Пока Адам упрямо махал у лица льва пылающим мечом, Люцифер задумался. – Будет забавно, если ты сделал что-то хорошее, а я – плохое, не правда ли? – эта мысль совсем не казалась ему забавной, скорее пугающей до чертиков, но хотелось все же убедиться у кого-то еще, что такое невозможно, и что это точно не случилось только что. – Действительно, – снова рассмеялся демон, – будет потеха! – и больше ничего не сказал. Эти слова совсем не внушили Люциферу спокойствие.

Кирк думает, что это хреновая идея с самого начала – когда в углу воображаемой кухни появляется мелкая пластиковая елка, которую Чайкина откопала на чердаке чьего-то дома. Мысли Кирка подтверждаются, когда из всех людей на базе идеей отпраздновать больше всех воодушевляется Родригез и вместе с Джошуа непонятно откуда тащит алкоголь.

Олег все еще здесь, рядом. Не мертв и не покалечен, не считая безобразного креста на спине. Разумовский проводит пальцами по своей груди, очерчивая точно такой же под тонкой тканью бадлона. В детстве хотели парные татуировки, на деле же получили кое-что гораздо экзотичнее. Красиво и поэтично, прямо-таки в его стиле.

— Ты сегодня спал? — наконец задал Волков вопрос, который, кажется, созревал в нем все утро. Неужели нельзя было спросить раньше, когда еще не полностью проснувшийся и понимающий что происходит Разумовский пропустил бы половину нотаций мимо ушей? — Да, — честно ответил Сергей на выдохе, — полчаса в спидере.

Мирная жизнь Леры Макаровой, старшей дочери Сергея Разумовского, превращается в настоящий хаос, когда Леша, ее младший брат, по совместительству юный художник птиц, задается вопросом, свойственным детям его возраста.