Кайгаку решает "помочь" Зеницу перед его уходом в школу.

— Эй ты, уёбок! — крикнул Сабито. Он по-прежнему держался за плечи Томиоки, поэтому мог чувствовать, как парень под ним застывает, однако сейчас он слишком пьян и зол, чтобы остановиться, — Возьми свои слова назад! — Что? — в замешательстве отвечает ему незнакомец. — Та часть, — Сабито угрожающе указывает пальцем на парня, — Где, по твоим словам, мой парень оказался некрасивым! Он самый лучший на всём белом свете, придурок!

Голос, сорванный криком, теперь звучал настолько неестественно, что могло показаться, будто он и вовсе ей не принадлежит. Обе руки были прижаты к месту, где должен находиться правый глаз, но это совершенно не помогало остановить поток, сочившийся из раны.

Перчатки, перчатки, перчатки. Мелоне постоянно замечали в них. Будь то отличительные тёмные с фиолетовыми концентрическими кольцами или приятные шелковисто-белые — они всегда были на его руках. Истинная сущность Мелоне раскрылась в тот день, когда перчатки оказались снятыми.

Сначала Ризотто чувствовал лишь головокружение и слабость. Но ему становится гораздо хуже, когда приходит Прошутто.