У Миши — новый жизненный этап.

С улицы от плохо прикрытой двери потянуло гниловатой осенней сыростью, и Оля вся съёжилась в своём пальто, смешно нахохлившись, как птица. И, пытаясь согреться, нырнула руками ему под куртку, чтобы обнять его за талию и спрятать пальцы под пояс джинсов. Миша приобнял её в ответ и с улыбкой ткнулся носом ей в макушку: – А я, между прочим, хорошо себя вёл, правильно? Ты мне что-то обещала…

Осень уже взяла своё, и сад начал затухать, но в его глубине ещё маячили яркие пятна. Миша вспомнил, что летом на участке росла земляника, но к ней они, конечно, опоздали.

Раненому менестрелю полагался полный покой, но покой ему только снился.

Был вечер после концерта, и ехать было долго.