ян Линь складывает руки на груди, ожидая объяснений от молодых людей. — Так получилось, — холодно выдал Юань, но его перебил Тянь Чэнь, что оглядел молодых людей. — Я встретил человека, что, возможно знает моих родителей, нам нужно его найти.