Часть 7
8 января 2021 г., 15:34
То, что весь из себя правильный мальчик-одуван произнесёт слово «хуй», не моргнув и глазом, Вовчик как бы совсем не ожидал.
Как и не ожидал, что комплект «райские губёхи плюс грязное словцо» почти что порноаудиовизуалом шарахнет по рецепторам, собьёт ментально с ног и окончательно взбесит и так разгорячённую кровь, которая радостным потоком устремится от мозга к совершенно иному органу. Сохранить невозмутимую рожу при таком положении вещей было сложно, но можно — а наш чёткий пацан, как известно, на все сложности с прибором клал.
— Слышь, когда я трахаюсь, то мне глубоко по яйцам — надеваю я себе кого на хуец или одеваю, — веско процедил Вовчик, стараясь не смотреть на карамельно переливающийся блеском для губ рот кучерявого. — Блядским принцам Персии, канеш, видней, чё там как правильнее языком пиздеть, но я твою грамматику на писе вертел и даже не вспотел, ясно, на?
Балерунский кошак от такой прочувствованной речи должен был мгновенно осыпаться пеплом или, на худой конец, хотя бы испортиться настроением, но он… Он блестел своими блядскими очами и в открытую ухмылялся! Вовчик вскипел, но тут же подтаял, как мороженка на солнцепёке. Зеленоглазое солнце однозначно лучилось добром, а злиться на таких сладких котиков при всём желании не получалось.
— Чё лыбишься? — Вовчик показательно нахмурился, хотя улыбнуться кучерявому в ответ хотелось до судорог в лицевых мышцах. — Зубы лишние? Могу помочь проредить!
— Не обращай внимания, Вов, — Рай погасил улыбку, но глаза его по-прежнему продолжали светиться. — Просто ты так необычно изъясняешься и эта твоя неподражаемая экспрессия — мне очень нравится это в тебе. Ты очень настоящий, знаешь?
На Вовчика словно ушат ледяной воды вылили. И за ушком почесали. Одновременно, на! Уебать по красивой морде на всякий случай и растечься сиропной лужей прямо под ноги зеленошарому тоже захотелось одновременно. Мозг подло сделал ручкой, а предательская вражина в штанах болезненно заныла, видимо, от избыточного кровенаполнения.
Бляха, ну зачем? За что?!
— Райчик! — звонкий девичий голосок разорвал воцарившуюся было тишину и вышвырнул Вовчика из их с балеруном несколькосекундного зависания друг на друге. — Вот ты где! А я тебя везде ищу!
Та самая длинноногая брюнеточка, с которой Рай танцевал на сцене, востроглазо сканировала их с кучерявым живописную парочку, остановившись в десятке метров от них, и почему-то не подходя ближе. Карие очи оленёнка Бемби, белая чистая кожа, хорошенькое личико, хрупкая фигурка, предусмотрительно завёрнутая в светлую длинную кофту крупной вязки прямо поверх сценического костюма, — тёлочка по десятибалльной шкале тянула на твёрдые девять, и впервые в жизни это нифига не радовало.
— Райчик, там жюри через пять минут будет общие оценки выставлять, — девчонка сделала пару нетерпеливых шажков назад и зазывно махнула Раю наманикюренной лапкой: — Пойдем скорей!
— Ты иди пока без меня, Адюш, — с возмутительной ласковостью проворковал кучерявый. — Я тут со знакомым договорю и сразу же приду, хорошо?
Брюнеточка послушно кивнула, ещё раз смерила Вовчика любопытным взглядом, послала «Райчику» быстрый воздушный поцелуй и изящно унесла себя вверх по лестнице.
— Девушка твоя? Ничё такая.
Вовчику следовало бы помолчать, плюнуть и растереть — какое его собачье дело с кем там кучерявый трахается! Но злость (клятый балерун назвал его «знакомым», тогда как с девицей сюсюкался как не в себя!) и совсем поехавшая крыша (так встречается он с этой балеринкой или нет?) не дали ему шанса это сделать.
— Да, — Рай опустил глаза в пол, и у Вовчика внутри всё рухнуло. — Аделина и правда очень хорошая…
В районе солнечного сплетения болезненно зажгло разочарованием, горечью и чем-то ещё. Очень хорошая, значит? Ну что ж, каждому очень хорошему мальчику по очень хорошей девочке. Концерт окончен, всё по домам, аплодисментов не нужно.
— Вов… а у тебя, говорят, девушка постоянная появилась? Прости, что спрашиваю, можешь не отвечать, если не хочешь.
— Постоянная? — Вовчик пренебрежительно скривился, изо всех сил борясь с жёстким комком, образовавшимся в горле. — Зачем мне это? Я за разнообразие до безобразия и за разнообразные безобразия. О, кстати! — Вовчик изобразил глумливую улыбку. По крайней мере, он очень надеялся, что она выглядела именно такой. — У меня тут с одной годной тёлой трахенбахен намечается, а красивые девочки любят когда их поят из красивых бутылочек. Ты ж мне ещё с месяц назад обещал подогнать годное бухло, а всё никак не подгоняешь.
Вот тут стоило остановиться и резко упороть — волосы назад. Но Вовчика несло на волнах тихого бешенства, приправленного отчаянием, и он, конечно же, продолжил: — У нас на районе, вообще-то, за пиздобольство в рот ебут, кучеряшка, так что пошевели булками, если проблем не хочешь.
Рай смотрел непонятным острым взглядом и лучей добра там не было и в помине. Зато Вовчику почти сразу же захотелось испариться, шваркнуться башкой о ближайшую стенку и горячо просить у зеленошарого прощения за всю ту херню, что он сейчас наболтал ему.
— Хорошо, сегодня в девять вечера я приду к тебе домой. Долг возвращать, — непривычно холодно отчеканил наконец Рай. — Спасибо, что напомнил, и спасибо, что пришёл на спектакль. Мне пора идти, до встречи.
***
Вовчик выжрал себе всё нутро, все мозги, три раза принял холодный душ, вытер пыль, надраил полы и даже зачем-то купил тортик. Благо, мать ушла на ночное дежурство, а Катька с Иришкой ночевали у себя дома. А то они бы точно решили, что их сын, брат и дядя свихнулся или как-нибудь по-особому накосячил, если даже взялся за бабское дело — убираться в квартире. А ведь он действительно накосячил! Как последнее мудло! Светлый, хороший парень, умница, танцует вон как отлично — идеал идеалов, до которого не дотянуться! — и нужно же было сказать ему ту отвратительную гадость и испоганить всё из-за своей тупой ревности! Идиот! Идиот! Идиот! Вовчик страдальчески зарычал и зло шарахнул кулаком по железному дверному косяку, ссаживая костяшки в кровь. Чувство вины это нисколько не уменьшило, но зато стало чуть легче на душе. Правда ненадолго. В общем, когда время приблизилось к девяти вечера, наш несчастный пацан измотал себя до такой степени, что не заметил, как заснул. Звук дверного звонка ввинтился в мозг бешеной трелью. Вовчик резко вывалился из сна, разодрал пудовые веки, подскочил ужаленной рысью и понёсся к входной двери. По пути он снёс стул, рассыпал Иришкино лего, врезался, чертыхнувшись, в край стола, но всё-таки вполне себе целым добрался до цели. — Привет, — Рай, переодетый в домашний спортивный костюм и отмытый от косметики, держал в руках большой бумажный пакет и старательно смотрел куда угодно, но только не на Вовчика. — Вот, я пришёл, как и обещал. «Без косметики он круче. Хотя и с косметикой — просто отвал башки!» — восхищённо констатировал внутренний голос, и в животе истерично затрепыхались… э-э, бабочки? Вовчик подавил в себе изумление от данного открытия (хотя, какое уж это открытие), натужно сглотнул и приглашающе посторонился: — Заходи. — Нет, я не хочу тебя задерживать, Вов. Я принёс тебе пока только первую половину долга, а вторую потом занесу. Я обещал тебе две бутылки хорошего спиртного, но у меня пока только одна в наличии и я… — Зайди. Пожалуйста. Рай захлебнулся словами, бросил быстрый взгляд на Вовчика, но с места не сдвинулся. — Да мне ведь только отдать… — Мне на коленях тебя умолять зайти? Так ты только скажи — мне ж не в падлу. Кучерявый поник, занавесился кудрями, прижал шуршащий пакет к груди, словно желая им прикрыться как щитом, но сопротивляться больше не стал и переступил-таки порог Вовчиковой квартиры. — Проходи в большую комнату, сейчас будем торт с тобой жрать. — Вовчик захлопнул дверь и на всякий случай закрыл её на ключ. Ключ тоже на всякий случай сунул в карман своих домашних бриджей. — Чё ты там принёс? Винишко? — Коньяк, — скованно булькнул Рай и, к облегчению Вовчика, направился в комнату. — Оу, крутяк, на! Как думаешь, коньяк с тортявским хорошо пойдёт? Вовчик ощущал себя чуваком, балансирующим по лезвию бритвы: голова кружилась, сердце долбасило как ненормальное, сладкий страх острокрылыми бабочками рассыпался в животе — но терять лицо он не привык, поэтому привычно пёр танком, ни на грамм не показывая своих истинных чувств. — Но ты же сказал, что это для девушки. Правда я не знаю, пьют ли девушки коньяк… Я не то принёс, да? — Пффф! Несмотря на всю ту тревожно-одурительную херню, дурманящим ядом гуляющую у него в крови, Вовчик еле сдержался, чтобы банально не заржать. Нет, кучерявый точно спрыгнул с каких-нибудь ангельских облаков, или воспитывался бесполыми феями на удалённом от цивилизации острове. Девушки не пьют коньяк? Да они херачат иногда почище любого мужика! — Я сказал что-то не то? — напрягся Рай, всё же считывая эмоции Вовчика. — У меня просто нет опыта в этом. Я… — На хер всех девушек! Уронили виски на пол — оторвали Тане руки. Ты присаживайся, принц Персии, чё как неродной? И мешок свой давай. Добрый дедушка Мороз, пацану ты чё принёс? Ох… уеть! Вовчикова челюсть полетела вниз, чуть не встретившись с полом. От того самого слова, что вырвалось у него в конце той фигни, что он только что нёс. От ох-уения. Остро пахнущая деревом и, соответственно, из дерева же сделанная коробка с изображением на крышке бегущей лошади и гордой надписью на иностранном языке, — всё это просто орало о дикой цене притащенного кучерявым бухла и наводило на тоскливые мысли. Например: откуда у пацана, снимающего в грязь раздолбанную халупу в их доме, могут взяться такие деньги? — Ты чокнулся? Это ж кучу бабосов стоит! Лотрек, экстра… Экстра?! Это типа — лучше не бывает? Бля… — Это всего лишь бюджетная линейка коньячного дома Годе, Вов, — грустно усмехнулся Рай, усиленно рассматривая свои руки. — Да и денег я не тратил, мне брат этот коньяк подарил. Ну, то есть, я у него его выпросил для твоей девушки, с которой ты хотел… — Да не хотел я ничего ни с какой девушкой, на, — отмахнулся Вовчик с досадой. И вдруг его осенило: — Брат? А это не тот, что тебя вчера на бэхе икс шестой катал? — Да, он, — Рай первый раз за всё время несмело улыбнулся, и всё вокруг словно засияло солнечным светом. — Ты нас видел, да? Они с женой недавно из Лондона прилетели, но Анна беременна, и ей после перелёта не очень хорошо сделалось. Она с нами не поехала, а осталась в доме наших с Игорем родителей… — В доме ваших с Игорем родителей? — Игорь — это мой брат. — Я так и понял. Меня больше дом твоих родителей интересует, на. Точнее, почему ты весь такой мамыпапина дорогая детка живёшь не с ними, м? Если я лезу не в своё дело, то просто скажи: отъебись, Вован, нахер. Хотя я точно лезу не в своё дело, прости. Лицо Рая закаменело, и от солнечного зайчика-улыбки не осталось и следа. Вовчик был готов прибить себя за своё излишнее любопытство, хотя какое же это любопытство, в самом деле? Скорее, это горячее желание узнать хоть что-то о прекрасном мальчике-загадке, каким-то расчудесным чудом попавшем со своей звёздной орбиты в их быдлообиталище. — Я поссорился с отцом. И отказался от всех его денег, — деревянным голосом проговорил Рай. — Остальное — без комментариев. Я, пожалуй, пойду, Вов… Рай попытался встать, но Вовчик бодрой ланью подскочил к нему и втиснул обратно в стул. — Ещё чего! А тортом мне в одно рыло давиться, что ли? Ща, чайковского организуем. Почайковничаем, на! Ты забери, Райчик, братов подарок, я ж по-соседски тебе помогал. А про бухло просто пошутил. Забери, это слишком дорогая для меня фиговина, я и пивасом обойдусь. Внутри Вовчика всё кипело и жгло непонятками. Хотя чего уж там. Контуры нынешнего положения кучерявого просматривались очень даже чётко, и это дофига удручало. Пацан рассорился с богатенькими родителями и теперь доказывает им, что он пацан, а не вонь подзалупная. Умница, чё. Но вот только на какие деньги он существует?***
Забирать коньяк Рай отказался наотрез. Да никто особо и не настаивал. Если по-чесноку, то отдавать его не хотелось. Как и пить. Это попахивало романтическим дерьмецом, но подарок от кучерявого грел душу, радовал сердце, и вовсе не потому, что это дорогое бухлище, которое Вовчик себе бы вжизнь не купил. — Слышь, кучеряшка, я твоего коня пить не буду. Пацанам его издали буду показывать, пусть, сука, завидуют! Пить такое — это ж всё равно что пачку бабосов вживую сжевать, — Вовчик любовно погладил почти квадратную бутылку по золотым буковкам на этикетке и хитро подмигнул сидящему напротив него Раю: — Чё кислый такой? Мож, дунем? Тот встрепенулся и удивлённо хлопнул ресницами. — Ч-что? — Хочешь паровозик тебе сделаю? Чуток расслабишься, а то ты совсем снюнился, танцор диско. — Паровозик? — танцор диско явно продолжил тупить. — Из Ромашково. Мультик смотрел такой? — Ты что, предлагаешь накурить меня марихуаной? Слава яйцам, неземной сёк фишку, но вот зачем нужно было лить в уши примерному мальчику всю эту блевотную хрень? Кто б знал! Вовчика от близости кучерявого вело и плющило, вот, видимо, и пёрла дурь вперёд мозгов. — И Мари и Хуаной, эгесь! Но совсем чутка накурить — у меня всего-то полкосяка с днюхи осталось. Чё смотришь? Я не нарколыга никакой, это мы с одной тёлой перед трахом немного побаловались — вот до сих пор остатки и валяются. На всякий пожарный. Рай окончательно изменился в лице и решительно поднялся со стула. — Нет, спасибо, Вова. Знаешь, мне и правда пора идти. «Кто б тебя отпустил!» «Бля, да он сейчас действительно уйдёт!» Обе мысли синхронно вспыхнули в голове, а в животе всё тоскливо сжалось (гадские бабочки, походу, решили превратиться в бабочкового монстра). — Раюсик, ша! Никаких блядских паровозиков. Будем, как примерные скауты, жрать торт с твоим коньячеллой. И ты мой гость — смирись с этим! — Как примерные скауты? Глаза неземного потеплели сразу же на десяток градусов, а в их травянистой зелени зажглись те самые смешинки, от которых суровое сердце чёткого пацана всегда подпрыгивало к горлу. — А то! По пять капель — будь готов! По пять капель — всегда готов! Рай улыбнулся, с непередаваемой грацией опустился обратно на стул, а Вовчик привычно ослеп. Ну как можно быть таким красивым, а? Это ж кукла Барби в мужском варианте, только лучше во сто раз! — Ты же коньяк своим пацанам собирался показывать, Вов. Или я неправильно понял? — Так издали и в коробочке, принц Персии, ты чё? Хотя… Нефиг им его показывать, ты прав. Это будет наше с тобой тайное бухлишко, ок? Только ты, я и он, а всё остальные строем идут на хер! — Заманчиво… — А то, на…***
— Смотри, Раёк, анекдот в тему, но только он тупой. — Обожаю тупые анекдоты! — Ну не жалуйся тогда. Вот слушай: — Текила: Лизнул — Выпил — Куснул; — Мартини: Заказал — Выпила — Согласилась; — Дешёвый Коньяк: Открыл — Закрыл — Выбросил; — Дорогой французский коньяк: Купил — Поставил — Смотрю; — Водка: Выпил — Захотел — Соблазнил — Опозорился — Уснул; — Пиво: Выпил — Сходил — Выпил — Сходил — Выпил — Выпил — Уснул — Проснулся — Сходил. — Ахаха… Это очень в тему! Но мы на наш коньяк ведь не только смотрим? — А чё на него смотреть? Тайное бухлишко оказалось очень к месту. Нет, парни выпили его совсем немного, но и этого хватило, чтобы напряжение ушло и общение пошло как по маслу. Разрумянившийся и ожидаемо прекрасный в подпитии Рай, смеялся каждой шутке Вовчика, болтал и шутил сам, словно они и правда децл пыхнули и оказались в канабисной стране чудес, только без Алисы. Кстати, об Алисах. То есть, об Аделинах. — Ты давно со своей девушкой встречаешься? — Со своей девушкой? — Ну с балеринкой этой твоей. — Хм, а кто сказал, что я с ней встречаюсь? — В смысле? Ты сам! Сегодня! — Я?! Лина с Пашкой Соколовым встречается, вообще-то. Не мог я ерунду такую сказать! — А ты? — Что — я? — С кем ты встречаешься? Я видел, как по тебе девки текут, на тебя очередь из них, ты должен с кем-то встречаться! — А если я за разнообразие до безобразия и за разнообразные безобразия? — Чего-о?! — Да нет у меня никого, Вов! Я свободен, как в поле ветер. И что это за допрос?
