Легенда о возвышение Великого императора

Министр Цзань находился в своём рабочем кабинете, склонив голову над бумагами. Сон коснулся его, поэтому мужчина полностью погрузился в себя. Мысли во снах путались и искажались. *** Молодой Цзань из министерской семьи возвращался в столицу через западные земли. Остановившись в небольшом поселении, молодой человек решил прогуляться вдоль небольшой улицы. — Благородный человек, не желаете купить персиков? — молодой господин Цзань остановился у женщины, что убрала длинную косу, что доходила ей до пояса и пододвинула ближе к юноше глиняную тару, в которой покоились крупные розовато-оранжевые плоды персикового дерева. — Госпожа, какие у вас крупные персики, в столице такое не увидишь, — восхищённо протянул молодой человек и взял бархатный персик в свою руку. — Ну конечно, молодой господин, такие персики вы больше нигде не увидите, — женщина весело рассмеялась, от чего у её маленьких глаз показались глубокие морщинки, — наши земли охраняет западная богиня бессмертия Сиванму.  — Сиванму? — поинтересовался Цзань, кладя обратно в глиняную тару крупный и круглый плод персикового дерева. — Богиня Сиванму — небесная красавица, живущая на крайнем Западе, в горах Куньлунь, на вершине в нефритовом дворце, на берегу Яшмового озера, возле которого растёт персиковое дерево с плодами, дарующими бессмертие. В нашей деревеньке все поклоняются Сиванму. — Вижу, ваши подношения для богини не остаются не замеченными, — молодой человек вновь указал на персиковые плоды, — но почему же богиня Сиванму так важна для вашей деревеньки? — Персиковое дерево в садах богини бессмертия Сиванму цветёт раз в три тысячи лет и, отведавшие этих плодов становятся бессмертными. Говорят, в городе, что находится через берег Юшенга, появилась девушка со знаком цветка персикового дерева. И зовут эту девушку Баофэй. Она также красива, как и богиня Сиванму, и может пленить всю Поднебесную своими лишь глазами, — женщина поздоровалась с соседкой, что прошла мимо, а молодой господин Цзань задумался над словами женщины с персиками. — Что значит, может пленить всю Поднебесную своими лишь глазами? — поинтересовался молодой человек, на что женщина задумалась. — Перед её красотой никто не может устоять. Стоит ей лишь что-то сказать, как мужчина, взглянув в её глубокие глаза, выполнит всё, что эта девушка захочет. Поговаривают, что эта Баофэй обладает силой бессмертных из садов богини Сиванму. — Госпожа, а то, что говорят- это правда? — молодой человек чуть наклонился к лицу женщины. — Никто не знает точно, здесь лишь переговаривают истории, что рассказываются. Но наша шаманка, госпожа Му, знает больше всех нас. *** — Госпожа Му? — молодой господин Цзань в хлопковом синем ханьфу подошёл к женщине, что сидела на берегу ледяного озера Юшенг и смотрела вдаль. — Я знаю, зачем ты здесь, — протяжно отозвалась шаманка, не отводя глаз от холодных вод озера. — Я не понимаю, о чём вы говорите, — нервно проговорил молодой человек и подошёл чуть ближе, аккуратно ступая по камням, что покоились на берегу. — Девушка со знаком цветка персикового дерева, — женщина приоткрыла глаза, её ленты на головном уборе трепетал холодный ветер. — Вы правы, — Цзань выпрямился и завёл руки за спину, — я хочу узнать об этой девушке больше. — Для чего? — женщина быстро развернулась и устремила свои глаза на фигуру молодого господина из столицы, — всё ради власти? — после этого женщина громко рассмеялась, но её смех пропадал в стоячих водах ледяного Юшенга. Молодой человек замолчал, проглатывая слова этой шаманки. Мужчина грозно сжал кулаки, держа в них полы хлопкового ханьфу с белыми вышивками. — Эта великая власть тебе не подвластна, мальчик, — проговорила женщина, выставляя руку на фигуру юноши, — я вижу будущее, и тебя в нём нет. — Тогда присмотритесь, госпожа, — сквозь зубы прорычал молодой господин Цзань, — я там обязательно буду. — Судьбу никогда не изменить. Династия, падёт династия, — проговорила женщина, погружаясь в транс перед молодым человеком, что прислушивался к каждому слову, — будет построена новая. И на престол новой династии сядет Великий император. — Тогда я изменю историю, — молодой господин Цзань быстрым движением руки достаёт меч из ножен, и холодное оружие оказывается внутри старой шаманки госпожи Му, что широко открывает глаза, хватаясь за свою кровоточащею рану, — и стану этим Великим императором. Женщина падает на берег озера Юшенг, а красная кровь растекается по камням. — Гао Цзу, — выплюнув кровь на камни, женщина из всех сил поднимает голову на молодого человека, что стоял над ней с кровью на руках, — единственного, кого тебе нужно опасаться, Гао Цзу. *** Оказавшись на другом берегу Юшенга в главном городе округа, где главными были клан Ханъюэ, молодой господин Цзань прогуливался по узким улочкам, что освещались солнцем. Здесь также везде продавали персики, как символ чистоты и долголетия. Цзань был настроен серьёзно на счёт этой Баофэй. «Великий император, так уж и быть, буду великим, » — думал про себя молодой человек, уже представляя наперёд, как императорская власть будет перед ним. — Молодая госпожа Баофэй, приветствуем, — на улочке показывается статная фигура в красном шёлковом платье, подол которого следовал по земле. На лице этой юной красавицы был красный платок, что открывал лишь глаза. Тёмно-бардовая накидка свисала с плеч, а такого же цвета перчатки покоились на тонких ручках девушки. Длинные шёлковые волосы красивой чёрной копной свисали до пояса, а передние пряди закрепляла траурная заколка. Девушка уже как три месяца носила траур по своему умершему возлюбленному Юн Цюаню. — Госпожа Баофэй, — проговорил восторженно молодой господин Цзань, не отводя взгляда от фигуры молодой девушки. Баофэй медленно повернула свою голову, позволяя волосам аккуратно лечь на хрупкие плечи под тёмно-бардовой накидкой. — Мы с вами знакомы? — мягкий певческий голос раздаётся со стороны девушки, а лисьи глаза оглядывают незнакомца в этих кругах, — кто вы такой? *** Министр Цзань резко подрывается и пробуждается ото сна. Этот сон, уже в который раз, снится мужчине, напоминая все эти двадцать лет, что всегда нужно опасаться девушки со знаком цветка персикового дерева. А последние несколько дней, когда министр Цзань узнал, что объявилась дочь Баофэй, этот сон приходит каждую ночь. В проходе рабочего кабинета министра показывается фигура Мо Лиланга. Тот тихо постучал по деревянной стене и прошёл к рабочему столу министра. — Какие у тебя новости? — хрипло отозвался мужчина, вставая из-за стола и оказываясь рядом с Мо Лилангом. — Я был в деревеньке, что находится рядом с озером Юшенг, в месяц смерти Баофэй там не появлялись девочки. Лишь одна семья пастухов обогатилась мальчиком. — Где же тогда она оставила своего ребёнка, где нам сейчас искать эту дочь? — министр Цзань разъярённо ударил по деревянному столбу. — Возможно, Баофэй оставила ребёнка где-то дальше своих краёв, — проговорил Мо Лиланг, крепко сжимая меч в ножнах. — Не успела бы, — устало отозвался министр, потирая переносицу, — ты нашёл Гао Цзу? — Нет, господин, — строго отчеканил шестой мастер, — во всей Поднебесной нет человека с таким именем. Почему вы его ищите? — Шаманка предсказала опасаться только его. Как я могу бояться того, кого нет? — министр Цзань обмерил комнату широкими шагами, а затем вновь повернулся к Мо Лилангу, — что насчёт братьев из Хуанфу и того мальчика из Ханъюэ? Они мертвы? Шестой мастер Вейшенга на секунду осёкся и задумался, в его жизни редко были поражения, но эти братья из клана Хуанфу, заставляют его напрягаться больше, чем тому хотелось бы. — Нет, господин. Клан Фонгхван не смог убить этих молодых людей. В сторону мастера летит деревянный стул, который от ярости кинул министр Цзань. — Как? Почему они ещё не гниют в земле? — грозно проговорил мужчина, раздувая свои широкие ноздри, — кто они такие? Раз уж ты не можешь с ними справиться? — мужчина сделал глубокий вдох, а затем продолжил, — Тогда давай сначала позаботимся о Юане. Убьём его, и мой сын сможет занять престол, женившись на наследной принцессе. Затем, я надеюсь, ты позаботишься об этих надоедливых мальчиках. — Так вот, что ты задумал, — министр Цзань и Мо Лиланг поворачивают свои головы на неожиданный голос и замечают в проходе рабочего кабинета сановника Цао. — Сановник Цао? — нервно отозвался министр Цзань, вглядываясь в то, как мужчина подошёл ближе, держа руки за спиной. — Министерской власти тебе уже мало? — хрипло отозвался сановник, поглаживая чёрные реденькие усы под носом, — решил захватить престол через наследную принцессу Сяомэй? — Вы меня не так поняли, сановник Цао, — министр пытался оправдать свои слова, приклоняя голову. — Что в словах «мой сын сможет занять престол, женившись на наследной принцессе» я понял не правильно? — Тогда замечательно, — министр перестал подгибаться под сановником и выпрямил спину, — хотите написать бумагу императору? Ваше слово против слова министра при императорском дворе. — Вы правы, министр Цзань, — проговорил сановник Цао, хватая воротник министерского халата мужчины, — но слово министра Нанъяна выше, чем ваше слово, министр Цзань. Мужчина стал тяжело дышать, сбивая своё и так прерывистое дыхание. — Я напишу бумагу министру Нанъяна, он то мне поверит. Тогда вам отрубят голову за государственную измену, а вашего сына сошлют на север, как сына государственного изменника. Министр Цзань стал нервно закусывать тонкие губы, пытаясь выбраться из крепкой хватки мужчины. — Никто не помешает мне захватить власть, сановник Цао, — глаза министра Цзаня округляются от бешеного состояния, — Мо Лиланг, избавься от такого любопытного сановника Цао. *** На следующее утро Мейнинг ходила по императорскому двору, нервно теребя своё бежевое платье. Сегодня с утра она должна была поговорить с сановником Цао о министре Цзане. Она не могла мирно стоять в стороне, когда пытаются идти против действующей императорской власти. Это касается императора, это касается наследной принцессы Сяомэй, которую девушка обязана защищать ценной своей жизни. Мейнинг прошла беседку с прудом с красными карпами, огибая малый дворец, и оказалась рядом с главным дворцом. — Мейнинг, что ты тут делаешь? — рядом с девушкой показывается фигура Сяомэй, которая спускалась по широкой лестнице. — Приветствую наследную принцессу, — отозвалась Мэйнинг, складывая руки на животе, — я просто искала сановника Цао. — Сановника Цао? — поинтересовалась наследная принцесса, поправляя серебряную заколку на голове. — Вы его видели в главном дворце? — Нет, Мейнинг, я его сегодня не видела, — Сяомэй спустилась ещё на две ступени, как увидела двоих стражников, что спешили к наследной принцессе, проходя ворота Молящих небес. Стражники поправили железные доспехи на своей груди и поклонились Сяомэй. — У вас какие-то для меня новости? — поинтересовалась наследная принцесса, настороженно оглядывая запыхавшихся стражников. — В городском пруду был найден труп мужчины, глава палаты уголовных дел по одежде определил, что мужчина был приближен к императорскому двору. Рядом с городским прудом толпились люди, что пытались разглядеть, что происходит. Мейнинг ещё с улицы увидела толпу, но её взгляд был затуманен от подступающих слёз. Мужчина, что с утра выловили в пруду, уже положили на носилки и закрыли белой тканью. Девушка огляделась и пробежала в самую глубь, оказываясь рядом с главой палаты уголовных дел. — Девушка, вы не имеете право здесь находиться, — раздражённо отгрызается глава, поправляя высокий чёрный головной убор на своей голове, что перевязывался под подбородком. Мейнинг быстро села на колени и отдёрнула белую ткань. На носилках лежало мёртвое тело мужчины, что носил синий чиновничий халат. Его лицо, что было с чёрными реденькими усами под носом, было синим и бледным. Шея и всё тело опухло от долгого пребывания под холодной водой, а на щеке были глубокие ссадины. — Сановник Цао! — крикнула девушка, бросаясь к телу, её хрупкие руки коснулись ледяного лица мужчины, а круглые глаза наполнились слезами, что стали ручьём стекать по щекам, когда девушка смотрела в пустые мёртвые глаза мужчины, что были всё ещё открыты. На его лице застыл ужас, что отражался в стеклянных глазах, что были словно даже после смерти полны ужаса. Девушка прильнула к студеной груди, что издавала ледяной холод. Было морозно, но не от того, что сановник пролежал всю ночь в ледяной воде, а от того, что родной человек покинул этот мир. Словно бы свеча, что излучала тепло, потухла, оставив после себя лишь темноту. — Вернитесь, откройте глаза! — девушка продолжала кричать, лежа на груди мертвого мужчины, надеясь, что рука сановника прильнёт на её руку, а глаза с добротой и заботой вновь улыбнутся. Отстранившись, девушка вновь увидела лишь стеклянные глаза, что смотрели на небо. — Что произошло? — поинтересовалась Мейнинг у главы палаты уголовных дел, — почему это произошло? — Первый расклад событий: сановник Цао упал в пруд и, не выбравшись вовремя, умер от асфиксии, что была вызвана водой в лёгких. — А второй расклад? — Мейнинг перехватила холодную руку мужчины, что лежал рядом с сидящей девушкой. — Второго расклада нет, большая вероятность, что это был несчастный случай, — мужчина указал на сановника Цао, которого пытались закрыть белой ткань, но Мейнинг оттолкнула от себя ткань, пытаясь держать себя в руках и глубоко дыша. — Сановник умер не сам, его убили, — сквозь злость и слёзы отгрызнулась девушка. Мейнинг закрыла глаза сановника Цао и поднялась с земли, обещая, что убийца будет наказан. А его жизнь превратиться в сущий ад.