Легенда о возвышение Великого императора

Следующей целью молодых людей был запад. Небесным царём которого был Вирупакша, красный бог запада. В этот раз всё будет намного сложнее, чем задача с божественным гуцинем Ши Куаня. Для пробуждения Небесного царя и продолжения пути нашим молодым людям нужно будет достать персик цветущего персикового дерева из райского сада хозяйки запада Сиванму. Поэтому сейчас Тянь Чэнь, Юань, братья Ян, Ли Чжаоцзянь, Ван Жолань и Хуанли направлялись в родную деревню Тянь Чэня, которая каждый год приносила подношения для богини Сиванму, говорилось, что именно эта деревня находится под покровительством небесной богини. Сейчас молодые люди прошли большой Бамбуковый лес, осталось преодолеть знаменитый рынок Фухуа и глубокую Нефритовую долину, после которой вдали будет виднеться Ледяное озеро Юшенг, на берегу которого стоит деревенька. Место, с которого всё началось. Тянь Чэнь был очень взволнован, он уже много месяцев не видел своих родителей. Наверное, они очень скучают по нему, но у него есть прекрасные новости о своей семье. Точнее не самые лучшие, учитывая, что его настоящие отец и мать погибли много лет назад, но то, какова истинная история его рождения заставляет его сердце трепетать. Находясь всю свою жизнь в маленькой деревеньке, Тянь Чэню хотелось приключений, хотелось прожить интересную и увлекательную жизнь. — Как долго нам ещё идти? — нитересуется начальник городской стражи, смотря на длинную извилистую дорогу, виды которой закрывали высокие холмы. — Прямо за этим холмом вход в мою деревню, — улыбнувшись, проговорил молодой человек и поежился от холода. Зима со дня на день должна была застать молодых людей. И действительно, стоило пройти невысокий холм, как стали виднеться деревянные постройки. Когда зима со дня на день должна была сменить осень, детей можно было реже увидеть на улочках деревни. Девочки помогали своим матерям по хозяйству, а сыновья помогали на охоте и в ловле рыбы, чтобы каждый день была еда. — Матушка, отец, — рядом показывается маленький покосившийся заборчик, и Тянь Чэнь спешит предупредить своих родителей, что он вернулся в свою родную деревню. — Тянь Чэнь? — из дома выходит невысокая женщина и, завидев своего сына, она бросает соломенную корзину и подбегает к своему сыну, — дорогой, неужели это ты? — женщина хватает небольшое лицо своего сына в ладони и смотрит в родные лисьи глаза, которые она не видела столько долгих дней. — Сын, — сразу же за матерью появляется мужчина, он захватывает Тянь Чэня в крепкие отцовские объятия. — Вижу, ты не один, — женщина оглядела присутствующих, подмечая на некоторых людях наряды из благородных тканей, а один из всех носил доспехи стражника императорского двора. — Приветствуем матушку и отца, — проговорили братья Ян с Юанем, а остальные поклонились пожилой паре. — Приветствуем благородных людей, — женщина аккуратно поклонилась и вновь обратилась к своему сыну, — кто эти люди, сынок? — Эти люди без корысти помогали мне на моём долгом пути, матушка, — Тянь Чэнь с улыбкой оглядел своих названных друзей и повернулся к родителям, что неуверенно улыбнулись. — Рад приветствовать родителей Тянь Чэня, меня зовут Юань молодой господин Нанъяна, — молодой человек, поддерживая подол своего белого ханьфу с белой парчовой накидкой, поприветствовал мужчину и женщину. Отец и матушка Тянь Чэня аккуратно поклонились, не ожидая услышать имя столь высоково министерского двора во всей Поднебесной. — Вы устали с дороги, отобедаете? — женщина заторопилась, но её остановил Ян Хань. — Благодарим, матушка, за ваше приглашение, но мы очень торопимся. — Отец, матушка, как вы и сказали, в столице я отыскал информацию про своих родителей, — Тянь Чэнь обратился к своим приемным родителям, но те быстро побледнели. — Нашёл, мы очень счастливы за тебя, сынок, — мужчина положил трясущуюся ладонь на плечо юноши. — Моя мать была главой клана Ханъюэ, вот что значит это слово. — Прошу прощения, — Юань прервал Тянь Чэня, подходя ближе к деревенской семье, — думаю, вы знаете не меньше Тянь Чэня про клан Ханъюэ.  — Что ты такое говоришь, Юань? — Ян Линь одёрнул молодого человека в белых одеяниях, но тот вновь повернулся на пожилую пару. — Тянь Чэнь сказал, что вы не знали, что значит «Ханъюэ», но в императорских записях говорится, что западные деревни и поселения рядом с озером Юшенг и глубокой Нефритовой долиной находились под руководством клана Ханъюэ около двадцати лет назад, и вы всё ещё утверждаете, что не знаете про этот клан? — Это правда, матушка, отец? Вы же не знали, поэтому позволили мне отправиться в столицу? — Тянь Чэнь неуверенно посмотрел на своих родителей, что стали бледнее белого снега. Наступила долгая пауза, все ожидали продолжения этой истории. В конце концов, женщина упала на колени и тихо заплакала. — Матушка, — Тянь Чэнь поспешил сесть на колени перед матерью и положить ладони на её хрупкие плечи. — Знали, мы с отцом знали про Ханъюэ, — женщина пустила слезу, которую Тянь Чэнь поторопился вытереть. — Почему вы не сказали мне? Если бы я знал про Ханъюэ, может быть, я бы не потратил так много времени. — Клан Ханъюэ исчез сразу же после твоего появления в этой деревне, про него никто не слышал и не говорил. Мы с твоей матерью думали, что ты ничего не найдёшь и сразу же вернёшься обратно к нам жить как раньше, — мужчина сел к своему сыну и жене, приобнимая обоих. Тянь Чэнь улыбнулся, прижимая родителей к себе. — Но я знаю, что моё рождение носит важную роль, я не могу просто так это оставить. Я понимаю, что вы хотите, чтобы всё было как раньше, но что-то скрыто за моим рождением, и я должен понять что это. — Матушка, отец, — Тянь Чэня и его родителей прервал Ян Вэй, — нам срочно нужно узнать про богиню Сиванму и её райский сад, где мы можем узнать про это больше? — Вам нужно к госпоже Му, что проживает на краю деревни, она дочь шаманки, что была убита около двадцати лет назад. *** — Госпожа Му? — рядом с небольшим домом показалась компания из восьми человек, за низеньким деревянным столиком сидела женщина, что перебирала зёрна риса. — Я госпожа Му, чем могу вам помочь? — женщина убрала чёрную прядь за ухо и вышла к нежданным гостям. Она недовольно оглядела присутствующих и поправила длинную юбку, что была помята. — Меня зовут Тянь Чэнь, и я живу здесь недалеко… — Я знаю, кто ты, — женщина вновь села и принялась за старое занятие, — дитя, что появилось в нашей деревне двадцать два года назад. Зачем же ты пришёл ко мне? — Известно ли вам что-нибудь про богиню Сиванму? — задал вопрос Юань, привлекая к себе внимание женщины, та медленно оглядела высокого молодого человека, не спеша отвечать на его вопрос. — Госпожа, мы очень торопимся, каждый день слишком дорог для нас, — Ли Чжаоцзянь быстро прервал тишину, которую устроила женщина, что не спеша подняла голову на мужчину. — Для чего вам нужна информация про Сиванму? Это из-за дара, что может даровать персик из райского сада хозяйки запада? Моя мать умерла, потому что кто-то был жаден для него. Святое должно оставаться на своём месте, — женщина громко закричала, опрокидывая круглую тарелку с рисом. — Поднебесная может пасть, — Юань вышел вперёд, отталкивая от себя отлетевшую тарелку, — последнее, что должно вас волновать, так это святость райского сада. — Кто может мне гарантировать, что империя не падёт из-за вторжения в святые земли западной богини? — Я могу, — Тянь Чэнь привлёк всеобщее внимание, — я родился, только потому что моё рождение было важно для райского сада, — молодой человек открыл своё плечо женщине, что внимательно осмотрела родимое пятно в виде персикового цветка. — Легенда гласит, что где-то в священных горах Куньлунь, в сказочных садах богини запада Сиванму, растет персик бессмертия. *** Сиванму — хозяйка запада, покровительница бессмертия и небесная красавица, что живёт на крайнем Западе, в горах Куньлунь, на вершине в нефритовом дворце, на берегу Яшмового озера, возле которого растёт персиковое дерево с плодами, дарующими бессмертие. Говорят, это чудесное дерево приносит плоды бессмертия только один раз в три тысячи лет, в день рождения богини Сиванму третьего числа третьей луны, и тогда хозяйка приглашает восьмерых бессмертных в свой сад на праздник. — Но сейчас далеко не третий день третьего лунного месяца, — отозвался Хуанли, встречаясь своими глазами с глазами госпожи Му. — Течение времени бессмертных идёт иначе, чем земное время. Поэтому у вас есть шанс попасть в райский сад богини Сиванму, она сама пригласит вас. — Тогда выдвигаемся сейчас же, — проговорила Ван Жолань, — если выдвинемся сейчас, то через два дня мы будем у гор Куньлунь. Вокруг бушевал ветер, что закрывал видимость. Тянь Чэнь придерживался за мечь Ли Чжаоцзяня, чтобы не потеряться в этом буране из пыли. Ян Хань с братьями шёл впереди строя, когда начальник стражи Хуанли и Юань замыкали его. — Я не вижу гор! — прокричал Ян Хань, обернувшись к остальным, — возможно, мы свернули не туда. — Мы всегда шли на северо-запад, к горам ведёт лишь одна дорога! — крикнул в ответ брату Ян Линь, пытаясь спрятать лицо от пыли, что была повсюду. — Тогда почему мы всё ещё не дошли? — Ян Хань развернулся ко всем, но когда повернулся обратно, столкнулся с красными высокими воротами, что возвышались над ними. В эту секунду ветер прекратился, и птицы запели прекрасную мелодию. Солнце вышло из-за высоких гор, озоряя сады, что росли на каменных холмах Куньлунь. Ручей тихо журчал, протекая в низовьях гор. А через сады пролетали белые журавли. — Здесь прекрасно, — проговорила Ван Жолань, оглядываясь вокруг. Теперь понятно, почему сады богини Сиванму зовутся сказочными. — Приветствую восьмерых бессмертных на моем празднике, — из ворот появляется прекрасная женщина в длинном красочном платье и в красной шёлковой накидке. Её волосы были полностью собраны в корону, в которую вставлялись жёлтые нефритовые шпильки, что образовывали золотой круг, а в центре красовалось павлинье перо. Женщина проводила свои сады рукой, как к ней слетелись сине-жёлтые птицы. Они прокружили несколько раз и вновь улетели. Все поспешили поклониться богине Сиванму, принимая приглашение на столь значимое торжество. — Через эти ворота смогут пройти лишь восемь бессмертных, ни больше ни меньше, — голос женщины был ровным и ласкающим, а в бессмертных глазах читались просторы всего запада, как земель под покровительством которой они находятся. — Нас как раз восемь, хозяйка, — проговорил Ли Чжаоцзянь, выставляя руки перед собой. — Вас больше, чем нужно, — богиня прошлась вдоль гостей, аккуратно взмахивая многослойным подолом своего длинного платья, женщина остановилась перед Юанем и указала на него, — он не пройдёт. Все переглянулись, не понимая, что происходит. Их было ровно восемь, почему же хозяйка райского сада не пропускает Юаня пройти эти ворота. — Рада вас приветствовать, восемь бессмертных, — женщина указала длинным красочным рукавом на красные ворота, — Тянь Чэнь, Ян Хань, Ян Линь, Ян Вэй, Ли Чжаоцзянь, Ван Жолань, Хуанли и Баофэй, женщина, что даровала жизнь ребёнку персикового дерева из райского сада. После этих слов богиня Сиванму развернулась и направилась через ворота в райские сады горы Куньлунь. Тянь Чэнь после слов женщины огляделся, дух его матери сейчас с ним. Гости сказачных садов прошли вперёд, оставляя Юаня одного. Внутри было ещё прекраснее, чем снаружи. Прекрасные зелёные сады искрились в лучах утреннего солнца, словно бы, они были выше всего в этом мире. А в центре райского сада росло высокое персиковое дерево, что цвело и процветало. Его большие плоды свисали до самой земли, а верхушка возвышалась над целым садом. Белые журавли напивались прекрасной лазурной водой ручейка, что протекал рядом с божественным персиковым деревом, и улетали на вершины садов. Все удивлённо оглядывались, пытаясь высечь в своих воспоминаниях место, что никогда вновь не опишешь и не расскажешь. — Испокон веков смертные верили, что сянь тао, персик бессмертия, может даровать силу, что способна прировнять к небу и земле, или возможность стать вечным и могущественным, как солнце и луна. Каждые века возникают войны за шанс иметь власть, которая им не подвласна. Смертные, отведавшие плод райского персикового дерева, становятся бессмертными мудрецами, что преобретают познание истины этого мира. Баофэй была выбрана райским садом, потому что родит судьбоносное дитя, что станет частью пророчества о восхождении Великого императора, ей был отдан дар, познание истины, но она погибла из-за этого дара, тем самым начав исполнение пророчества, — богиня запада Сиванму взмахнула широким рукавом, и облака стали расплываться и сгущаться рядом с молодыми людьми. — Что происходит? — поинтересовался Ян Линь, но вокруг он никого не увидел, через некоторое время облака расступились, и взгляду бессмертных гостей пристал каменистый берег. Была глубокая ночь, а над водами озера стояла полная луна. — Где мы? — спросил Ли Чжаоцзянь, что разжал рукоять меча, который он истинктивно схватил. — Мы на берегу Ледяного озера Юшенг, — проговорил Тянь Чэнь, — замечая знакомые виды, которые он видел с самого детства. — Как мы здесь оказались? — поинтересовался Хуанли, но его прервал громкий мужской голос, что донёсся с высокого утёса. — Баофэй, ты не убежишь! — доносится сверху, и взору всех показывается стройная фигура девушки в красных одеяниях. — Баофэй? — Ван Жолань смотрит на знакомый изящный стан девушки и хочет пойти к нему, но впереди только вода. — Цзань, я отказалась быть твоей наложницей, — громко прокричала Баофэй, от чего её голос разнёсся в ночной тишине и поглотился неподвижными водами озера. — Это же министр Цзань, — сказал начальник стражи Хуанли, указывая на ещё молодую фигуру министра, что сейчас хитростью и жестокостью занял императорский трон. — Я не хочу власти, и не для этого на мне это клеймо, — Баофэй коснулась своего плеча, там, где была метка персикового цветка. — Тогда мне придётся тебя убить, — Цзань медленно вытащил свой меч из ножен и устремил его на девушку, — чтобы ты мне не помешала. — Я то тебе не помешаю, но тебе стоит бояться моего ребёнка, у которого великая судьба. После этого девушка падает с высокого утёса, что её красные одеяния развиваются на ветру. — Баофэй! — крикнула Ван Жолань, бросаясь в холодные воды, но ту быстро остановил Ли Чжаоцзянь. Тянь Чэнь стоял молча, проглатывая в себя тишину вод озера Юшенг, что завладели телом его настоящей матери, что погибла, желая защитить своего ребёнка. Он всю свою жизнь сидел напротив озера Юшенг, молясь о том, чтобы оно рассказало юноше правду его рождения. Но оказывается, эти воды таили в своих глубинах намного большие тайны, те, от которых кровь застывала в жилах, а сердце останавливалось. Вся правда была намного ближе, но ради этой же тайны молодой человек прошёл почти всю Поднебесную. Тянь Чэнь и не заметил, как облака вновь сгустились, позже возвращая в райские сады горы Куньлунь. Богиня Сиванму опять предстала перед бессмертными гостями, когда белые журавли вновь вернулуись к лазурным водам райского сада. Трое из журавлей подошли ближе к хозяйке запада с бумажными свёртками в своих длинных оранжевых клювах. Как только богиня взмахнула рукой, перевязанные красной шёлковой нитью свёртки бумаги раскрылись, и взору всех предстали пять портретов. На первом портрете был изображён Тянь Чэнь, что был молод и красив. На втором бумажном свёртке были написаны портреты троих братьев семьи Ванг. Они были в генеральских одеяниях императорской гвардии. А на последнем портрете был изображён Ли Юань в императорских одеяниях, что восседал на золотом троне и в императорской короне. Третьего дня третьей луны, в ночь смерти Баофэй, девушки со знаком цветка персикового дерева, когда полная луна находилась в зените Ледяного озера Юшенг, а на поверхности холодных вод плыли красные одеяния, с душой наследника Баофей, будущим главой клана Ханъюэ, связались четыре ещё не рожденные души. В земной год цветения райского персикового дерева гор Куньлунь Поднебесная падёт в хаос, который принесёт невероятные разрушения для империи. Тянь Чэнь, легендарное дитя северной семьи врачевателей Юн и западной девушки необыкновенной красоты, рождение которого было предзнаменовано райским садом, застанет зарождение нового мира и восстановит свой давно утерянный клан Ханъюэ, создав Бессмертную армию. Только сыну девушки со знаком цветка персикового дерева суждено помочь новому императору сесть на престол, разгоняя и уничтожая всех, кто этому помешает. Ян Хань, Ян Линь и Ян Вэй рождаются от северной семьи воинов Ванг и девушки из клана восточных земель, поэтому это рождение становится судьбоносным для сильнейшего клана в Поднебесной — Хуанфу. Судьба гласит, что три брата исчезнувшего клана Хуанфу, рождённые под звуки семиструнного гуциня Ши Куаня, станут Неукротимыми генералами новой армии, что будет носить имя нового императора. Вместе с императором, возглавляя армию, Ян Хань, Ян Линь и Ян Вэй, пройдут кровавый бой, чтобы разгромить врага. Рождённому в северной семье Ли и южной семье юноше суждено жениться на единственной дочери императора Поднебесной, и встать на престол, как Великий император. И имя ему — Ли Юань. Правитель, что положит начало новой династии, которая из пепла возродит империю. Юноше семьи Ли суждено поднять Четырёх Небесных царей, что будут идти бок о бок с Великим императором и Неукротимыми генералами, чтобы разгромить армию противника и объединить разрозненные земли империи, которую в дальнейшем он наречёт своим именем, Великая Поднебесная. *** Юань обеспокоенно поглядывал на красные ворота, его друзей уже не было очень долго, поэтому волнение его не покидало. В который раз, взглянув на райский сад, молодой человек заметил семь фигур, что показались перед ним. — Наконец-то, — выдохнул юноша, осматривая всех в поисках персика, за которым они пришли на гору Куньлунь, — где персик? — Он нам больше не нужен, — проговорил Тянь Чэнь, смотря на молодого человека, — западный Небесный царь и так был с нами всегда. — Что там произошло? — продолжал расспросы Юань, которого не было в райском саду. — Ничего такого, что тебе нужно знать, — Ян Хань положил руку на плечо юноше, решая промолчать про великую судьбу молодого человека, если он и есть Великий император, он им и станет, и не обязательно для этого знать свою историю. — Что тогда будем делать дальше? — спросил Хуанли. — Найдём давно утерянный клан Ханъюэ, — улыбнувшись и подмигивая Тянь Чэню, проговорил Ян Линь.