Не открывай двери чужакам, охраняй дом, не смей опаздывать: когда за закатным солнцем наступает кромешная тьма, ни один живой человек не поможет. Детей в маленьком королевстве учат леденящему ужасу при мысли о тайнах мрака, рассказывая страшные сказки о клыкастых чудовищах. Его Высочеству все равно на главные правила, ведь ночь уже как десять лет принимает его в свои владения. Завесу тьмы принцу открывает не кто иной, как верховный монстр – прирученный зверь, преданный только одному голосу.

Все пошло с детства: эта глупая игра в блинчики, они до сих пор ведь таскаются на побережье и решают вопросы именно таким образом. Бомгю, к тому же, привык собирать камушки с их значимых встреч, а Тэхен – аккуратно выводить циферки с датой прямо на них после, чтобы оставить частичку себя. У Бомгю по венам течет боязнь перемен, а Тэхен дышит страхом разочаровать отца.

Субин не помнит момента, когда Енджун начал заглядывать к нему по ночам через окно. Не помнит он и того, когда стал называть непрошенного гостя «хен» и смеяться с его шуток. Зато отчетливо помнит день, когда ниндзя попросил его, каллиграфа, написать аккуратно письмо с признанием в любви. В груди что-то оборвалось в ту ночь, а вечером следующего дня проросло и затянулось нежным трепетом. То самое письмо оказалось у него в руках – с этим глупым милым обзывательством вместо обращения.

Пагубные привычки: скользить взглядом, пристально наблюдать, подмечать детали, желать узнать больше. Они подсели на этот наркотик, стали зависимыми друг от друга, хотя сами того не осознавали. Вели годами исполняемую игру, не обсуждая правил, но внимательно следя за их выполнением. Сегодня все пошло наперекосяк – исключение за исключением: интимная встреча на балконе, привычные колкости, неожиданно сменившиеся откровением. …Время замерло, когда они потянулись за одним пистолетом.

Субин как довольно опытный хоккеист вполне привык прикладываться о бортики, а затем играть дальше, несмотря ни на что. И вдруг в его жизни появляется фигурист, чьей воле и силе духа можно только позавидовать. Потому что снова и снова со всей силы после прыжка расшибаться о лед до слез в глазах, вставать и снова прокатывать программу ни один хоккеист точно не сможет. И Субин отчего-то отчаянно хочет помочь этому фигуристу выиграть.