Серия «Love and Deepspace (Caleb)»

Собирая чемодан на поезд в Скайхевен, я готова была прыгать от радости, что вскоре увижу Калеба. А потом... Всего один день – от радостного сюрприза до кошмара. От погони в поезде до ссоры в его квартире. От невысказанных чувств до взрыва эмоций. От желания быть рядом до дула пистолета у виска. А следующий день может стать страшнее любого кошмара, ведь любимый человек больше не помнит, кто ты. И теперь придется доказать свою правду тому, кто видит в тебе лишь врага.

Калеб и Рисса спасаются от жары мороженным. У неё в руках эскимо, которое стремительно тает под солнцем. Капли падают на пальцы, она слизывает их, на подозревая, что Калеб рядом буквально сходит с ума, не в силах справиться со своим возбуждением, так некстати натянувшем штаны. Сборник драбблов о Калебе не связанных, или частично связанных между собой.

Зимний день, такой же, как и предыдущие дни января: снег хрустит под ногами, холодный ветер дует в лицо. Мы с Калебом строим снежную крепость, сражаемся с мальчишками и пьем горячий какао в «Сладкоежке». Всё, как всегда. Почти. Один поцелуй — и всё меняется. Теперь я знаю правду… и он тоже. Но готовы ли мы признать её? Или проще спрятаться за привычными ролями брата и сестры, как за стенами снежного домика, пока всё не растает?

— Ещё немного, — говорю тихо, глядя прямо в отражение зеленых глаз в зеркале, — и ты будешь на коленях. Уголки её губ тянутся в улыбке. — Обещаешь?

Мне пришлось бросить всё и улететь внезапно, не предупредив Риссу. Три мучительных месяца я не мог выйти на связь. Двенадцать недель она сходила с ума, отчаянно ища хоть какую то зацепку о том, что со мной всё в порядке. А когда я вернулся, то понёс справедливое наказание. Однако... Возмездие не ждёт, малыш.

Когда три месяца космоса — это вечность, а возвращение домой взрывается страстью у стены прихожей... Сборник драбблов, посвящённых разным граням отношений Калеба и Риссы — от отчаянной страсти до нежной близости, от грязных разговоров до молчаливых признаний.

Какому идиоту на вечеринке в честь выпуска со школы, пришла в голову идея запереть нас с мелкой в шкафу? Более того остальные поддержали и буквально затолкали нас туда. Долбани меня астероид и сверху комета, я ж не железный. Тут и святой мгновенно в грешники запишется... Когда она так близко, когда слышно её дыхание, контроль теряется. И осмелев от выпитого сидра, тихо прошу, чтобы она меня коснулась. Там, ниже пояса, где все готово взорваться.

Каково это, когда твой друг теряет память и не помнит тебя? Он забывает обо всем. Ты для него — незнакомец. Кому захочется иметь такого друга? Никому. Никто не хочет привязываться к той, кто завтра их не узнает. Никто, кроме мальчика с фиолетовыми глазами и властью над гравитацией. Раз за разом он заново знакомится с ней, защищает от насмешек и показывает трюки с бумажными самолетиками. И больше всего желает сбежать из Санатория, где на детях ставят нечеловеческие эксперименты.

Песни о Калебе, где он в роли obsessive possessive.