Первый раз — случайность, второй — совпадение, но когда Влад в третий раз тянется к Петиным штанам, Петя думает, что, кажется, у Влада странные представления о дружбе.

Сборник не связанных друг с другом драбблов по Моренникам, Туктаменникам, Туктаморенникам, прости Господи... Будет пополняться, метки и пейринг читать в примечаниях к главе.

Женя с каждой секундой своего существования все сильнее пропитывается всеобъемлющей ложью, у него из настоящего — только запертый глубоко под ребрами Петя и саморазрушительный план бегства, зреющий с самого рождения. Вот только у Пети, кажется, свой собственный план, против которого у Жени не работает ни одно фальшивое слово.

Петя с трудом уживается в своем теле, собственный мозг для него — загадка, которую он с упорным усилием пытается разгадать. Петя не знает, как вести себя в обществе, как разговаривать с людьми, для Пети каждый день — борьба с самим собой и миром вокруг, потому что жизнь, такая естественная для других, для него — непостижимый процесс, которому приходится учиться так же, как математике или русскому. Но Петя не сдается, потому что старания приводят к результату — особенно когда помощь совсем рядом.

Илью самого трясет — от резких поворотов и высоких акселей, от Петиного взгляда, за который Илья цепляется после каждого элемента, от собственной программы, которую он вытачивал с особой грацией, зная, что она — чтобы его хотеть. Илья кайфует от самого себя, от того, как съедают его глазами зрители, от того, как принимает его лед, ведут коньки, от того, как Петя за бортом каждый раз отзывается ухмылкой, стоит на него только посмотреть.