— Тебе понравилось мое представление? Мы могли бы повторить его еще разок, только попроси, — хихикнула Недотепа, открывая половину лица, ранее прикрытого маской. Однако то лицо никогда не принадлежало ей. Глаз, что смотрел на Келуса, был невероятно мягким, словно закат в начале лета, белесые ресницы беззвучно порхали, как крыло мотылька. Теплая улыбка расплылась на половине фарфорового лица.

- Минули годы, мы слишком сильно изменились за это время. Сейчас ты делаешь вид, что лично со мной не знаком, но неужели ты все забыл, из-за своих предрассудков и мести? Я тебя больше не узнаю, Дилюк...

Холод отступал, прекращал морозить грудь, уходил в голову, руки, ноги. Холод кристаллизировался в лед на кончиках пальцев, на ресницах, оставался инеем на нежных губах. Горячие губы растапливали ледяную корку с щеки. Горячие руки согревали ледяные пальцы. Горячее дыхание согревало шею.

Шагая по краю самой бездны, что чувствуешь ты? Замирает дыхание, от той пустоты. Еще шаг, упадешь, Еще два, пропадешь.

Дом - это то место, где мы можем быть вдвоем. Так пускай наш дом будет здесь, под лиловыми лепестками, залитыми лунным светом.