Он свободен, как ветер в поле, ему неведом страх, пока рядом с ним его добрый меч, его путешествия сопровождаются песнями птиц и запахом молодой листвы. Но нет предела совершенству, как любит повторять Каэдэхара, и думает о том, как было бы здорово обрести дом. Самый обычный. Место, куда можно было бы всегда вернуться. К кому можно было бы вернуться.

Сяо путается в чувствах и теряется в собственных мыслях, отточенный годами самоконтроль убил последние остатки эмоций, и он сомневается буквально во всем. В окружающих людях, в самом себе, в мире, блуждает по замкнутому кругу в поисках чего-то, что сможет это прекратить.

Кавеха хочется оберегать. Обнять и не отпускать — как глупо, даже по-детски, но, смотря правде в глаза, так оно и есть. Кавех сильный: вынести все, что выпало на его долю и не вскрыть себе вены — это то, что Аль-Хайтам всегда помнит, глядя на него. Он будто смотрит не на Кавеха, а на его обнаженную душу. Там так темно, а снаружи лучезарный свет. Но Хайтам знает, знает больше других, что Кавех все ещё плачет по ночам.

Кадзуха выражает свои чувства через стихи, цветы и красноречивые взгляды. Скарамучча же облекает переживания в музыку, открывает секреты, используя ноты, обнажает душу движением смычка — Каэдэхара должен услышать все, что не могут выразить слова.

Находясь рядом с шумным капитаном кавалерии, Дилюку и в самом деле на какое-то время казалось, что его дела не так ужасны, что проблемы могут подождать. Ему нравилась беззаботная атмосфера, создаваемая Кэйей, пусть он никогда этого и не признает. Он много чего не признает и не скажет в силу собственных принципов, однако как же прекрасно, что люди не умеют читать мысли.