"Себ... – тут он с непривычки запнулся и булькнул что–то нечленораздельное, – спа... си...". Волосы на его загривке зашевелились, и в сознании пронёсся ветер – Сиэль знал, что его ручное чудовище уже через секунду будет здесь. Последнее, что он запомнил перед тем, как потерять сознание, – это слёзы в огромных как блюдца глазах дворецкого, увидевшего, во что превратился его господин.

Масленые, хищные чёрные глаза духа приковали к себе взгляд Сиэля, и он, не в силах сопротивляться, пополз тому навстречу, словно ягнёнок, смиренно приближающийся к месту своего заклания. Мир потускнел в его глазах, его перестали беспокоить ветер, голод и душевная боль – мальчик полз вперёд, влекомый лишь желанием приблизиться к блестящим чёрным звездам и белой, кажущейся такой ласковой ладони.

«Когда я думаю о том, какую власть надо мной имеют твои руки, мне хочется тебя убить. Но, естественно, я не готов этого делать.»

"– Где Юна?". В ответ Сатана молча опустил меня на принадлежащий мне стул – а я, как назло, обычно сидела в другом конце стола, точнёхонько напротив старшего демона; почувствовав твёрдую почву под ногами, я чинно уселась, спрятав лапки в облаке непростительно длинной чёрной шерсти, и на меня уставились шесть пар вытаращенных глаз.

Я закрываю глаза, и мне начинает казаться, что я растворяюсь в дьявольском тепле, мои кровь и плоть превращаются в один жаркий поток, который мелкими ручейками вливается в его кровь; я заполняю его чёрные, древние вены, обвиваю живительным огнём чёрное, иссыхающее сердце, и мне кажется, что я занимаю место, на котором всегда должна была быть.