Легенда о возвышение Великого императора

Гора Вейшенг является самым тихим, мирным и безмятежным местом во всей Поднебесной. Вейшенг считалась горой недосягаемой для простых смертных, что порочны в самой глубине своей глубокой души. Две противоположные энергии: Ян и Инь являются силами Мироздания, что формирует всё Бытие. Гора Вейшенг является олицетворением светлой энергией Ян, поэтому это место считается самим небом, выше которого лишь Божественные небеса. Мастера боевых искусств живут за счёт опустившейся вниз энергии Инь, что образовала Землю. А кунг-фу — это Ян и Инь, что лежат в основе природной силы Ци, духовной энергии наполняющей Вселенную. Познав природу Ци, можно открыть принципы Мироздания: единство и гармония. Рядом с горой не росли деревья, лишь одна гора, верхушка которой была скрыта за густыми облаками. Туман обволакивал просторные поля, что окружали гору Вейшенг вокруг. Вверху можно было услышать звуки падающего водопада. «Разве такое место может существовать?» — Тянь Чэнь удивленно огляделся вокруг, кажется, всё вокруг замерло, лишь то, что было скрыто за облаками, жило своей жизнью. — Лишь те, кто имеет светлую и чистую душу, могут подняться на гору Вейшенг, — старшие ученики выстроились в два ряда, образовав коридор. Они выставили свои посохи перед собой, позволяя гостям горы первыми ступить на священные ступени. Путь казался недолгим, но были предолены тысячи ступений, с каждым шагом идти становилось легче, а вес тела словно бы терялся в этих самым облаках. Юань посмотрел вниз, но ничего не увидел, он видел лишь пушистые белые облака и ступени, что продожали вести вверх. Через какое-то время звуки водопада стали громче. Когда облака расступились, можно было увидеть серебряные ворота, по обе стороны от которых шумели высокие водопады. — Единство и гармония есть мировоздание мира, — прочитал Ян Хань, он повернулся на всех, когда старшие ученики указали на серебряные ворота. — Бессмертные учителя ждут вас, — проговорил один из них и указал рукой в широком рукаве, который свисал до мраморного пола. Ли Чжаоцзянь и Ван Жолань первыми скрылись за серебрянными воротами, следующими шли три брата Ян, а следом за ними Тянь Чэнь, Юань и начальник городской стражи Хуанли. Длинный коридор вёл в главный зал дворца горы Вейшенг. Внутри было просторно, струйки воды тихо падали с потолка в лазурные бассейны, белые бумажные фонари раскачивались от лёгкого ветерка, который проникал в зал через окна. На самой дальней стене были ниши для сотни деревянных табличек, на которых были выжжены иероглифы имен. Это и был тот самый знаминитый список Вейшенга, что бил своей грандиозностью и колоссальностью немалых размеров. Ян Вэй широко открыл глаза и оглядел знаменитый список Вейшенга, найдя на деревянной стене своё имя и имена своих братьев, что возвышались под самым потолком. Перед списком Вейшенга в полукруге на белых тронах сидели мужчины с длинными белыми седыми бородами и волосами и в белых одеяниях, что запахивались и перевязывались серебряными широкими поясами с белыми кисточками, что свисали до пола. Мальчик четырнадцати лет с длинной косой ударил по стальным трубочкам, что мелодично зазвонили, после недолгой мелодии поднялся центровой мужчина. Старшие ученики горы Вейшенг вышли вперёд наших гостей и сели на колени, приклоняя головы. — Старшие ученики приветствуют бессмертных учителей, — голоса учеников эхом раздались в просторной комнате. Молодые люди тоже поторопились сесть на свои колени, выражая уважение, но один из бессмертных учителей заговорил. Его низкий голос наполнил комнату: — Бессмертные учителя приветствуют Ян Ханя, первого мастера списка Вейшенга, — мужчина поворачивает свои глаза, что скрывались за седыми широкими бровями, в сторону старшего из братьев Ян, — Ян Линя, второго мастера списка Вейшенга, Ян Вэя, третьего в списке Вейшенга, — все бессмертные учителя выставили руки перед собой, приветствуя мастеров в мире боевых искусств, — Ли Чжаоцзяня, четвертого в списке Вейшенга и Ван Жолань, пятого мастера в списке горы Вейшенг. — Мастера списка Вейшенга приветствуют бессмертных учителей, — мастера приклонили головы, встречая мужчин. — Бессмертные учителя впервые открыли свои ворота для мастеров боевых искусств, чтобы встретить здесь Тянь Чэня, Юаня и троих братьев Ян, — проговорил другой мужчина, вставая со своего белого трона. Молодые люди удивлённо переглянулись, но повернулись на третий голос. — Поднебесная в огромной опасности, — третий из бессмертных учителей встал, как в окне показался белый голубь. Мужчина снял свёрток бумаги с лапки птицы и отпустил голубя, — новости из столицы. Министр Цзань убил императора и встал на престол, как следующий император Поднебесной. Молодая леди Сюй Мейнинг погибла, защищая наследную принцессу. — Мейнинг, — вырвалось у Ян Линя, и тот упал на колени, братья сели к молодому человеку, складывая руки на его плечи. Они остались последними из своего некогда великого клана Хуанфу, они обещали, что будут защищать друг друга, а девушка в свою очередь обещала, что застанет тот момент, когда братья войдут в историю, как самые сильные воины. А сейчас они стоят во дворце знаменитой горы Вейшенг, как первые три мастера в мире боевых искусств, и они стоят здесь, надеясь, что Мейнинг и их отец с большой гордостью смотрят на уже мужчин, что заняли определённое место в этом мире. — Император мёртв? — Юань оглядел присутсвующих и вновь посмотрел на бессмертных учителей. — Смерть императора не так важна, как то, что император Цзань приведёт Поднебесную к гибели, так как враг наступает на Северную стену, чтобы пройти её и захватить земли Поднебесной. — Я слышал, что генерал северной императорской гвардии направлялся в столицу, — проговорил Хуанли, привлекая всё внимание, — они хотят перебросить императорскую армию к Северной стене, чтобы помочь северной гвардии клана Бейбинчже удержать крепость Бей. — Этого недостаточно, чтобы спасти Поднебесную от разрушения великих масштабов, — проговорил первый из бессмертных учителей, — поэтому вам, Тянь Чэнь, Ян Хань, Ян Линь, Ян Вэй и Юань, нужно пробудить Четырёх Небесных царей. *** Некогда у Северной стены под руководством клана Бейбинчже существовала северная горная деревенька. И главными в этой деревне были три северные семьи. Глава деревни семья Ли, семья воинов Ванг и семья врачевателей Юн. И владели они исключительными навыками, поэтому они и были тем треугольником, за счёт которого северная деревня жила и процветала. И поклонялись эти три семьи небесному божеству, главе Четырёх Небесных царей и защитнику севера, Вайшраване. Трое мужчин сидели в небольшом храме и, держась за руки, молились божеству в тяжёлых доспехах, что был вытесан из камня. — Просим, великий Небесный царь, Вайшравана, защити наду деревню, чтобы и этот год был процветающим для нас, — проговорил один из трёх мужчин, что был главой семерной деревни, господин Ли. — Также просим, чтобы наш северный клан Бейбинчже дальше продолжал защищать Северную стену и крепость Бей, чтобы враг не смел даже подойти к границам Поднебесной, — проговорил второй мужчина, что был отважным воином Ванг. — Этот год был сложен для женщин из нашей деревни, также просим, чтобы наши жены и дети были живы и здоровы, — закончил третий мужчина, что был из семьи талантливых врачевателей Юн. Как только трое мужчин закончили молиться, ветер со снегом стал завывать на улице, а в храм проник сильный ветер, что стал играться внутри. В свистящем звуке ветра, можно было услышать голос, что тихо общался с тремя мужчинами. — Глава деревни, на нас идёт снежная лавина, — послышалось с улицы, и мужчины бросились прочь из храма. — Воин Ванг, врачеватель Юн, скажите всем собирать свои вещи, мы покидаем деревню, — скомандовал господин Ли. Но снежная лавина с гор приближалась слишком быстро, так что времени совершенно не оставалось. Вдали слышался грохот приближающегося снега. — Оставьте нас, а сами выдвигайтесь вперёд, — проговорил один из стариков, смотря на горы перед собой, — нам не выжить. Пусть Вайшраване будет с вами. В деревне остались лишь пожилые люди, что решили остаться и дожить свои последние часы в родной северной деревеньке. Мужчины и женщины погрузили вещи и детей в сани и повезли прочь, подальше от гор. Вдали можно было уже заметить снег, что лавиной с невероятной скоростью несся к земле. Звук полностью оглушал, завалакивая воздух. — Поспешим! — крикнул воин Ванг, усаживая свою жену с маленьким сыном в сани. Врачеватель Юн и господин Ли сделали также. Они сбросили вещи, чтобы было проще вести сани, и ускорили шаг. Снежная лавина стала приближаться да так, что можно было уловить снег своей спиной в меховых накидках. Некоторых, кто сильно отставал, стало накрывать снежной лавиной, что их сани уже не виднелись под снегом. — Только так мы сможем защитить наших детей, — крикнул господин Ли, указывая на свои сани и пытаясь перекричать крики уходивших под снег жителей деревни. Три жены северных семей уложили троих детей в одни сани, и воин Ванг приложил силу, чтобы оттолкнуть эти сани как можно дальше. Сани с двумя сыновьями и одной дочерью бросились вперёд с небывалой скоростью, когда господин Ли, воин Ванг и врачеватель Юн и их жёны ушли под снег. Трое детей северных семей смогли спастись от снежной лавины, так жизнь разбросала их в разные стороны Поднебесной. В тех санях каждого ребёнка забрали другие семьи, которые пожалели бедных детей. Сына воина Ванг подобрала семья, что была главой восточного клана Хуанфу, что рос и процветал. Так Ванг Чаоюн вырос и стал главой клана Хуанфу, самого сильнейшего клана во всей Поднебесной, и женился на прекрасной девушке из этого клана, которая родила для него троих прекрасных сыновей. Ребёнка врачевателя Юн нашла семья, что отправилась на запад. Но юный мальчик лишился родителей во второй раз, поэтому его забрали в столицу. Спустя некоторое время Юн Цюань, сын семьи Юн, влюбился в девушку необыкновенной красоты, которая была родом с запада, и что родила ему сына. Ребёнка семьи господина Ли нашла семья чиновников, что возвращалась в столицу. Было решено оставить прекрасную девочку себе. Так рядом с императорским дворцом жила и росла Ли Шуанг, что повзраслев, вышла замуж и вошла в семью мужа, как госпожа Нанъяна. Она родила министру сына. Так на свет появились единственные наследники трёх северных семей, что не знали своего происхождения. Но то, что трое детей смогли спастись от снежной лавины, это не просто везение. Они были под защитой северного божества, главы Четверых Небесных царей, Вайшраване. Их дети, став смешанным рождением, становятся под защитой остальных троих Небесных царей. Тянь Чэнь, дитя севера и запада, становится под покровом Вирупакши, западного Небесного Царя. Ян Хань, Ян Линь и Ян Вэй, дети севера и востока, с момента рождения защищаются восточным Небесным царём, Дхритарашрой. И Ли Юань, дитя севера и юга, опекается Вирудейкой, западным Небесным царём. Чтобы пробудить великих Четырёх Небесных царей, чтобы они вместе объединились для защиты северных земель от некогда невидомого врага, вам нужно найти символы оставшихся трёх сторон света, чтобы Небесные цари направились за вами. Начните свой путь с востока, земли которого находятся под покровительством царя Дхритарашры, царь востока и бог музыки. Вам нужно найти превосходный семиструнный музыкальный инструмент семейства цитровых — гуцинь, но не просто гуцинь, а гуцинь самого Ши Куаня, покровителя музыки. *** Путь до восточных земель был долог. Воины из Цветочного дворца докладывают госпоже Ван Жолань, что император Цзань собирает императорскую армию, расправляясь со всеми, кто не желает подчиняться его воле. Трупы горой лежат за пределами императорского двора. — Нам нужно поторопиться, чтобы остановить Цзаня, пока не стало слишком поздно, — проговорил Юань, и все продолжили свой путь к сгоревшей шесть лет назад официальной резиденции клана Хуанфу. — Это здесь, — сказал Ян Вэй и раздвинул высокие кустарники, что росли рядом с плохо протоптанной дорогой, по которой шесть лет назад три брата Ян и сановник Чу убегали от императорской армии. Посреди высоких деревьев был пустырь с остатками некогда прекрасной резиденции. Эти остатки проросли травой и цветами, что пробивалась через пыльную землю. — Спустя шесть лет мы вернулись сюда, — Ян Хань ступил на каменную дорожку, что, как и всё здесь, заросла высокой травой. — Где мы будем искать? — поинтересовался Тянь Чэнь, смотря на братьев. — Давайте обыщем здесь всё, — проговорил четвёртый мастер Ли Чжаоцзянь, — если вы являетесь центром всего этого, тогда гуцинь Ши Куаня мы найдём где-то здесь, где вы раньше жили. После слов мужчины все разделились, чтобы найти подсказки к этой большой тайне. Но спустя час поисков никто ничего не нашёл. — Ян Линь, смотри, — Ян Вэй подозвал к себе своего брата-близнеца и указал на землю, что густо заросла травой. Молодой человек сел на землю и достал из высокой травы старый меч. Он весь был покрыт пылью и землёй, что засохла на длинном лезвии. — Это же меч отца, — проговорил Ян Линь и принял меч отца в свои руки, — отец говорил, что когда Ян Хань станет главой Хуанфу, он отдаст его ему. — Видимо, этому не суждено сбыться, — Ян Вэй поднялся с земли, когда молодые люди услышали тихую мелодию. — Что это такое? — рядом с двумя братьями показывается начальник городской стражи Хуанли, затем к молодым людим подходит Ван Жолань. — Это исходит из той пешеры, — кричит всем Ян Хань и указывает на скалу, что виднелась на вершине невысокого каменного холма. — Ты в этом уверен? — интересуется Юань, подходя ближе к старшему из братьев Ян. — В ту пещеру летят птицы, — так все направляются в сторону каменного холма. И действительно деревья, что редко проростали на каменном холме, окружили птицы, что буквально занимали каждую ветку реденьких деревьев. Ван Жолань сломала ветку старого дерева и обмотала её своей шифоновой накидкой розового цвета. Позже, схватив два камня, пятый мастер ударила их, так что искры полетели от гладких поверхностей камней. Одна из искры зажгла старую ветку, что теперь стала факелом. — Поторопимся внутрь, — без колебаний проговорила Ван Жолань и первой направилась вглубь пещеры. Внутри было холодно и темно, сквозной ветер пытался затушить единственный источник света и тепла, но глава Цветочного дворца аккуратно оберегала факел. — Там идёт расширение, — сказал Ли Чжаоцзянь, что шёл сразу же за Ван Жолань. И действительно чуть дальше каменный коридор расширялся в просторную комнату, которая была завалена камнями. А через камни на потолке пещеры пробивался свет, что проникал через трещины. — Вон там, — проговорил Тянь Чэнь, указывая на каменную нишу, на которой лежал белый гуцинь, что освещался лучами солнца. — Это и есть тот самый гуцинь Ши Куаня, покровителя музыки? — поинтересовалась Ван Жолань, смотря как в одинокой и заброшенной пещере лежало произведение искусства. В Поднебесной в период Весны и Осени жил слепой учитель музыки и звали его Ши Куан. Его игра на гуцине — семиструнном китайском музыкальном инструменте семейства цитровых — была превосходной. Говорили, что его виртуозное исполнение могло заставить лошадей бросить еду и, замерев, слушать музыку, а птицы, поражённые музыкой, слетались, раскрыв клювы, из которых выпадала пища. Ши Куан считал, что музыка способна вызвать расцвет или упадок в царстве. Людям следует воспитать в себе добродетели, чтобы соответствовать светлой музыке, и тогда мир и счастье будут господствовать в этом царстве, поскольку люди будут соблюдать мораль. А тёмная и упадочническая музыка приведёт царство к упадку. Как-то раз царь настоял на том, чтобы Ши Куан сыграл ему возвышенную музыку, хотя тот его предупредил, что такая музыка годится только для царя, обладающего большими добродетелями. Первая песня, неохотно исполненная им, привлекла прекрасных журавлей, которые залетели во двор и стали танцевать под эту музыку. Это изумило всех окружающих, и царь, несмотря на недовольство Ши Куана, приказал ему исполнить ещё более возвышенную мелодию. При первых аккордах музыки, собрались тёмные тучи, и яростная буря внезапно сорвала с крыши черепицу. Царь в страхе убежал, а небо снова стало ясным, как только Ши Куан перестал играть. С тех пор люди стали ещё больше восхищаться им и проявлять гораздо большее уважение к благородной музыке. Хоть Ши Куан и был слеп, но тот продолжал жить, проговаривая, что существует пять типов слепоты, которые ещё хуже, чем его страдание. Это когда царь слеп к несправедливости, слеп к способности чиновника, слеп к добродетельным людям, вслепую начинает войну и слеп к благоденствию своих подчинённых. Такое царство будет обречено на гибель, а его народ будет много страдать. — Давайте возьмём его, — проговорил Ли Чжаоцзянь, и он с начальником стражи Хуанли поспешили спуститься с каменного коридора на камни просторной комнаты, где стояла ниша с гуцинем. Как только мужчины ступили на камни, семиструнный гуцинь издал пронзительный звук и ударил своей музыкальной волной нежеланных гостей. Ян Хань и Ян Линь подхватили двоих мужчин и поставили их на землю. — Что это было? — Юань также сделал шаг вперёд, как звуковая волна вновь повторилась. Ян Линь достал меч из ножен и разбил её. — Что же нам тогда делать? — поинтересовалась Ван Жолань, бросая взгляд на недосягаемый музыкальный инструмент. — А если дело в тех, кто пытается нарушить его покой? — проговорил Ян Вэй и сделал шаг вперёд, оказываясь в комнате. — Ян Вэй, стой! — бросил Ян Хань, но ничего не повторилось. Вместо этого гуцинь вновь стал производить один и тот же музыкальный отрывок. — Он хочет, чтобы на нём сыграли, — проговорил Ян Линь и посмотрел на своего младшего брата. Ян Вэй медленно и неуверенно прошёл к каменной нише, что освещалась с потолка лучами солнца. Мелодия продолжала повторяться, а струны дрожали. — Ты знаешь эту песню? — спросил Ян Хань, но вместо ответа получил плавную мелодию, что стала исходить из-под пальцев Ян Вэя. Тот аккуратно устроился на камне напротив белого гуциня. Эта мелодия повторялась уже в который раз, через несколько аккордов, песня должна была продолжиться. — Надеюсь, он знает продолжение, — проговорил Юань, смотря на спину младшего из братьев Ян в чёрном ханьфу. Наконец пещеру наполнило продолжение песни, что плавно игралась на гуцине. Ян Вэй был сосредоточен, как никогда раньше. Эту песнь нужно закончить. В какой-то момент юноша исполнил неправилный аккорд, тогда камни на потолке задрожали и стали падать вниз. «Что же там дальше?» — Ян Вэй пытался вспомнить продолжение песни, но все мысли путались, а продолжение словно бы вылетело из головы. — Осторожнее, — рядом с младшим братом оказывается Ян Линь, он отцовским мечом отбивает камень и пытается сделать так, чтобы Ян Вэй продолжал играть. Стены стали рушиться, а мелкие камни, как град, стали падать вниз. — Уходите! — скомандовал Ян Вэй, продолжая держаться пальцами за туго натянутые струны, — я доиграю эту песнь. — Я не оставлю вас здесь! — прокричал Ян Хань и предпринял попытку поспешить к младшим братьям, как Ян Вэй развернулся и направил поток звуковой волны на остальных, которая выкинула всех наружу. Ян Хань, Тянь Чэнь, Юань, Хуанли и четвёртый с пятым мастером оказались снаружи пещеры. Они поспешили встать и оглянуться на вход в пещеру. Старший из братьев вновь предпринял попытку проникнуть внутрь, как его остановил Ли Чжаоцзянь. — Я должен им помочь, — яростно отозвался юноша, смотря на каменный холм. — Твои братья знают, что делают, — проговорил мужчина, как в этот момент мелодия прекратилась, и послышался грохот упавших камней, а затем пыль вылетела из каменного коридора. — Ян Линь, Ян Вэй! — Ян Хань вырвался из хватки четвёртого мастера и бросился к пещере, как в темноте каменного коридора показались две высокие фигуры. Сразу же после этого на свету дневного солнца показались Ян Линь и Ян Вэй, что держал в своих руках белый гуцинь. Ян Хань выдохнул и поспешил обнять своих младших братьев, все остальные поспешили подойти к героям сегодняшнего дня. Ян Вэй, отстранившись от объятий старшего брата, показал всем идеальный белый гуцинь с прекрасными чёрными узорами журавлей на нём. — Как вы смогли выбраться? — поинтересовался Хуанли, поправляя доспехи на своей груди. — Отец защищает нас даже после смерти, — улыбнувшись, Ян Линь показал на старый меч своего отца, который он держал в своих руках, — отец хотел, чтобы он достался тебе, Ян Хань. — Оставь его себе, он тебе пригодится в дальнейшем бою.