— Так сильно соскучилась, что аж мозг мне вытрахать решила? — Сон Джэ прищурился, и в его глазах блеснул огонёк. Он наклонился чуть вперёд, понижая голос до хриплого шёпота, который предназначался только мне. — Ну так опустись под стол и займись делом, раз тебе делать нехуй. Сделай приятное парню. Только смотри, провода ногами не задень, у меня новый раунд через минуту начнётся.

В комнате повисла удушающая, ледяная тишина. У Ён стоял спиной ко мне, напряженный как струна, скрывая свое лицо в густых тенях ночника, а внутри меня в эту секунду с оглушительным треском умирала последняя надежда.

В этом жесте было столько извращенной, пугающей нежности, что у меня внутри всё перевернулось. Из горла вырвался тихий, рваный вздох.

Я думала, что смогу остаться в тени, но в кулуарах юсон уже созрел наш общий, темный порок. И уйти невредимой не получится ни у кого.

Это поцелуй людей, которые слишком долго ненавидели друг друга, чтобы не осознать — это и есть их форма любви. Запретная, ломающая все моральные нормы, но единственно реальное в этом полумраке отельного номера. Он целует меня так, словно пытается выпить все мои слова, всю мою боль, а я только сильнее прижимаюсь к нему, окончательно переступая черту, за которой мы больше никогда не сможем быть просто братом и сестрой.