на которые Оскар всегда соглашается.

Это просто слова, которые иногда говорит Шарль: — Чёрт, так бы и держал тебя, полным моей спермой, весь день. И он совершенно не ожидает того, как Макс, скуля, начнет просить: — Да. Да, пожалуйста, хочу быть полным твоей спермой весь день, хочу, Шарль, пожалуйста. Или: Шарль даёт Максу именно то, чего он хочет.

– Ну? Я же говорил, что это ужасно. Я выгляжу глупо. И чувствую себя так же. – На лице Ландо пылает пунцовый румянец, и он неловко избегает взгляда Карлоса, вместо этого разглядывая себя сверху вниз. Карлос продолжает молча пялиться на Ландо с приоткрытым ртом. – Что? Карлос, если ты продолжишь молчать– – Ты такой милый.

Макс не говорит по-французски. Учил ли он его пять лет в школе? Конечно. Запомнил ли он хоть что-нибудь после? Ни черта. Но он хочет знать что говорит Шарль, когда сплетничает с Пьером или рассказывает своей матери о том, как прошла его неделя, и он очень, безумно хочет знать что Шарль говорит, когда нависает над ним, оставляя поцелуй за поцелуем на каждом миллиметре его лица. Однако Шарль ни при каких обстоятельствах не должен узнать об этом.

– Ты вспомнил о чем то, Макс? – говорит Шарль ему в шею, и слова льются из его уст словно мед. – Что-то, о чем ты хотел бы меня попросить? Попросить произнести? Макс чувствует ухмылку Шарля на своей коже, и это заставляет его чувствовать себя ягненком, пойманным в волчью пасть. Незащищенным. Уязвимым. Ужасно возбужденным. Или: Макс узнает о том, что ему нравится, когда его называют котёнком – и обращаются с ним соответствующе. Он изо всех сил пытается отрицать это. Шарль ему не позволяет.