Глава 2
22 ноября 2020 г., 22:08
Не Минцзюэ добрался до Цинхэ и увидел, что мать ждала его, на её лице был гнев, а в руке письмо, и он замер, увидев это. Была середина ночи — пусть он и не думал всю дорогу об этом, наследник Не ожидал, что все всё ещё будут спать, однако он стиснул зубы и махнул своим ученикам.
Они не спрашивали о том, почему их вышвырнули из Облачных Глубин — ярость на лице Не Минцзюэ не позволяла задавать вопросы, и полет домой прошёл в растерянной тишине. Ученики ушли тихо, обеспокоенно переводя взгляд с матери на сына, а наследник Не уставился в пространство за плечом женщины, когда они, наконец, остались одни.
— Твой отец ждёт тебя, — голос матушки был грубый от гнева, она развернулась на каблуках и повела его в здание. Не Минцзюэ последовал за ней, и внутри него снова пробудилась ярость.
«Я не могу даже оплакать расставание с Сичэнем до того, как меня отругают за посрамление чести Ордена?» — подумал он и посмотрел отцу в глаза, когда добрался до комнаты, где его ждали. Матушка захлопнула за собой дверь, и Не Минцзюэ сохранил свою уверенность, когда оказался заперт со своими родителями в зале для приёмов.
— Скажи мне, Минцзюэ. Что такого ужасного ты сделал в Облачных Глубинах, из-за чего Лань Цижэнь выгнал тебя посреди ночи? — голос отца был спокойным, но это не обмануло наследника Не. Он слышал, как отец точно таким же голосом говорил посреди битвы, так что расправил плечи, пока Лидер Ордена продолжал говорить. — Почему мы получили сообщение, в котором недвусмысленно говорилось, что, пока он жив, Лань Цижэнь никогда не позволит тебе снова ступить и шагу на территорию Гусу?
Не Минцзюэ перевёл взгляд с матери на отца, затем поклонился в запоздалом приветствии и снова выпрямился.
— Этот ублюдок не стал вам рассказывать? — спросил он, и ярость заставила Басю дрожать на спине. Воспоминание о том, как Сичэнь изо всех сил пытался говорить через заклинание молчания, окрасило мир в красный, и наследник Не фыркнул и наплевал на вежливость. Родители не стали поправлять его высказывание о действующем лидере Ордена Гусу Лань — их больше интересовало объяснение, а не вежливость.
— Он поймал меня, когда я трахал его племянника, и потерял рассудок.
После этих слов мать резко вздохнула, а отец вскочил со стула и схватил рукой Не Минцзюэ за шею.
— Как ты посмел? — зашипел мужчина, и наследник Не поднял брови.
— Как я посмел? — спросил он и перевёл взгляд на мать. — У вас никогда не было проблем с отношениями между мужчинами — или это потому, что я ваш сын?
Отец тряхнул его, держа за горло, и Не Минцзюэ затопило желание мстить.
— Лань Цижэнь мог выгнать тебя за то, что ты спал с парнем — но запретить тебе посещать Гусу? — Лидер Ордена снова тряхнул сына. — Ты взял его силой?
Не Минцзюэ отскочил прочь от отца и уронил Басю на пол, чтобы сабля не оказалась у него в руках. Ярость затрудняла дыхание, но шок вырвал из его горла смешок.
— Я не заставлял его! — не веря в происходящее, сказал он, переводя взгляд с одного родителя на другого. Ни один из них не отреагировал на его слова, и наследник Не покачал головой. — Мы спешили, я забыл талисман тишины. Лань Цижэнь услышал кое-что не то, а потом ворвался и пригрозил убить меня.
— «Кое-что не то»? — резко спросила мать, и Не Минцзюэ замолчал, затем пожал плечами и покачал головой, поскольку не желал объяснять родителям, что наследнику Ордена Гусу Лань нравится пожёстче.
Отец поднёс руку к виску, и ярость на лице матери медленно сменилась разочарованием.
— Ты попытался объяснить? — спросил он, и новая волна гнева вызвала прилив адреналина внутри Не Минцзюэ.
— Лань Цижэнь предпочёл заставить замолчать своего племянника, а не слушать объяснения — он хотел знать, что я сделал с Сичэнем, из-за чего тот стал «защищать мои действия», — Не Минцзюэ делал короткие прерывистые вдохи, изо всех сил пытаясь сдержать ярость. — После этого он сказал, что у меня есть час, чтобы уйти, прежде чем он начнет убивать учеников Не, — он перевёл взгляд с отца на мать и очень хотел, чтобы они поняли. — Так что нет. Я не пытался ничего объяснить.
Воспоминания о слёзах Сичэня обожгли его, и сердце наследника Не неприятно забилось в груди. Всё лицо Сичэня отражало его замешательство — Не Минцзюэ должен был остаться — он должен всё ещё быть с Сичэнем — но он вырвал свой разум из оков воспоминаний. Он был готов драться с Лань Цижэнем, пока тот не вовлёк в это дело учеников…
Не Минцзюэ сфокусировал взгляд на отце. Всё сделано. Он не мог изменить это сейчас, поэтому не было причин мучаться из-за этого.
— Иди спать, — сказал мужчина и потёр пальцами глаза. — Мы закончим этот разговор утром.
Не Минцзюэ схватил Басю и повернулся, чтобы уйти, но замешкался.
— Отец, матушка, вы верите мне? — голос звучал ровно, но сабля дрожала в его руке. Родители некоторое время рассматривали его, а потом переглянулись. Тишина сохранилась, и наследник Не покачал головой. — Неважно.
***
Лань Сичэнь как-то отдалённо впечатлился тому, что его руки не дрожали. Чай плавно лился в чашку, и он наблюдал за этим равнодушным взглядом. Звон чайника, вставшего обратно на стол, зазвучал как гром в тишине комнаты, и заклинатель почти вздрогнул, но превратил это в короткий глоток воздуха. Стекая, чай опалил ему горло, и Лань Сичэнь радостно встретил жжение, наслаждаясь двигающимся внутри ощущением тепла, и налил ещё одну чашку. Прошли дни с тех пор, когда он в последний раз видел кого-либо: еду, постучав, оставляли у двери, а к тому времени, когда наследник Лань подходил туда, ученик уже уходил. Ел он машинально, а вкус еды, знакомой с детства, стал сухим во рту, словно песок. Нефрит выпил вторую чашку чая также быстро, как и первую. Он поставил её и снова потянулся за чайником, но стоило заметить спрятанный в углу ящик, в груди набухло чувство утраты, и Лань Сичэнь стал дышать медленно, преодолевая эмоции и закрыв глаза. Лань Цижэнь запер племянника в его собственном доме до своего возвращения, и Наследник Лань спрятал в этом ящике каждую частичку Минцзюэ, который смог найти. Одежда, наручи, пояс — Минцзюэ оставил почти всё, когда дядя стал угрожать его ученикам, и Лань Сичэнь знал, что лучше не оставлять эти вещи в месте, где их мог увидеть Лань Цижэнь. Дверь с грохотом открылась, и Лань Сичэнь почувствовал, что его горе превратилось в ярость, когда дядя снова вторгся в его личное пространство. Однако рука просто возобновила движение, и Нефрит налил себе третью чашку чая. Дядя ждал, пока с ним поздороваются, но вместо этого наследник Лань просто позволил ему стоять там и пил чай в размеренном темпе. — Встань и поздоровайся со своим Старейшиной, — потребовал Лань Цижэнь, и его голос дрожал от гнева. Лань Сичэнь моргнул, смотря на свою чашку, а потом поднял взгляд на дядю. Он рассматривал мужчину, ничего не чувствуя к нему, и снова посмотрел на чай. «Говорят, что можно прочесть будущее по чайным листьям, — лениво размышлял Нефрит, создавая водоворот в чашке. — Я, наверное, успею выпить целый чайник до ухода Лань Цижэня». Старший заклинатель захлопнул дверь и вошёл в комнату, а Лань Сичэнь поднял глаза и поймал его взгляд. — В этот раз я прощу тебя, Сичэнь, — сказал Лань Цижэнь и встал прямо перед племянником. — Но не проявляй ко мне неуважение снова. «Неуважение к тебе? — наследник Лань внутренне закипел. — Той ночью ты пришёл в мой дом и проявил неуважение ко мне, как ты смеешь…» — он прервал себя и смягчил выражение лица. — Ты хочешь, чтобы я разрешил тебе снова покинуть этот дом, Сичэнь? — спросил дядя, уставившись на сидящего заклинателя. — Объясни мне, что произошло той ночью. Лань Сичэнь допил чай и налил себе четвёртую кружку. — Объясни, как Не Минцзюэ оказался здесь. «Это хороший чай, — подумал наследник Лань. — Нужно будет спросить у Ванцзи его название». Чем больше он игнорировал Лань Цижэня, тем сильнее тот краснел, и Лань Сичэнь вдохнул пар, исходящий от чашки. — Ответь мне, — потребовал Учитель Лань, — почему ты позволил ему прикасаться к себе? — чашка выпала из рук Лань Сичэня, когда он поднял её к губам, и он медленно поднял глаза, чтобы посмотреть на дядю. — Ответь мне, Сичэнь, или… — Или что? — с горечью перебил его наследник Лань. — Ты снова заставишь меня замолчать, дядя? — Лань Цижэнь замер. — Ты бы получил своё объяснение неделю назад, если бы у меня была способность говорить, — Лань Сичэнь потянулся вниз и поднял чашку, а потом стряхнул пролитый чай с пальцев. Он снова наполнил свою чашку через её край и снова посмотрел на дядю, продолжая пить. — Как ты смеешь так разговаривать со мной? — прогремел Лань Цижэнь и дёрнулся, когда услышал резкий смех племянника. — Ты пришёл в мой дом, чтобы «защитить» меня, — слова Нефрита били, как кнут, — и я бы принял это и попросил прощение за неуместность своих действий. Но вместо этого ты решил увидеть только то, что хотел — и облегчил себе жизнь, закрыв мне рот и хорошо выбрав угрозу, — он нахмурился, и его голос сочился ядом. — Так что я буду говорить с тобой так, как захочу. Рука, коснувшаяся его лица, несла в себе мощь духовной силы, и Лань Сичэнь заморгал, когда в глазах зажглись звёзды, а внутри щеки начала растекаться кровь. — Глупый ребенок, — зашипел Лань Цижэнь, а эхо его удара всё ещё раздавалось в комнате. Он отошёл от племянника и остановился у двери. — Собери всё необходимое. Я скажу Старейшинам, что ты уйдёшь в уединение… чтобы развить своё ядро. Наследник Лань поднял руку к опухшей щеке, и дядя остановился до того, как открыть дверь. — Я пытаюсь помочь тебе, Сичэнь. Лань Сичэнь выплюнул кровь к ногам Лань Цижэня и вытер губы рукавом. — Ты решаешь все свои проблемы через уединение? — злобно спросил он. — Скажи, это, в первую очередь, идея отца? Лицо Лань Цижэнь исказилось от гнева, а смех Лань Сичэня зазвучал разбито и горько.***
Не Минцзюэ с лёгкостью поднял Басю и жестом велел Хуайсану шевелиться. — Давай, А-Сан, — уговаривал наследник Не, — нам осталось сделать всего несколько упражнений, — младший брат надулся и поднял перед собой тренировочную саблю, и Не Минцзюэ протянул руку и взъерошил ему волосы. — Я знаю, что ты предпочел быть где угодно, только бы не здесь, — он убрал руку и взял Басю обеими руками. — Знаешь что, А-Сан. Закончи со мной тренировку, и я отведу тебя в город и куплю новую книгу. Глаза Хуайсана загорелись, и Не Минцзюэ улыбнулся в ответ. После прошедших недель улыбаться было так странно… но это стоило того, чтобы увидеть, как младший брат решительно поднял саблю. До того, как наследник Не снова оказался в одиночестве, прошло несколько часов, но он так и не смог привести свои мысли в порядок. Хуайсан выбрал книгу сказок о ночной охоте и потребовал, чтобы старший брат прочитал с ним одну из них, прежде чем уйти. И Не Минцзюэ мягко улыбнулся, когда Хуайсан стал читать ему вслух. Он поставил Басю на стойку, сел за свой стол и подтащил к себе лист бумаги.***
Сичэнь, Я ещё раз прошу у тебя прощения. Я не должен был оставлять тебя той ночью — я должен был заставить твоего дядю прислушаться к голосу разума. Я виноват в том, что не было талисмана тишины, и я приму ответственность за свои поступки. Скучаю по тебе. Минцзюэ.***
Сичэнь, Я знаю, что не заслуживаю твоего прощения. Я знаю, что только я виноват в случившемся — если ты решишь не отвечать, я пойму. Я надеюсь, что останусь твоим другом. Скучаю по тебе. Минцзюэ.***
Сичэнь, Сегодня Хуайсан получил меч — это не духовное оружие, к нему он ещё не готов. Но я надеюсь, что скоро он будет достаточно силён, чтобы владеть саблей. Как Ванцзи? Скажи ему, что стоит приехать в гости: возможно, они с А-Саном станут друзьями. Скучаю по тебе. Минцзюэ.***
Сичэнь, Если ты попросишь меня прекратить писать эти письма, я так сделаю. Я знаю, что изгнан из Гусу на всю жизнь — я изгнан из твоей жизни тоже? Я не могу смотреть на других с тех пор, как встретил тебя, и я не могу принять их прикосновения, потому что они не твои. Скучаю по тебе. Минцзюэ***
Сичэнь, Сегодня у меня появился помощник: у него слабое золотое ядро, но он способный и умный и нравится А-Сану. Его зовут Мэн Яо. Я думаю, что вы стали бы с ним хорошими друзьями. Скучаю по тебе. Минцзюэ.***
Я скучаю по весу твоей руки в своих волосах. Я хочу чувствовать, что ты рядом с мной — я жажду твоего вкуса, который слаще, чем любой ликёр и в два раза крепче. Я хочу твой смех, мне нужно, чтобы ты был надо мной, держал меня на месте, и чтобы звёзды стыдились из-за сияния твоих глаз. Пожалуйста, Сичэнь, я…***
Сичэнь, Пожалуйста, проигнорируй моё последнее письмо — я был пьян, и я не помню, что написал, но знаю, что не должен был писать тебе в таком состоянии. Я извиняюсь за всё, что могло обидеть тебя. Ты мой лучший и величайший друг. Надеюсь, у тебя всё хорошо. Скучаю по тебе. Минцзюэ.***
Не Минцзюэ закончил последнее письмо и ругался на себя, запечатывая его духовной силой, чтобы только Сичэнь мог прочесть его, и проследил глазами за взлетевшей в небо птицей. Это нарушит его привычку писать по одному разу в неделю — но как бы он ни старался, наследник Не не мог вспомнить, что он написал Сичэню в ту ночь, когда напился. Той ночью его сны были такими же яркими, как и воспоминания: бледная кожа, растянувшаяся под ним на мили, вздохи, нежные как ветер, касающийся ушей — Не Минцзюэ проснулся, у него встало, он был смущён и готов поклясться, что всё произошло на самом деле. Но он, чувствуя похмелье, лежал один в своей собственной кровати, и не помнил, что написал письмо, пока не увидел чернильницу и размазанные по столу чернила. Отец остановился рядом с ним, и Не Минцзюэ посмотрел на него с немым вопросом. — Прошло уже сколько, четыре месяца? И ты всё ещё не получил ответ, — Не Минцзюэ замер, услышав слова Лидера Ордена. — Я начинаю думать, что он не хочет разговаривать с тобой. — Я не остановлюсь, пока он меня не попросит, — ответил парень и отвернулся в сторону. Ему по-прежнему больно из-за того, что родители не поверили в его версию истории — несмотря на огромное количество деталей, которыми он пытался доказать свою правоту. — Минцзюэ, — он повернулся, услышав своё имя, и посмотрел на отца. — Не забудь, на закате мы уходим на ночную охоту. Не Минцзюэ резко кивнул и пошёл прочь. Он хотел попрощаться с Хуайсаном до того, как они уйдут.***
Лань Сичэнь почувствовал, что его глаз начал дёргаться, когда он снова стал читать тот же абзац, и отсел от книги. В течение первой недели, чтобы отвлечься, ему было достаточно капающей с потолка воды, но он быстро научился не обращать на это внимания. Либо привыкнуть, либо сойти с ума, а ему не хотелось продолжать семейную традицию и становиться полным разочарованием. Здесь находилась стопка книг и свитков, которые он мог изучать, пока находился здесь, и Лань Сичэнь смотрел на неё полными смирения глазами. Лань Цижэнь засунул его в пещеру Ханьтань с огромной горой информации о том, как стать хорошим Лидером Ордена — и Лань Сичэнь прочитал и перечитал всё к концу первого месяца. И сейчас, спустя шесть месяцев, он готов рвать на себе волосы. Он скучал по брату, кровати, теплу и скучал по своей сяо. В пещере же был установлен гуцинь, но наследник Лань стойко игнорировал его. Гуцинь обладал аурой семейной реликвии, а прикосновение к такому сокровищу, когда его сердце полно ненависти, возможно, не самая лучшая идея. Ему выдали спальник, и Лань Сичэнь устроил его в дальнем углу пещеры, как можно дальше от входа. Уже достаточно людей вторглось в его личное пространство. Первый Нефрит лениво коснулся Шоюэ пальцами, когда снова посмотрел на книги, и задумался, как много проблем он на себя навлечёт, если уничтожит их. «Лань Цижэнь, вероятно, добавит ещё шесть месяцев к моему наказанию», — подумал он и нахмурился. Он не смог держать язык за зубами, когда этот человек в первый раз пришёл проведать его, и их конфронтация закончилась тем, что Лань Сичэнь продлил своё уединение до целого года. Он пытался поддерживать свою форму по мере возможности, но это ничто по сравнению с полноценным поединком или ночной охотой, или даже простой ходьбой или прогулкой на несколько километров в любом направлении. Он чувствовал, что находился в ловушке — в клетке, как птица с подрезанными крыльями — Лань Сичэнь поднял руку, сорвал свою лобную ленту и швырнул через пещеру. Она погрузилась в воду с небольшим всплеском, Первый Нефрит распустил свою аккуратную прическу и сорвал металл со своей головы. «Зачем я вообще каждый день стараюсь укладывать свои волосы? — подумал он и горько фыркнул. — Меня всё равно никто не видит, — наследник Лань разбросал всё в разных направлениях, и ему понравилось смотреть, как вещи уходили под воду. После короткого взрыва тишина быстро вернулась, и Лань Сичэнь ненавидел это, он хотел свою сяо, хотел своего брата, хотел Минцзюэ — хотел Минцзюэ — и внезапно всего стало слишком много. На его глаза набежали слезы и потекли по щекам, Первый Нефрит рухнул в воду и прижал колени к груди, пока его тело сотрясалось из-за рыданий. «Как это произошло? — задумался он. — Почему мой дядя ненавидит меня так сильно, что забрал у меня Минцзюэ, а потом запер меня здесь? — распущенные волосы обрамляли лицо, и Лань Сичэнь был благодарен за это. — Разве я не был хорошим племянником? Разве я не всегда делал то, что мне велели?» Он не знал, как долго сидел там, по его лицу скатывались слезы, а потом искра синего света начала расти. Наследник Лань поднял голову, чтобы понаблюдать за ней, но после взрыва эмоций его любопытство было слабым. Свет превратился в женщину, она наклонилась к воде и руками осторожно подняла его лобную ленту. Мгновение она держала её, после этого повернулась и подошла к Лань Сичэню, пристально смотря в его глаза. — Ты не должен бросать её, — сказала она, и Первый Нефрит моргнул, когда её голос странным эхом отразился в пещере. — В ней сильная магия, держи её при себе. Лань Сичэнь перевёл взгляд с золотых глаз, которые выглядели точно также, как и его, на ленту, которую протягивала женщина, и отвернулся. — Она не моя, — безэмоционально сказал он и упёрся лбом в колени. — Я отдал её. Женщина пошла, пока не встала перед ним, и опустилась на колени в воде. — Ты отдал её? — спросила она, и Лань Сичэнь услышал в её голосе просьбу разъяснить, и он просто больше не мог беспокоиться. — Я обвязал её пять раз вокруг запястья и завязал узел, — сказал Первый Нефрит, затем поднял голову и позволил их глазам снова встретиться. — А потом мой дядя выгнал его и запер меня здесь. Он стал рассматривать женщину, стоявшую перед ним — они могли быть близнецами, настолько похоже они выглядели. Золотые глаза, такой же нос — Лань Сичэню стало интересно, кто из его предков пришёл в ответ на его взрыв, потому что в этом месте могло случиться только это. Он раздражённо стёр со своего лица слезу, и женщина улыбнулась. — Кто из моих внуков ты? — нежно спросила она, усаживаясь в удобное положение. — Лань Хуань — Лань Сичэнь, — ответил Нефрит. — Кто ты из моих бабушек? Её улыбка расширилась из-за отсутствия формальности в его речи. — Лань И. Наследник Лань на мгновение задумался, достаточно ли он апатичный, чтобы предел её терпения расширился, но потом передумал. Она его первый собеседник, который не являлся Лань Цижэнем — Лань Сичэнь постарается не портить ей настроение. Он скрестил ноги и поклонился с того места, где сидел. — Приятно познакомиться, госпожа И. — Ты похоже не так уж и удивлён моим присутствием, внук, — глаза Лань И стали резкими, и наследник Лань пожал плечами. — Иногда отец рассказывает мне вещи, которые стоит запомнить, — ответил он горько, и знакомые золотые глаза сузились после его слов. — Я думаю, мы с тобой должны поговорить, — медленно сказала женщина и после этого протянула ему ленту, обернувшуюся вокруг её пальцев. — Но сначала возьми её назад. Лань Сичэнь отказался и уставился на кусок шёлка. В его разуме всплыло яркое воспоминание о ленте, обернувшей запястье Минцзюэ, и прикусил губу, чтобы слёзы снова не начали течь. — Лань Хуань, — мягко позвала его по имени госпожа И, и наследник Лань покачал головой и заставил себя встретиться с ней взглядом. — Я знаю, что ты отдал её кому-то, кого здесь больше нет, но тебе стоит хранить ленту, пока не вернёшь её ему, — она взяла руку Лань Сичэня, положила в неё ленту и сжала его пальцы на шёлке. — Время придёт, — сказала женщина, сделав свои слова обещанием. Первый Нефрит рефлекторно схватился за ленту и закрыл глаза, и тёплая рука духа, находившегося перед ним, легла на его колено, успокаивая. Госпожа И подождала, когда он вернёт контроль над собой, и только после этого убрала руку, а Лань Сичэнь заново завязал ленту вокруг своего лба. — А сейчас, — сказала Лань И, и её взгляд снова стал резким. — Расскажи мне, что именно произошло. И начни с начала.***
Не Минцзюэ внутренне вздохнул, когда к нему подошёл ещё один житель деревни, чтобы разрешить спор, но сохранил бесстрастное лицо, слушая его слова. Это дело было легко решить, и наследник Не встал на Басю прежде, чем кто-либо ещё мог успеть задержать его возвращение домой. Холод воздуха чудесно ощущался на коже, и он замедлился, наслаждаясь покоем одиночества. Он не против помогать деревенским жителям — это хорошая практика перед становлением Лидером Ордена, и отец сказал, что ценит его помощь. Не Минцзюэ глазами следил за лесом, простиравшимся под ним, и вдохнул свежий воздух. В первый раз он не собирался вмешиваться и принимать решение, но он услышал крик о помощи, вспомнил глаза Сичэня, полные боли от предательства, и пошёл в том направлении, не задумываясь. Он честный и справедливый, и как наследник Ордена он находился в идеальном положении для этого. За последние несколько месяцев распространились слухи — и теперь, когда бы Не Минцзюэ ни отправился на ночную охоту, его искали как деревенские жители, так и заклинатели, чтобы он разрешил их разногласия. Наследник Не приземлился за границей Цинхэ, вернул Басю на спину и направился до дома через рынок. Продавцы, мимо которых он проходил, улыбались ему, и Не Минцзюэ остановился у стола, заставленного веерами. «Мэн Яо подарил А-Сану веер, и ему это понравилось…» — Не Минцзюэ провёл пальцами по разным веерам, и рука замерла, когда один из рисунков привлёк его внимание. Он был белым, покрытым тонкими мазками кисти, которые вырисовывались в причудливую гору, возвышающуюся над облаками. Продавец улыбнулся, узнав стоящего перед столом наследника Ордена, и предложил Не Минцзюэ веер. — Молодой господин! Пожалуйста, посмотрите поближе, и Вы увидите, что он подходит Вам! — широкая улыбка мужчины вырвала заклинателя Не из его мыслей, и он мягко принял веер. — Это подарок, — сказал Не Минцзюэ и засунул веер в рукав, когда потянулся за кошельком. Глаза торговца округлились, когда наследник Не переплатил за веер, и, когда мужчина благодарно поклонился, Не Минцзюэ ушёл и задумался, закончил ли уже Хуайсан тренировку. Он из тени наблюдал, как Хуайсан медленно делал свои техники, и покачал головой, заметив взгляд, которым его одарил Не Жун: если бы брат увидел его, то это стало бы окончанием занятия. Наследник Не прислонился к столбу и стал ждать. Ожидание стало недолгим — А-Сану не хватало терпения для долгих уроков, А Не Жун достаточно мудрый и знал, когда стоит закончить, чтобы разочарование не превратилось в гнев. Не Минцзюэ резко засвистел, когда брата отпустили, и вышел из тени, когда младший заклинатель повернулся. — Ты наблюдал за мной? — надувшись, спросил Хуайсан, и наследник Не пожал плечами. — Да. Я хотел убедиться, что ты стараешься, прежде чем отдать тебе подарок. Глаза брата расширились, и он бросился на Не Минцзюэ. — Что ты мне принёс, старший брат? — требовательно спросил Хуайсан и начал обыскивать его. Не Минцзюэ улыбнулся и оттолкнул А-Сана. — Какой ты алчный, — наследник Не улыбнулся, пытаясь не язвить, затем залез в свой рукав и осторожно вытащил веер. — Я знаю, что Мэн Яо уже подарил тебе веер, но я подумал, что этот тебе тоже понравится. Хуайсан осторожно взял его и повертел в руках, затем открыл его, чтобы увидеть картинку. Его глаза жадно скользнули по изображению, он поднял голову и обнял Не Минцзюэ. — Спасибо, брат, он мне нравится. Не Минцзюэ улыбался в макушку брата и поднял голову, когда услышал звук приближающихся шагов. Слуга остановился на небольшом расстоянии от них и поклонился. — Лидер Ордена Цинхэ Не требует присутствия молодого господина Не. Не Минцзюэ почувствовал, что с его губ слетела улыбка, но кивнул и сжал плечо Хуайсана. — Увидимся позже, А-Сан. Отец сидел за своим столом, и наследник Не почтительно поклонился. — Отец, — поздоровался он и сложил за спиной руки, — что я могу для тебя сделать? Ему протянули письмо, и он приподнял бровь, когда приступил к его прочтению. Его челюсти сжались, когда его тело напряглось, и Не Минцзюэ встретился взглядом с отцом. — Когда оно пришло? — спросил наследник Не, и отец снова устроился на своём месте. — Меньше часа назад, — тяжесть взгляда мужчины заставила Не Минцзюэ нахмуриться. — Сейчас я в уникальном положении, — продолжил отец,— если Цинхэн-цзюнь поддастся своей болезни, должен ли я приехать в Гусу на церемонию инаугурации без своего собственного наследника? Не Минцзюэ выдержал взгляд отца. — Если мне нельзя, то я не поеду, — он пожал плечами. — Возьми Хуайсана, ему это понравится. Отец нахмурился и ударил рукой по столу. — Проклятье, Минцзюэ! Ты думаешь, это так просто? — Наследник Не наблюдал, как мужчина подпёр голову рукой. — Скажи мне, что произойдет, когда я умру, а тебе всё ещё будет запрещено находиться в Гусу? Не Минцзюэ покачал головой. — Когда в последний раз собрание Орденов проходило в Гусу? Или пир? Это не имеет значения. — Ты решил усложнить мне жизнь, — отец фыркнул и махнул ему рукой. — Прочь с глаз моих. Наследник Не поклонился, ушёл и не позволял себе остановиться, пока не оказался в своих комнатах. Цинхэн-цзюнь, должно быть, тяжело болен, если старейшины Ордена Гусу Лань отправили такое письмо: предупреждение другим Орденам о неизбежной смене руководства. «Что произойдёт, когда Сичэнь станет Лидером Ордена?» — задумался Не Минцзюэ и разместил Басю на стойке. Он подошёл к окну, постучал пальцами по подоконнику и слепо уставился на облака.***
Лань Сичэнь внимательно слушал, что ему говорила Госпожа И, и запоминал все её слова. Он сидел в позе лотоса в ледяной воде, и его осанка была такой же идеальной, как и у предка. Лань И решила взять на себя ответственность за тренировки Лань Сичэня, как Лидера Ордена — согласно её словам, книг было недостаточно, и поскольку отец решил самоустраниться, то она возьмёт эту роль на себя. Наследник Лань рассказал ей обо всём: об отсутствии своего отца, обо всём, что происходило с Минцзюэ, о реакции своего дяди — и Лань И на полсекунды застыла в ярости, пока безмятежность не затопила черты её лица. — Ладно, — сказала она, и на её лице не было ни следа эмоций. — Лань Хуань, вот что я думаю. Стань тем, кем Лань Цижэнь хочет тебя видеть, — она не позволила Лань Сичэню перебить себя, подняв руку. — Выслушай меня — ты хочешь, чтобы тебя в ближайшее время выпустили из этой пещеры? Я знаю, ты хочешь. Так что будь идеальным учеником, дай своему дяде увидеть то, что он хочет увидеть, пусть думает, что одиночество измотало тебя. Лань Сичэнь вспомнил потрясение, которое охватило его после её слов — все ли его предки такие хитрые? Но он покачал головой и сосредоточился. — Я научу тебя тому, что тебе нужно знать… — затем она подмигнула, и наследник Лань слабо улыбнулся. — Ты кажешься хорошим учеником, тебя будет легко учить. Он согласился — конечно, согласился — и месяцы полетели. Лань Сичэнь бесконечно благодарен за её компанию и ещё больше благодарен за то, что Лань И никогда не заставляла его играть на гуцине, установленным в пещере. Его пальцы всё ещё зудели, тоскуя по сяо, но он смирился, что потерял её до конца года. — На твоём лице видна печаль, и это означает, что ты не слушаешь меня и позволяешь эмоциям выйти из-под своего контроля, — голос госпожи И прервал мысли Лань Сичэня, и он непоколебимо встретился с ней взглядом. Она подошла и опустилась перед ним на колени. — Скажи мне, внук, почему ты грустишь? Первый Нефрит перевёл взгляд на гуцинь, а потом снова посмотрел на Лань И. — Я скучаю по своей сяо, — удивление заставило его учительницу наклонить голову набок, пока она рассматривала его. — Мне было интересно, почему ты не просил разрешения поиграть на моём гуцине, — призналась госпожа И, и Лань Сичэнь почувствовал, что его собственное удивление проявилось на лице. — Да, он мой. Знаешь, пока что ты единственный представитель моей семейной линии, кто не пробовал играть на нём. Он покачал головой, и Госпожа И кивнула. — Готова поспорить, Старейшины не были рады твоему выбору инструмента, — догадалась она, и Лань Сичэнь снова покачал головой. — Меня наказывают, когда ловят за игрой, — сказал он. — Поскольку я стану Лидером Ордена, они считают, что моего внимания заслуживает только гуцинь. Лань И цокнула и села на пятки. — Что случилось с моим Орденом? — задумалась она. — Правила установлены, чтобы заставить вас думать, а не связывать настолько туго, что за любое отклонение следует наказание. Наследник Лань позволил лёгкой улыбке соскользнуть на губы и потянулся, чтобы прижать ладонь к руке Госпожи И. — Тогда хорошо, что ты обучаешь меня, бабушка, — он убрал руку, вернулся в позу лотоса и снова погрузился в спокойствие, которому Лань И пыталась научить его. Она встала, отошла и снова заговорила. Время текло медленно, и Лань Сичэнь поднял голову, когда женщина резко замолчала, прислушиваясь к чему-то, чего он не мог слышать. — Кто-то идёт, — сказала она и исчезла, Первый Нефрит моргнул, повернувшись ко входу в пещеру. Госпожа И к этому времени уже знала шаги Лань Цижэня — она бы сказала ему, если бы это был дядя. — Сичэнь, — позвал голос, Лань Сичэнь вскочил на ноги и побежал через пещеру, пока не дошёл до магического барьера, который не позволял ему сбежать. — Ванцзи! — он прижался к скале. — Ванцзи, что ты здесь делаешь? Воцарилась тишина, и наследник Лань прислонил голову к камню. Он пытался не думать о том, на какой долгий срок покинул своего брата… Сколько времени прошло? Девять месяцев. «Боги, — с горечью подумал Лань Сичэнь, — я ничем не лучше отца». — Это твой день рождения. Значит, десять месяцев. Первый Нефрит оторвал голову от стены и приложил к ней руку. Как он мог забыть о своём собственном дне рождения? — Спасибо, что пришёл, — прошептал он и закрыл глаза. — Как у тебя дела? — спросил Лань Сичэнь, молясь, чтобы брату хватило слов для этого разговора, поскольку они не могли видеть лиц друг друга. — Я в порядке, — сказал Ванцзи, и Лань Сичэнь услышал, как брат стал садиться поудобнее. — Я узнал всё, что мне могли дать учителя гуциня. Наследник Лань беспомощно засмеялся. — Я знал, что этот день придёт, — сказал он и прижался спиной к стене, скользя вниз по ней. — Мне очень жаль, что я пропустил так много. — Это не твоя вина, — сказал Ванцзи, твёрдо поставив точку, и в этот момент Лань Сичэнь как никогда раньше любил своего младшего брата. Когда Ванцзи стал проверять струны, звуки донеслись через стену. — Я сыграю для тебя. Мягкая музыка потекла через разделявший их камень, и Первый Нефрит прижался затылком к стене. Его брат потрясающий — даже несмотря на магию и камень, которые удерживали Лань Сичэня здесь взаперти, мастерство игры Ванцзи на гуцине очевидно. Музыка поднималась и нарастала, и наследник Лань купался в ней — и когда всё закончилось, он стряхнул слёзы с глаз. — Кто позволил тебе прийти сюда? Он этих слов по его спине пробежал холодок — Лань Цижэнь, должно быть, пришёл, когда музыка скрывала звук его шагов, и Лань Сичэню стало плохо, когда он представил, что Ванцзи играл, находясь под пристальным взглядом их дяди. — Это его день рождения, — голос брата звучал спокойно, и Лань Цижэнь вздохнул. — Он находится в уединении, тебе запрещено находиться здесь. — Я увижу Сичэня в его день рождения, — в голосе Ванцзи зазвучала сталь, и наследник Лань встал, услышав эти слова. «Он спланировал это, — вдруг осознал Лань Сичэнь. — Он знал, что Лань Цижэнь придёт, чтобы узнать, кто для меня играл…» — Первый Нефрит встал, отряхнулся и убедился, что выглядел прилично. — Ты не можешь…. Ванцзи перебил Лань Цижэня, и Лань Сичэнь почувствовал, что его лицо стало шокированным. — Дядя, прошло десять месяцев, я не видел его. Пожалуйста, это не займёт много времени. Его слова встретила тишина — сердце наследника Лань забилось в груди, когда чары, находившиеся перед ним, замерцали и исчезли. Ванцзи немедленно прошёл через скалу, и Лань Сичэнь обнял его и притянул к себе. — Ванцзи, — выдохнул он и крепко обнял младшего брата. — Ты стал выше, — со смехом прокомментировал он и зажмурился, когда Ванцзи уткнулся в его объятие. — Я скучаю по тебе, — пробормотал Второй Нефрит в плечо, и Лань Сичэнь перестал сдерживать слёзы. — Прости меня, — сказал он надломленным голосом и освободил одну руку, чтобы вытереть мокрые щеки. — Ванцзи, достаточно. Голос Лань Цижэня, который никому не хотелось слышать, вклинился между ними, и Лань Сичэнь едва смог удержать контроль над своим лицом, когда брат отстранился. Наследник Лань протянул руку и распрямил ленту Ванцзи и поправил прядь волос, которая выбилась во время их объятия. Первый Нефрит удивлённо приподнял бровь, когда брат сунул ему что-то в руку, пристально смотря глазами. — Увидимся через два месяца, — сказал он, и Лань Сичэнь спрятал мешочек цянькунь в свой рукав; это был приказ: «Больше не ссорься с дядей», — и наследник Лань кивнул. Он наблюдал, как уходил Ванцзи, и вздохнул, когда чары вновь затвердели. Раздался звук удаляющихся двух пар шагов, и Первый Нефрит покачал головой: «Лань Цижэнь даже не удосужился поздравить меня с днём рождения?» Госпожа И, мерцая, появилась рядом с ним. — Твой брат очень хорошо играет на гуцине, — прокомментировал она, и наследник Лань молча кивнул в знак согласия. Лань И посмотрела на Лань Сичэня, а потом повела его обратно в глубину пещеры. — Идём, Лань Хуань. Покажи мне, что смог принести тебе брат. Он вытащил мешочек цянькунь из рукава и пошёл за своим предком к каменному столу. Он открыл мешочек, опустошил его и резко вздохнул, поскольку первой выпала его сяо. За ней последовал мешочек поменьше, свёрнутое и запечатанное письмо и около дюжины локв. Наследник Лань с любопытством открыл другой мешочек и засмеялся, увидев запакованные в нём конфеты — любимые конфеты Лань Сичэня — и любовь к Ванцзи вызывала быструю улыбку на его лице. Первый Нефрит отложил еду в сторону, заправил сяо за пояс и распечатал письмо. Он быстро прочитал слова брата и, нахмурившись, передал его Госпоже И. — Мой отец болен, — сказал Лань Сичэнь и наблюдал, как она читала. — Ванцзи знал, что никто не расскажет мне — и осталось ещё два месяца уединения, — он покачал головой, когда Лань И перевела на него взгляд. — Какую игру затеял Лань Цижэнь? Женщина устроилась на скамейке, стоящей за гуцинем. — Сыграй мне на своей сяо, внук, раз уж твой брат был так добр, что принёс её тебе, — Лань Сичэнь позволил улыбке расплыться на лице. — Остальное мы обсудим позже.***
Не Минцзюэ прошёл через ворота Облачных Глубин вместе со своим отцом и задумался, не солгало ли им письмо. Но никто не остановил его, все признавали его, как наследника другого Ордена и никак иначе. Церемонию инаугурации Сичэня, как Не Минцзюэ заметил, посетило много людей — никто не хотел упускать шанс увидеть, как проходили приёмы в Ордене Гусу Лань. Цинхэн-цзюня похоронили три месяца назад, и прошло чуть больше года с тех пор, как наследника Не изгнали из Гусу. Когда отец позвал его в кабинет, он ожидал что угодно, но не письмо, которое ему вручили. Это было приглашение на церемонию, именное приглашение для Не Минцзюэ. Он уставился на аккуратный почерк Сичэня, отдал письмо отцу и пошёл собирать вещи. «Пятьдесят три письма, — подумал наследник Не, осматривая толпу. — А единственным ответом стало дополнение к письму, адресованному отцу». Через год он перестал писать — отсутствие ответа от Сичэня сделало его позицию по этому вопросу ясной как день. Но это дополнение важное, поскольку теперь ему разрешено вернуться в Гусу. Не Минцзюэ остановился, когда его взгляд упал на Ванцзи. Младший заклинатель всё ещё был одет в белоснежную траурную одежду, и сердце наследника Не заболело из-за этого подростка. «Если Сичэнь прекратил общаться со мной… его брат тоже?» — но Ванцзи поднял глаза, очень вероятно, почувствовав на себе взгляд, и Не Минцзюэ увидел, что узнавание и радостное приветствие наполнили глаза младшего заклинателя, и наследник Не расслабился — его наполнило облегчение. Он кивнул, здороваясь, и пошёл за своим отцом к их местам. В Гусу показались все Великие Ордена: Не и Цзян сидели вместе, напротив них, через проход, Цзинь и Вэнь, — и Не Минцзюэ впился глазами в Вэнь Чао, когда второй молодой господин Ордена Цишань Вэнь встретился с ним взглядом. Отец вздохнул из-за его поведения, и наследник Не фыркнул и отвёл взгляд. Он не станет начинать здесь драку с этим самовлюблённым придурком, особенно когда его только что пригласили обратно. В зале наступила тишина, Лидеры Орденов и наследники заняли свои места, поприветствовали друг друга, и, когда все расселись, началась церемония. Не Минцзюэ повернулся, когда все это сделали, и замер. Сичэнь светился, и заклинатель Не тяжело сглотнул. Сичэнь никогда не покидал его мыслей, пока он был изгнан из Гусу, но, когда Не Минцзюэ видел этого человека вживую, собственная память подводила его. Он жадно скользил взглядом по фарфоровой коже, облаченной в небесно-голубые одежды, и тонул в облике этого заклинателя. «У него новая прическа», — ошеломлённо подумал Не Минцзюэ и вспомнил ту ночь, когда Сичэнь позволил ему распустить свои волосы. Начали всплывать и другие воспоминания, и, когда наследник Не, наконец, смог оторвать взгляд, церемония уже закончилась, и принесли еду. Он моргнул и встряхнул головой. «Он так и не ответил на твои письма — он не твой, больше нет, — Не Минцзюэ посмотрел на сидящего в одиночестве Сичэня и снова перевёл взгляд на свою тарелку. — У тебя есть воспоминания, этого достаточно». Отец разговаривал с Цзян Фэнмянем, и Не Минцзюэ лениво слушал их разговор, пока наблюдал, как делегация Вэней встала, чтобы поприветствовать Первого Нефрита. Вэнь Жохань отправил сюда только одного из своих сыновей, и наследник Не восхитился безмятежной улыбкой, которую Сичэнь смог дать этому человеку. Никому на самом деле не нравился Орден Цишань Вэнь, но их глава являлся Верховным Заклинателем… Вежливость необходима, даже если сам этот человек не приехал. Подарки принесли и вручили новому Лидеру Ордену Гусу Лань, процесс повторился с Цзянами и Цзинями, и Не Минцзюэ сглотнул свои переживания, когда они с отцом встали, чтобы предстать перед Сичэнем. «Больше года тишины…» — наследник Не не сводил глаз с Первого Нефрита, когда они с отцом поклонились, и Сичэнь поприветствовал Лидера Ордена Цинхэ Не. Не Минцзюэ не дышал, пока не встретился взглядом с золотыми глазами, которые мучили его сны, и увидел, что улыбка Сичэня расширилась от радости. — Минцзюэ, — этот голос произнёс его имя так же ошеломляюще, как и в первый раз, когда наследник Не услышал его, и он тихо выдохнул. — Я рад, что ты смог сделать это, — слова Лидера Ордена Гусу Лань были твёрдыми и честными, и Не Минцзюэ позволил словам проникать в себя, как бальзаму. — Спасибо за твоё приглашение, Сичэнь, — ответил он, не сумев сдержать грубость своего голоса. Он махнул своим ученикам, чтобы они преподнесли Первому Нефриту его подарок, и сжал зубы, когда его покинули золотые глаза. Отец не понимал, почему Не Минцзюэ был непреклонен в том, что станет подарком новому Лидеру Ордена, но отступил из-за решимости сына. Сичэнь развернул книгу и на мгновение замер после того, как открыл её. Не Минцзюэ обыскал Цинхэ в поисках малоизвестных произведений для гуциня, почти опустошив свои сбережения в процессе. Книга была тоньше, чему ему бы хотелось, но он знал, что содержащиеся в нем мелодии Орден Гусу Лань — и, что более важно, Ванцзи — возможно, раньше никогда не видели. Наследник Не с гордостью наблюдал, как Сичэнь положил руку на книгу, а потом осторожно отложил её в сторону. — Спасибо за подарок, — сказал Первый Нефрит, и Не Минцзюэ повторил действия своего отца и поклонился, потом они развернулись и ушли. Не Минцзюэ сел на своё место и налил себе чаю — его горло было сухим, словно пустыня. Он почувствовал тяжесть взгляда отца и с любопытством посмотрел на него, и поднял бровь, когда мужчина покачал головой. — Я верю тебе. Не Минцзюэ замер, и отец отвернулся, когда Цзян Фэнмянь поинтересовался его мнением о чём-то. «Я верю тебе», — звенело в голове наследника Не, и он не мог решить, раздражаться ли из-за этого или чувствовать облечение. Но он склонился к облегчению — облегчению от того, что отец больше не считал, что его собственный сын может быть насильником. Когда официальная часть вечера кончилась, посетители встали, встряхнули свои ноги и растворились в компании старых и новых друзей, Не Минцзюэ вышел на улицу и уставился на звёзды. Сичэнь застрял на своём почётном месте — нужно, чтобы его было легко найти, и чтобы каждый имел возможность поговорить с ним. Всего несколько человек отважилось исследовать окрестности, и наследник Не почувствовал, что его губы дёрнулись в улыбке, когда он остался один. Всё ещё казалось странным, когда его называли «Чифэн-цзунем» — но в прошлом году во время охоты у него было достаточно времени, чтобы избавиться от разочарования, а этот титул хорош подходил ему и Басе. Его внимание привлекла вспышка белого, и Не Минцзюэ стал смотреть, как к нему подходил Ванцзи. Он повернулся к младшему заклинателю и внимательно его осмотрел. — Ты стал выше, — прокомментировал наследник Не и увидел, как вспыхнуло веселье в золотых глазах, которые так похожи на глаза Сичэня. — Ванцзи, я сочувствую твоей утрате, — он пристально посмотрел в глаза Ванцзи и наклонил голову набок, а Второй Нефрит посмотрел вниз и в сторону. — Я знаю, что у тебя… — Не Минцзюэ замешкался, аккуратно подбирая слова. — Я знаю, что у тебя были проблемы с ним, но он был твоим отцом, — Ванцзи поднял голову и снова встретился с ним взглядом, и Не Минцзюэ ободряюще улыбнулся. — Эмоции не поддаются здравому смыслу, — сказал он, схватил младшего заклинателя за плечо и крепко сжал. — Но ты должен позволить себе их чувствовать. Наследник Не опустил руку. Его собеседник стоял в тишине, размышляя над словами Не Минцзюэ, и через некоторое время наклонил голову. — Рад тебя видеть, — сказал Ванцзи и повернулся, чтобы посмотреть внутрь зала. Заклинатель последовал за его взглядом до Сичэня. — Я рад, что ты пришёл. Не Минцзюэ видел, как свет отражался от волос Сичэня. — Я тоже.***
Лань Сичэнь позволил себе вздохнуть, когда остался один. Это была длинная ночь — длиннее, чем он привык в последнее время. Каждый раз, когда он думал, что всё кончилось, к нему подходил ещё один Лидер Ордена или Клана. Первый Нефрит молча поблагодарил Госпожу И за все усилия, которые она вложила в его обучение по сохранению спокойного выражения лица в любой ситуации — он скрывался за маской безмятежности большую часть ночи. Лань Сичэнь молча ходил по дому, раздеваясь и готовясь ко сну. Он удостоверился, что окна и двери заперты, и лёгким движением запястья зло добавил талисман тишины. За месяцы, последовавшие после его возвращения, он совершенно ясно дал понять, что всем, кроме Ванцзи, запрещено входить в его дом. А теперь, когда он Лидер Ордена, никто не посмеет ослушаться. Он тяжело сел на кровать и позволил себе подумать о Минцзюэ. Когда настало время разослать приглашения, Лань Сичэнь принял активное участие в их написании. Старейшина, работавший над ними, одобрял его интерес, и не было больше ничего сложного в том, чтобы добавить несколько дополнительных людей в приглашение для Ордена Цинхэ Не и чтобы дать Минцзюэ знать, что его ждут. Первый Нефрит присутствовал на обсуждении рассадки гостей и, когда Лань Цижэнь поднял вопрос о том, что Орден Цинхэ Не прибудет без своего наследника, позволил своим губам изогнуться в удовлетворённой улыбке. И Лань Сичэнь стёр её с лица, прежде чем привлечь внимание дяди. — Я пригласил Не Минцзюэ, дядя, — сказал он и сохранил спокойное выражение лица. — Так что будут как минимум он и его отец. Даже сейчас воспоминание о раздражении Лань Цижэня заставило его улыбнуться. И самым приятным в этом было то, что дядя не мог всем объяснить, почему приезд Минцзюэ его расстраивал, поскольку держал в тайне истинную причину уединения Лань Сичэня. Старейшины никогда не настаивали на том, чтобы Лань Цижэнь рассказал о том, что привело к изгнанию Ордена Цинхэ Не, так как считали, что у их действующего Лидера Ордена была достаточно веская причина для этого. А поскольку Орден Цинхэ Не не принял ответные меры, никого это не волновало достаточно, чтобы начать копать глубже. Было достаточно, что Лань Сичэнь отправил приглашение — Старейшины поддерживали его возможность приглашать кого угодно, независимо от гнева Лань Цижэня. Маска безмятежности Первого Нефрита подверглась суровому испытанию, когда он увидел Минцзюэ. За последний год заклинатель Не стал больше: грудь расширилась, плечи округлились из-за силы мускулов, и цвета Ордена Цинхэ Не подходили ему гораздо больше, чем когда-либо могли подходить одежды приглашённых учеников. Лань Сичэнь рухнул спиной на кровать и закрыл глаза, ударившись головой о подушку. Он не смог сохранить беспристрастную улыбку, когда Минцзюэ встретился с ним взглядом, и Первый Нефрит поблагодарил богов за то, что Лань Цижэнь не был достаточно близко, чтобы их слышать. Грубый голос Минцзюэ заставлял тело Лань Сичэня дрожать, и он с трудом сдерживал это. Он вспомнил книгу, которую ему дал наследник Не, и сделал мысленную пометку отдать её Ванцзи, когда они в следующий раз встретятся. Подарок в виде редких нот для гуциня ошеломил Лань Сичэня, заставив замереть: как и из-за его бесценности, так и из-за того, что Минцзюэ решил подарить ему что-то, что Лань Сичэнь с удовольствием подарит Ванцзи. «Я люблю его, — подумал Первый Нефрит, и это первый раз за последние месяцы, когда он позволил себе подобные мысли. — Он пришёл, когда я пригласил его, хотя мы не говорили больше года. Он пришёл, пусть мой дядя и выгнал его из Гусу». Счастье превратилось в тепло, Лань Сичэнь моргнул и уставился в потолок. И взмахом руки задул свечи.***
Новости о смерти отца едва ли заставили Не Минцзюэ моргнуть. Он фыркнул в знак признательности, подняв взгляд на целителя — у отца серьёзные раны, и это чудо, что он продержался так долго. — Где Хуайсан? — даже его собственным ушам голос Не Минцзюэ показался ровным, и целитель вздрогнул из-за этого вопроса. — В библиотеке, молодой гос… я имею в виду Лидер Ордена, — целитель запнулся, произнося это, и Не Минцзюэ покачал головой и махнул рукой. Тишина вернулась, когда он остался один, потом Не Минцзюэ резко встал и призвал Басю себе в руки. Сабля дрожала из-за силы его гнева: «Это сделал Вэнь Жохань, — думал он, — он убил моего отца, всё равно, что рука была на лезвии». Его размышления закрутились по головокружительной траектории, но мысль о том, что нужно рассказать об этом Хуайсану до того, как до него дойдут слухи, встряхнула нового Лидера Ордена. Он шёл по коридорам к брату и игнорировал жалостливые взгляды слуг. Хуайсан кинул один взгляд на выражение лица старшего брата, и по его лицу потекли слёзы. — А-Сан, А-Сан, полегче, — утешал Не Минцзюэ и заключил мальчика в объятия. Он успокаивал брата, пока мог, пока не разошлись новости, и он не застрял в бесконечном круговороте политики Ордена. Через сто дней Не Минцзюэ возглавил церемонию инаугурации, которая была гораздо мрачнее, чем прошлая, посещённая им. Орден Цишань Вэнь не был приглашен — при мысли о Вэнь Жохане глубоко внутри него вспыхивал гнев, и даже советники отца не смогли убедить его пригласить Верховного Заклинателя. «Нет доказательств, что Вэнь Жохань саботировал лезвие вашего отца», — повторяли они снова и снова, и Не Минцзюэ сделал мысленную заметку, кого нужно заменить, когда он полноценно станет Лидером Ордена. Что удивительно, Мэн Яо стал твёрдой опорой, на которую можно опереться, и новый Глава Не в очередной раз был благодарен, что встретил этого человека. Даже сейчас Мэн Яо работал за кулисами, чтобы всё шло гладко, и Не Минцзюэ заставил себя сосредоточиться на подходящем к нему Цзян Фэнмяне. Цзинь Гуаншань стал следующим, и Лидер Ордена Цинхэ Не дышал ровно и глубоко, когда Сичэнь подошёл последним. Он шагнул вперёд один — ученики Лани отступили, пока их не позовут — и Не Минцзюэ позволил тяжести золотых глаз успокоить свой неугасающий гнев. Сичэнь был одет в более тёмные цвета, чем ожидал заклинатель Не: обычные светло-голубые цвета уступили место тёмно-серому и кобальтовому — и Не Минцзюэ внезапно подумал, что это почти цвета Ордена Цинхэ Не. — Сичэнь, — несмотря на мысли, его голос был ровным, и он наблюдал, как Первый Нефрит поклонился. — Минцзюэ, — прошло чуть меньше ещё одного года с их последней встречи, и Не Минцзюэ почти забыл ровный тембр Сичэня. — Я соболезную твоей утрате. Боль заставила губы сжаться, и Лидер Ордена Цинхэ Не отмахнулся от слов. Сичэнь жестом приказал принести подарок, Не Минцзюэ кивнул ученику в знак благодарности и положил подарок рядом с собой. — Спасибо, Сичэнь. Он терпеливо встретился с золотыми глазами, пока Сичэнь рассматривал его. Через мгновение Лидер Ордена Гусу Лань и его ученик поклонились, и заклинатель Не позволил своему взгляду проследить за лентой в волосах Сичэня, когда тот стал уходить. Всю оставшуюся ночь вино свободно лилось, и Не Минцзюэ наблюдал, как гости неуклонно опустошали его запас спиртных напитков. Он нашёл лучший чай в своем доме, чтобы предоставить его Ланям, и губы Сичэня изогнулись от удовольствия, которое дарил этот вкус — и этот вид заставил Лидера Ордена Цинхэ Не удовлетворённо улыбнуться. Он сидел один в передней части зала, а его кубок был наполнен сидром, поскольку он больше не доверял себе насчёт алкоголя. Не Минцзюэ лениво сделал глоток, совершенно не беспокоясь о том, что никто не подошёл поговорить с ним. Теперь все знали, что ярость накатывала на него быстрее, чем терпение, и он фыркнул себе под нос. «Мой отец был убит Орденом Цишань Вэнь, и всё, что все могут сказать об этом — это то, что я позволяю гневу управлять собой», — он снова посмотрел на Сичэня, поскольку знал, что даже один вид этого человека успокоит его. Так и получилось: Сичэнь с улыбкой на лице разговаривал с Цзян Фэнмянем, и вдруг Не Минцзюэ отчаянно захотелось, чтобы эта улыбка предназначалась ему. Движение в проходе заставило его повернуть голову, и он разгладил нахмурившиеся брови, когда знакомо выглядящий человек направился к Первому Нефриту. «Как смело», — подумал Не Минцзюэ, наблюдая, как заклинатель прервал лидеров двух Орденов, и мир перед глазами окрасился красным, когда на плечо Сичэня легла рука. Рука, одежда: «Опять Цзинь Янь», — вспомнил заклинатель Не, но его гнев заледенел и разбился на тысячу осколков, которые обжигали чувством потери и сожалением, когда Сичэнь улыбнулся этому человеку. «Пятьдесят три письма и никакого ответа, — с силой напомнил себе Лидер Ордена Цинхэ Не и допил содержимое своей чашки. — Он больше не твой, чтобы ты мог ревновать», — он встал и вышел на улицу, оставив внутри Басю в знак того, что вернётся, и никто не последовал за ним. Холод ночного воздуха стал для него ударом от реальности по лицу, и Не Минцзюэ покачал головой, прислонившись к перилам и уставившись на заходящее солнце. «Я бы тоже не простил того, что я сделал в ту ночь, — наконец, признался он себе и беззвучно вздохнул. — Сичэнь позволил мне остаться его другом — я не имею права просить о большем». За последние шесть месяцев пришла пачка писем: дела Ордена, которые на себя взял Не Минцзюэ, пока отец лежал на смертном одре. Он думал, что готов стать преемником отца — но реальность оказалась такова, что заклинатель Не слишком многого не знал, и Сичэнь с Цзян Фэнмянем предложили ему свои знания. В письмах между ними была тёплая дружба, и Не Минцзюэ глупо надеялся, что это означало, что Первый Нефрит снова позволит прикоснуться к себе. Солнце насмехалось над ним, пока опускалось за горизонт, и заклинатель Не стиснул зубы. — Минцзюэ? — назвал его имя мягкий голос Сичэня, пока тот выходил, и Не Минцзюэ восстановил над собой контроль, прежде чем повернуться и кивнуть в знак приветствия. — Сичэнь… как я могу помочь тебе? — он попытался сохранить формальный тон, и сердце заболело, когда Нефрит ему легко улыбнулся. «Он твой друг», — напомнил он себе и отошёл от перил. — Я просто хотел сказать тебе, что мы скоро уедем, — Сичэнь остановился рядом с ним и приподнял свою идеальную бровь, когда Не Минцзюэ нахмурился. — В чём дело? — беспокойство окрасило голос, и Лидер Ордена Цинхэ Не сжал зубы. Сегодня тот день, когда он ни за что не сможет смотреть, как Сичэнь уезжает. — Останься, — удивление заплясало на фарфоровых чертах лица, и заклинатель Не продолжил: — Сколько учеников ты привёл? Я подготовлю для вас комнаты. Лидер Ордена Гусу Лань на долю секунды положил руку на бицепс Не Минцзюэ, потом убрал её, и кожа загорелась через слой ткани при прикосновении. Когда Сичэнь заговорил, его голос звучал неуверенно, почти с сожалением. — Я уже сказал Ордену, что мы возвращаемся сегодня… — Сичэнь, пожалуйста, — Не Минцзюэ услышал, что его голос дрогнул при этих словах, и отвернулся. — Ты мой лучший друг, уверен, они поймут, — ему казалось, что эта просьба сдирала с него кожу, и все его нервы горели, как факелы, пока он ждал, что Сичэнь откажет ему и всё равно улетит домой. «Ты дурак, Не Минцзюэ», — ругал он себя. Орден Цинхэ Не славился тем, что ненавидел гостей, и заходил так далеко, что поощрял слухи о том, будто вошедшие внутрь люди бесследно исчезали — эти слухи достаточно тёмные, чтобы Лидеры других Орденов и Кланов договаривались с гостиницами в городе на время своего визита. И вот он — свой дом для Ордена Гусу Лань. Время текло, как патока, пока Сичэнь не заговорил, потому что он обладал разными чертами характера, но не был жестоким. — Я привёл четыре ученика. Я отправлю Ванцзи письмо, чтобы он ждал нас утром. Не Минцзюэ медленно вдохнул через холодную волну облегчения, затопившую грудь, и снова повернулся к Нефриту. Лидер Ордена Цинхэ Не ожидал увидеть жалость или апатию, но несмотря на все свои усилия, в золотых глазах он увидел только тепло и понимание. — Спасибо, — выдавил он из себя и позволил краешку губ приподняться в улыбке. — Дай мне подготовить комнаты, — Не Минцзюэ махнул слуге, пока Сичэнь ждал рядом с ним, и наслаждался близостью.***
Лань Сичэнь приземлился за воротами Цинхэ, облегчённо вдохнул и кивнул стражникам, которые поклонились в знак приветствия. Сегодня было жарко — в обычной ситуации он полетел бы сразу в Гусу, но его путь пролегал рядом с домом Минцзюэ, и искушение слишком сильное, чтобы сопротивляться. Его пустили внутрь без лишней суеты — Минцзюэ разъяснил караульным, что Лань Сичэню тут рады в любое время по любой причине, и воспоминание об этом заставило Первого Нефрита улыбнуться самому себе. — Лидер Ордена Гусу Лань? Позади него раздался голос, и он повернулся, подняв бровь. Молодой человек, который позвал его, низко поклонился, как только привлёк внимание Лань Сичэня. — Лидер Ордена Гусу Лань, я Мэн Яо, — голос помощника едва мог скрыть его переживания, в то время как Нефрит удивлённо моргнул. «О, — подумал Лань Сичэнь, — загадочный Мэн Яо, наконец!» — он уже начал думать, что Минцзюэ выдумал этого человека: тот всегда был занят во время визитов Лань Сичэня. Мэн Яо одет в цвета Ордена Цинхэ Не, просто, но аккуратно, и Лидер Ордена Гусу Лань улыбнулся заклинателю. — Молодой господин Мэн, я рад, наконец, встретится с вами, — тепло сказал он. Слова заставили щеки Мэн Яо залиться румянцем, и Лань Сичэнь с лёгкостью сдержал смех. Молодой заклинатель хорош собой, а довольная улыбка, растянувшаяся на губах при словах Лидера Ордена, сделало лицо заклинателя сияющим. — Спасибо, Цзэу-цзюнь, — ответил Мэн Яо. — Прошу прощения, что никого не было у ворот, чтобы поприветствовать Вас. Я не знал о Вашем приезде. Лань Сичэнь, качая головой, отмахнулся от извинений. — Не нужно, молодой господин Мэн. Я направлялся домой и решил зайти, чтобы навестить друга, — он повернулся, чтобы продолжить свой путь, но остановился, когда молодой человек сместился. — Лидер Ордена Цинхэ Не сейчас отсутствует, — сказал помощник. — Его позвали стать посредником между главами двух деревень, — объяснил Мэн Яо, и Лань Сичэнь улыбнулся из-за этих слов. Пусть Минцзюэ и открыто показывал раздражение из-за своей репутации справедливого человека, Нефрит знал, что он серьёзно относился к ответственности. — Он должен скоро вернуться, — нетерпеливо заверил Мэн Яо, и Лань Сичэнь кивнул. — Хорошо, — сказал он и наклонил голову в сторону помощника. — Тогда я подожду его возвращения и больше не буду отнимать у Вас время. Мэн Яо поёрзал, будто хотел что-то добавить, и Лидер Ордена замолчал и ждал, пока другой заклинатель заговорит. — Если Вам нужна компания на время ожидания, — сказал он и послал Лань Сичэню полную надежды улыбку. — Сейчас нет насущных вопросов, которые требуют моего внимания. — Ах, замечательно, — сразу сказал Лань Сичэнь и жестом сказал заклинателю идти за собой. — Минцзюэ много рассказал мне о Вас, но я так и не смог застать Вас, когда бывал здесь, — он быстро улыбнулся помощнику. — У меня такое чувство, будто уже знаю Вас, — ответная улыбка Мэн Яо была широкой и довольной.***
Не Минцзюэ вошёл в гостиницу, игнорируя широко открытые глаза, которые уставились в его сторону. Он был отвратительным, и даже он добровольно признавал это: зверь, которого его позвали помочь уничтожить, мощно взорвался, и Лидер Ордена со своими заклинателями оказались покрыты его внутренностями с ног до головы. — Лидер Ордена! — хозяйка гостиницы поспешила к Не Минцзюэ, сложив перед собой руки, когда его группа появилась. — Я должна послать за целителем? Заклинатель Не лающе засмеялся. — Нет, госпожа, но спасибо Вам, — он кивнул головой в сторону заклинателей, которые были с ним. — Мне нужно три комнаты и ужин, — сказал он и потом, скривившись, дёрнул свою одежду. — Нам также понадобится стирка. Хозяйка кивнула и жестом показала слуге отвести четырёх заклинателей наверх. — Конечно, Лидер Ордена, — сказала она, — просто оставьте свою одежду в корзинах рядом с дверью, мы заберём её, пока вы будете есть, и вернём утром. Не Минцзюэ хмыкнул в знак признательности, когда направился за слугой. Не Лян и Не Гуйжэнь всегда делили команту — они хорошая пара, и Лидер Ордена не собирался их разлучать. Не Фэньюй занял другую комнату, и Не Минцзюэ вздохнул, когда в одиночестве зашёл в свою. — Отвратительно, — он скривился, когда снял испорченную одежду, нашёл корзину и положил её туда. «Мне придётся оставить щедрые чаевые, если они справятся с этим», — подумал он, а потом залез в ванну и с благодарностью погрузился в горячую воду. Не Минцзюэ отмокал минуту, вздохнул и быстро помылся. Он и три заклинателя, которые пришли с ним, много раз ходили на ночные охоты вместе — сейчас у них был определённый распорядок, и Лидер Ордена не хотел, чтобы они ждали его, прежде чем начать есть. Это был тяжёлый день, и они наверняка проголодались. Даже при мысли об этом, его живот горестно заурчал, и Не Минцзюэ засмеялся, вылез из ванны и оделся. Как он и ожидал, заклинатели ждали его в столовой. Он отмахнулся от их приветствий, пока садился, и хозяйка гостиницы немедленно начала подносить им еду. — Если я могу ещё чем-нибудь помочь Вам, Лидер Ордена, пожалуйста, дайте мне знать. Не Минцзюэ благодарно кивнул и жестом пригласил своих товарищей начать есть, когда женщина поклонилась и ушла. Деревня находилась недалеко от границы с Гусу — местные жители, наверное, не ожидали, что Чифэн-цзунь явится лично, чтобы разобраться с проблемой. Но Не Минцзюэ был сыт по горло политикой Ордена и решил размять ноги. Даже несмотря на то, что конец дня окрасился кровью, это всё ещё приносило облегчение от бесконечности бумажной работы, поглощающей его в эти дни. — Минцзюэ? Лидер Ордена Цинхэ Не тут же поднял голову — только один человек мог обратиться к нему так неформально — Сичэнь, сопровождаемый двумя заклинателями Ланями, подходил к нему с широкой улыбкой на губах. Как и всегда, один только вид Сичэня заставил сердце Не Минцзюэ ёкнуть в груди, и он тяжело сглотнул. Он смутно осознал, что его заклинатели поднялись и поклонились Первому Нефриту, и рассеянно махнул рукой в ответ на почтительные поклоны учеников Ланей. — Сичэнь, что ты тут делаешь? — Не Минцзюэ поднял руку и подозвал хозяйку, которая выглядела так, будто у неё сейчас случится сердечный приступ из-за Лидеров двух Орденов, находящихся в её столовой. — Давай, поужинай с нами. Сичэнь положил руку на плечо Не Минцзюэ и ярко улыбнулся. — Мы направлялись домой из Ланьлина, — объяснил он, и Лидер Ордена Цинхэ Не едва сдержал фырканье, подумав об Ордене Ланьлин Цзинь. Он повернулся к хозяйке, как только она успокоилась и присоединилась к ним, поклонившись Сичэню. — Принесите ещё три порции и стулья, Цзэу-цзюнь присоединиться к нам. Впечатляло, как быстро принесли дополнительные сидения, и Не Минцзюэ кивнул в знак благодарности, когда Сичэнь и его ученики сели. Как Лидер Ордена Цинхэ Не и ожидал, Лани ели молча, и он едва ли мог оторвать взгляд от Нефрита. Сичэнь поднял глаза, когда один из его заклинателей встал и отправился к хозяйке — и быстро вернулся. — Лидер Ордена, я заплатил за наши комнаты. Нефрит с улыбкой кивнул. — Я знаю, что вы устали — идите. Я останусь поговорить с Чифэн-цзунем, — Не Минцзюэ подавил смех, когда заклинатели, путешествующие с Лидерами Орденов, встали и исчезли, как только получили разрешение. Заклинатель Не остановил официанта, заказал чай и оперся локтями о стол. — Что было в Ланьлине? — лениво спросил он, наблюдая как строгая осанка Сичэня немного расслабилась, когда они остались одни. Даже другие посетители держались на расстоянии — Не Минцзюэ подавил смешок, заметив направленные в их сторону взгляды. Никому не было комфортно в присутствии Лидеров двух Орденов, он знал это, пусть это и случалось редко. Сичэнь позволил тихому вздоху сорваться со своих губ. — Цзинь Гуаншань — это испытание, — только и сказал он, и это как отвечало на вопрос, так и нет, и Не Минцзюэ фыркнул. — Позолоченный павлин, — пробормотал он и стал наливать чай им обоим. Сичэнь с благодарностью взял чашку, и заклинатель Не увидел довольную улыбку, в которой растянулись идеальные губы при первом глотке. Конечно, это хороший чай — в конце концов, у Лидеров Орденов есть привилегии, а у хозяйки по-прежнему шокированное лицо. Не Минцзюэ спрятал смешок за своей чашкой, Нефрит встретился с ним взглядом, и золотые глаза светились нежностью. — Почему ты так далеко от Цинхэ? — спросил он, и Лидер Ордена Цинхэ Не поставил чашку, быстро улыбнувшись. — Ночная охота, — объяснил Не Минцзюэ. — Деревня попросила о помощи — кто я такой, чтобы им отказать? Улыбка Нефрита была весёлой, и Лидер Не наслаждался ей. — И побег на несколько дней от бесконечной бумажной работы не имеет к этому никакого отношения? — Не Минцзюэ рассмеялся и погрузился в радость, которая наполняла его каждый раз, когда Сичэнь был рядом. — Ты знаешь меня слишком хорошо, Сичэнь.***
Лань Сичэнь подавил желание подпереть голову руками, сохранив прямую осанку и спокойное лицо. За прошедшие годы маска безмятежности стала всё меньше похожа на маску — после выхода из пещеры Ханьтань она прочно въелась в черты его лица. Незначительный спор между Ланьлином и Юньмэном обострился, и Цзинь Гуаншань потребовал, чтобы Минцзюэ — из-за своей репутации честного и справедливого человека — уладил это дело. Лань Сичэнь остановился в Цинхэ по пути в Гусу с ночной охоты — он обладал постоянно действующим приглашением, пусть и не пользовался им так часто, как мог. Его взгляд упал на Лидера Ордена Цинхэ Не, и Первый Нефрит позволил своему сердцу наполниться любовью. Несмотря на известную ему неприязнь Минцзюэ к Цзинь Гуаншаню, заклинатель Не внимательно слушал, поскольку решил быть непредвзятым в этом деле. Лань Сичэня пригласили из вежливости, как только Лидеры других Орденов заметили его прибытие — Орден Гусу Лань не имел никакого отношения к этому обсуждению — он принял предложение быть беспристрастным наблюдателем. «Минцзюэ не нужно моё мнение по этому вопросу», — подумал Лань Сичэнь, хорошо скрывая своё веселье. Цзинь Гуаншань раздувал из мухи слона, и все, кроме Ордена Ланьлин Цзинь, знали это. Разумеется, Минцзюэ принял решение, и Первый Нефрит встал вместе с остальными. Цзян Фэнмянь подошёл поговорить с ним, и Лань Сичэнь позволил губам изогнуться в улыбке, когда Цзинь Гуаншань ушёл, едва проявив малейшее подобие вежливости. — Для того, кто попросил Не Минцзюэ выступить в роли судьи, он не слишком доволен результатом, — тихо признался Цзян Фэнмянь, и Лидер Ордена Гусу Лань легко засмеялся, смотря на закатившего глаза друга. — Я уверен, что он признает это решение, — сказал Лань Сичэнь и покачал головой, когда заклинатель Цзян жестом предложил им пойти вместе. — Я ещё не закончил свои дела здесь, но я благодарю Вас за предложение. Он поклонился Лидеру Ордена Юньмэн Цзян и повернулся к Минцзюэ. Нефрит смотрел, как тот писал две копии соглашения: по одной отправят в каждый из двух Орденов, а оригинал будет храниться здесь на всякий случай. Брови Минцзюэ сосредоточенно нахмурились, и пальцы Лань Сичэня дёрнулись из-за желания разгладить их. — Цзинь Гуаншань был недоволен, — заметил он, остановившись рядом с Лидером Ордена Цинхэ Не, и весело улыбнулся, когда тот фыркнул. — Он глупец, если думал, что выиграет это дело, — пробормотал Минцзюэ, смотря на копии, чтобы убедиться в их правильности. Однако потом поднял голову, поймал взгляд Лань Сичэня и передал листы. — Проверь меня, Сичэнь, а потом подпиши внизу. Из-за оказанного доверия радость затопила грудь Первого Нефрита медленными волнами, и он с улыбкой принял бумаги, которые ему передал заклинатель Не. Они идеальны — конечно, идеальны — и Лань Сичэнь подписал своё имя рядом с Минцзюэ и вернул документы назад. — Вот теперь это сделано, — сказал заклинатель Не, — давай устроим тебя, — он послал Лидеру Ордена Гусу Лань быструю улыбку и встал. — Я знаю, ты не ожидал, что тебя заставят работать сразу после прибытия. Лань Сичэнь нежно улыбнулся, несмотря на кувырок, который совершило его сердце. — Таков уж характер нашей жизни, — ответил он, но повернулся, когда ученик Не подошёл к двери. — Лидер Ордена! Лидер Ордена Гусу Лань! Простите, что прерываю, — Лань Сичэнь перевёл взгляд с поклонившегося заклинателя на сжатые челюсти Минцзюэ и положил руку ему на запястье. — Увидимся позже, Минцзюэ, — Нефрит убрал руку и отошёл. Лидер Не раздражённо фыркнул и покачал головой. — Мэн Яо! — позвал он, и Лань Сичэнь повернулся, чтобы посмотреть на человека, по зову вошедшего в комнату. — Мэн Яо, отведи Лидера Ордена Гусу Лань в комнату, которую мы приготовили для него. Лань Сичэнь улыбнулся помощнику и кивнул на прощание Минцзюэ. Они прошли мимо всё ещё склонившегося в поклоне ученика, направляясь к выходу, и Нефрит подавил улыбку, когда Лидер Ордена Цинхэ Не пробормотал: «Теперь-то что случилось?» Лань Сичэнь рассматривал Мэн Яо, пока они шли по коридору, и был доволен тем, что младший заклинатель выглядел счастливым и здоровым. -Добро пожаловать обратно в Цинхэ, Лидер Ордена Гусу Лань, — сказал помощник, и Нефрит улыбнулся, услышав в его голосе застенчивость. Даже спустя годы, которые Мэн Яо провёл, будучи доверенным помощником Лидера Ордена, заклинатель оставался скромным и нежным. — Всегда приятно побывать в доме друзей, — легко ответил Лань Сичэнь. Пусть он к этому времени и знал эти залы, как свои пять пальцев, но позволил Мэн Яо вести себя за собой. Большая часть людей восприняла бы это как недоверие, если бы им дали проводника в таком знакомом месте, но Лидер Ордена Гусу Лань знал Минцзюэ. То, что кого-то послали с ним, обеспечит Минцзюэ душевное спокойствие, и Лань Сичэнь наслаждался этим знанием. — Спасибо, что сопровождаете меня, молодой господин Мэн, — сказал он и протянул руку, чтобы не дать поклониться другому заклинателю. И тепло улыбнулся. — В этом нет необходимости, Мэн Яо. — Спасибо, Цзэу-цзюнь, — сказал Мэн Яо, и Лань Сичэнь улыбнулся в ответ на его улыбку.***
В его кабинет притащили второй стол для Сичэня — Не Минцзюэ с лёгкостью мог отдать ему свой кабинет, но визиты Лидера Гусу Лань не были настолько частыми, и он достаточно честен, чтобы признаться себе в том, что хочет находиться рядом с Сичэнем так часто, как только сможет. Нефрит не сказал ничего против этого, и Лидер Ордена Цинхэ Не позволил волне удовлетворения наполнить себя. В этот раз Сичэнь пробудет здесь примерно неделю, а Не Минцзюэ теперь будет видеть его каждый день. — Как Ванцзи? — спросил вдруг Не Минцзюэ. Прошло немало время с их последней встречи с младшим братом Сичэня: Ванцзи предпочитал оставаться в Облачных Глубинах, и Лидер Ордена Цинхэ Не не винил его за это. — Ванцзи в порядке, — ответил Первый Нефрит, подняв голову и быстро улыбнувшись. — Он стал выше, теперь он почти такой же высокий, как я, — Не Минцзюэ усмехнулся, увидев выражение его лица: наполовину гордое, наполовину раздражённое. Это выражение полностью подходило старшему брату, и заклинатель Не полностью понимал его. — Братья склонны так делать, — уныло сказал он. — А-Сан потихоньку выживает меня из дома, пока растёт. Сичэнь тихо засмеялся, засверкав глазами, стоило ему встретиться взглядом с Не Минцзюэ. — Я не думаю, что Хуайсан когда-нибудь будет таким же высоким, как ты, — заметил он, и Не Минцзюэ почувствовал, как его сердце ёкнуло, когда глаза Нефрита оценивали его. Стук в дверь спас его от необходимости ответить, и Лидер Не с благодарностью посмотрел на вошедшего с подносом и чаем Мэн Яо. — Лидер Ордена, Цзэу-цзюнь, прошу прощения, что прервал, — улыбка Мэн Яо была небольшой, но искренней. — Я думал, что вы оцените перерыв. Не Минцзюэ жестом пригласил Мэн Яо войти и положил кисть на подставку, когда его помощник начал обслуживать их. Звон чашек успокаивал, и Лидер Ордена Цинхэ Не жестом велел подать чай Сичэню первым. — Спасибо, молодой господин Мэн, — сказал Нефрит, тепло улыбаясь, когда младший заклинатель налил ему чай. — Вы внимательны. Сердце Не Минцзюэ застыло, когда Мэн Яо ответил на взгляд Сичэня яркой солнечной улыбкой и очевидным интересом в глазах. Лидер Не глубоко вздохнул и приказал Басе остаться на месте. «Ревновать бесполезно, — подумал он, с кивком принимая свою чашку из рук помощника. — Сичэнь по-прежнему возглавляет список молодых мастеров — конечно, Мэн Яо увлечён им. Все увлечены». — Спасибо, Мэн Яо, — сказал Не Минцзюэ, но несмотря на свои размышления мрачно наблюдал, как его помощник поклонился и ушёл.***
Лань Сичэнь знал, что приезжал в Цинхэ чаще, чем это необходимо — знал, что Лань Цижэнь жаловался Старейшинам, будто он взял на себя обязанности, которые больше подходили посыльному. Но Лидер Ордена Гусу Лань наблюдал, как Минцзюэ сражался со своими учениками, блестел от пота и нетерпеливо перекидывал волосы через плечо, и знал, что будет продолжать искать оправдания, чтобы приехать сюда. Минцзюэ ударил одного ученика плоской стороной Сабли, этим движением исправляя его стойку, и подал ему знак атаковать снова, и Лань Сичэнь не смог сдержаться, скользя взглядом по телу Лидера Ордена Цинхэ Не. «Как такой привлекательный человек может существовать?» — задумался Нефрит и безмолвно поблагодарил госпожу И за подаренную ей маску безмятежности. Он не рассказал Минцзюэ, что приедет в гости — он почти никогда не делал этого, поскольку жаждал увидеть восторг, пропитывающий лицо заклинателя Не, когда Лань Сичэнь неожиданно появлялся. Сегодня ему по прибытию сообщили, что Минцзюэ находился на тренировочном поле, и Лидер Ордена Гусу Лань пытался успокоить своё сердце, пусть и знал, что невозможно остаться равнодушным. Но он всё равно пошёл и был рад, что, когда он добрался туда, Минцзюэ привлекал к себе всеобщее внимание, и Нефрит мог смотреть на него сколько душе угодно. «Ах, моё сердце никогда не будет удовлетворено, — подумал он, смотря на мускулы, которые плавно двигались внутри рук Лидера Ордена Цинхэ Не. — Этого должно быть достаточно». — Лидер Ордена Гусу Лань! — Лань Сичэнь оторвал взгляд от Минцзюэ, когда его позвали, и улыбнулся Мэн Яо, когда тот подошёл к нему. — Молодой господин Мэн, — поздоровался Нефрит, надежно скрывая за губами раздражение, возникшее оттого, что его заметили. — Как Вы? — Всё хорошо, — сказал Мэн Яо, останавливаясь рядом с Лань Сичэнем и улыбаясь ему. — С возвращением в Цинхэ, Цзэу-цзюнь. — Спасибо, — Лидер Ордена Гусу Лань протянул руку и схватил помощника, когда тот подошёл поклониться ему. — В этом нет необходимости, — напомнил он и моргнул, когда Мэн Яо уставился на него. Но звуки, доносящиеся с поля, изменились, и Лань Сичэнь беспомощно огляделся. Минцзюэ, должно быть, услышал, как Мэн Яо звал его — он увидел Нефрита и кивнул, когда они встретились взглядами. Помощник подошёл ближе к Лань Сичэню. — Как долго вы пробудете здесь, Лидер Ордена Гусу Лань? — Останусь только на ночь, — он обратил своё внимание на Мэн Яо. — Мне нужно уйти завтра сразу после завтрака. Мэн Яо кивнул. — Я приготовлю Вашу комнату, — сказал он и замешкался. — Если Вам ещё что-нибудь нужно от меня, Цзэу-цзюнь, пожалуйста, не стесняйтесь спросить, — его голос был по-странному мягким, но Нефрит наклонил голову и смотрел, как помощник уходил прочь. Однако Минцзюэ позвал его по имени, и Лань Сичэнь повернулся к нему с улыбкой. — Сичэнь! Я рад видеть тебя, — тело Минцзюэ излучало тепло из-за солнца и упражнений, и Лань Сичэнь нежился в нём и в доброжелательности голоса заклинателя Не. — Дай мне привести себя в порядок, — продолжил он и начал уходить с поля. — А потом пообедай со мной. Все мысли о чём-либо другом вылетели из головы Лань Сичэня, когда он последовал за Минцзюэ, не находя в себе сил сопротивляться.***
Не Минцзюэ нахмурился, когда кто-то постучал в дверь его личного кабинета. — Войдите, — проворчал он, не отрываясь от документов. Кто бы это ни был, он мог подождать, раз уж не удосужился поговорить с ним днём вместе со всеми остальными. Через минуту он поднял голову и моргнул, увидев белую одежду — Ванцзи стоял перед ним, и в голове Не Минцзюэ пронеслась тысяча сценариев при виде младшего заклинателя. — Ванцзи! — Лидер Ордена Цинхэ Не встал и обошёл стол. — Что привело тебя сюда? Сичэнь в порядке? — спросил он и принял письмо, которое ему протянули. Золотые глаза пристально посмотрели в тёмные. — Сичэнь в порядке, — Ванцзи не врал, и Не Минцзюэ расслабился, услышав эти слова, и покрутил письмо в руках. — Уже поздно — ты можешь остаться? — младший заклинатель наклонил голову, и Лидер Ордена Цинхэ Не резко кивнул. — Для тебя подготовят комнату, пока я буду читать. — Я подожду. Не Минцзюэ открыл дверь, которая отделяла его кабинет от кабинета Мэн Яо и вошёл. — Нужно подготовить комнату Сичэня, — Ванцзи не останавливался здесь достаточно часто, чтобы выделять ему комнату, но Не Минцзюэ знал, что Сичэнь не будет возражать, если брат воспользуется его. Мэн Яо вскочил из-за стола и поклонился в ответ. — Конечно, Лидер Ордена. Когда прибыл Цзэу-цзюнь? — спросил он, и заклинатель Не почувствовал, что внутри него что-то скрутилось из-за нетерпения в этом голосе. — Лань Ванцзи остаётся на ночь, — Не Минцзюэ не дал удовлетворению просочиться на своё лицо, когда свет в глазах помощника потускнел. Лидер Ордена вернулся к Ванцзи и распечатал письмо, которое Сичэнь отправил ему вместе с братом. Минцзюэ, Дядя подготавливает Облачные Глубины для обучения. Оно состоится в следующем году, и я верю, что к этому времени Хуайсан будет достаточно взрослым, чтобы посетить его. Если хочешь, я позабочусь, чтобы для Ордена Цинхэ Не отвели место. Сичэнь. Не Минцзюэ уставился на эти слова, его сердце неровно билось. Они не обсуждали отъезд Хуайсана на обучение с тех пор, как Лидер Ордена Цинхэ Не сам был приглашённым учеником — они вообще никогда не обсуждали то, что касалось того времени, и он позволил себе верить, что Сичэнь обо всём забыл. От надежды у Не Минцзюэ заболело сердце, и он не смог не дать пальцам сжать бумагу. Но формулировка заставила вспомнить, что после церемонии инаугурации Сичэня, единственными членами Ордена Цинхэ Не, которые посещали облачные Глубины, были курьерами, и нахмурился — Сичэнь всегда приходил к нему сам. Взгляд вернулся к словам: «Если хочешь», — и Не Минцзюэ задумался, давал ли он повод Сичэню сомневаться в нём. Мэн Яо постучал в дверь, и Не Минцзюэ вместе с Ванцзи повернулись к помощнику. Тот поклонился. — Комната готова, Лидер Ордена, второй молодой господин Лань. Не Минцзюэ повернулся к Ванцзи до того, как тот ушёл, и положил руку на плечо младшего заклинателя. — Присоединись ко мне за завтраком перед отъездом, Ванцзи. К тому времени у меня будет ответ. — Конечно. Не Минцзюэ смотрел, как два заклинателя уходили, и старался не беспокоиться о том, что Ванцзи спустя столько времени всё ещё носил траурную одежду, и покачал головой. Если Сичэнь позволял это, то не ему ставить это под сомнение.***
Сичэнь, Спасибо за приглашение для Хуайсана. Конечно, он поедет на обучение. Ему будет полезно подружиться с ровесниками — я знаю, что Фэнмянь планирует отправить своих детей. Если повезёт, воспоминания Хуайсана об Облачных Глубинах будут такими же тёплыми, как и мои. Минцзюэ.
