Одна трагедия объединяет тем, что ломает судьбу не одного, не двух и даже не трёх человек. Призраки прошлого гонятся, но никто от них не убегает — все лишь смотрят на них, глотая желание попросить забрать себя с собой. Запоздалое осознание, что жертвенная любовь может вредить, вместо того, чтобы быть трагичной и высокой. Опустевшая сцена погорелого театра, пустоту которой нужно заполнить собой, и играть так, словно ничего не произошло.

Виктор всегда был тем, кто страдает от невзаимных чувств. Воззвав к справедливости, теперь мы наблюдаем за тем, как уже сам Джейс Талис страдает от тяжести собственных чувств и решений, ведя с собой бесконечный монолог и пытаясь понять, что ему с этим всем делать и делать ли, ожидая, настигнет ли его установленная ответственность от судьбы за все его глупые и недальновидные жизненные решения — такие как, например, любовь к человеку, который говорит с тобой совершенно на другом языке любви.

Госпожа из сада воспоминаний не учится на ошибках, но это, несмотря на поучительность, не всегда заканчивается катастрофой и психологическим насилием. По крайней мере для неё самой. И по крайней мере — на сей раз.

And if you don't love me now You will never love me again // Все что-то скрывают, это общеизвестный факт, но то, что скрывает Вельт, такой добропорядочный и разумный, — стыдно и недостойно такого человека, как он. Но Архиву Пустоты ли судить, каково это быть — достойным человеком? И зачем судить, когда намного интереснее — потакать тому, что тот так усердно скрывал столько лет?

Иногда стоит расслабиться и вручить бразды правления тому, кто знает куда лучше, чем ты, что следует делать, и перестать обманываться тем, что ты этому кому-то совершенно безразличен.