— Джеки, — отстраненно брякнул Мигель, и на секунду Джек вздрогнула. — Её зовут Джеки. Называют, так она сказала. И настойчиво попросила и меня называть её так же. — Джеки, — повторила она и невольно улыбнулась. Затылок приятно обволокло той же теплотой, что и на крыше. — Мне нравится. Но себя я бы так назвать не позволила. Слишком.. — Нежно. Я знаю. Джек снова посмотрела на Мигеля. И замерла, осознав — она снова смотрит на упущенное. То, что было у неё когда-то в прошлой жизни.

— Нэльо, — он поднял голову, вопросительно глядя на меня, — а можно мне.. причесать твои волосы?

Они понимают, что ограничивали себя по совершенно странным причинам, когда ловят взгляд друг друга через весь стадион и ободряюще улыбаются, одними губами шепча "Люблю".

Всё, что останется после нас — кости, пыль и воспоминания, которые запечатлеют стены разрушенных в будущем зданий. Юнги хочет, чтобы стены их с Чжихё квартиры запомнили этот неуклюжий танец и его, Мина, хреновое, но зато полное искренних чувств пение.

— Розы, — раздаётся его голос. А я делаю вид, что эти слова меня ничуть не интересуют. — Синие розы, — продолжает Рэй, проводя пальцем по краю кружки. — Знаешь, я люблю синий цвет. Он помогает мне думать и наталкивает на правильное решение задачи. Поэтому я люблю синие розы.