Все их немногочисленные пожитки были в километрах отсюда, по зданию гуляли противные сквозняки, а в их укрытие ещё каких-то десять минут назад ломилась толпа мертвецов. Те ещё могли вернуться и добиться своего, Джисок помнил об этом. Но теперь ему не было страшно. Он полностью растворялся в тишине, в их теплом прикосновении, как будто только это, а вовсе не какое-то оружие, и было нужно ему, чтобы выжить. Просто лежать на Чонсу и чувствовать щекой его отросшие волосы.

— Мне снилось, что я забыл надеть кроссовки и ходил по улице босиком. — вдруг выдает Джисок. Чонсу смеётся с его первой сонной реплики.

Чидоин поднимает голову, глядя на спокойную, почти умиротворенную Сафалин. Разукрашенные глаза и несколько тревожное выражение лица скрывают ядовитую надменность. Сара впервые видит ее такой. Впервые слышит такие колкие издевательства из ее уст. И это завораживает.

Нагито так и не признался Хаджиме в чувствах на последнем издыхании разума. Он просто забыл его.

Ты тоже хочешь убить меня, не пизди.