– Это было то, о чем ты думал во время интервью? – спросил Чимин, трахая его пальцами. – Думал о том, как будешь, разложенный на моей кровати, принимать мои пальцы и член, как маленький хороший мальчик?

– Чимин… Бейонсе не поет эту песню. – Да, она поет! – скулит Чимин, еще раз потопая ногой. – Она поет каждую песню, королева одиночества! – Чимин… Чимин, она замужем. У них буквально трое де… – Тсссс! – Пак прервал его, наклоняясь и прижимая средний палец к губами Чонгука. – Это какая-то бессмыслица. А дальше ты мне скажешь, что у меня есть парень. – Но Чим… – Я сильная, одинокая, независимая сучка, не нуждающаяся в мужчинах. Парни переоценены!

Пока бабочка Чонгука жива, все будет в порядке.

– ты был бы цветом морской волны, – чонгук говорит тэхёну. – с чего ты взял? мне кажется, я больше похож на сизый. – то, как ты говоришь, смеёшься – это определено зеленый, –хмыкнул чонгук шмыгая носом. – что насчёт меня? какой я? тэхён рассеянно постукивает пальцами по швам джинсов, думая. – ты красно-белый. или, может, красно-оранжевый. я не могу думать, когда мои пальцы вот-вот отмёрзнут.

И ушел. Ушел, чтобы завтра так же солнечно улыбаться и врать друзьям, что он вернется через неделю. Ушел, чтобы начать жизнь с чистого листа в новой стране. Ушёл навсегда из его жизни.