Господа Трибби задумчиво склоняет голову, предлагая ещё один метод терапии: химеры из Сада Жизни и спокойные разговоры. Это должно расслабить. Фаенон, всё ещё чувствующий вину перед златиусами, без промедлений соглашается.

— Просто дыши, — прошептал Мидей, — сосредоточься на моем голосе, на моем прикосновении. Я здесь. Я рядом. Вздох. Выдох. Фаенон прижался к Мидею еще сильнее, вдыхая его запах — запах сандала и морской соли, запах дома. Ему хочется побывать на родной Элизи Эйдес вместе с Мидеем и показать тому, как красива эта деревушка. Хочется познакомиться с родителями возлюбленного и показать своим. Он почувствовал, как его сердце бьется ровнее. Но теперь у них достаточно времени для «романтики».

Забота о новом геозаврике занимает много времени и сил. Дань Хэн оказывается, очень удачно кстати, свободен, — и идеально подошёл в роли "папы" для малыша!

‎— Подожди... Нет, нет и нет! О титаны, если я ещё раз поведусь на эти слухи… — Фаенон показательно закрыл уши, будто пытаясь заблокировать сам факт произошедшего, — А ты… ты ведь вообще не пил кровь! — он ткнул пальцем в хихикающего златиуса, глядя на Мидея. Какая интересная картина перед ним. Жаль, что сейчас не до этого. ‎— А кто говорил, что я буду пить? — принц лениво облизнул губы.

— Ты обещал побеждать, — вновь прошептал Мидей, и в его глазах вспыхнул тот самый огонь, который Фаенон видел лишь в самые отчаянные моменты. — А ты обещал стоять у меня на пути, — с горечью парировал Фаенон. — В следующем цикле я убью тебя снова, — выдохнул он, чувствуя, как реальность уже начинает распадаться на глазах. Мидеймос рассмеялся — низко, хрипло, почти безумно. — Я буду ждать, Каослана, — говорит он, и его фигура начинает растворяться в золотом свете пшеничного поля.